Цзян Мо словно громом поразило. Он недоверчиво уставился на Чи Юя и долго не мог вымолвить ни слова.
[??? Что за «братец»? Какой грандиозный слух я пропустил?]
[У Цзян Мо и Чи Юя родственные отношения?]
[Да они вообще никто друг другу]
[Мне не показалось? Чи Юй что, флиртует с Цзян Мо?]
[Чи Юй и флиртует? Не смешите]
Рядом с Чи Юем Цзян Мо казался лилипутом. Каждый раз, когда он смотрел на Чи Юя, ему приходилось поднимать голову вверх. Его тонкая шея вытягивалась, линия челюсти напрягалась, и всё лицо беззащитно открывалось перед Чи Юем. В чёрных глазах отражался только он сам и, казалось, ещё полное доверие. Совсем не похоже на вчерашний тихий плач в наушниках и утреннее остолбенение у мусорного ведра с тортом.
Чи Юю больше нравилось, когда Цзян Мо смотрит на него снизу вверх. В такие моменты его глаза были чище и ярче обычного, из-за восхищения, из-за доверия, а ещё из-за…
Симпатии к нему?
В этом почти безумном воображении Чи Юй открыл рот. Когда он осознал, что сказал, его взгляд успел заметить, как щёки Цзян Мо на глазах становятся всё краснее и краснее.
При виде этого сердце Чи Юя бешено заколотилось, а возникшие было сомнения утихли.
У плиты стояла камера. Чи Юй ещё не успел налюбоваться выражением лица Цзян Мо, но и не хотел, чтобы тот опозорился перед объективом. Он помешал лапшу в кастрюле палочками и сказал:
— Когда снимались в «Бессмертном», ты же всё время называл меня «братцем»?
Цзян Мо, у которого в голове была каша, принялся судорожно перебирать воспоминания хозяина тела. Какое-то смутное впечатление у него возникло.
«Бессмертный» — это фэнтезийный фильм. Персонаж хозяина тела был младшим братом Чи Юя. Полгода назад на съёмочной площадке хозяин тела каждый день бегал за Чи Юем и звал его «братцем». За исключением самой съёмки, Чи Юй ни разу не ответил хозяину тела. Почему он вдруг вспомнил об этом сейчас?
Цзян Мо тихо ответил:
— Ммм.
— Ты хочешь держаться от меня подальше? — спросил Чи Юй.
Цзян Мо: «…» А когда они были близки?
Хотя нет, правильнее говорить о хозяине тела. В его воспоминаниях Чи Юй каждый раз делал вид, что его не замечает. Почему Чи Юй так переменился?
[Кто там только что говорил, что Чи Юй не умеет флиртовать? Посмотрите на лицо Цзян Мо. Похоже это на человека, который не умеет?]
[Мне почему-то кажется, что в этом что-то есть!]
[Ааа, «Бессмертный»! Я обожал эту братскую пару! Когда фильм вышел, я чуть с ума не сошёл от этих отношений. Жаль, потом появились слухи, что Цзян Мо приставал к Чи Юю на площадке. Я думал, эта пара уже не вернётся]
[Те слухи, что Цзян Мо нарочно раскручивал Чи Юя на совместный пиар, врут, похоже? Всё наоборот! Мне кажется, это Чи Юй постоянно лезет к Цзян Мо, а Цзян Мо наоборот старается от него подальше держаться]
Чи Юй не стал пропускать мимо ушей молчание Цзян Мо. Он опустил палочки, которыми мешал лапшу, снова посмотрел на Цзян Мо и с виноватой улыбкой сказал:
— Просто внезапно вспомнил наше совместное сотрудничество. Ностальгия.
Цзян Мо рассеянно кивнул.
Взгляд Чи Юя был глубоким, в голосе, казалось, звучала глубокая привязанность:
— Давно не слышал, как ты меня так называешь. Хочу услышать.
Цзян Мо: «…»
Цзян Мо сжал губы, голос застрял в горле. Чи Юй молча смотрел на него, выражая свою просьбу одним лишь взглядом.
— Б-братец… — голос Цзян Мо дрогнул на последнем слоге, его почти заглушил шум вытяжки. Он и сам не знал, сказал ли вслух, но когда услышал над головой тихий смех Чи Юя, он понял: да, сказал, и Чи Юй услышал.
[…………]
[Цзян Мо что, приворожил Чи Юя? Это тот самый учитель Чи Юй, который ни с кем не желал разговаривать?]
[Эти грязные маркетологи, чтоб им пусто было! Эти двое же прекрасно ладят! Зачем они тогда врали? Чёрт, я упустил лучшее время для шипперинга!]
[Мне не кажется? Или Чи Юй правда так настойчиво хочет, чтобы Цзян Мо называл его братцем?]
----
Только после того, как две миски лапши были готовы, мысли Цзян Мо вернулись в нормальное русло.
