ГЛАВА 27. Я НЕ ЗАИСКИВАЮ ПЕРЕД ТОБОЙ
Он с силой бросил планшет на стол. Но стоило ему собраться с духом и встать, как в дверь снова постучали. Чи Е мгновенно рухнул обратно в кресло, схватил ручку и с самым серьёзным лицом уставился в тетрадь, делая вид, что поглощён решением задачи.
— Молодой господин, Сяо Сун просил передать: до завтра.
Чи Е в шоке обернулся:
— Он ушёл?
— Ушёл.
Чи Е был крайне возмущён.
— Чёртов Сун Цзы! Даже не надейся, что я тебя прощу! — прошипел он.
Однако, выплеснув это бурчание в пустоту, легче он себя не почувствовал. Бросив ручку, он вскочил и пулей помчался вниз. «Если окажется, что ты реально свалил — башку откручу!» — бушевало в мыслях.
Запыхавшийся, он выскочил за ворота. На улице и впрямь не было ни души. Чи Е тут же накрыло волной раскаяния: зачем он только что так ломался? Теперь парень действительно ушёл!
Но обида всё ещё клокотала внутри. Глядя на пустой переулок, он крикнул в темноту:
— Сун Цзы! Чтоб ты до конца жизни себе девушку найти не смог!
Из-за него он потерял контроль в классе, так неужели ему нельзя было хоть немного выпустить пар? Не объясняется, не сопротивляется, просто всё принимает и терпит... Ну и дурак! Какая радость в такой жизни?
Тишина ночи не принесла ожидаемого ответа. Чи Е, чувствуя, как уныние тяжёлым камнем тянет его вниз, глубоко вздохнул и понуро поплёлся обратно. «Ну и ладно, Сун Цзы! — злился он про себя. — Стоило чуть прижать, и ты сразу сдался. Зря я, что ли, к тебе так хорошо относился? Не мог подождать несчастные пять минут?»
— Чи Е.
Знакомый голос заставил его вздрогнуть. Парень замер и медленно обернулся. Этот невозможный Сун Цзы стоял в круге бледного света уличного фонаря, придерживая велосипед.
— Завтра утром я сяду с тобой, — спокойно произнёс он.
Чи Е фыркнул, стараясь сохранить холодный тон:
— Хочешь уходить — уходи. Ушёл и не возвращайся, больно надо.
Слова звучали дерзко, но голос он невольно понизил — не хотел, чтобы парень подумал, будто у него совсем скверный характер.
— Гэ, не говори того, чего не чувствуешь, — ответил Сун Цзы.
— Ничего подобного, — Чи Е закатил глаза и, чувствуя неловкость, отвернулся, не желая продолжать этот бессмысленный спор.
— Потому что ты на уроках в телефоне сидел, — поспешно добавил он.
— Что? — Чи Е резко обернулся.
Сун Цзы подошёл ближе, ведя велосипед рядом:
— Ты играл в телефон на уроках и забросил учёбу. Учитель Цзян решил, что я, как твой сосед по парте, не присматривал за тобой. Сказал, что это моё упущение.
Чи Е стоял в полнейшем ступоре.
— Серьёзно? — выдавил он. А потом возмутился: — Если я накосячил, почему он не наказал меня напрямую? Зачем заставлять тебя пересаживаться?
— Ты дикий, бесстрашный и до крайности дерзкий, — ответил тот. — Никакой школьный устав тебе не указ. Вот учитель Цзян и решил ударить по тем, кто рядом с тобой.
— Твою мать! — Чи Е нахмурился, пропустив мимо ушей всё, кроме последнего. — Где это я дерзкий? Я что, дерзкий?!
Сун Цзы замолчал, изображая глубокую задумчивость.
— Ты ещё и сомневаешься?! — Чи Е с размаху хлопнул ладонью по корзине велосипеда, негодуя.
Он вдруг улыбнулся:
— Я просто пытаюсь подобрать слова, которые тебе понравятся.
Хлопок вышел знатным — ладонь Чи Е по-настоящему обожгло болью. Он незаметно спрятал руку за спину, стараясь сохранить гордый вид.
— Придумал?
— Прекрасно учишься, доброй души человек, всегда готов прийти на помощь, нежный, милый, могучий, статный... В общем, красавец — просто отвал башки, — перечислил Сун Цзы, пристраивая велосипед.
Чи Е сразу понял, что это наглая лесть.
— Ты меня совсем за идиота держишь? Думаешь, я про себя ничего не знаю?
Сун Цзы протянул руку и поймал его левую ладонь. Осторожно разжав его пальцы, он взглянул на покрасневшую кожу.
— Что ты делаешь? — он позволил ему держать руку, хотя и ворчал.
— Сильно болит?
— Пф, ни капли! — он попытался вырваться, но Сун Цзы не отпустил. Он уставился на него: — Не думай, что если ты сначала меня выбесил, а теперь пришёл задобрить, я тебя сразу прощу!
Тот мягко потирал его ладонь большим пальцем. Услышав это, он поднял на него спокойный взгляд:
— Я не заискиваю перед тобой. Я тебя успокаиваю.
—...
