Чтобы облегчить уход за животными, Ши Вэнь разделил свою отару на две группы.
В первую вошли валухи — всего триста девять голов. Во вторую — сто пять маток. Их держали в разных загонах и пасли тоже порознь.
Рано утром Ши Вэнь отправил собак выгонять валухов на пастбище, а сам остался в овчарне проверить состояние овец. У самок как раз начался период гона. Они требовали особого присмотра, ведь нужно было подготовить их к предстоящей случке.
Ещё вчера он прогнал их через купальную траншею, а сегодня планировал дать антигельминтные препараты для профилактики печёночной двуустки, лёгочных нематод и желудочно-кишечных паразитов. Поскольку вредителей было много, каждой овце полагалось скормить по три таблетки. Животные, разумеется, горькое лекарство не жаловали, так что Ши Вэню приходилось заталкивать пилюли силой.
Работать приходилось индивидуально: поймал, влил лекарство, пометил бок краской, чтобы случайно не запутаться. Все эти хлопоты следовало завершить до оплодотворения. Беременным маткам давать подобные сильные препараты не рекомендовалось — это могло привести к аномалиям развития плода.
Овцы на его пастбище отличались крутым и бойким нравом, но перед хозяином вели себя смирно. Ши Вэнь хватал их за загривок одну за другой, и они почти не сопротивлялись.
Посреди этой рутины снаружи вдруг донеслось приторно-ласковое, певучее мяуканье Цунцзая. Услышав этот кокетливый, переливчатый голосок, Ши Вэнь даже не стал оборачиваться — и так ясно, что пришёл Янь Кэсин. Цунцзай ластился подобным образом только к хозяину и к профессору Яню.
Закончив с очередной овцой, он вышел во двор.
Янь Кэсин как раз входил в калитку. На нём было серо-зелёное полупальто поверх приталенного повседневного костюма. На ком-то другом такой наряд среди сельских просторов смотрелся бы нелепо. Но у Янь Кэсина была безупречная фигура: узкая талия, длинные ноги, подтянутые бёдра, а ростом он превосходил метр девяносто. Казалось, он вышагивает по подиуму, превращая скромное пастбище в сцену для показа мод. И это зрелище никого бы не удивило: столь притягательному человеку элегантная одежда шла как никому другому.
Ши Вэнь собирался поздороваться, но, завидев гостя, просто замер, беззастенчиво любуясь его красотой.
Когда Янь Кэсин подошёл ближе, Ши Вэнь улыбнулся:
— Почему не позвал? Крикнул бы, я бы встретил тебя за воротами.
— Не к спеху, — отозвался тот. Сегодня на нём были очки без диоптрий в изящной оправе, придававшие ему утончённый, профессорский вид. — Встреча назначена на довольно позднее время, так что мы вполне успеваем.
Ши Вэнь кивнул:
— Тогда подожди немного, мне нужно закончить с овцами.
— Помочь? — предложил Янь Кэсин.
— Лучше не надо, — Ши Вэнь окинул его взглядом с ног до головы и усмехнулся. — Ты сегодня такой франт, жалко пачкать. Зачем портить такую красоту?
— Значит, в другие дни я некрасив? — приподнял бровь Янь Кэсин.
— Вовсе нет, — честно признался Ши Вэнь. — Но сегодня ты превзошёл сам себя. Мой внутренний эстет ликует, когда ты так выглядишь.
Янь Кэсин лишь тихо рассмеялся, не развивая тему.
Ши Вэнь уже привык к Янь Кэсину и нисколько не смущался того, что возится с грязной скотиной в его присутствии. Закатав рукава, он продолжил прерванное занятие, непринуждённо болтая с гостем. Пусть они и не жили под одной крышей, но регулярно переписывались в WeChat, ставили друг другу лайки и оставляли комментарии под публикациями в соцсетях, поэтому общих тем для разговора у них всегда хватало.
Спустя полчаса Ши Вэнь наконец закончил с маточным поголовьем. Выгнав овец на дальний выпас, он наскоро принял душ, переоделся, тоже нацепил очки без диоптрий ради солидности и устроился на пассажирском сиденье в машине Янь Кэсина. Они отправились на осмотр баранов-производителей.