Пакетик с приправами, который продавщица на рынке порекомендовала, действительно оказался вкусным. Достаточно было добавить в бульон немного приправы и соли, и даже такой кухонный профан, как Цзян Мо, смог приготовить его без проблем.
Чи Юй, как и вчера, молча отнёс две миски к окну. Цзян Мо выключил вытяжку, взял палочки и пошёл за ним.
Ни Цзян Мо, ни Чи Юй за едой не любили разговаривать. Завтрак прошёл в тишине. Когда они закончили, Чи Юй взял их миски и палочки и пошёл на кухню. Цзян Мо остался сидеть у окна, переваривая еду. Не успела на кухне зашуметь вода, как во дворе показалось несколько человек.
Воспоминания о прошлой ночи снова ожили. Цзян Мо сел прямо, как школьник, уставившись на незнакомое растение в клумбе за окном, решив “не вижу значит, не касается“.
— Цзян Мо, — Е Линь подошёл к нему и встал рядом, на лице было написано «не хочу, но надо».
— А? — отозвался Цзян Мо.
— За вчерашнее я был неправ. Прости, — Е Линь говорил придушенным голосом, едва слышно.
Цзян Мо: «…»
Е Линь покосился на кухню, где хлопотал Чи Юй, потом снова посмотрел на ошарашенное лицо Цзян Мо. Вся злость, которую он копил всю ночь, не находила выхода, и он чуть не сорвался на ругань.
Получил выгоду и ещё нос воротит. Невинность изображает.
— Я перед тобой извинился. Ты слышал? — спросил Е Линь.
Цзян Мо не понимал, почему Е Линь вдруг пришёл извиняться. Глядя на его недовольную мину, Цзян Мо не обрадовался этим двум словам. Отношение Е Линя было ему неприятно.
Даже у глиняного Будды бывает чувство гнева. Задание Хун-цзе было сделать так, чтобы он оттенял Лю Сюаня и чтобы все его ненавидели. У него не было задачи понравиться всем. Так что не нужно было считаться с чувствами Е Линя. Он мог вести себя жёстче.
К тому же Хун-цзе сама просила его скандалить.
Цзян Мо кивнул:
— О.
Е Линь спросил:
— Что ты имеешь в виду?
Цзян Мо моргнул и ответил:
— То, что я услышал.
Е Линь глубоко вдохнул, сверкнул глазами на Цзян Мо:
— Так ты принимаешь извинения или нет?
— Я услышал, — ответил Цзян Мо.
— Ты вообще понимаешь, что я говорю? — Е Линь начал закипать.
— Я услышал, — повторил Цзян Мо.
— …Ты что, попугай? — не сдержался Е Линь.
Цзян Мо вздрогнул от внезапно повышенного голоса, сжал руки, лежавшие на коленях, поднял глаза на Е Линя и осторожно произнёс:
— Я услышал твои извинения, но никто не сказал, что если ты извиняешься, то я обязан их принять.
Е Линь: «…»
— У тебя слишком плохое отношение. Я не хочу их принимать, — добавил Цзян Мо.
Е Линь: «…»
[Пхахаха, умираю от смеха. Какой же милый этот Цзян Мо, когда так тихо говорит!]
[Цзян Мо что, придирается? Е Линь извинился, а он всё ещё недовольство показывает?]
[Это что, по-твоему, извинения? Цзян Мо вообще-то и не показывал Е Линю своё недовольство. Ты посмотри, как он испугался окрика Е Линя. Ты уверен, что недовольство показывает именно Е Линь?]
[С чего это Цзян Мо обязан прощать Е Линя только потому, что тот сказал пару неискренних извинений? Фанаты Е Линя, вы смеётесь?]
Внезапный окрик Е Линя донёсся до кухни. Чи Юй вымыл руки и вышел. Он увидел, как Е Линь, возвышаясь над Цзян Мо, смотрит на него свысока. Е Линь был худощавым, но на фоне Цзян Мо тоже казался высоким. Его огромная тень нависала над Цзян Мо, который съёжился в углу. Создавалось впечатление, что его снова обижают.
Чи Юй слегка нахмурился, сделал несколько шагов вперёд, подошёл к Цзян Мо сзади и, глядя сверху на Е Линя, спросил:
— В чём дело?
Гнев Е Линя мгновенно угас. Он избегал взгляда Чи Юя и тихо сказал:
— Н-ничего.
Боясь, что Чи Юй снова заговорит, он поспешил в сторону кухни, но не успел далеко уйти, как услышал за спиной голос Чи Юя, который внезапно стал заметно мягче:
— Он снова к тебе приставал?
— Нет, — ответил Цзян Мо.
Цзян Мо сказал правду, но Чи Юй не поверил.
Зная, что Цзян Мо привык всё держать в себе, он сменил тактику:
— В следующий раз, когда он к тебе придёт, сразу иди ко мне.
