Всю ночь не смыкая глаз, Шэнь Луян словно вернулся в университетские времена, когда он по какому-то глупому порыву выбрал факультатив по немецкому.
За день до итогового экзамена: одна ручка, одна книга, одна ночь, одно чудо...
Но результат оказался безутешным — он завалил.
В старшей школе с физикой у него все было весьма неплохо, но если посчитать на пальцах: по большому счету это было в прошлой жизни, а по малому — тоже немало, целых четыре года назад.
Он взглянул на конспект уроков, написанный размашистым почерком прежнего владельца тела. В графе «Цели урока» красовались три четких слова — «Общее повторение».
Пу-пу-пу. Вот это ничего себе.
Он даже не знал, до какого места они вообще дошли.
Утром умывшись, он выудил из вереницы невероятно вызывающих сумок самый скромный черный рюкзак, натянул простой черный спортивный костюм, белые кеды... Заковав в рюкзак результаты своего ночного штурма, он в полубессознательном состоянии вышел из жилого комплекса и по памяти отыскал закусочную, чтобы перекусить.
Не спав всю ночь, садиться за руль он не рискнул, поэтому поехал в школу на автобусе.
К школьным воротам он добрался едва ли в половину шестого.
Не ожидая, что приедет настолько рано, он удивился, обнаружив дверь кабинета открытой.
Толкнув дверь, он вошел внутрь. Свет не горел, и, обведя взглядом помещение, на диване возле самого правого рабочего стола он увидел лежащего Се Вэйханя.
Диван был слишком мал, поэтому одна длинная нога была вынужденно согнута, а вторая и вовсе покоилась на полу. Укрывшись черным пиджаком, мужчина лежала с закрытыми глазами, его грудь мерно поднималась и опускалась — судя по всему, он вот-вот должен был проснуться.
Шэнь Луян с трудом отвел взгляд. Он тоже был истощен, но у него оставалась куча неразобранных тем, не мог же он просто выйти к классу со словами: «Сегодня у нас самостоятельная работа».
Тихо опустившись на свое место, Шэнь Луян достал ноутбук и рукописные материалы, принимаясь одновременно искать информацию в Baidu* и конспектировать.
*популярный китайский поисковик
Вчера вечером во время дежурства на самоподготовке он слышал от классного руководителя, учительницы Цзун, что сегодня нужно разбирать материалы прошлонедельной проверочной работы.
Он напряг память: его класс эту работу еще не разбирал, так что первостепенная задача заключалась в том, чтобы досконально проработать этот вариант и избежать позорного замешательства, если кто-то задаст вопрос.
По истечении двадцати минут усердной работы голова начала пухнуть, и он втер в виски немного охлаждающего бальзама, купленного в аптеке.
Спустя десяток секунд, стоило ему слегка повести головой, как легкий ветерок подхватил резкий запах бальзама и «стремительно» занес его прямо в глаза. Он уставился на тест, заливаясь горькими слезами.
Утерев слезы и зафиксировав на бумаге пару ключевых формул, Шэнь Луян мысленно обрушился на Систему.
Вчера вечером он пытался попросить у нее помощи, но Система ответила: “Я не могу помогать с такими вещами. Это все равно что спросить меня о номерах сегодняшней лотереи — у меня нет прав разглашать такое”.
Шэнь Луян искренне не понимал, как объяснение пары задач по физике можно ставить на одну доску с лотерейным выигрышем.
Неужели Система считает, что узнать ответы на эти задачи для него сложнее, чем сорвать куш?
Что за бред вообще?
— Учитель Шэнь, так рано?
Шэнь Луян обернулся.
Се Вэйхань только что сел на диване. Должно быть, спать было не слишком удобно: он слегка разминал шею рукой и смотрел на него с легкой улыбкой.
В кабинете горел лишь тусклый экран ноутбука, наискосок освещавший правую половину его лица, тогда как левая терялась в полумраке. Едва проснувшись, его обычно бледная кожа налилась легким румянцем, а в глубине глаз вспыхивал едва уловимый блеск.
