* * *
Ужин был готов. Шэнь Чан Ань спустился этажом ниже и постучал в дверь к старику Чжану. Дверь распахнулась мгновенно, словно старик всё это время стоял за ней и ждал. На нём был парадный, тщательно отутюженный чжуншаньчжуан (1), руки он заложил за спину, а на лице застыло выражение глубокой, почти величественной задумчивости.
– Еда готова? Пошли, – коротко бросил он и, не дожидаясь ответа, зашагал вверх по лестнице.
Шэнь Чан Ань, глядя на эту величественную осанку и строгий костюм, на миг ощутил себя так, словно пригласил на ужин не ворчливого соседа, а какого-нибудь важного сановника или высокопоставленного чиновника из старых фильмов.
За ужином Шэнь Чан Ань только и делал, что молча хлопал глазами, наблюдая, как старик Чжан, не торопясь, но с завидным аппетитом, прикончил половину огромной кастрюли наваристого бульона. Он даже всполошился не на шутку – метнулся к аптечке и выудил оттуда упаковку таблеток для улучшения пищеварения.
– Дедушка Чжан, может, таблеточку? – робко предложил он, протягивая упаковку.
– Не надо, – старик Чжан с видом полного превосходства промокнул губы салфеткой и уставился на Шэнь Чан Аня взглядом, полным глубокомысленной тайны. – А ты знаешь, почему на нашем этаже живёшь только ты один?
Шэнь Чан Ань задумался:
– Наверное, все остальные уехали? Работа, учёба... В Умине много кто уезжает в большие города.
В их доме на каждом этаже было по четыре квартиры. Умин – город небольшой, многие молодые люди, получив образование, уезжали в мегаполисы, а старики предпочитали доживать век в своих деревенских домах. Так что пустующие квартиры никого не удивляли.
– Ха! – старик Чжан издал короткий смешок, в котором ясно читалось: "Эх, молодо-зелено, ничего-то ты не понимаешь". – До того, как ты въехал, на этом этаже тоже жили люди. Но не прошло и двух недель – съехали. Знаешь, почему?
Шэнь Чан Ань наморщил лоб, силясь угадать правильный ответ:
– Лифта в доме нет, этаж высокий... надоело каждый день пешком на девятый этаж карабкаться?
– Ты что, молодой человек, совсем головой не работаешь? – старик Чжан аж побагровел от возмущения, и величественное выражение с его лица мигом слетело, уступив место обычной злости. – Мысли-то у тебя хоть немного могут пошевелиться? Пошире, посмелее, пооригинальнее?
– А, тогда понятно! – осенило Шэнь Чан Аня. – Долги у них были огромные! Кредиторы доставали, вот они и переезжали с места на место, скрывались, – он согласно закивал: старик Чжан прав, жизнь порой покруче любого романа или сериала выкинет коленце. – Наверное, в каждой новой квартире боялись, что найдут.
– Какие там долги! – рявкнул старик Чжан, закидывая в рот сразу две таблетки для пищеварения и с хрустом разгрызая их. – Привидение там было! На этом этаже. Потому и съехали.
Он сделал паузу, давая слушателю осознать глубину сказанного, и продолжил, уже более спокойно:
– Ты сам-то здесь уже больше месяца живёшь. Неужели не заметил, что в нашем подъезде жильцов раз-два и обчёлся?
Шэнь Чан Ань, заметив, что старик всё-таки ест его таблетки, благоразумно сделал вид, что ничего не произошло – не хватало ещё, чтобы сосед рассердился.
– Честно говоря, дедушка Чжан, я особо не следил, сколько у нас соседей, но вот привидений что-то ни разу не встречал, – он говорил мягко, стараясь не обидеть старика. – Вы знаете, я во всю эту мистику не очень верю. Но к таким вещам, безусловно, нужно относиться с уважением. Только увлекаться сильно не стоит. А если что-то случится, лучше сразу в полицию звонить...
– Да что ты понимаешь! – фыркнул старик Чжан, окончательно рассердившись. – В тебе самом – тьма заслуг и духовной энергии, а ты и понятия об этом не имеешь, ходишь тут, глазами хлопаешь. Обычный человек с плотским зрением. Истинное сокровище в грязи валяется!
Шэнь Чан Ань только молча слушал эту тираду, не решаясь перебивать.
"Ну вот, опять. Все мы тут люди простые, обычные. Чего уж друг друга-то упрекать?"
– Хорошо, – мягко сказал он, решив не спорить с пожилым человеком. – Тогда скажите мне, дедушка Чжан, где же то привидение, что раньше жило на нашем этаже?
– Оно не выдержало твоего света заслуг, – ответил старик Чжан, совершенно серьёзно глядя ему в глаза. – Вчера как раз был дождь инь (2), ну, оно и сбежало из дома, пока могло. Ещё бы немного осталось – и душа бы его развеялась, канула в небытие.
– Ага, – кивнул Шэнь Чан Ань, всем своим видом демонстрируя глубокомысленное согласие. Он поднялся из-за стола и принялся собирать грязную посуду. – Дедушка Чжан, Вы пока телевизор посмотрите, а я пойду посуду помою.
– Я не вру! – старик Чжан всплеснул руками.
– Конечно, знаю, – Шэнь Чан Ань расплылся в самой доброжелательной и понимающей улыбке.
Старик Чжан аж задохнулся от возмущения.
"Да на лице же у этого нахала всё написано! «Сижу вот, слушаю твои байки, делаю вид, что верю». Ни хрена ты не знаешь!"
– Да какая там посуда! – рявкнул он, вскакивая. – Пошли, сейчас же пойдём и я тебе это привидение покажу! – он решительно направился к двери. – Сегодня же ты своими глазами всё увидишь, а не то я и фамилию свою сменю!
______
1. 中山装 (Zhōngshān zhuāng) – Чжуншаньчжуан – китайский мужской костюм, также известный на Западе как "костюм Сунь Ятсена" (в честь политического деятеля, который его популяризировал). Представляет собой френч с отложным воротником и четырьмя накладными карманами. В разные периоды истории Китая служил символом политической лояльности, патриотизма, а позже – официальным деловым и даже парадным костюмом для людей старшего поколения. Упоминание этого костюма на старике Чжане сразу придаёт его образу оттенок официальности, строгости и, возможно, связи с государственной службой в прошлом.
2. 阴雨 (yīnyǔ) – дождь инь – в китайской народной мифологии и даосских представлениях дождь в пасмурный, сумрачный день, особенно затяжной, считается временем, когда граница между миром живых и миром мёртвых истончается. "Инь" – тёмное, женское, пассивное начало, связанное с луной, смертью, духами. "Дождь инь" – это не просто дождь, а время, благоприятное для активности потусторонних сил, когда призраки могут свободнее перемещаться в мире людей.
http://bllate.org/book/16518/1504604
Готово:
