Готовый перевод What to Do If You Wear to Heaven? / Что делать, если попал в рай?: 31 Глава

Янтарные кошачьи глаза моргнули. Беллиал приподнял маленькую голову на груди Люцифера и недоумённо тихонько позвал его по имени:

— Люцифер?

Понимая, что Беллиал не понимает, почему он тоже забрался под одеяло, Люцифер посмотрел на него своими лазурно-голубыми глазами, полными нежной улыбки. Он быстро убрал крылья, лёг на бок и слегка зевнул.

— Каждый раз, когда я смотрю, как ты спишь, мне кажется, что это очень приятно. Поэтому я тоже решил попробовать.

Что-то уж слишком натянутое объяснение.

Недоверчиво сморщив маленький носик, Беллиал несколько раз моргнул, словно не понимая, и мягко спросил:

— Тогда почему ты тоже хочешь спать здесь? Во дворце ведь ещё много комнат.

Услышав мягкий голос Беллиала, Люцифер и сам невольно заговорил нежнее. Подражая его интонации, он ответил:

— Потому что это моя спальня. Хотя во дворце и много других комнат, я хочу спать вместе с тобой.

Беллиал: …

Ладно, ты победил. =\_=

Спрятавшиеся под одеялом маленькие ручки украдкой потёрли предплечья. Беллиал знал, что, если Люцифер что-то решил, переубедить его будет практически невозможно. А поскольку ему хотелось поскорее уснуть, он пока не собирался спорить с ним по пустякам. Мальчик снова целиком забрался под одеяло и не забыл тихонько пробормотать:

— Я же говорил, что на этот раз со мной ничего не случится, когда я усну.

Люцифер лишь с улыбкой потрепал его по маленькой серебристо-серой головке, выглядывавшей из-под одеяла. В его сапфировых глазах искрилась нежность.

От этого «заботливо-любящего» взгляда Люцифера у Беллиала уже начинала болеть голова. Он не удержался и мысленно цокнул языком, после чего закрыл глаза и мгновенно погрузился в Изначальную Тьму.

Вскоре в объятиях Люцифера послышалось ровное дыхание — тихое, мягкое и тёплое.

С того самого момента, как Беллиал закрыл глаза, Люцифер не переставал внутренне напрягаться, опасаясь, что тот снова, как в прошлый раз, уснёт так глубоко, что его душа потеряется. Однако, слыша тихое, но совершенно отчётливое дыхание, он наконец постепенно расслабился. Глядя на безмятежное, по-детски довольное лицо спящего Беллиала, Люцифер и сам незаметно уснул.

В глубочайших недрах души, в Изначальной Тьме, Беллиал на удивление стремительно ворвался в Храм Тьмы. Не успев даже как следует устроиться на троне, он принялся искать среди звёзд под куполом те, что принадлежали снам Беллиар и Левиафана. Теперь звёзд на небосводе стало гораздо больше, чем раньше.

Поскольку Беллиал всё время находился рядом с Люцифером, он полагал, что в ближайшее время у него вряд ли появится возможность превратиться в кошку и отправиться в нижний мир, чтобы навестить Беллиара и Левиафана. К счастью, он всё ещё мог управлять снами, а значит, не потеряет связь с этими двумя малышами окончательно.

Он обыскал взглядом всё звёздное небо, но так и не смог найти самую яркую звезду, принадлежавшую Левиафану. Зато звезда, связанная со сном Беллиара, наконец нашлась.

Беллиал с облегчением выдохнул и подозвал к себе неприметную звёздочку, светившую гораздо тусклее большинства остальных. Только после этого он поднялся с трона и шагнул в сонБеллиара.

Едва пройдя через врата сновидений, он сразу ощутил влажный морской воздух, характерный для моря Мира Хаоса.

Беллиал на мгновение замер: обстановка была настолько похожа на ту, что он видел во сне Левиафана, что он едва не заподозрил, будто перепутал место назначения. Но тут его внимание привлекла одинокая чёрная фигура на берегу.

Это был Беллиар.

Наконец-то отпустив тревогу, которую носил в сердце столько дней, Беллиал окончательно убедился, что действительно оказался во снеБеллиара.

А раз во сне Беллиара появилось море Мира Хаоса, значит, Беллиар и Левиафан успешно покинули Ад и добрались до Мира Хаоса.

С этой мыслью Беллиал слегка оттолкнулся носком ноги от воздуха и полетел к берегу.

Подлетев ближе, он увидел, что Беллиар крепко спит, прислонившись к прибрежной скале. В его объятиях лежало нечто пушистое, белое и до боли знакомое — именно тот кошачий облик, которым Беллиал пользовался, когда раньше спускался в нижний мир.