Словно затаившийся в темноте, опасный и искусительный демон.
Не получив ответа, Се Вэйхань позвал его снова, на этот раз его голос прозвучал более низко:
— Учитель Шэнь?
Шэнь Луяну пришлось ужалить себя щипком, чтобы вырваться из чар этой красоты. Встряхнув тяжелой от бессонницы головой, он поздоровался:
— Учитель Се, доброе утро.
Се Вэйхань поднялся, но подходить не стал, а опустился в свое кресло.
— Готовитесь к уроку?
Страдания Шэнь Луяна, ненадолго заглушенные привлекательностью коллеги, хлынули с новой силой. Он тяжело вздохнул:
— Ага.
Его движение к чашке с водой ненадолго замедлилось, и Се Вэйхань понимающе улыбнулся:
— Столкнулись с трудностями?
Шэнь Луян развернулся к нему, его глаза вспыхнули:
— С целой кучей трудностей! Если мне кто-то поможет, я готов работать на него не разгибая спины!
Улыбка на губах Се Вэйханя стала шире. Неспешно опустив в чашку ломтик лимона, он слегка постучал чистыми, длинными пальцами по краю стакана и только потом перевел взгляд на него:
— Если это не вчерашняя «задача по физике»... — последние три слова он весомо подчеркнул со смыслом, — то, полагаю, я мог бы взглянуть.
Вчерашняя? Какая физика...
Ах, та вырезка из журнала с пышногрудой красоткой на каблуках, которую он сгоряча забросил в мусорное ведро своей спальни.
Шэнь Луян смущенно почувствовал, как возвел для мира еще один мысленный «Сказочный замок Барби», и решительно махнул рукой:
— Вчера была случайность, давайте забудем об этом! — он поднялся, возвращая беседу в благочестивое русло: — Учитель Се, посмотрите, пожалуйста, эти задачи, я уже с ума с ними схожу.
Се Вэйхань тихо ухмыльнулся, его пальцы, покоившиеся на столе, издали два ритмичных стука: «тук-тук».
Шэнь Луян тут же примчался к нему с ноутбуком в руках.
Около семи утра в кабинет вошла Цзун Вэйцин. Увидев двоих молодых учителей, склонившихся над книгой, она просияла от умиления.
Нынешняя молодежь так стремится к знаниям!
После наставлений учителя Се Шэнь Луян испытывал к нему вовсе не рядовое восхищение — он буквально боготворил этого человека.
Эрудированный, чуткий, вежливый и, главное, не болтливый.
Он не спрашивал, с чего это учитель физики вдруг лишился разума и начал путать формулы, и не допытывался, отчего тот внезапно сменил стиль и перестал носить одежду с дикими тиграми.
В ушах Шэнь Луяна звучал лишь этот сексуальный низкий голос, дающий пояснения, а на исчерканном черновике ручка с золотым пером выводила четкие и изящные каллиграфические иероглифы...
[Ян Ян, тебе не кажется, что служебный роман — это очень опасно?]
Шэнь Луян: «Учитель Се просто потрясающий. Будь я девушкой, я бы точно за ним приударил».
[...]
[Похоже, восхищение — действительно лучший катализатор человеческих чувств.]
Сегодня утром Ши Фань не пришел. Шэнь Луян слышал, будто у того кто-то заболел дома и он взял отгул. Тут он внезапно вспомнил, что в книге «Утраченная любовь» у Ши Фаня есть официальная пара.
[Наконец-то вспомнил о своей цели спасения? А я уж думала, ты окончательно очарован учителем Се.]
Игнорируя сарказм Системы, Шэнь Луян внезапно осознал одну вещь.
Шэнь Луян: «Если я сведу Ши Фаня с его официальной парой, это будет считаться выполнением задания?»
[Так не пойдет, Ян Ян~ Ты можешь либо полностью пройти весь прописанный сюжет, сохраняя стабильность мировой линии, либо до завершения сюжета сделать так, чтобы учитель Се потерял интерес к Ши Фаню. Только тогда задание будет засчитано.]
