Двое тигрят быстро прижились на новом месте, поладив и с Цунцзаем, и со всей собачьей сворой. Совсем ещё крошечные, с мягкими неокрепшими зубками, в этой разношёрстной компании они быстро заняли место вечных прихвостней, готовых повсюду следовать за старшими.
Ши Вэнь поначалу опасался, что выходить хищников будет непросто. Но всё изменилось, когда к нему переехал Янь Кэсин — он взял на себя почти все заботы о малышах. Время от времени заглядывали и ребята во главе с Гун Цзяном, чтобы потискать полосатых. Так что на долю самого хозяина хлопот почти не осталось.
В тот день Янь Кэсин уехал на совещание, а троица помощников угнала на выпас валухов, племенных баранов и коров. С ними увязались и собаки, и тигрята. В загоне остались только суягные овцы.
Ши Вэнь решил устроить им осмотр, чтобы проверить беременность, и потому придержал их в овчарне. Сам он проводить УЗИ не умел, так что пришлось звать ветеринара Скевелла.
Тот приехал только в одиннадцатом часу. Тяжело отдуваясь, врач перекинул через плечо медицинскую сумку, поставил на землю портативный ветеринарный сканер и виновато развёл руками:
— Прости за опоздание. С утра у одной коровы роды пошли наперекосяк, пришлось помогать. Не думал, что застряну там так надолго.
Ши Вэнь перехватил у него увесистый прибор.
— Что случилось? Трудные роды?
— Свели с неподходящим быком, — вздохнул Скевелл. — Некоторые хозяева в погоне за выгодой совсем голову теряют. Корова средняя, а её крыли семенем гигантского быка. Плод, ясное дело, вырос огромным, сама она отелиться не смогла. Вот и пришлось буквально силой вытягивать телёнка наружу.
Ши Вэнь нахмурился.
«Это же калечит матку. Какая дикая боль для животного»
— О чём и речь, — в сердцах бросил ветеринар. — В этом году я уже лечил десятки коров с разорванными родовыми путями. Никаких правил люди не соблюдают, видят перед глазами одни только деньги.
Развивать эту тему Скевелл не стал — профессиональная этика всё же не позволяла мешать коллег с грязью. Заметив свежеустановленные ряды сетки-рабицы, он перевёл разговор в другое русло:
— Ого, ну и перемены у тебя! Откуда столько ограждений?
— Территория огромная, — отозвался Ши Вэнь. — Решил разбить её на сектора для удобства. Теперь могу спокойно перегонять отары с одного участка на другой и не бояться, что они разбредутся по степи.
Теперь всё его пастбище делилось на три равные зоны, примерно по тысяче му каждая, получившие незамысловатые названия: «Пастбище № 1», «Пастбище № 2» и «Пастбище № 3».
Как только Ши Вэнь согласился приютить тигрят, ведомство сразу прислало бригаду рабочих. Человек тридцать за несколько дней полностью обновили старую изгородь и натянули новую сетку. Выпас стал намного проще.
— Отличная задумка, — одобрительно кивнул Скевелл, оглядывая забор. — Когда поголовье вырастет или прикупишь новых животных, будет очень удобно держать их на карантине.
«Сразу видно профессиональный подход — во всём видит медицинскую пользу» — усмехнулся про себя Ши Вэнь.
— Ладно, пойдём, — он повёл гостя к новому загону. — Все суягные матки здесь. С чего начнём?
— Краску приготовил? — спросил ветеринар.
Ши Вэнь молча кивнул и достал три баллончика с нетоксичной краской — красной, жёлтой и синей. Осмотр затевался не только ради подтверждения беременности, но и чтобы выяснить количество будущих ягнят. Это помогло бы вовремя распределить нагрузку на маток.
Овца может вынашивать от одного до трёх плодов. С одним ягнёнком животному ходить легко, его можно пасти в общем стаде без лишних хлопот. Но если овца ждёт двойню или тройню, рацион приходится кардинально менять, а в идеале — отселять будущую мать в отдельное стойло и окружать особой заботой.