Животноводческая компания, принадлежащая пожилому профессору из Университета Цзи, располагалась в соседнем округе. Специализировались там на той же породе, что держал и Ши Вэнь — чистокровных местных большехвостых овец.
Стоило им войти в павильон, как перед глазами предстали отдельные стойла с племенными баранами. Все они обладали мощным костяком, гармоничным телосложением и на удивление аккуратными, породистыми мордами. Но главным достоинством производителей были их внушительные семенники — куда крупнее, чем у рядовых сородичей.
За последнее время Ши Вэнь успел набраться опыта и с первого взгляда мог определить выдающийся потенциал. Бараны здесь действительно были великолепны — настоящая элита. И всё же этого было мало. Схожих кандидатов он уже видел, когда ездил на отбор с Чжан Дэюанем. Ради стандартного, пусть и хорошего качества, не стоило проделывать столь долгий путь.
Делами фирмы сейчас заправлял сын старого профессора, Бай Янь. Заметив, что гость не задерживает взгляд ни на одном из вольеров, он понимающе улыбнулся:
— Отобранный для вас производитель содержится в самом конце зала. Пойдёмте за мной.
После увиденного Ши Вэнь преисполнился самых радужных ожиданий. Вместе с Янь Кэсином они проследовали за Бай Янем вглубь помещения. У самого просторного вольера Ши Вэнь замер как вкопанный, не в силах оторвать взгляд от лежавшего там барана.
Самец оказался на редкость крупным, но при этом обладал на удивление миловидной, почти киношной мордой — хоть сейчас отправляй на съёмки пасторальной драмы. Идеальная стать, безупречные пропорции головы, туловища и крепких ног. Настоящий баран его мечты! Ши Вэнь влюбился с первого взгляда. Не только проницательный Янь Кэсин, но даже Бай Янь сразу заметил этот восторженный блеск в глазах покупателя.
Бай Янь с гордостью пояснил:
— Его зовут Бабао. Он лучший представитель восьмого поколения нашей селекционной линии. Его мать, Шаньлань, взяла золото на сельскохозяйственной выставке провинции Цзи. Отец, Туанъюань, в двадцать первом году ушёл с молотка на аукционе за баснословные сто семьдесят тысяч юаней. Приплод от Бабао за последние два года получился отменным. Кстати, серебряная медалистка нынешней провинциальной выставки — его прямая дочь.
Ши Вэнь перед поездкой навёл справки, так что послужной список барана сюрпризом для него не стал.
— Родословная и впрямь впечатляет. Жаль только, он уже не первой молодости.
Бабао исполнилось четыре года. Для местных баранов золотой репродуктивный возраст длится с двух до шести лет, то есть активно использовать их можно от силы три-четыре сезона. Возраст был единственным весомым недостатком этого шикарного самца: возможно, после следующего года его производительность пойдёт на спад. Ши Вэнь прекрасно понимал, что такого выдающегося племенного барана не выставили бы на продажу, будь он моложе. Заведя разговор о возрасте, он просто готовил почву для торга.
Бай Янь тут же возразил:
— Пусть вас не пугает его возраст. Здоровьем и силой он не уступит двухлеткам. Взгляните на замеры: сегодня утром его взвешивали — весы показали триста семьдесят шесть цзиней, то есть почти сто девяносто килограммов чистого веса, и всё это литые мышцы! Да и остальные показатели в норме, посмотрите сами.
Ши Вэнь взял со стола журнал учёта и углубился в чтение. Цифры действительно поражали воображение. Бабао по праву считался главным сокровищем этой фермы. Если заполучить такого производителя к себе, весенний окот обещал быть невероятно прибыльным. Пожалуй, продажа всего нескольких элитных ягнят с лихвой окупит покупку отца. Решимость Ши Вэня крепла с каждой секундой. Этот баран должен стать его.
Однако, каким бы великолепным ни был кандидат, вопрос цены оставался открытым.
Только Ши Вэнь собрался озвучить своё предложение, как в павильон вошёл благообразный пожилой мужчина с интеллигентными манерами.
Бай Янь тут же вытянулся в струнку:
— Отец.
Янь Кэсин тоже приветливо кивнул вошедшему:
— Профессор Бай.
Ши Вэнь мгновенно сообразил, что перед ним основатель компании и почётный преподаватель Университета Цзи — Бай Минхуэй.