Шэнь Луян: «Что значит "потерял интерес"? Временная потеря интереса ни к чему не приведет, они работают в одной школе и сидят в одном кабинете. Если потом интерес вернется, я снова провалю задание?»
[Умница! Поэтому есть третий способ...]
Шэнь Луян: «Договаривай».
[Пока предотвращаешь возникновение чувств между Ши Фанем и Се Вэйханем, придумай способ сделать так, чтобы Се Вэйхань полюбил кого-то другого.]
[Пробудить спящего принца может лишь поцелуй рыцаря.]
Шэнь Луян: «Рыцаря???»
Шэнь Луян: «...Учителю Се нравятся мужчины?»
[Правильно √]
Шэнь Луян глубоко вдохнул: «Ши Фаню ведь тоже нравятся мужчины... В таком случае... А что, если Ши Фань влюбится в учителя Се?!»
[...Теоретически это невозможно. Даже в "Утраченной любви plus" Ши Фань был стороной, которую принуждали.]
Шэнь Луян: «О!»
Выходит, чтобы побыстрее обрести новую жизнь, ему нужно где то найти человека, которого сумеет полюбить Се Вэйхань?
Шэнь Луян попытался вообразить.
Это должен быть первоклассный, высокородный Омега, чтобы соответствовать учителю Се.
Первым уроком после обеда шла физика. Шэнь Луян, чувствуя себя как невеста перед свадьбой, нервно перечитал пометки Се Вэйханя и, немного успокоившись, толкнул дверь класса.
Шум в классе, напоминавший кипящую кастрюлю с пельменями, ненадолго затих, после чего плавно сошел на нет.
Пробыв более двадцати лет сорванцом и хулиганом, Шэнь Луян испытывал к шумным классам особый, родственный трепет.
Он стоял на кафедре с непроницаемым лицом, позволяя ученикам шептаться, пока сам еще какое-то время разбирал решения задач.
Ли Шэньюй сидел на последней парте и не питал ни малейшей симпатии к этому новому учителю физики, который каждый день наряжался как пестрый кузнечик.
Преподавал из рук вон плохо, регулярно оказывался в тупике от вопросов учеников и совершенно не скрывал своих двойных стандартов по отношению к отличникам и двоечникам...
Богатенький сынок, засунутый сюда ради жизненного опыта, возомнил, что может вести уроки в десятом классе. Весь их класс его презирал и намеренно устраивал бардак на физике, попутно нащупав еще одну его слабость — он лебезил перед сильными и давил на слабых.
Он не смел и слова сказать рослым Альфам с задних парт, хотя в душе кипел от злости.
Однако сегодня Ли Шэньюй нахмурился: что этот тип по фамилии Шэнь выкаблучивает, стоя молча на трибуне?
Пэн Цзюнь оглянулся на него, и Ли Шэньюй кивнул.
Пэн Цзюнь тут же со всей дури грохнул рукой по столу. Словно по условному сигналу, в 21-м классе воцарилась жуткая, противоестественная тишина.
Шэнь Луян поднял голову и наткнулся взглядом на Пэн Цзюня, который еще не успел убрать руку. Тот, заметив его взгляд, крайне пренебрежительно фыркнул.
Местный мелкий задира.
Шэнь Луян ощутил волну тепла и родства, пылая желанием сказать: «Я твой старший коллега по хулиганскому цеху, бывалый задира. Но сейчас я учитель, и поверь, у задиристости нет будущего».
Однако, учитывая время и место, он просто повернулся к доске, вывел формулу для первой задачи и невзначай произнес:
— Начинаем урок.
Врознобой раздался шум подъемных стульев.
Врознобой прозвучало: «Здравствуйте, учитель».
Не успел он открыть рот, как они так же врознобой уселись обратно.