— Гэ, не сердись больше.
От того, как парень ласкал его ладонь, у Чи Е внутри всё зазудело, а дыхание стало горячим. «Пропустил вечерние занятия, чтобы прийти и... что? Успокоить меня? Сначала вывел из себя, а теперь нежничает? Псих какой-то!»
Он нахмурился, глядя на Сун Цзы. Голос парня действовал как бальзам — надёжный, как уютный домик посреди бури, мягкий, как весенний дождь.
— Теперь, если только ты сам меня не прогонишь, я никуда не уйду. Кто бы ни приказал, даже учитель Цзян. — Сун Цзы перестал растирать ладонь, но продолжал бережно поддерживать его руку. В его глазах появилось какое-то новое тепло. — В следующий раз я так ему и скажу: мне нужен Чи Е. Я без него не справлюсь.
Чи Е широко распахнул глаза. Он прижал правую руку к груди, чувствуя, как сбилось дыхание и участился пульс. Сердце бешено колотилось, отдаваясь в горле.
— Ты... ты... ты...
— Я... я... я... — Сун Цзы с недоумением посмотрел на него. — Что со мной?
Чи Е резко вырвал руку и спрятал лицо в ладонях.
— Твою же... как стыдно-то...
Взгляд Сун Цзы на мгновение потемнел, но тут же прояснился. Он едва заметно улыбнулся.
Для Чи Е воздух вокруг стал обжигающим. Поскулив немного в ладони, он осторожно выглянул, надеясь увидеть хоть каплю смущения на лице друга. Но Сун Цзы выглядел невозмутимым. Это задело парня: он недовольно пнул его по голени и пробурчал:
— Не говори больше таких приторных вещей.
— Это просто ты слишком много об этом думаешь, — невозмутимо отозвался Сун Цзы.
— Ничего я не думаю! — Чи Е снова фыркнул. — Чего стоишь? Проваливай уже.
— Завтра утром мне тебя ждать? — спросил он.
Чи Е уже бежал к дверям дома.
— Попробуй только не дождись — прибью!
Сун Цзы молча смотрел, как тот скрывается в ярком свете прихожей. Его взгляд стал глубоким и тяжёлым.
***
Чи Е вернулся в свою комнату в прекрасном расположении духа. Бросив планшет на кровать, он заметил красную единичку в уведомлениях. Заявка в друзья от «.» (Точка).
«.: Чи Е.»
Всего два слова, а у него снова подскочил пульс. Стало как-то не по себе. Нажав «Принять», он зашёл в профиль: знакомая мрачная аватарка из аниме и ник «Точка».
Их старая переписка исчезла, осталась лишь серая строчка о том, что они стали друзьями.
«.: Я дома. До завтра.»
На чистом экране всплыло сообщение. Чи Е на секунду завис, чувствуя, как тело сковывает странная деревянная неловкость. Пальцы с трудом набрали ответ:
«флип: Попробуй завтра меня не дождаться — голову откручу.»
«.: Мгм.»
Чи Е проспал всю ночь как убитый. Утром он встал пораньше, но так как своего велосипеда у него с собой не было, пришлось брать такси до входа в переулок. Машина оказалась быстрее, и он приехал на десять минут раньше обычного. Застыв под деревом гинкго, он поёжился — зимний утренний ветер пробирал до костей.
Как только Сун Цзы показался из переулка, он во всю глотку заорал:
— Синь-синь!
Звонкий юношеский голос прорезал утреннюю тишину, перекрывая свист ветра. Сун Цзы удивлённо обернулся. Обычно это он ждал Чи Е, а тут — наоборот.
— Давно ты здесь? — спросил он, подкатывая ближе.
— Только пришёл, — Чи Е хихикнул и пристроился рядом. — Мой велик в школе, так что подбросишь меня.
Сун Цзы сел в седло, упираясь длинными ногами в землю.
— Запрыгивай.
Чи Е без лишних церемоний уселся на багажник и ухватился за куртку друга.
— Погнали в школу!
— Руки в карманы спрячь, а то замёрзнут, — посоветовал Сун Цзы.
Чи Е не заставил себя долго ждать и засунул ладони в карманы куртки Сун Цзы. Там было на удивление тепло. Нащупав пальцами что-то горячее и гладкое, он изумлённо воскликнул:
— Ты что, яйца в карманах греешь? — Вот почему там так тепло.
Он нажал на педали, и велосипед медленно покатился вперёд.
— Угу.
— То-то я чувствую — Ташкент прямо.
Когда они добрались до школы, то под удивлёнными взглядами одноклассников вместе зашли в класс. Чи Е на ходу дожёвывал яйцо, а Сун Цзы, засунув руки в карманы брюк, выглядел чертовски круто и уверенно.
Сун Цзы сел на своё место и принялся убирать учебники со стола в ящик. Чи Е же, устроившись на своём месте, с блаженным вздохом откинулся на стену за спиной.
— Приберись и у меня тоже.
Сун Цзы молча принялся за дело.
В класс ворвался Лу Фаньсин, весь на взводе. Не успев дойти до места, он выпалил:
— Е-гэ, ты на такси приехал?