Любая оплошность грозит токсемией беременных, которую чабаны зовут болезнью двойни. Если упустить момент, погибнет и матка, и её приплод. Учитывая, что суягная овца стоит несколько тысяч юаней, потеря пары таких голов мигом сведёт на нет месячный доход пастбища.
В качестве временного кабинета приспособили свободную каморку. Пока Скевелл настраивал портативный сканер, Ши Вэнь начал поочередно заводить овец. На удивление, его животные вели себя смирно. Достаточно было слегка придержать овцу за рога, чтобы она замерла, покорно ожидая окончания процедуры.
Когда завели очередную матку, Скевелл наклонился и прижал датчик к её выстриженному боку. Они уставились на крошечный экран. Ши Вэнь видел лишь серые размытые пятна, но опытный глаз ветеринара мгновенно выхватил нужные очертания.
— Двойня, — уверенно констатировал он.
— Отлично, — отозвался Ши Вэнь и нажал на клапан баллончика, оставив на голове овцы ярко-жёлтую отметку.
Для маркировки он выбрал простую схему: один ягнёнок — красный цвет, двое — жёлтый, трое — синий. Поскольку случка проходила естественным путём, большинство овец вынашивали по одному плоду. Двойни встречались реже, а тройни и вовсе оказались единичными случаями. Всё складывалось как нельзя лучше.
Слаженная работа шла споро: один водил датчиком, другой ставил метки. Чуть больше чем за час они управились со всей отарой из ста пяти голов.
— Отличные животные, крепкие и упитанные, — похвалил Скевелл, вытирая руки. — Теперь главное — давай им побольше питательных кормов и не гоняй на дальние пастбища.
— Понял, спасибо. Через месяц снова позову тебя на осмотр.
— Договорились, — ветеринар бережно уложил прибор в кейс и улыбнулся: — Если возникнут вопросы — пиши сразу в WeChat, как освобожусь, отвечу.
— Буду иметь в виду.
Проводив гостя, Ши Вэнь выгнал отару на Пастбище № 1. Кастраты и коровы паслись отдельно, на Пастбище № 3, так что животные друг другу не мешали. Дел по хозяйству хватало, поэтому, оставив овец щипать траву, он поспешил вернуться во двор. Собаки сторожили дальнее стадо, но Ши Вэнь рассудил, что новые надёжные заборы исключают любые неприятности, и со спокойным сердцем погрузился в заботы.
Он даже не стал проверять животных в течение дня, оставив их пастись до самого вечера.
Лишь на закате, когда троица помощников пригнала с выгона валухов вместе с псами и тигрятами, Ши Вэнь отправился за своими суягными матками.
Однако на месте его ждало неприятное зрелище. Овцы в панике забились в густую траву; они тяжело, хрипло дышали, словно спасались бегством от неведомого преследователя. На боках у многих виднелись свежие рваные раны.
Одной из бедняг досталось сильнее прочих: её ухо было практически оторвано и сиротливо висело на лоскуте кожи, а весь бок залила тёмная кровь. Завидев хозяина, овцы жалобно заблеяли, но подняться на ноги у большинства просто не хватало сил.
Ши Вэнь не верил собственным глазам. Как за несколько часов мирного дня могло случиться подобное?
Он бросился к отаре, принялся осматривать пострадавших, ласково успокаивая испуганных животных и помогая им подняться.
К счастью, овцы у него были крепкой породы. Пережив страшный стресс, они всё же удержали плод — обошлось без кровотечений и выкидышей, да и погибших среди стада не оказалось.
Ши Вэнь обошёл весь выгон, пытаясь отыскать следы нападавшего, но без камер видеонаблюдения понять, кто покусился на его скот, было невозможно. Оставалось лишь побыстрее согнать пострадавших в овчарню и заняться их ранами.
Помощники ещё крутились во дворе, когда Ши Вэнь пригнал окровавленную отару. Ребята так и замерли.