Бай Минхуэй с заметным воодушевлением пожал руку Янь Кэсину:
— Профессор Янь! Какая честь, рады видеть вас на нашем предприятии!
Затем он повернулся к Ши Вэню и протянул руку ему:
— А вы, должно быть, Ши Вэнь? Наслышан, наслышан о молодом таланте.
— Здравствуйте, профессор Бай, — вежливо ответил Ши Вэнь. — Мы приехали присмотреть производителя для моей отары.
Ши Вэнь читал научные статьи профессора Бая. Они отличались простотой изложения, обилием фактического материала и глубоким практическим подходом. По публикациям легко угадывался характер автора, и Ши Вэнь заранее проникся к нему глубоким уважением.
После обмена любезностями старик доброжелательно расспросил Ши Вэня о его хозяйстве и неожиданно попросил показать маточное поголовье. Ши Вэнь на миг растерялся.
Профессор Бай перевёл взгляд на вольер с Бабао и мягко пояснил:
— Я всю жизнь посвятил селекции местных большехвостых овец, и Бабао — венец моего труда. Мне не безразлично, каких овец он покроет.
Ши Вэнь прекрасно понял чувства старого учёного. Если матки окажутся посредственными, профессор, скорее всего, откажется от сделки, невзирая на выгоду.
— На словах всего не опишешь, — охотно отозвался Ши Вэнь. — Приглашаю вас лично оценить моё стадо. Единственное но: дорога неблизкая, ехать чуть больше двух часов.
— Разве два часа — это расстояние? — отмахнулся Бай Минхуэй. — На машине долетим и не заметим.
Раз уж старик загорелся этой идеей, спорить было бесполезно. Бай Янь не решился перечить отцу и вызвался сам сесть за руль. Они распределились по двум автомобилям и взяли курс на пастбище Ши Вэня. По пути пришлось сделать остановку в городе, чтобы пообедать, так что до места они добрались уже во второй половине дня.
Пастбище Ши Вэня раскинулось на целых три тысячи му — масштаб внушительный даже по меркам всего округа. И дело было не в том, что местным скотоводам не хватало средств на расширение угодий, а в строгих государственных квотах на частное землевладение. Получить разрешение на аренду такой огромной территории рядовому фермеру практически невозможно. На этом фоне авторитет молодого хозяина в глазах гостей заметно вырос.
Оставив машины у ворот, они двинулись вглубь территории пешком. Профессор Бай с любопытством оглядывался по сторонам.
— Какое великолепное пастбище! Какое разнообразие трав! Настоящий рай для овец.
Ши Вэнь лишь скромно улыбнулся. Тут спорить было трудно. Хотя климатические условия в округе везде одинаковы, на его угодьях разнотравье оказалось куда богаче и сочнее, чем на окрестных пустырях. Возможно, сказывалось обилие живности, переносившей семена на шерсти и лапах, да и естественные удобрения делали своё дело — луга радовали глаз сочной зеленью.
Сегодня матки паслись на ближнем склоне, так что идти пришлось недолго. Бай Минхуэй продолжал увлечённо изучать травостой, то и дело одобрительно кивая. Видно было, что хозяйство парня пришлось ему по душе. К моменту, когда они подошли к отаре, старый профессор так оживился, что от дорожной усталости не осталось и следа.
Овцы мирно щипали траву, разбредшись по пастбищу. Собак поблизости не было, но животные вели себя на удивление спокойно и при появлении людей даже не вздрогнули. Эту группу остригли совсем недавно, шерсть едва начала отрастать, обнажая контуры тела. Сквозь короткий ворс отлично просматривались костяк, рельеф мышц и общие пропорции. Для опытного взгляда они были как на ладони.
Остановившись в нескольких шагах, Бай Минхуэй заворожённо наблюдал за стадом.
— Какая стать! — восхищённо закивал он. — Крепкие, поджарые, ни капли лишнего жира. Идеальный баланс.
— Я почти не держу их в стойле, — пояснил Ши Вэнь. — Овцы с утра до вечера на свободном выпасе.
— И правильно! — горячо поддержал старик. — Овца должна двигаться и щипать живую траву. А запереть её в четырёх стенах на паре квадратных метров — так это свинья получится, а не овца. Терпеть не могу нынешних горе-заводчиков: чуть что не так со здоровьем стада — сразу пичкают химией. Какое уж тут вкусное мясо после стольких лекарств...
