На ветвях Священного Дерева висели гроздья плодов. Все они были примерно одного размера, с кулак взрослого человека, и внешне напоминали спелые персики — округлые и ярко-красные. Но никто бы не спутал их с фруктами, ведь персики не умеют двигаться. Плоды, усеявшие крону дерева, ритмично сжимались и разжимались; каждый их толчок был мощным и отчётливым, издавая ритмичный стук…
Цзян Вэньюань и его трое напарников застыли, в оцепенении глядя на дерево…
Эти пульсирующие плоды на самом деле были человеческими сердцами!
Крона Священного Дерева раскинулась необычайно широко, и сердец на ней было так много, что сосчитать их было совершенно невозможно. Большинство из них были целыми; под солнечными лучами у этих сердец не было физических тел, но они отбрасывали на землю тени полноценных человеческих силуэтов. Остальные же сердца были разорваны посередине — они всё ещё продолжали пульсировать, но под ними не было теней.
Зрелище было настолько жутким, что Ли На не выдержала и опустила голову, отведя взгляд от кроны. Однако этот невольный жест неожиданно помог ей заметить множество необычных вещей.
На земле, где раскинулись корни Священного Дерева, не росло ни травинки. Вся почва была завалена хламом: люминесцентные лампы, фонарики, свечи — здесь можно было найти всё, что когда-либо служило источником света. Среди этих старых, наполовину ушедших в землю предметов один выделялся своей новизной. Это был смартфон, лежащий экраном вниз, чей встроенный фонарик всё ещё продолжал гореть.
Ли На мгновенно вспомнила игрока со второго этажа, чья тень исчезла: он выбросил свой телефон ещё по дороге в деревню Дабу. Ли На была готова поклясться, что их путь в деревню не проходил мимо этого дерева. Если этот смартфон принадлежал тому игроку, то кто, в конце концов, принёс его сюда?
— Всем разойтись, найти укрытие и накрыться черной вуалью так, чтобы спрятать тени! — шёпотом, но предельно быстро скомандовал Цзян Вэньюань.
Все поспешили спрятаться в ближайшем укромном месте. Чуть высунувшись из-под ткани, они наблюдали за странными переменами, происходящими на дереве. Одно из сердец, висевшее с края, внезапно забилось чаще и начало яростно вибрировать.
Что-то разорвало плоть сердца изнутри: некая бесформенная иссиня-черная масса колыхалась, постепенно увеличиваясь в размерах и обретая очертания, изо всех сил пытаясь выбраться наружу. Словно надевая одежду, это существо натянуло на себя лежащую в солнечных лучах тень; когда существо полностью отделилось от сердца и спрыгнуло вниз, плод окончательно разорвался, и человеческая тень под ним исчезла.
Существо, оказавшееся на земле, было почти точной копией того монстра, которого Цзян Вэньюань и Цзян Чжань встретили в деревне: абсолютно черное, безликое, с размытыми, словно туман, контурами тела, в которых можно было лишь с трудом угадать руки и ноги.
Дурное предчувствие Цзян Вэньюаня подтвердилось. Когда он увидел игрока и туриста без теней, и сопоставил это со змеиной способностью монстра сжиматься и изгибаться, у него уже закрались подозрения: таких существ может быть много. Цзян Вэньюань бросил взгляд на землю — там были сотни, если не тысячи теней ещё не «вылупившихся» монстров. А сколько их уже разгуливает на свободе? От одной мысли об их количестве мороз пробегал по коже…
Только что вылупившийся монстр из черной тени, пошатываясь, сделал несколько неуклюжих шагов по земле. Вскоре он наткнулся на смартфон, который упрямо светил уже больше суток. Монстр поднял телефон и направил луч фонарика на себя — там, куда падал свет, размытые края его тела постепенно становились чёткими. Существо с явным удовольствием вертело смартфон в руках и лишь спустя долгое время нехотя положило его обратно на землю, направив луч фонарика на крону, где зрели другие плоды-сердца.
Пошатываясь, теневое чудовище вышло из-под кроны дерева, и — вот же невезение — оно направилось прямиком к тому месту, где пряталась группа Цзян Вэньюаня.