— Что стряслось? Откуда кровь? — воскликнул Гун Цзян.
— Сам не знаю, — устало выдохнул Ши Вэнь. — Похоже, какой-то хищник пробрался на участок.
Линь Чэнцянь подошёл поближе, осмотрел рваные следы на шкурах и уверенно высказал предположение:
— Судя по укусам, либо волки, либо лисы.
— Вполне возможно. — Ши Вэнь уже вытаскивал из кладовой ящик с медикаментами и антисептиками. — Надо срочно обработать раны.
— Мы поможем! — тут же вызвался Гун Цзян.
Следом за людьми потянулась и вся домашняя живность: четыре собаки, двое тигрят и Цунцзай. Впрочем, малыши и три пса увязались чисто из любопытства — покрутиться под ногами, а вот Хэйва выглядел на редкость мрачным.
Хэйва, будучи невероятно гордым и ревностно оберегающим свою территорию вожаком, воспринял ранения овец как личное поражение. Пёс, кипя от ярости и стыда, метался из стороны в сторону, утробно рыча. В таком состоянии к нему не рисковали соваться ни другие собаки, ни тигрята, ни даже наглый кот.
Ши Вэнь, поглощённый перевязкой, не мог уделить псу много времени. Он лишь на секунду крепко прижал Хэйву к себе, зарывшись лицом в его густую шерсть на загривке, без слов давая понять: «Ты не виноват».
Труднее всего пришлось с овцой, у которой едва держалось ухо. Тщательно промыв рану антисептиком, Ши Вэнь зафиксировал бедолагу у ограждения и попросил парней крепко держать её, пока он готовил иглу и хирургическую нить.
Даже под местной анестезией овца дико ревела и билась всем телом так, что трое крепких парней едва справлялись с её напором. Бедное животное натерпелось страху.
«Только попадись мне эта тварь, — злобно думал Ши Вэнь, затягивая очередной узел. — Кем бы она ни была, шкуру спущу».
Гун Цзян хмуро наблюдал за процедурой.
— Надо было разделиться. Зря мы все ушли со вторым стадом.
— Профессор Янь вернётся, увидит это и точно нам устроит, — упадническим тоном протянул Линь Чэнцянь.
Ши Вэнь прекрасно понимал, что парень малодушно пытается напроситься на заступничество. Но вины ребят в случившемся не было.
— Не выдумывай, — качнул головой Ши Вэнь. — Янь Кэсин не из тех, кто срывает злость на невиновных. Ладно, на сегодня работы хватит, поезжайте домой.
— Брат Ши, может, нам остаться на ночь? — заикнулся было Гун Цзян. — Мало ли что, вдруг хищник вернётся?
— Ни к чему, — отмахнулся хозяин. — Со мной целая свора волкодавов. Если зверь сунется сюда снова, сам пожалеет, что на свет родился.
Произошедшее он посчитал чистой случайностью. На пастбищах такое случается сплошь и рядом, глупо надеяться на вечное везение. Закончив с обработкой ран, он быстро успокоился, накормил парней сытным ужином и выпроводил их в город.
Перед сном Ши Вэнь лично запер ворота овчарни, проверил засовы на калитке и, убедившись, что всё надёжно, завалился спать.
Но посреди ночи его словно толкнуло в грудь.
За окном стояла кромешная тьма, завывал пронизывающий осенний ветер, донося из степи едва различимый, яростный собачий лай.
Ши Вэнь сел на кровати, мгновенно почуяв неладное. В комнате гулял сквозняк. Но ведь перед сном он плотно закрыл все окна и двери!
Сердце ушло в пятки. Схватив куртку, он выскочил в коридор.
В доме царила мёртвая тишина. Входная дверь была приоткрыта на ширину ладони, сквозь щель с воем врывался холодный ночной воздух. А самое главное — ни тигрят, ни Цунцзая нигде не было видно. Два здоровенных хищных кошачьих подростка бесследно испарились!