Чи Е, борясь с сухим желтком, ответил:
— На Синь-сине приехал.
— Между вашими домами два километра! Ты что, пешком к нему шёл, чтобы на велике прокатиться? — Лу Фаньсин рухнул на стул, швырнул перчатки в стол и сердито уставился на Сун Цзы: — Ты дебил, что ли?
Чи Е проглотил желток и пояснил:
— Я сначала на такси до переулка доехал, а там меня уже Синь-синь подобрал.
Сун Цзы, закончив наводить порядок на столе Чи Е, спокойно посмотрел на Лу Фаньсина:
— А ты что, заезжал за ним домой?
Лу Фаньсин снова перевёл взгляд на Чи Е:
— Школьный красавец, может, учится и хуже тебя, но соображает явно быстрее. Гляди-ка, он сразу просёк то, чего я не понял.
Он достал из стола бутылку воды.
— Он вообще-то всегда был умным.
— От холодной воды живот заболит, — заметил Сун Цзы.
— Дай тогда твой термос поюзать. — Чи Е убрал воду, и Сун Цзы протянул ему свой чёрный термос. Повернувшись к Лу Фаньсину, Чи Е добавил: — Завтрак с меня.
— Одной кормёжкой не отделаешься, — буркнул Фаньсин. — С тебя весь сегодняшний рацион.
— Ладно, гуляем на все.
***
Когда вошёл учитель Цзян, под его глазами красовались огромные тёмные круги. Его взгляд скользнул по углу, где сидела парочка, и на мгновение стал совсем мрачным.
Чи Е, позавтракав, заглянул в учительскую. Поставив на стол баночку «Ред Булла», он вежливо поздоровался. Цзян Чжичжоу как раз готовил материалы к уроку. Увидев парня, он открыл ящик стола и выложил телефон.
— Забирай.
Он отодвинул гаджет обратно.
— Я не за телефоном пришёл.
— А за чем тогда?
— Хочу сказать, что больше не буду играть на уроках. Все телефоны буду честно сдавать. Только, пожалуйста... не заставляйте Сун Цзы пересаживаться. — Чи Е чувствовал, что во вчерашнем инциденте виноват прежде всего он сам, и должен был всё исправить.
Учитель Цзян посмотрел на него:
— Неужто солнце сегодня на западе взошло?
— Да нет, — Чи Е замялся. Это был первый раз, когда он шёл на мировую с учителем. Раньше, сколько бы телефонов у него ни отбирали, он просто доставал новый. В итоге Цзян Чжичжоу, видя, что парень неисправим, просто перестал их забирать. — Играть на уроках — это неправильно, я исправлюсь. Виноват я — я и отвечу. Не впутывайте Сун Цзы. Он мне просто сосед по парте, а не отец, и не обязан расплачиваться за мои косяки.
Учитель Цзян прищурился:
— Это он тебе наплёл, что я его к Чэн Цзиньюй из-за твоих игрулек пересадил?
— А разве нет? Учитель, я правда виноват! У Сун Цзы дела с Лицзуном ещё не наладились, его нельзя отсаживать, я ему нужен. — Чи Е посмотрел на учителя с предельной искренностью. — Вы же знаете, он из бедной семьи. Каждая копейка за репетитора для него — как нож по сердцу. Если ему придётся ещё и по физике репетитора нанимать, он же на одной воде сидеть будет! А если он с горя пойдёт после школы в караоке-бар подрабатывать? Там же чёрт-те что творится! Такого красавчика богатые тётки мигом в оборот возьмут. Вы же не хотите, чтобы наш Сун Цзы стал чьим-то альфонсом?
Цзян Чжичжоу потерял дар речи.
— Ну и фантазия у тебя... куда-то не туда тебя несёт.
— Это я просто на перспективу смотрю, всё учитываю! — парировал Чи Е.
— Ох... — учитель вздохнул. — Ишь как ты о нём печёшься.
— Был бы он побогаче — мне было бы плевать, — честно признался Чи Е.
— То есть... ты его просто жалеешь?
— Ну да!
На мгновение учитель Цзян впал в ступор, а потом едва не расхохотался. Убирая телефон Чи Е обратно в ящик, он произнёс:
— Напишешь это пробное по английскому на 130 баллов — тогда и заберёшь телефон.
— Телефон — фигня, — он наклонился над столом. — У нас с Сун Цзы уговор: я подтягиваю его по Лицзуну, а в конце семестра он пересаживается к первой красавице класса. Срок ещё не вышел, и разрывать контракт некрасиво. Полгода уже прошло, я как-нибудь дотерплю, а в конце семестра — пусть катится на все четыре стороны, я и слова не скажу. Договорились?
Цзян Чжичжоу и не подозревал о существовании такого нелепого «соглашения». Он то сжимал, то отпускал красную ручку, глядя на парня со сложным выражением лица.
— Значит, в конце семестра он уходит, и ты больше не бузишь?
— Слово пацана. Сказал — сделал.
— Ну ладно. Сидите пока вместе эти полгода. Но в конце семестра — либо он уходит, либо ты. Понял?
Чи Е решительно кивнул.
http://bllate.org/book/17463/1696959
Готово:
