Лежащий на кровати крепко зажмурил глаза и слегка откинул голову. Его брови были мучительно сдвинуты к переносице, а под длинными густыми ресницами что-то поблескивало — то ли испарина, то ли невыплаканные слезы.
Су Сюй из-за плохого питания в детстве рос очень медленно; он казался совсем крохотным и выглядел болезненно худым даже на узкой односпальной кровати.
Его лицо из-за высокой температуры пылало нездоровым румянцем, но губы при этом были мертвенно-бледными. В его чертах не было и тени былого изящества — лишь хрупкость, от которой щемило сердце.
Цзинь Шуи почувствовал, как его сердце будто сжали в кулаке. Он физически не мог выносить вида людей, раздавленных жизнью, тем более когда речь шла о таком волевом ребенке.
Су Сюй был еще совсем мал, а на него уже обрушилось столько бед. Даже Шуи, который за годы офисной работы привык считать свое сердце холодным как лед, не мог не поддаться жалости.
— Су Сюй? — негромко позвал он, но тот уже окончательно провалился в забытье. Сознание мальчика помутилось: у него не было сил даже на то, чтобы повернуться на бок, но он всё равно инстинктивно, по-детски жалко придвинулся ближе к Шуи.
Видно было, что он совсем сгорел от лихорадки.
Шуи понимал, что в таком состоянии взывать к рассудку бесполезно. Он присел на край кровати и ласково коснулся пылающего лба, отводя в сторону спутавшиеся пряди волос, которые закрывали обзор. Затем он потрогал его уши — они были такими же горячими.
— Я не ушел, — тихо сказал он. — Спи спокойно. Я побуду здесь, с тобой.
Шуи повторил это несколько раз, прежде чем бредящий Су Сюй, кажется, осознал смысл слов или просто окончательно отключился. Мальчик свернулся калачиком, прижавшись лбом к колену Шуи, и только после этого погрузился в глубокий сон.
Шуи от сострадания не находил слов. Он посидел так еще какое-то время, охраняя неспокойный сон своего подопечного. Убедившись, что тот крепко спит, он подобрал одежду, которую ранее в спешке отбросил на пол, и положил её на невысокий шкафчик.
Чтобы высвободиться и убрать вещи, Шуи пришлось вложить свою ладонь в руку мальчика.
Хотя Су Сюй еще не вытянулся в росте, пальцы у него были длинными — его ладонь оказалась почти такой же большой, как у самого Шуи. Тонкие, костлявые пальцы безвольно, но крепко обвили руку Шуи, будто боясь, что тот ускользнет, стоит лишь ослабить хватку.
Цзинь Шуи тяжело вздохнул. Он осторожно, палец за пальцем, разжал эту хватку, уложил Су Сюя поудобнее на спину и накинул тонкое одеяло ему на грудь и живот.
В такую жару при лихорадке нельзя кутаться, чтобы не перегреться еще сильнее, но грудь и живот должны быть в тепле — это основы ухода.
У Шуи было немного опыта в заботе о больных, но здравый смысл его не подводил. Обустроив Су Сюя, он быстро застирал испачканную в грязи одежду, заказал доставку еды и выскочил в ближайший супермаркет.
Раз уж я это купил, Су Сюй не сможет заставить меня забрать всё обратно, — рассудил он.
Шуи толком не знал, что именно нужно, поэтому набрал побольше молока, протеиновый порошок, витамины и прочее. Из бытовых мелочей он выбирал только самое компактное. Заметив, что старый вентилятор Су Сюя слишком дряхлый и наверняка жутко шумит, он прихватил и новый настольный вентилятор.
Дело было не в том, что он не мог позволить себе купить кондиционер или охладитель воздуха, — он просто боялся, что Су Сюй не потянет счета за электричество.
Покупок оказалось много, а каморка Су Сюя была настолько тесной, что Шуи пришлось обернуться несколько раз. Большую часть времени он провел, буквально «торгуясь» за каждый сантиметр пространства, пытаясь впихнуть всё купленное в комнату.