«Ну конечно, Цунцзай!» — Ши Вэню даже гадать не пришлось. Этот паршивец как-то ухитрился провернуть засов и выскользнуть наружу, а полосатые глупыши увязались за ним.
Голова пошла кругом. И куда этот хвостатый сусанин увёл сирот? Ладно бы дружили мирно, но зачем бежать посреди ночи? Мелкие ведь даже от молока толком не отвыкли!
Хорошо хоть, вся территория теперь обнесена новой рабицей, за пределы владений они проскочить не могли. Да и на самом пастбище хищникам мало что угрожало. Обуздав панику, Ши Вэнь решил сосредоточиться на поисках. В ошейники тигрят были встроены GPS-трекеры. В этих глухих местах сигнал часто барахлил, но общее направление определить было можно.
Быстро сверившись со смартфоном, он убедился, что пульс и температура у беглецов в норме, накинул тёплую куртку, вооружился мощным фонарём и выбежал на улицу.
У овчарни Ши Вэнь притормозил — ворота были распахнуты настежь. Значит, собаки ушли первыми. А Цунцзай с полосатым приплодом просто увязались следом за взрослыми волкодавами.
Вслушавшись в завывание ветра, он уловил далёкий надрывный лай именно с той стороны, куда указывал навигатор. Отлично, значит, они все в одном месте.
Прихватив увесистую дубину, Ши Вэнь оседлал мотоцикл и рванул в темноту.
Вскоре луч фары выхватил из темноты неописуемую картину: в степи кипела настоящая свалка. Звери катались по земле единым ревущим клубком, в воздухе летели клочья шерсти и пыль.
Ши Вэнь заглушил мотор и присмотрелся, пытаясь разобраться в этом хаосе. Хэйва, Лэва, Фува и отважный Цунцзай составляли ядро обороны, принимая на себя основные удары, тогда как трусливый Аньва кружил поодаль, выгадывая момент, чтобы исподтишка тяпнуть врага за бок.
Их противниками оказались обыкновенные лисицы. Эти бестии дрались отчаянно и злобно. Одна из них сцепилась с Цунцзаем в смертельных объятиях; кот драл её нещадно, так что в луче фонаря то и дело взлетали рыжие пушистые клочья.
Пока шёл этот нешуточный бой, двое тигрят крутились неподалёку в роли группы поддержки. Задрав куцые хвосты, они старательно подгавкивали псам, издавая уморительное:
— Тяв-мяу-р-р-р!
У Ши Вэня потемнело в глазах.
«Надо же, прожили у собак всего ничего, а уже лаять научились. Тьфу ты, горе луковое».
Впрочем, сокрушаться о манерах питомцев было некогда.
— А ну пошли прочь, паскуды рыжие! — зычно приказал Ши Вэнь.
От его громового окрика дерущиеся на секунду замерли и расцепились. Теперь при ярком свете фонаря Ши Вэнь разглядел нападавших. Это был целый лисий клан — от старых облезлых самцов до полугодовалых подростков, всего голов двадцать с лишним.
Лисы, сообразив, что с волкодавами и бешеным котом им не совладать, переключились на самых слабых — тигрят. Малыши, у которых и когти-то ещё толком не отросли, упрямо лезли в драку, за что мгновенно получали укусы и с визгом катались по траве. К счастью, плотная шкура и своевременное вмешательство собак спасли глупых хищников от серьёзных ран. Псы раз за разом отшвыривали наседавших лисиц.
Судя по тому, как звонко тигрята тявкали и как шустро уворачивались от зубов врага, отделываясь лишь царапинами, их жизни ничего не угрожало. Огребая люлей, они упрямо лезли обратно в бой.
Ши Вэнь на бегу замахнулся дубиной и принялся наотмашь охаживать рыжих разбойников. Получив пару увесистых ударов по хребту, лисы жалобно заскулили и бросились врассыпную. Лишь двум особям не повезло: их намертво прижали к земле Хэйва и Фува.
Обе лисицы, истекая кровью, едва дышали под тяжёлыми лапами волкодавов. Что ж, поделом — за покалеченных овец они ответили сполна.