Цзян Мо остолбенел, не понимая, что означают эти слова.
У Е Линя дёрнулось веко. Он ещё не позавтракал, а уже был сыт по горло злостью.
Он пришёл извиняться перед Цзян Мо, потому что Чи Юй велел ему, а в итоге сам чуть инфаркт не получил от злости.
«Я пристаю к Цзян Мо? Учитель Чи шутит? Это Цзян Мо меня довёл!»
Он и не замечал, что Цзян Мо — белый лотос. И он проглядел, что учителю Чи нравится именно такой тип, беленькие и невинные.
----
Час спустя все восемь участников наконец собрались. Позавтракав, они должны были отправиться на автобусе от съёмочной группы в известное живописное место, чтобы сделать фотографии на фоне достопримечательностей.
Автобус был рассчитан на два с лишним десятка человек. Цзян Мо собрался быстрее всех и сел в автобус первым. Зайдя, он сразу прошёл на последний ряд и устроился там.
Цзян Мо всё ещё думал о той странной фразе Чи Юя. Он сообразил, что к чему, с большим опозданием, но наконец ухватился за главное.
Чи Юй только что сказал «снова». Откуда Чи Юй знает, что Е Линь к нему приставал?
Сердце странно участило ритм. Цзян Мо спрятался от камер, достал телефон и открыл Weibo.
Цзян Мо нравился только один человек — Чи Юй. В те трудные дни он пересматривал фильмы с Чи Юем снова и снова. Ему становилось спокойнее при виде этого образа. Это было единственным утешением в его несчастливой жизни.
Благодаря Чи Юю он многому научился и понял, что если хочешь узнать новости из мира развлечений, нужно просто ввести ключевые слова в поиске Weibo.
Вскоре он понял, что означало слово «снова».
#ЧиЮй_заступился_за_ЦзянМо#
#ЧиЮй_велел_Е_Линю_извиниться_перед_ЦзянМо#
«Торт я купил специально для Цзян Мо. И я же сказал Цзян Мо не давать его никому другому».
«Это мой подарок Цзян Мо на свидание. Кто тебе разрешил его трогать?»
В наушниках зазвучал холодный голос Чи Юя. С тех пор как Цзян Мо встретил Чи Юя, он никогда не слышал, чтобы тот так говорил.
У него перехватило дыхание. Когда он наконец выдохнул, его щёки уже пылали так, что можно было каплю крови выдавить.
Сердце билось всё чаще и чаще.
Чи Юй ведь не говорил ему, чтобы он ни с кем не делился тортом.
Почему Чи Юй за него заступился?
У хозяина тела ведь почти полгода не было никаких пересечений с Чи Юем.
— Что смотришь? — над головой раздался незнакомый голос. Цзян Мо, словно его поймали на чём-то постыдном, испуганно прижал телефон к груди.
Говоривший Шэнь Ан, вздрогнул от неожиданности. Увидев растерянный взгляд и покрасневшие щёки Цзян Мо, он почувствовал, как что-то ударило его в грудь.
Удивление длилось лишь мгновение. Он быстро пришёл в себя и спросил:
— Что ты так увлечённо смотришь?
— Н-ничего, — Цзян Мо с чувством вины спрятал телефон в карман кофты.
— Почему ты сидишь здесь один? На задних рядах трясёт сильнее. Может, пересядешь вперёд? — видя, что Цзян Мо не хочет говорить, Шэнь Ань сменил тему.
— Н-не надо, спасибо, — Цзян Мо опустил голову, избегая взгляда Шэнь Аня.
Е Линю нравился Шэнь Ань, и Цзян Мо не хотел сближаться с ним. Лучше вообще не пересекаться.
Он прекрасно помнил, что Е Линь — сумасшедший. Ради Шэнь Аня он совершал много безумных поступков. Цзян Мо не хотел ввязываться в ненужные неприятности.
— Одному ведь скучно. Можно мне сесть с тобой? — снова спросил Шэнь Ань.
Нельзя.
Цзян Мо мысленно ответил мгновенно. Он уже открыл рот, чтобы сказать это вслух, как над головой раздался другой знакомый голос:
— Нельзя.
Цзян Мо опешил. Кто это сказал его мысль вслух?
Шэнь Ань обернулся. Чи Юй стоял у него за спиной. Неизвестно, когда он подошёл. Он улыбнулся и поприветствовал его:
— Учитель Чи.
Встретив взгляд Чи Юя, в котором читалась агрессия, Шэнь Ань неуверенно спросил:
— Это вы мне сказали?
— Ммм, — равнодушно ответил Чи Юй, перевёл взгляд на Цзян Мо и заговорил уже совсем другим тоном: — Это место я забронировал заранее.
Цзян Мо: «?»
Шэнь Ань: «…»
http://bllate.org/book/17195/1609610