Только обеспечив мальчика базовым набором продуктов на всё лето, Шуи смог вздохнуть с облегчением.
Он также купил несколько охлаждающих гелевых подстилок — тонких слоев, на которых прохладно спать. Причем выбрал не одну большую, а несколько маленьких, чтобы Су Сюю было удобно забрать их с собой, если придется переезжать.
Шуи так запыхался, бегая туда-сюда, что снова весь взмок. Пока он расстилал ледяные маты на кровати, крепко спавший Су Сюй внезапно открыл глаза.
Похоже, лекарства, которые Шуи впихнул в него (хотя в беспамятстве тот проглотил лишь малую часть), начали действовать.
Воистину, детей в период их «сюжетной брони» трудно угробить — выкарабкался даже с такой температурой.
— Тебе лучше? — Шуи действовал осторожно: он приподнял верхнюю часть тела Су Сюя, придерживая его, чтобы подложить мат. То ли Су Сюй еще не отошел от жара, то ли по какой другой причине, но он внезапно вытянул руки и обхватил Шуи за талию. Уткнувшись лицом в сгиб его шеи, он едва слышно пробормотал:
— Не уходи...
Шуи почувствовал смесь беспомощности и иронии. Да разве я похож на того, кто собирается сбежать?
Он расправил подстилку и примирительно похлопал Су Сюя по спине:
— Не уйду я, просто постель тебе стелю.
Маленькая голова на его плече согласно кивнула. Мягкие волосы коснулись кожи, вызвав легкую щекотку.
Су Сюй неспроста был «Главным Шоу» оригинала. В отличие от Цзинь Юя, чей вес мог просто раздавить, этот мальчик был крошечным. Несмотря на худобу, его тело было мягким, а из-за того, что он пользовался дешевым порошком с сильной отдушкой, от него всегда исходил очень приятный, свежий аромат.
Пропотевший после беготни под дождем и в сырой одежде Шуи: «...»
Простите, я позорю наш вид. Кажется, я слишком груб, чтобы считаться «сестренкой» Су Сюю.
Горячее дыхание больного коснулось его кожи, и Шуи вдруг почувствовал легкое замешательство. Хотя у него не было никаких двусмысленных мыслей, элементарное самолюбие никто не отменял: ему было немного неловко, если от него пахнет потом.
Стоило Шуи шевельнуться, чтобы уложить Су Сюя обратно, как тот сжал объятия еще крепче.
Он почувствовал, как плечи мальчика вздрогнули — тот будто чего-то боялся или боролся с самим собой, считая, что такое поведение может вызвать отвращение и он обязан отпустить.
Сердце Шуи окончательно растаяло. Он не нашел в себе сил оттолкнуть его, лишь снова погладил по спине, давая мальчику повод заговорить:
— Всё еще плохо себя чувствуешь?
Су Сюй кивнул и еще сильнее сжал руки, прижимаясь к нему всем телом, словно брошенное животное, которое долго скиталось и, встретив доброго человека, из последних сил ластится к нему, лишь бы его не прогнали.
Разве мог Шуи быть настолько жестоким, чтобы оттолкнуть его? Больные люди всегда уязвимы, а Су Сюй к тому же прошел через такой ад...
Он просто продолжал мягко гладить его по спине, капля за каплей успокаивая его тревогу. Он проявлял невиданное терпение, будто приглаживал шерстку раненому котенку.
Шум дождя снаружи постепенно стих, воздух стал свежим, но температура Су Сюя всё не спадала — он был похож на маленькую печку в руках Шуи.
Прошло немало времени, прежде чем Су Сюй начал приходить в себя. Осознав ситуацию, он смутился и уткнулся лицом еще ниже.
— Спасибо... — услышал Шуи.
Лоб мальчика, прижатый к плечу, всё еще был горячим — даже через охлаждающий пластырь Шуи чувствовал этот жар кожей.