Оттащив собак от полуживых хищников, Ши Вэнь принялся осматривать своё воинство. К счастью, обошлось без серьёзных потерь. Сильнее всех пострадал трусишка Аньва, которому в потасовке основательно порвали подушечку лапы. Рана выглядела неопрятно, но на морозе кровь уже успела запечься, так что экстренная перевязка не требовалась.
Ши Вэнь со вздохом потрепал пса за ухом. Тот жалобно заскулил и полез обниматься. Тигрята, мгновенно скопировав это движение, тоже принялись тоненько подвывать и тыкаться мокрыми носами в ладонь хозяина.
«Теперь понятно, откуда у них этот собачий акцент. Обезьяны полосатые, всему учатся!»
Кое-как увязав раненых лисиц на заднем сиденье мотоцикла, Ши Вэнь закинул за спину хромого Аньву, кое-как устроил на груди Цунцзая с обоими тигрятами, а остальным собакам скомандовал бежать следом. Мотор взревел, и эта диковинная кавалькада неспешно двинулась в сторону дома.
«Надо срочно покупать грузовой трицикл, — уныло подумал Ши Вэнь, — иначе всю эту ораву скоро будет просто не на чем возить».
Добравшись до усадьбы, он без сил опустился на табурет, но расслабляться было рано. Сначала он обработал ссадины своим питомцам, а затем принялся за пленников. Лисы хоть и набедокурили, но лишать их жизни Ши Вэнь не собирался. К тому же обыкновенная лисица находилась под охраной государства как вид второго класса защиты, так что за их гибель по головке бы не погладили.
Сам он квалифицированной ветеринарной помощи оказать не мог, а потому решил набрать номер капитана Чжоу Хунчжуна. Пусть забирает разбойников на лечение и реабилитацию.
Чжоу Хунчжун, сонный и ошарашенный звонком в три часа ночи, долго не мог взять в толк, с чего бы целому лисьему семейству устраивать разборки на частном подворье. Узнав, что звери тяжело ранены, он засуетился, пообещал немедленно выехать со спасателями и попросил Ши Вэня пока присмотреть за ними.
Пока шёл разговор, боевой авангард заметно приуныл. Собаки и кошачьи сбились в одну кучу, сонно щурясь, а изголодавшиеся желудки оглашали комнату требовательным урчанием. Шутка ли — столько сил растратить на ночное сражение!
Ши Вэнь, несмотря на бурную ночь, сна не чувствовал вовсе. Рассудив, что героев нужно поощрить, он достал из морозильной камеры приличный кусок баранины. Защита территории — дело благородное, и если вовремя не подкрепить этот рефлекс лакомством, в следующий раз никто и ухом не поведёт. С воспитанием тигрят он разберётся позже, а пока — пир на весь мир.
В конце концов, эта вылазка была отличным элементом естественной социализации и дикой подготовки хищников. Смущало лишь одно: полосатые крохи начали подозрительно усердно подражать лаю.
Ши Вэнь нарезал отварное мясо, бросил в миску несколько сочных, сладких томатов с собственной грядки и выставил угощение перед собаками и Цунцзаем. Тигрятам же он развёл по миске тёплого козьего молока.
Но молоко малышей не прельщало. Они упрямо лезли мордами в общую собачью миску, ловя аппетитные мясные запахи.
Совершенно измотанный Ши Вэнь раз за разом оттаскивал пушистые комочки за шкирку.
— Не сметь! Рано вам ещё мясо трескать, лакайте из своих плошек!
Полосатые обиженно заворчали, пытаясь прихватить его за пальцы:
— Тяв-а-а-у!
«Ну и говор...»
Этот писклявый щенячий лай из пасти благородных хищников больше не казался Ши Вэню забавным. Как прикажете сдавать отчёт комиссии по охране редких видов, если охраняемые таримские тигры лают как заурядные дворняги?
Тоска, да и только.
http://bllate.org/book/16970/4717305
Готово:
