Ничего себе… Кажется, с тех пор как я ушёл из того дома, я впервые теряю сознание.
Интересно, этот мужчина просто оставит меня лежать на полу? Хоть бы скорая приехала поскорее…
Даже падая в обморок, я думал об этом, прежде чем мир окончательно погрузился во тьму.
Кто вообще мог наложить на меня проклятие? Настолько сильное… Среди моих знакомых ведь нет…
Я пытался себя успокоить, убеждал, что это не так. Но в голову всё равно приходил только один человек.
А… ладно. Голова слишком кружится. Думать больше не могу.
И я полностью отключился.
* * *
Запястья ребёнка были испещрены царапинами, на теле — шрамы и синяки. Среди множества кувшинов стоял самый большой, и внутри него, свернувшись калачиком, сидел маленький я.
Тесный чердак без окон, и вдобавок ещё этот кувшин. Даже от одного взгляда становилось трудно дышать.
Я увидел себя в белой одежде, задыхающегося от слёз, шепчущего сквозь всхлипы просьбы выпустить его. Я тяжело опустился рядом и только вздохнул.
Давно мне не снился этот сон. Наверное, это из-за того человека, о котором я подумал перед тем, как потерять сознание.
— Выпустите меня… пожалуйста, тётя… Я так голоден… мне больно…
— Лучше… лучше просто… забери меня с собой, мама… папа…
Осознав, что это сон и скоро я проснусь, я тихо сказал плачущему ребёнку:
— Пока не умирай.
Ты уже выбрался из того дома. Живёшь дальше — пусть тяжело, пусть долги и бесконечные подработки изматывают до предела, но ты свободен. Делаешь то, что хочешь. Да, иногда встречаешь странных… не совсем людей.
Но жить всё равно стоит.
Кажется, я уже просыпаюсь. Всё становится расплывчатым…
* * *
Я глубоко вдохнул и открыл глаза.
Незнакомый потолок. Я медленно моргнул.
Разве в таких сценах не должен быть белый больничный потолок и запах лекарств?
Почему же передо мной стоят… животные в ханбоках?
Тигр в нарядном одеянии и белая лиса… Подождите. Они вообще могут находиться вместе? И это точно лиса? У неё, кажется, целых три хвоста.
Я долго смотрел на них, решая, не сон ли это, а потом резко сел. С яркого одеяла на пол упало белое полотенце.
Полотенце? И это вовсе не больничная кровать, а мягкое пёстрое одеяло…
Лиса улыбнулась и подняла полотенце. Она… ухаживала за мной?
— Эм… здравствуйте. А вы кто?..
— О, проснулся!
— Нужно сообщить господину Бихёну.
Бихён? Имя знакомое…
Ах да. Тот самый мужчина.
Значит, он всё-таки не бросил меня на полу. Уже одно это трогало. Хотя… судя по этим милым зверям в ханбоках, я явно оказался на его территории, и это вызывало тревожное предчувствие.
Пока тигр и лиса поспешно выбегали из комнаты, я рассеянно гладил одеяло. Резные узоры на мебели, бумажные двери — всё выглядело так, словно я попал в старинный дом.
И тут бумажная дверь распахнулась.
Внутрь быстрым шагом вошёл знакомый мужчина.
…Он что, на модный показ собрался?
Чёрный ханбок с чуть открытой грудью, поверх — чёрный же верхний халат с золотой вышивкой, цвет которой перекликался с его глазами. Он скользнул по мне змеиным взглядом.
Без костюма он выглядел ещё менее человечным.
И атмосфера вокруг него… и эта странная энергия…
— Эм… спасибо, что помогли… Нет, точнее, что спасли меня?..
Он лениво рассмеялся, словно моя неловкость его забавляла, и прислонился к двери.
Бихён махнул лисе. Та тут же подбежала, поставила передо мной небольшой столик, налила чай и положила рядом круглую таблетку. Потом уставилась на меня так сияюще, что стало даже неловко.
— Это лекарство успокаивает тело и разум. Скорее выпей.
— Д-да… спасибо.
— Лучше разжевать, но оно очень горькое. Можно просто проглотить.
От таблетки уже тянуло такой горечью, что у меня задрожали руки. Я выдавил улыбку.
Я… после этого вообще выживу?
Я украдкой посмотрел на мужчину. Он стоял у стены, словно о чём-то задумавшись, и явно не собирался меня останавливать.
— Пей. Сейчас тебя ещё держит моя энергия, но позже будет тяжело.
Может, он на самом деле очень добрый? Не бросил меня, принёс успокоительное… хоть и пахло оно ужасно.
Я зажмурился, бросил таблетку в рот и быстро запил тёплым чаем.
Вкус оказался даже хуже запаха.
Я поспешно прикрыл рот ладонью, а лиса тихо рассмеялась, достала из кармана конфету и протянула мне, похлопав по спине — мол, съешь скорее.
— С-спасибо…
Я быстро сунул конфету в рот и покатал её языком. Наконец-то во рту стало сладко.
Я тихо выдохнул, и в этот момент тигр, шагая на двух лапах, подошёл совсем близко и уставился прямо мне в лицо.
Я поспешно отклонился назад и неловко улыбнулся. Кончик тигриного хвоста лениво качнулся.
— Забавно. Давно не видел человека с такой чистой энергией. И даже не закричал, увидев нас.
— Правда? Он ещё и пахнет очень сладко.
Ну да. Значит, тигр тоже разговаривает.
Когда он открыл пасть, мелькнули клыки. От страха у меня всё похолодело, но я изо всех сил сделал вид, что ничего не заметил, и осторожно отвёл взгляд.