Цзян Вэньюань раскрыл зонт с нашитой черной вуалью и крепче сжал в руке золотую вилку с деревянной ручкой. Раз уж это человекоподобное существо вылупилось из сердца, то и место, где должно находиться сердце, обязано быть его уязвимой точкой.
Цзян Вэньюань слегка подался вперёд, упираясь свободной рукой в землю, готовый нанести внезапный удар. Но совершенно внезапно набежавшее белое облако как раз закрыло солнечный свет, падавший на укрытие беглецов. Поскольку этот монстр только что вылупился, его жажда света была невероятно острой; он тут же сменил курс и на огромной скорости бросился вдогонку за уходящими солнечными лучами.
Когда монстр скрылся из виду, Цзян Вэньюань, не закрывая зонта, вышел из-за валуна и задумчиво посмотрел на Священное Дерево. Ли На несколько раз ударила себя по ставшим ватными ногам и с трудом поднялась. Сосредоточенный взгляд Цзян Вэньюаня заставил её сердце ёкнуть.
— Брат Чэнь, ты ведь не собираешься сорвать одно сердце, чтобы забрать его с собой для опытов?
— Для изучения сердец время ещё не пришло, — покачал головой Цзян Вэньюань. — Эти чудовища слишком быстры, а их конечности могут менять форму и растягиваться. Сначала вернёмся в деревню Дабу и постараемся выяснить у жителей, как с ними бороться, иначе при следующей встрече мы будем бессильны.
— Понятно, — обречённо кивнула Ли На. «Время ещё не пришло» — значит, позже он всё-таки собирается это сделать? Ей очень хотелось знать, откуда у Цзян Вэньюаня столько смелости, что он готов препарировать даже такую жуткую вещь.
Они уже своими глазами увидели, насколько сильна тяга теневого чудовища к свету. По дороге обратно в деревню группа постоянно оглядывалась по сторонам, не теряя бдительности, и старалась держаться в тени облаков. Из-за осторожности им пришлось сделать крюк, поэтому возвращение в деревню Дабу заняло вдвое больше времени, чем путь к дереву.
Приближался полдень — время, когда в деревне Дабу обычно царила тишина. Однако сейчас здесь было не только шумно, но и отчётливо пахло бедой. Все постояльцы двухэтажного дома, за исключением того игрока и туриста, чьи тени таинственно исчезли, собрались на пустыре перед домом. Каждый сжимал в руках какой-нибудь предмет, способный послужить оружием.
Солнце стояло в зените. Увидев возвращающуюся четвёрку, ассистент профессора окинул их ноги быстрым взглядом и, убедившись, что тени на месте, тревожно воскликнул:
— Где вы четверо пропадали всё утро?! Мы вас обыскались, решили уже, что вас жители деревни прирезали!
Цзян Вэньюань почувствовал какой-то подвох, поэтому умолчал о Священном Дереве:
— Нас заинтересовали ветви и листья Священного Дерева, поэтому мы ходили исследовать лес. Ассистент, вы все собрались тут по какому-то важному делу? Что случилось в деревне?
— С вашим однокурсникам и одним туристом творится что-то неладное, и мы подозреваем, что это дело рук деревенских жителей! — гневно выкрикнул ассистент и потянулся, чтобы схватить Цзян Вэньюаня за руку. — Вы как раз вовремя. Идёте с нами к старосте, потребуем объяснений! Неужели в деревне Дабу людей из двухэтажного дома держат как жертвенное подношение?!
Цзян Вэньюань ловко уклонился от его руки.
— Мы всё утро провели в лесу и валимся с ног от усталости, нам нужен отдых. Так что мы вчетвером к старосте не пойдём. Я абсолютно уверен, что профессор и вы, ассистент, обязательно добьётесь для нас справедливости.
После таких слов ассистент не посмел настаивать. Он вернулся к профессору, и тот повёл толпу к дому старосты. Игроки, проходя мимо четвёрки с оружием в руках, бросали на них презрительные взгляды, явно считая их дезертирами и трусами.
Едва они вчетвером вернулись в свою комнату и заперли дверь, Ли На взволнованно спросила:
— Брат Чэнь, почему мы не поделились информацией о Священном Дереве? Мне кажется, сейчас не тот момент, чтобы скрывать сведения от остальных. Если эти тени вылупятся все разом, то нам вчетвером не отбиться.