Выходит, Беллиар всё-таки очень любит своего отца…

Губы Беллиала сами собой растянулись в широкой улыбке. На душе стало тепло, а в сердце постепенно зародилось незнакомое, но в то же время удивительно близкое чувство радости и привязанности.

Он бесшумно опустился рядом с ребёнком. Не торопясь будить Беллиара, Беллиал просто сел на песок и лениво потянулся.

С далёких просторов подул влажный морской ветер, развевая длинные чёрные волосы Беллиала. Он посмотрел сначала на бескрайнее море, а затем на Беллиара, чья внешность в нынешнем облике Бога Тьмы была так похожа на его собственную. Беллиал невольно задумался о том, насколько удивительна наследственность.

Впрочем, в его изначальном мире даже он сам, унаследовавший тёмную сущность от родителей, почти ничем не походил внешне на Отца-Бога и Мать-Богиню. Судя по всему, то же самое относилось и к другим богам Трёх миров.

Возможно, именно поэтому отношения между богами разных поколений были настолько холодными. Цари богов первого, второго и третьего поколений взошли на престолы лишь после того, как силой свергли собственных отцов. А у Зевса, царя Олимпа, и Посейдона, владыки морей, детей было столько, что они встречались буквально на каждом шагу. Отношения между богами и вовсе превратились в запутанный клубок.

Что же касается Подземного мира, то, возможно, дело было в его обособленности. У него почти не возникало столкновений интересов с двумя другими мирами. Кроме того, поскольку это был мир мёртвых, боги из остальных миров не решались без веской причины ступать на его территорию. В результате и обстановка, и отношения между местными богами оказались куда более простыми и чистыми.

Подумав об этом, Беллиал вдруг понял, что по сравнению с двумя другими мирами боги Подземного мира и впрямь были настоящим глотком свежего воздуха в мире Древней Греции.

Он как раз испытывал гордость по этому поводу, когда вдруг заметил, что Беллиар рядом с ним слегка пошевелился.

Беллиал опёрся подбородком на колени и не отрываясь смотрел, как ребёнок медленно открывает ресницы, чёрные, словно крылья ворона. Когда их взгляды встретились, он слегка приподнял уголки губ и тихо спросил:

— Угадай, кто я?

Беллиар: …

В его глазах, чёрных, как кристаллы обсидиана, на мгновение отразилось замешательство. Но стоило ему разглядеть знакомое лицо человека, который, как и он сам, обладал чёрными глазами и волосами, как внутри него возникло сильное, необъяснимое чувство. Оно словно подталкивало его произнести нужное слово.

— …Отец?

— Умница! ^^ — Беллиал с улыбкой похлопал сына по голове.

Незнакомое ощущение тепла на макушке наконец помогло Беллиару прийти в себя. Он резко опустил голову и, увидев пушистое существо в своих объятиях, окончательно убедился, что всё ещё находится во сне.

Однако человек перед ним был слишком похож на него самого. Пусть он и не выглядел как белый пушистый кот, которым прежде был его отец, Беллиар почему-то совершенно точно знал: человек, с улыбкой смотревший на него, действительно был его отцом.

Увидев растерянное личико Беллиара, Беллиал не удержался от смеха. Наконец перестав дразнить сына, он протянул руку и ущипнул его за белоснежную щёку.

При этом Беллиал невольно задумался, что, кажется, наконец понял, почему Люцифер так любит тискать его и обнимать.

С улыбкой он объяснил:

— Ты действительно всё ещё спишь.

Заметив, что Беллиар выглядит ещё более озадаченным, Беллиал продолжил:

— После того как я исчез из Ада, кое-какие обстоятельства задержали меня, поэтому я так долго не мог связаться ни с тобой, ни с Левиафаном. И я пока не знаю, смогу ли в ближайшее время снова предстать перед вами в таком облике.

Он указал на пушистое существо в объятиях Беллиара.

— Поэтому я специально пришёл в твой сон, чтобы узнать, как вы с Левиафаном поживаете.

Выслушав объяснения Беллиала, Беллиар наконец понял, что человек перед ним появился не просто потому, что он так сильно скучал по отцу, что увидел его во сне. Отец сам пришёл к нему. Это не могло не вызвать у мальчика любопытства.

— Отец, это одна из ваших врождённых способностей? И почему вы сейчас выглядите совершенно иначе, чем раньше?

В обычно неподвижных обсидиановых глазах Беллиара наконец появились живые искорки. Он продолжал гладить пушистую шерсть в своих объятиях и с любопытством смотрел на отца.

— Управление снами — одна из моих способностей, — ответил Беллиал.

Своему единственному сыну он не считал нужным что-либо скрывать.