Су Сюй, казалось, хотел добавить что-то еще, но из-за своей патологической застенчивости так и не смог за долгое время выдавить ни слова.
Шуи не торопил его. Он просто позволял мальчику опираться на него, словно давая понять: пока Су Сюй сам не захочет, он его не оттолкнет.
Спустя еще какое-то время мальчик пошевелился. Его голос, приглушенный болезнью, напоминал писк новорожденного котенка.
— Я... — начал Су Сюй, но замолк. Он долго мучился, так и не решившись продолжить.
— Что такое? — Шуи догадывался, что тот хочет сказать слова благодарности, но раз Су Сюй так стесняется, он решил подтолкнуть его. Иначе с таким характером — независимым, но совершенно не умеющим выражать чувства — ему будет очень трудно в жизни.
Су Сюй еще глубже вжался в него и, собрав всю волю в кулак, зажмурился и выпалил:
— Можно мне... в будущем тоже называть тебя «братом»?
Шуи чуть не лишился дара речи. Он ожидал чего угодно, но только не этого.
Ведь и в оригинале, и в личном представлении Шуи, Су Сюй всегда был тем, кто никогда не идет на попятную и не просит о пощаде.
Су Сюй бросал вызов самой судьбе, никогда не склонял головы перед обидчиками. Даже в оригинале, перед лицом настойчивых ухаживаний Цзинь Юя, он оставался непоколебим. Став всемирно известным художником, он стоял вровень с Цзинь Юем, и уж точно не был из тех, кто называет кого-то «братиком» или даже просто легко говорит «спасибо».
И такая сильная личность вдруг... вдруг?!
Шуи был по-настоящему потрясен. Это было похоже на то, как если бы вековая глыба льда в его руках внезапно превратилась в теплую весеннюю воду. Невероятно.
В оригинале даже после того, как он смягчился и согласился быть с Цзинь Юем, Су Сюй никогда не проявлял такой открытой нежности на людях.
В голове Шуи завыла сирена тревоги, но он тут же одернул себя. Возможно, потеряв родителей и столкнувшись с предательством судьбы, мальчик просто ухватился за него как за единственную соломинку и признал в нем близкого человека.
В конце концов, они сидят за одной партой, и Су Сюй постоянно слышит, как Цзинь Юй за спиной твердит «брат, брат». Вполне логично, что ему тоже захотелось иметь старшего брата.
После того случая с тетрадью Шуи боялся превратно истолковывать поступки Су Сюя. Скорее всего, у того и в мыслях не было ничего лишнего.
Пока Шуи пару секунд вел внутреннюю борьбу, Су Сюй, приняв его молчание за отказ, испуганно разжал руки и начал отстраняться.
И впрямь — как брошенный зверек, чья чувствительность к эмоциям просто разрывала сердце.
Сравнив его со своим домашним «королем демонов», вечно устраивающим скандалы на пустом месте, Шуи решил, что Су Сюй — истинный ангел.
— Прости, я...
— Хорошо. Можешь называть меня «братом», как и Цзинь Юй, — Шуи погладил Су Сюя по голове, поймав себя на мысли, что волосы у того на удивление приятные на ощупь.
Су Сюй уже сел самостоятельно. На самом деле он был ненамного ниже Шуи, и когда они сидели на кровати, их головы были почти на одном уровне. Но из-за слабости Су Сюй сутулился, и когда он поднял взгляд, его болезненное лицо порозовело, а влажные глаза выглядели настолько жалко, насколько это вообще возможно.
Хорошо, что Шуи не отказал из-за своих глупых мыслей, иначе совесть бы его загрызла.
Су Сюй всё еще пребывал в легком ступоре, не сводя с него глаз. Небо снаружи уже начало темнеть, и оранжевый свет заката падал на его яркое лицо, делая его настолько красивым, что даже у Шуи на мгновение екнуло в груди.