— Я не собираюсь утаивать информацию навсегда, просто они вели себя странно, вот я и промолчал, — Цзян Вэньюань сел за стол и повторил: — Слишком много странностей.
Цзян Чжань молча сел рядом и налил чай себе и напарнику:
— Самое подозрительное — это те двое туристов. Их поведение заслуживает тщательного анализа.
— Почему ты так думаешь? — Ли На подкатила коляску Люй Инци к его месту у стола и села сама. Она наполнила чашку и пододвинула её парню. — Пей сначала ты, а я потом помою чашку и попью.
По разным причинам у них так и не выдалось минутки сходить в пустующие комнаты и взять ещё одну чашку, так что их по-прежнему было три — приходилось делить.
Цзян Вэньюань обхватил чашку руками, но пить не стал, лишь грея ладони.
— То, что двое туристов пошли со всеми к старосте — нелогично. Если бы они были близки с тем пострадавшим туристом, то они бы первыми заметили неладное. Но отсутствие тени обнаружили мы, значит, связь между ними слабая. Когда с просто знакомым случается нечто чертовски необъяснимое и пугающее, нормальная реакция — бежать или звонить в полицию. С какой стати им лично идти к старосте и требовать каких-то объяснений?
Слова Цзян Вэньюаня подтолкнули Ли На к новой мысли:
— Кстати, они и правда странные. Они приехали раньше игроков и собираются уехать только после фестиваля Священного Дерева. Дабу — крошечная деревушка. Будь они обычными туристами, одного-двух дней хватило бы с лихвой, чтобы увидеть всё самое интересное и проникнуться местным колоритом. Зачем им торчать здесь так долго? Может, у них иная цель…
— Не только туристы, профессор с ассистентом кажутся мне подозрительными, — Цзян Вэньюань отпустил чашку и достал из-под кровати фонарь. Поставив его на стол, он зажёг фонарь. — Теневые чудовища находят добычу по свету и силуэтам, их привлекает абсолютно любой источник света. Для защиты от них этот фонарь бесполезен. Пока что я нашёл ему лишь одно применение — отличать живых людей от живых мертвецов, лишённых теней.
— Брат Чэнь, ты хочешь сказать, что профессор и ассистент могли знать о монстрах ещё до приезда сюда? — вежливо поинтересовался Люй Инци. — И что им было известно: стоит теневому чудовищу забрать человеческое сердце — и человек становится живым мертвецом без тени?
— Я не уверен, насколько много им известно, — покачал головой Цзян Вэньюань. — На самом деле, любого источника света хватит, чтобы увидеть отсутствие тени, но фонарь ассистента особенный. Его яркость и температура света приемлемы для жителей Дабу. Это инструмент, которым жители, вечно живущие в сумерках, проверяют, остался ли человек человеком. Раз профессор и ассистент используют именно его, возможно, кто-то из них связан с деревней кровными узами.
Ли На мгновение представила типичную мелодраму: любовь между деревенской девушкой и чужаком, которую не приняли местные жители, их обоюдная гибель и оставшийся сиротой ребёнок, который годы спустя вернулся, чтобы жестоко отомстить. Ли На настолько пришла в возбуждение от своей догадки, что по неосторожности опрокинула чашку чая, которую налила Люй Инци. Тот был ограничен в движениях и не смог вовремя отреагировать, поэтому весь чай выплеснулся ему прямо на колени.
— А-а-а!.. Прости, пожалуйста! — Ли На поспешно откатила инвалидное кресло Люй Инци в сторону, отыскала сухую тряпку, чтобы обтереть ему ноги. — Сильно обожгло?
— Мои ноги всё равно ничего не чувствуют, так что всё в порядке, — ответил Люй Инци.
От этих слов Ли На стало ещё горше.
Люй Инци же больше беспокоился об игроках:
— Раз других игроков кто-то намеренно подстрекает идти к старосте, не обернётся ли это бедой?
На этот вопрос Цзян Вэньюаню даже не пришлось отвечать — ответ пришёл совсем с другой стороны.