Что же касается его нынешней внешности…

Вспомнив своё настоящее тело — маленького трёхголового серафима, который всё ещё спал где-то на Небесах, — Беллиал заметно помрачнел.

Он опустил взгляд и потянул за край одеяния Бога Тьмы, в ткани которого таились переливчатые отблески, после чего произнёс:

— В действительности я выгляжу не так.

С этими словами на его ладони внезапно появилась книга — та самая, по которой он прежде учил Левиафана говорить. Беллиал открыл её на странице с изображением серафима с шестью крыльями, сиявшего священным светом, и указал на прекрасного архангела с золотыми волосами и зелёными глазами.

С некоторой неуверенностью он добавил:

— Моё настоящее тело, вероятно, выглядит примерно так.

Сияние изображённого существа было настолько ослепительным, что Беллиару едва не пришлось зажмуриться. Увидев это лучезарное создание, чья природа света была полной противоположностью его собственной тёмной сущности, он снова глубоко изумился.

И всё же это не помешало ему искренне признаться:

— Отец, ваше настоящее тело невероятно красивое.

В его словах было столько восхищения и искреннего восторга, что Беллиал вдруг почувствовал: что-то здесь не так.

Он тут же захлопнул книгу и, слегка кашлянув, поспешил поправить сына:

— Тот, кто изображён на картинке, — не я. Это архангел-серафим с Небес.

— Небеса? Архангел-серафим? — В глазах Беллиара снова вспыхнуло любопытство.

Беллиал невольно вздрогнул, услышав знакомое начало очередной серии вопросов из разряда «десять тысяч почему». Он поспешно создал копию книги и вложил её в руки Беллиара, попросив того почитать её на досуге и заодно просветить его насчёт разных общеизвестных вещей.

Когда Беллиар послушно перестал задавать вопросы о Небесах и серафимах, Беллиал наконец с облегчением выдохнул.

Помня, что в его постели всё ещё лежит Люцифер, Беллиал понимал: на этот раз он не сможет задержаться во сне надолго. Поэтому он сразу спросил Беллиара, что произошло с ним и Левиафаном после его ухода.

Беллиар, похоже, тоже почувствовал, что времени у отца осталось немного, и начал обстоятельно рассказывать, как им с Левиафаном удалось покинуть Ад.

Поскольку Левиафан нёс Беллиара на спине, во время подъёма из Бездонной тюрьмы он стал гораздо крупнее, чем тогда, когда развлекался вместе с Беллиалом.

Из-за этого почти все демоны, обитавшие в восьми слоях Ада над Бездонной тюрьмой и способные видеть гигантскую скалу Бездны, собственными глазами наблюдали, как огромный чёрный змей карабкался со самого нижнего уровня Ада до самого верхнего.

А затем они воочию увидели, как этот чёрный змей продолжил подниматься вверх, снова забрался в длинную тёмную дыру и в конце концов покинул Ад.

Беллиал, который вполне мог представить, какие ругательства в тот момент проносились в головах демонов: …

Он беспомощно прижал пальцы к пульсирующему виску. После рассказа Беллиара он некоторое время не мог подобрать слов. Впрочем, Беллиал и без того давно подозревал, что Левиафан не отличается скромностью, поэтому в конце концов решил просто махнуть рукой на всё происходящее.

А что ещё ему оставалось делать?

Всё уже случилось. Разве он мог теперь что-то изменить? OTZ

Но…

Беллиал внезапно перевёл взгляд на Беллиара и нахмурился.

— Ты ведь не забыл скрыть своё присутствие?

Беллиар кивнул.

— С самого момента, как мы покинули Бездну, и до прибытия в Мир Хаоса я ни разу не забывал становиться невидимым.

Услышав это, Беллиал наконец с облегчением выдохнул, и на его лице появилась улыбка.

— Тогда хорошо.

Учитывая, насколько демонстративно вёл себя Левиафан, Беллиал предполагал, что после того дня о нём наверняка заговорил весь Ад.

Но даже если демоны запомнили Левиафана и захотят отомстить ему или причинить неприятности, с его практически абсолютной физической и магической защитой ему всё равно ничего не грозит.

Гораздо сильнее Беллиал беспокоился о своём сыне Беллиаре, который от рождения обладал весьма скромной силой.

К счастью, мальчик, казалось, с рождения отличался спокойным характером и прекрасно умел избегать опасностей. К тому же теперь он находился в Мире Хаоса, рядом с Левиафаном. Поэтому в ближайшее время Беллиалу больше не нужно было беспокоиться о его безопасности.