Пожалуйста, не ешьте меня, уважаемые звери. Я и так тощий, толку никакого…
Продолжая натянуто улыбаться, я отчаянно посылал Бихёну взглядом сигналы SOS.
Он, прислонившись к стене, наблюдал за происходящим с лёгкой усмешкой, а затем медленно подошёл. Взяв меня за запястье, он приподнял рукав и внимательно осмотрел.
…У меня и без того кожа нежная, синяки появляются легко.
Но, похоже, тогда он схватил меня слишком сильно, и на руке расплылся внушительный тёмный след, словно меня кто-то избил. Я поспешно накрыл его руку своей и опустил рукав.
— Эм… а где мы? Это… ваш дом, господин Бихён?
— Ну… можно и так сказать. Хару, принеси лекарство.
Он ответил с ленивой улыбкой, явно обращаясь не ко мне.
Я украдкой оглянулся. Лиса тут же подняла голову и радостно улыбнулась.
— Да-а.
Протянув последнее слово, она мягко рассмеялась, забралась на спину тигра, и они вдвоём скрылись в коридоре.
Мужчина снова поднял мой рукав, проверил синяк, затем бегло осмотрел меня — нет ли других травм.
Он улыбался, но взгляд оставался привычно холодным. И всё же… казалось, он действительно беспокоится. От этой мысли мне вдруг стало смешно.
Что ж, похоже, он не так уж меня ненавидит. Значит, печь ему печенье было не зря. Всё-таки правило «вкусная еда делает всех мягче» работает безотказно.
— Нанесём лекарство — и можешь идти домой. Я открою тебе дверь.
— Хорошо, так и сделаю.
Вообще-то руки у меня целы, дверь я и сам открыть могу. Да и мазь можно было бы нанести дома…
Стоп. А как мне вообще добраться домой?
Я осторожно взглянул наружу через приоткрытую дверь. Вокруг — сплошные горы. Возле моего дома никаких гор нет… Разве что далеко, куда нужно ехать на машине.
Неужели меня занесло настолько далеко?
— Эм… господин Бихён, здесь хотя бы автобус ходит?
— Я же сказал — открою дверь, — ответил он с лёгким смешком, и я послушно кивнул.
…Да, дверь комнаты я, может, и открою сам. Но те гигантские ворота — точно нет. Они больше меня раза в три.
Поняв, что дальше он ничего объяснять не собирается, я просто замолчал.
Повисла неловкая тишина. Я отвернулся и почесал щёку, когда из коридора послышались лёгкие шаги.
Дверь снова открылась.
Бихён взял у лисы лекарство, медленно поднял мой рукав и начал наносить мазь. Его движения оказались удивительно осторожными.
Даже слишком аккуратно… щекотно.
Ах да. Раньше всё произошло слишком внезапно, и я толком не поблагодарил его. Всё-таки он спас мне жизнь, а я отделался каким-то неловким бормотанием.
Я опустил голову и серьёзно сказал:
— Спасибо, что спасли меня.
Вообще-то… даже если бы он меня не спас, я бы всё равно никогда не стал бы винить его.
Закончив наносить лекарство, он поднял голову и посмотрел на меня.
В его взгляде было что-то странное. Чувство, которому и я сам не смог бы подобрать название.
— Спасибо.
Он так и не ответил.
Просто закончил наносить мазь, поднялся и кивком позвал меня за собой.
Я послушно пошёл следом и, проходя мимо лисы с тигром, вежливо поклонился им.
У ворот Бихён открыл дверь и посмотрел на меня.
Интересно, получится ли поймать такси… Я уже полез в карман за телефоном, поднял голову... и прямо передо мной оказался мой дом.
…Что?
Я даже моргнуть не успел.
Тук.
Бихён слегка подтолкнул меня в спину и без единого слова захлопнул ворота.
— А?!
Я пошатнулся, едва удержав равновесие. Когда я обернулся никакого огромного входа уже не было. Только знакомый переулок, через который я обычно возвращался домой.
«Ч-что это вообще было?..»
Будто меня кто-то околдовал.
Вот что он имел в виду под «открою дверь». Надо признать — полезная способность для современного человека.
С этой мыслью я медленно пошёл к дому.
Сегодня у входа не было никаких странных талисманов, но внутри всё равно оставалось неприятное ощущение.
Я тяжело вздохнул, вошёл внутрь и прямо у двери рухнул на пол.
До матраса доползти сил уже не было.
Некоторое время я просто лежал, тупо глядя в потолок, а потом вспомнил о телефоне и поспешно схватил его.
Пропущенные звонки. Сообщения. Чаты — полный хаос.
И самое главное — сообщение от хозяина магазина: извинения и благодарность за всё время работы вместе.
— Хаа…
Я закрыл глаза, прижав ладонь ко лбу.
Почему в моей жизни никогда не бывает спокойно?..
«Нет… не может быть.»
Я рассеянно посмотрел на семейную фотографию в глубине комнаты и снова закрыл глаза.
«Тогда… и сейчас… это ведь не тётя. Не может быть.»
…Или я просто хочу, чтобы это была не она?
Да. Наверное, именно так.
Я тяжело вздохнул и уставился в пустоту.
* * *
Всю ночь меня мучили кошмары и сонный паралич.
К утру, похоже, поднялась температура. Всё тело ломило, сил не было совсем.
С осунувшимся лицом, с пакетом, набитым ореховым пирогом, яичными тарталетками и яблочным пирогом, я, едва переставляя ноги, добрался до кафе.
Колокольчик над дверью звякнул.
Стоило мне войти, как хозяин и уже знакомые посетители тут же окружили меня, внимательно разглядывая мой вид, словно только и ждали моего появления.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/16508/1505377