«Бам! Бам! Бам!» — в дверь забарабанили так сильно, что она едва не слетела с петель. Цзян Чжань поднялся, чтобы отпереть, — на пороге стоял тот самый парень из деревни Дабу, который приносил им еду. Черная вуаль окутывала его тело плотнее, чем когда-либо. В руке он сжимал нож; на черной ткани не было видно пятен, но от него исходил тяжёлый, густой запах крови. Окинув взглядом комнату и убедившись, что у всех есть тени, он спросил:
— Где те двое без теней? Знаете?
Цзян Чжань преградил ему путь.
— Может, для начала объяснишь, откуда на тебе столько крови?
Парень сдвинул тёмные очки на лоб, его взгляд был острым, как лезвие. Он холодно усмехнулся.
— С тем же успехом вы можете спросить себя, какого черта вы оболгали деревню Дабу, заявив, будто мы собираемся сделать из вас жертв для Священного Дерева!
Цзян Чжань не испугался скрытой в словах молодого человека убийственной враждебности и продолжал стоять у входа, преграждая путь.
— Если бы мы правда так считали, то, как думаешь, стоял бы ты сейчас здесь и разговаривал бы с нами так спокойно?
Ярость парня немного утихла.
— Вы не пошли со всеми к старосте, значит, у вас ещё остались мозги. Но с этого дня деревня Дабу больше не будет кормить вас свежими ветвями и листьями дважды в день. Если не есть их постоянно, от вас перестанет исходить запах Священного Дерева. А без этой маскировки вы станете для теневых чудовищ такой же добычей, как и любой житель деревни. Так что уповайте теперь только на милость судьбы.
— Спасибо за предупреждение, — Цзян Чжань вежливо улыбнулся. — Те двое без теней — на втором этаже, третья комната слева.
Парень кивнул и, сжимая нож, размашистым шагом направился на второй этаж.
К тому моменту, как парень стащил со второго этажа двоих укутанных в черную вуаль людей, те, кто ходил устраивать погром к старосте, как раз вернулись: у всех были связаны руки за спиной, и они шли цепочкой, соединённые длинной верёвкой, а вокруг них стояли несколько жителей деревни Дабу в чёрных накидках, вооружённые ножами и дубинками.
Цзян Вэньюань и его спутники вышли из комнаты и внимательно пересчитали вернувшихся — не хватало четверых, причём все они были игроками, и Лю Юньюнь оказалась в их числе. Ян Цинь, её лучшая подруга, стояла в строю вся в чужой крови и рыдала навзрыд. Судя по всему, Лю Юньюнь уже не было в живых, как и остальных троих.
Парень из Дабу швырнул двух лишённых теней живых мертвецов на землю. Завёрнутые в вуаль, они извивались подобно червям. Парень посмотрел на связанных бунтовщиков.
— Вы ведь пришли к старосте спросить, что делать с вашими товарищами? Староста хотел сесть и мирно всё обсудить, но вы не пожелали слушать и даже посмели жестоко убить его! Что ж, теперь я покажу вам, как деревня Дабу поступает с живыми мертвецами.
С этими словами он резким движением сорвал вуаль с обоих!
Как только лишённые теней существа оказались под прямыми лучами солнца, их кожа начала гореть. На глазах у всех они стали обугливаться. Тот самый турист, истошно крича от боли, пополз в сторону своих товарищей.
— Мы приехали в Дабу за легендой о бессмертии… Разве не говорили, что тот, кто отвергнет свет, обретёт вечную жизнь? Почему я стал таким… Вы обманули меня…
Двое оставшихся туристов в неописуемом ужасе смотрели, как их товарищ прямо на солнце превращается в пылающий кусок угля, и, окончательно сломавшись, навзрыд разрыдались.
— Мы тоже просто услышали от других о тайне бессмертия в Дабу, это не наша вина!
Парень из деревни Дабу хотел было досконально расспросить их про это «бессмертие», но в этот момент кто-то из жителей закричал:
— Теневые чудовища! Они здесь!
Два трупа, объятые яростным пламенем под палящим солнцем, превратились в самый лакомый, идеальный источник света для монстра. И явился он не один!
http://bllate.org/book/17048/1951431