Убийственная внешность. Неудивительно, что он так вскружил голову Цзинь Юю. Если бы Шуи сам не был «в той же лодке», он бы, наверное, не смог отказать этой мордашке ни в чем.
Су Сюй наконец пришел в себя. Его улыбка была слабой из-за болезни, но искренней.
Он внезапно снова прильнул к нему, крепко обхватив за талию.
— Спасибо, брат Шуи, — сказал он. — Спасибо, что не побрезговал мной.
Шуи показалось, что Су Сюй не договорил что-то важное, но продолжения не последовало.
Что ж, ощущение такое, будто тебя обнял чистенький пушистый комочек, которого ты только что подобрал. Сплошное счастье.
Пушистик. Милота.
После того как Су Сюй полностью открыл ему сердце, вся официальность и неловкость мгновенно испарились.
Шуи не мог остаться на ночь. Убедившись, что жар почти спал, он раздал ворох указаний и, переодевшись в свою одежду, собрался уходить.
Он не рискнул идти домой в чужих вещах. Он и сам не понимал, почему — ведь родителей почти никогда не бывает дома, — но подсознательно предпочел свое.
Благо сейчас лето, одежда из соображений практичности сохла быстро, и к моменту ухода его вещи были почти сухими.
Когда Шуи уже снимал «гостевую» футболку, еще не успев надеть свою, Су Сюй позвал его.
— Брат, — голос мальчика звучал виновато и тревожно. — Твое плечо...
Только тогда Шуи вспомнил о ране, которую оставил Су Сюй, укусив его.
Он так замотался, покупая лекарства мальчику, что совсем забыл про себя.
Хотя тогда пошла кровь, сама рана была неглубокой. В этом возрасте всё заживает как на собаке; Шуи чувствовал, что если бы Су Сюй напомнил ему еще чуть позже, от укуса остался бы только шрам.
— А, это ерунда. Дома попрошу врача обработать, — бросил Шуи, натягивая рубашку. Увидев, что Су Сюй пытается встать, чтобы найти пластырь, он мягко уложил его обратно.
— Спи давай. Поешь, как привезут еду. Я завтра загляну.
Закончив наставления и сменив брюки, Шуи похлопал по карманам в поисках телефона.
Выудив мобильник из стопки учебных материалов, он увидел входящий звонок. Цзинь Юй.
Да ладно! Вот так совпадение — прямо на месте преступления?
Шуи охватило необъяснимое чувство вины. Он поспешил к выходу:
— Цзинь Юй уже обрывает телефон, мне пора. До завтра.
— До завтра, — Су Сюй сидел на кровати, провожая его взглядом.
Прошло много времени, прежде чем он лег обратно.
Он подтянул к себе одежду, которую Шуи не успел убрать, и уткнулся в неё лицом.
Шуи быстро спускался по лестнице. Увидев, что вызов от Цзинь Юя сбросился, он хотел было притвориться, что ничего не заметил, и перезвонить позже. Однако, взглянув на экран, он чуть не лишился чувств: заряд батареи меньше 10% и более сотни пропущенных!
И все — от Цзинь Юя!
У Шуи внутри всё похолодело. Став школьником, он отучился постоянно залипать в гаджет. Сегодня он был занят полдня; из-за дождя и постоянных перебежек с вещами телефон только мешал, поэтому он не брал его с собой, используя для оплаты биометрию (Face Pay). В итоге он не прикасался к мобильному с обеда и даже не знал, когда Цзинь Юй начал его искать.
Столько звонков — значит, случилось что-то серьезное.
Шуи разблокировал экран, но не успел даже зайти в список вызовов, как дисплей снова вспыхнул.
На этот раз он не колебался и сразу нажал на «принять».
— Я был в библиотеке, не смотрел на телефон, — выпалил он заготовленную ложь.
На том конце воцарилась тишина. Если бы он не знал, что это звонит Цзинь Юй, он бы ни за что не узнал этот голос.
И без того хриплый из-за ломки голоса тембр сейчас звучал так, будто связки были окончательно сорваны. Низкий, глухой звук, словно из преисподней.