Хотя по силе Беллиар в Аду занимал место где-то в нижней половине рейтинга, в нынешнем Мире Хаоса, где, помимо морских обитателей, пока не существовало других разумных форм жизни, он мог делать практически всё, что пожелает. И даже без помощи Левиафана Беллиар мог бы чувствовать себя здесь полноправным хозяином.

Что же касается морских обитателей…

С тех пор как Левиафан впервые распробовал их на вкус, они каждый день жили в страхе, опасаясь попасть в его меню. Поэтому они вряд ли осмелились бы приближаться к Беллиару, который постоянно находился рядом с Левиафаном.

Лишь после этих размышлений Беллиал окончательно успокоился за безопасность сына.

Но тут он снова задумался.

— Когда Левиафан покидал Ад, его видело столько демонов. А вдруг кто-нибудь из них последовал за ним и тоже добрался до Мира Хаоса?

Беллиал не знал, почему раньше в Мире Хаоса не появлялись демоны. Возможно, они все были ещё слишком молоды и заняты борьбой за территории в самом Аду. Но, учитывая жадность демонов, Беллиал не верил, что они добровольно откажутся от такого огромного и богатого мира, если узнают о его существовании.

Однако Беллиар ничуть не изменился в лице. Он лишь кивнул и ответил:

— После того как мы с Левиафаном прибыли в Мир Хаоса, мы специально следили за выходом из Ада. Мы наблюдали за ним несколько дней и обнаружили, что демоны словно оказались отрезаны от этого выхода какой-то невидимой преградой. Они не могли попасть в Мир Хаоса.

Беллиал удивлённо замер. Он совершенно не ожидал, что такое вообще возможно.

— Тогда как ты сам смог покинуть Ад?

Беллиар, очевидно, и сам обдумывал этот вопрос, но, судя по его выражению лица, ответа так и не нашёл.

— Я тоже не знаю.

Беллиал слегка приподнял брови. Он и не подозревал, что Беллиар настолько необычен.

Может быть, всё дело в том, что хвост, из которого появился Беллиар, был создан из силы Хаоса? Возможно, именно поэтому он смог пересечь границу, недоступную демонам.

Впрочем, само превращение хвоста в ребёнка уже было достаточно невероятным. После такого появление ещё нескольких нарушающих все законы вещей, пожалуй, не должно было удивлять. = =

Успокоив себя подобными рассуждениями, Беллиал вдруг почувствовал, что время его пребывания во сне подходит к концу.

Попрощавшись с Беллиаром и пообещав, что впредь будет почаще навещать его во снах, Беллиал собрался уходить.

Но, увидев, что Беллиар по-прежнему обнимает белого пушистого кота и одиноко стоит на морском берегу, глядя ему вслед, Беллиал вдруг почувствовал необъяснимую грусть.

Он провёл пальцами по своим длинным, чёрным как смоль волосам и, сам не понимая почему, вдруг вырвал несколько прядей. Затем превратил их в несколько тончайших чёрных струек света и вплёл их в безжизненное пушистое тельце, похожее на игрушку, которое Беллиар держал в объятиях.

Внезапно розовые ушки котёнка дрогнули.

Когда последние струйки света проникли внутрь, маленький кот издал тихое:

— Мяу…

Он встряхнул крошечным тельцем и поднялся на лапки прямо на ладони Беллиара.

В обсидианово-чёрных глазах мальчика мгновенно вспыхнула радость. Он удивлённо поднял голову и посмотрел на Беллиала.

Беллиал осторожно взял котёнка на руки. В уголках его глаз тоже появилась улыбка. Лишь теперь на душе у него стало немного легче.

— Пока меня нет рядом, пусть он побудет с тобой вместо меня.

Беллиар поднёс маленького белого пушистика к лицу и нежно потёрся о его мягкую шерсть. На его лице наконец расцвела светлая улыбка.

— Спасибо вам, отец.

На этот раз Беллиалу действительно пора было уходить.

Однако перед самым уходом он вспомнил, что раньше, находясь в Храме Тьмы, так и не нашёл звезду, связанную со сном Левиафана, и решил между делом спросить об этом.

Беллиар, который как раз играл с котёнком, при этих словах приобрёл весьма странное выражение лица. Казалось, он одновременно не знал, смеяться ему или плакать, и попросту не мог подобрать слов.

— Разве я не говорил вам раньше, что перед тем, как выбраться из Бездны, Левиафан содрал несколько чешуек со своего хвоста? Так вот, все эти дни ему было настолько больно, что он не мог уснуть.

— Пф-ф…

Беллиал никак не ожидал, что Левиафан, который обожал спать, уже столько времени страдает бессонницей именно по этой причине. Услышав объяснение, он наконец не выдержал и рассмеялся.

http://bllate.org/book/16521/1505603