Бровь Шэнь Луяна дернулась. Опершись одной рукой о трибуну, он повернулся полубоком, посмотрел на них и усмехнулся:
— Когда это наш класс успел эволюционировать до полуавтоматического приветствия? По команде встать, без команды сесть?
С чертами лица Шэнь Луяна трудно было выглядеть угрожающе, но когда он слегка наклонился вперед и уставился на парня с первой парты, тот продержался всего секунду и трусливо опустил голову.
Если не установить правила сразу, то и урок вести не имеет смысла.
Шэнь Луян отбросил мелок и, подражая учителю Се, стал ритмично постукивать костяшками пальцев по столу.
Размеренный звук и спокойное выражение лица быстро вызвали среди учеников замешательство.
Пробыв столько лет отпетым сорванцом, Шэнь Луян не только отлично знал, как устраивать провокации, но и прекрасно разбирался в методах учительского контроля.
Он посмотрел на Пэн Цзюня, но адресовал свои слова всему классу, причем чрезвычайно доброжелательным тоном:
— Кто только что хлопнул по столу?
Пэн Цзюнь с силой пнул ножку стола и встал. Ссутулив суровые бровки, он с презрением уставился на учителя. Короткий ежик волос, серебряная сережка в ухе — вид невероятно дерзкий и вызывающий.
Уже не сдержался? Эх, парень, ты еще слишком зелен.
Шэнь Луян мазнул взглядом по камере наблюдения на стене. В памяти всплыло, как прежний владелец тела пожаловался на этих учеников завучу, за что потом был избит в слепой зоне камер.
Проработал всего неделю с небольшим, а биографию нажил богатую — тоже в своем роде талант.
Шэнь Луян поднял распечатанный вариант физики и щелкнул по нему пальцем:
— Ученик Пэн Цзюнь.
Пэн Цзюнь с особой аурой крутого старшеклассника отодвинул ногой стул — и тот с грохотом отлетел назад. Парнишка встал во весь рост, монументально и провоцирующе глядя на него:
— Че надо?
Шэнь Луян отыскал его имя в списке класса и непринужденно спросил:
— Домашнюю работу сделал?
— ...Нет.
— Понятно, садись, — Шэнь Луян сделал пометку в блокноте. — Сегодня вечером у тебя будет на одно задание больше, чем у остальных. После уроков я позвоню твоей маме, чтобы она проконтролировала выполнение.
Не давая парню времени опомниться от такого нечестного приема, как «звонок родителям», Шэнь Луян решительно сделал шаг вниз с трибуны. Его улыбка была сияющей и солнечной, а тон — предельно жизнерадостным:
— А теперь я проверю домашнее задание у остальных. Все тетради на стол.
Въевшийся в ДНК страх заставил застойную атмосферу класса взрывообразно оживиться. Шэнь Луян не дал им возможности переглянуться и принялся за проверку прямо с первой парты у двери.
Две девчонки, судя по всему, были круглыми отличницами. Они послушно предъявили свои тетради.
Парень со второй парты у прохода работу не сделал. Шэнь Луян протянул «о-о-о» и похлопал его по плечу:
— Не нервничай, пока просто встань. Я позже подсчитаю.
Парень сглотнул слюну и поднялся.
Неизвестно почему, но от учителя физики исходило густое, абсолютно не связанное с феромонами давление.
Если бы Шэнь Луян мог услышать мысли этого ребенка, он бы назидательно ответил: «Извини, что напугал, малыш. Твой учитель в свое время тоже был грозой района, просто вовремя завязал и ушел на покой».
— Девушка с третьей парты, вторая слева, хватит списывать, вставай.
— ...
— Вставай.
— Вставай.
— Тоже не сделал?
Пройдя больше половины класса, он поднял уже с десяток человек — в основном с двух последних рядов, где встали абсолютно все.
Настоящее гнездовье местных задир.
Шэнь Луян остановился возле Ли Шэньюя, осмотрел стоящих и искренне изумился:
— Вы что тут, как в игре башню обороняете? Какая стойкость!
http://bllate.org/book/17277/2979415