— Брат... ты где? — голос Юя пугал своей хрипотой, но тон был на удивление спокойным. В нем не слышалось той паники, которую ожидаешь от человека, сделавшего сотню звонков.
Шуи, уже запутавшись в собственной лжи, не сразу нашелся с ответом:
— Только что вызвал такси, еду домой. Что стряслось?
Шуи лихорадочно вспоминал сюжет оригинала, но на этот период не приходилось никаких великих потрясений, из-за которых Юй мог бы так сходить с ума.
Пока он недоумевал, Юй снова заговорил после паузы:
— Я хочу тебя забрать. Скажешь мне, где ты?
У Шуи в голове загудело. Он назвал адрес ближайшей к нему библиотеки.
Место здесь было глухое, ни одного такси в округе. Шуи не смел включать громкую связь, боясь, что Юй что-то заподозрит, поэтому держал телефон у уха, одновременно пытаясь вызвать машину через приложение.
Голос Цзинь Юя стал каким-то отстраненным:
— Брат... позволь мне приехать за тобой. Можно?
Шуи замер, не допечатав адрес. Только сейчас он осознал, что Юй отвечает невпопад. С самого начала разговора тот будто перестал воспринимать внешнюю информацию — он заперся в своем мире и только бесконечно спрашивал, где он.
Шуи не понимал, что происходит, поэтому решил просто согласиться:
— Хорошо. Я тут гуляю возле библиотеки, приезжай.
Стоило ему ответить, как голос на том конце заметно расслабился. По крайней мере, напряжение немного спало.
— Ладно. Я выезжаю.
Шуи слышал через динамик шум ветра — Юй шел очень быстро. Вскоре послышался хлопок закрывающейся двери машины.
— Тогда я жду здесь. Позвони, когда будешь подъезжать, я...
— Брат, — резко перебил его Юй. — Не вешай трубку. Я хочу слышать твой голос.
— Да что случилось-то? — Шуи окончательно убедился, что тот ведет себя странно, но вытянуть подробности не получалось. — У меня телефон садится, давай встретимся и ты мне всё расскажешь?
— Брат! — голос Цзинь Юя внезапно стал отчаянным. Будто боясь, что связь оборвется, он почти взмолился: — Не вешай... Не вешай трубку, умоляю.
Поняв, что с братом творится неладное, Шуи уступил:
— Хорошо. Тогда подожди, я найду где зарядиться, и мы спокойно поговорим, ладно? — Успокаивая Юя, он дошел до уличного автомата, взял в аренду пауэрбанк и пешком направился к той самой библиотеке.
Из-за разговора он не мог вызвать такси, поэтому пришлось идти самому. Решил, что скажет, будто заблудился во время прогулки.
Цзинь Юй не давал ему вешать трубку, но сам почти молчал. Он был тише обычного, лишь изредка слышался шум движения автомобиля.
Шуи болтал о всяких пустяках, стараясь по капле унять его тревогу.
Библиотека была далеко от их дома. Шуи шел почти полчаса, прежде чем Цзинь Юй выскочил из машины.
Ему показалось, что на него несется гепард — Юй буквально долетел до него в мгновение ока. Шуи не успел даже разглядеть его лица, как оказался в крепких объятиях.
Длинные, сильные руки сковали его так крепко, что, казалось, кости вот-вот хрустнут. Это была хватка утопающего, ухватившегося за обломок дерева в бурном потоке. Когда Юй прижимал его к себе, его тело заметно дрожало. Лицо было уткнуто ему в плечо, а голос стал еще более глухим.
— Брат.
Шуи чувствовал, что начинает задыхаться от этой хватки, но, видя состояние Юя, не решался отстраниться.
В этом голосе, почти уничтоженном какой-то неведомой эмоцией, он уловил тень рыданий.
— Не бросай меня. Прошу тебя.
http://bllate.org/book/16502/1612375