Старик увлёкся любимой темой, и Бай Янь поспешил мягко его прервать:
— Отец.
Бай Минхуэй виновато махнул рукой, призывая сына не ворчать, и с надеждой посмотрел на Ши Вэня:
— Позволишь подойти поближе?
— Конечно, я провожу вас, — вызвался хозяин.
Животные на его ферме отличались не только завидным здоровьем, но и недюжинной силой. Оставлять пожилого учёного один на один со своенравными овцами Ши Вэнь не рискнул. Вдруг какая-нибудь пугливая матка решит боднуть незнакомца? Для человека в почтенном возрасте любое падение чревато переломами.
Профессору было всё равно, идёт кто-то с ним или нет, его вела профессиональная страсть. Ши Вэнь держался на полшага позади, готовый в любой момент перехватить излишне ретивое животное.
В присутствии хозяина овцы вели себя на удивление кротко. Они послушно стояли на месте, позволяя старому исследователю себя осматривать. Бай Минхуэй бережно ощупывал каждую овечку — от макушки до самого хвоста. Он переходил от одной к другой с таким благоговением, словно перед ним были не обычные сельскохозяйственные животные, а бесценные сокровища. Лицо его светилось от восторга.
— Какое чудо... Какая поразительная генетика!
Ши Вэнь скромно помалкивал, лишь вежливо улыбаясь в ответ на похвалу.
— Как тебе удалось собрать такое поголовье? — спросил наконец профессор. — Найти столько первоклассных маток в одном месте — задача почти невыполнимая.
— Я договаривался с крупными перекупщиками, — признался Ши Вэнь. — Они сгоняли отары со всех окрестностей, а я уже приезжал и лично отбирал лучших из лучших прямо в загонах.
— Великолепный подход! Чем больше выборка, тем выше шанс отыскать жемчужину, — оживлённо закивал Бай Минхуэй. — Мы в университете тоже стараемся отбирать только элиту, но ездим напрямую к чабанам. Твой способ куда эффективнее.
Прощупав ещё несколько овец, профессор сделал профессиональный вывод: дело было не только в хорошей наследственности. Секрет крылся в безупречном уходе. Генетический потенциал животных изначально был просто добротным, но благодаря заботе Ши Вэня они развились в образцовых представителей породы.
— Ты потрясающий животновод, — заключил Бай Минхуэй. — Твои родители тоже держали скот? Семейная преемственность?
— Нет, я первопроходец, — улыбнулся Ши Вэнь. — Просто стараюсь подходить к делу с душой. Моё стадо пока невелико, поэтому я могу уделить внимание каждой голове.
— Разумная стратегия. Качество всегда в цене, и на элитных животных можно заработать куда больше, чем на массовом ширпотребе, — старик ласково похлопал очередную овечку по крупу и вздохнул с облегчением. — Отрадно видеть, что у нашего дела есть будущее, пока жива такая молодёжь.
Ши Вэнь улучил момент:
— Так как насчёт Бабао? Вы уступите его мне?
Бай Минхуэй весело рассмеялся:
— Да забирай! Такому хозяину я бы его и даром отдал!
Стоявший неподалёку Бай Янь заметно побледнел от этих слов. Ши Вэнь поспешил сгладить углы:
— Что вы, профессор, это слишком щедрый подарок. Для меня будет огромной радостью просто купить его по честной цене.
Пожилой профессор действительно привязался к Ши Вэню и его замечательным овцам. Он лично сделал внушительную скидку: вместо изначальных пятидесяти тысяч юаней отдал Бабао всего за тридцать восемь. Ши Вэнь был глубоко тронут таким жестом и искренне пригласил учёного приехать весной, когда родится первый приплод. Бай Минхуэй с радостью согласился, пообещав лично оценить результаты работы своего любимца.
Они быстро уладили бумажные формальности и провели оплату. Уже к вечеру по распоряжению Бай Яня племенного барана доставили прямо на пастбище Ши Вэня.
К животному прилагалась подробная ветеринарная карта. Ши Вэнь тщательно изучил все анализы и не нашёл ни единого изъяна. Для профилактики он обработал Бабао дезинфицирующим раствором из распылителя и запер в отдельном чистом стойле. Пару дней новичка следовало подержать на усиленном пайке, чтобы он восстановил силы после переезда, привык к новым запахам, а уже потом выпускать к самкам.
Всю последующую неделю Ши Вэнь окружал барана заботой, и тот на глазах наливался силой, превращаясь в лоснящегося богатыря.
Одним погожим утром Ши Вэнь заметил, что почти все овцы пришли в охоту. Пора было приступать к делу. Он принёс банку с яркой жёлтой маркерной краской на масляной основе и густо выкрасил грудь Бабао.
Четвероногие пастухи, шумно дыша, прибежали с улицы и выстроились вдоль ограды, с нескрываемым интересом наблюдая за странным ритуалом. Ши Вэнь обернулся и наткнулся на четыре пары любопытных карих глаз.
— Ну и что вы тут высматриваете? — беззлобно рассмеялся он. — До всего вам есть дело.
Хэйва весело тявкнул в ответ:
— Гав!
Цунцзай лениво забрел в овчарню, потерся о ноги хозяина, а затем принялся змейкой лавировать между собаками, подлезая под брюхо к каждой и дружески прижимаясь боками. Ши Вэнь ласково почесал кота за ухом:
— Ладно, пошли. Сначала нужно выгнать валухов.
Оседлав мотоцикл, Ши Вэнь в сопровождении своей пушистой свиты перегнал стадо кастрированных баранов на сочные дальние пастбища. Оставив собак нести дозор, он поспешил обратно, чтобы заняться маточным поголовьем.
На этот раз он объединил овец и Бабао в одном загоне. Самки, готовые к спариванию, источали манящие флюиды, перед которыми самец устоять не мог. Едва оказавшись в стаде, баран принялся активно покрывать овец одну за другой.
При каждой садке его выкрашенная жёлтой краской грудь плотно прижималась к крупу очередной избранницы, оставляя яркий след. Благодаря этой нехитрой метке Ши Вэнь безошибочно определял, какая овца уже покрыта, а какая ещё ждёт своей очереди. Это значительно облегчало учёт. Помеченных самок он сразу брал на карандаш. Этому практичному методу его научили местные старейшины — все здешние чабаны испокон веков пользовались таким приёмом.
Случная кампания — дело государственной важности для любого животновода, поэтому всю последующую неделю Ши Вэнь не спускал глаз со своей отары. Бабао превзошёл все ожидания. Он оказался неутомимым и невероятно сильным производителем: покрыть за раз больше сотни овец для него не составило труда. Каждый день он без устали кружил вокруг невест. Буквально за неделю на крестце каждой матки засияло жёлтое клеймо.
Ши Вэнь, обладавший особым чутьём, физически ощущал, что все овцы благополучно понесли. Период гона завершился, уступив место спокойной беременности. Будущие мамы чувствовали себя превосходно.
Чего нельзя было сказать о самом Бабао. Изнурительный недельный марафон лишил его всех сил. Увлёкшись своими прямыми обязанностями, баран практически забросил еду. Меньше чем за десять дней богатырь похудел на тридцать восемь цзиней — его вес упал со ста восьмидесяти восьми до ста семидесяти четырёх с половиной килограммов. Выглядел он теперь изрядно помятым и безучастным ко всему.
Ши Вэнь проникся искренней жалостью к своему труженику. Он нежно потрепал беднягу по холке и немедленно перевёл на усиленное диетическое питание с добавлением отборных концентрированных кормов, надеясь поскорее вернуть его в былую форму.
Успешное завершение случки означало, что половина осенних хлопот осталась позади. Впереди маячила долгожданная передышка. Все эти недели Ши Вэнь трудился не покладая рук и теперь чувствовал себя выжатым как лимон. Ему жизненно необходим был отдых, иначе недолго и заболеть от переутомления.
Правда, бездельничать в одиночку — удовольствие сомнительное. Ши Вэнь подумал, что неплохо бы пригласить Янь Кэсина, заодно и отблагодарить его за помощь в поисках производителя. Он набрал знакомый номер, но не успел произнести и слова приветствия, как на том конце провода раздался мягкий голос Янь Кэсина:
— Свободен в ближайшие дни? Мне очень нужна твоя помощь.
http://bllate.org/book/16970/4699012
Готово:
