Нин Суй пошатнулся, едва не повалившись на пол вместе с Цзи Юйчэном.
В тот миг, когда Юйчэн упал в его объятиях, он потерял сознание. Его ослабшее тело сползало вниз, и Нин Сую пришлось беспорядочно отступать назад, пока его спина не прижалась к холодной стене под тяжестью мужского тела.
Со стороны окна в конце коридора это выглядело так, будто только что очнувшийся мужчина в доминирующей позе прижал юношу к стене, нависая над ним. Нин Суй, зажатый и неспособный пошевелиться, вынужден был вытянуть шею, вплотную прижавшись затылком к каменной кладке.
Руки Цзи Юйчэна безвольно свисали, голова покоилась в ложбинке плеча Нин Суя, а горячее, бледное лицо прижималось к его шее. Они были сплетены максимально тесно. Грудь Юйчэна вздымалась в объятиях юноши, а тяжелое, обжигающее дыхание прерывистыми толчками опаляло кожу на шее — раз за разом, горячо и трепетно, словно череда невольных поцелуев.
Ледяной воздух больничного коридора резко контрастировал с этим влажным жаром.
Спереди — жар, со спины — холод. У Нин Суя мгновенно побежали мурашки по коже. Он невольно опустил глаза на человека в своих руках. Ресницы высокого мужчины подрагивали, щекоча его шею; он казался одновременно властным и бесконечно хрупким.
Сердце Нин Суя екнуло. Он впервые по-настоящему осознал: его муж-растение — живой человек.
В палате раздался резкий прерывистый писк отключенных приборов.
Нин Суй первым пришел в себя и закричал:
— Врача! Врача!
Зрачки старого главы семьи сузились, он тоже опомнился:
— Доктор! Скорее спасите моего внука!
После вспышки панического хаоса и дробного стука шагов Цзи Юйчэна снова увезли в операционную. Над дверью вновь вспыхнуло яркое табло.
Перед тем как войти внутрь, главврач был остановлен стариком. Он успокаивающе похлопал того по руке:
— Раз он смог прийти в себя, значит, критический момент позади. Пожалуйста, успокойтесь. В худшем случае всё просто вернется к прежнему состоянию.
«Лишь бы жил... Юйчэн еще так молод... Если он окончательно придет в себя, я больше никогда не буду заставлять его быть машиной для бизнеса!» — думал старик.
Цзи Юнь и Цзи И переглянулись, их лица были серыми от страха.
Цзи Юйчэн был человеком крайне мстительным, с тяжелой рукой и ненавистью к предательству. В тот год, когда он только возглавил корпорацию, Цзи Юнь и Цзи И всего лишь заикнулись о своих амбициях. Он и бровью не повел внешне, но за кулисами, не колеблясь, нанес корпорации огромные убытки только ради того, чтобы в глазах других акционеров превратить дядю и тетю в бесполезный мусор.
Тот маневр был настолько жестоким, что даже за два года его комы акционеры «Цзи Ши» продолжали стоять на стороне старика, не позволяя ни Цзи Юнь, ни Цзи И занять пустующее кресло.
А теперь... они решили, что он при смерти, и пришли силой отнимать акции у Нин Суя. Как он разделается с ними, когда окончательно поправится? Чем больше Цзи Юнь думала об этом, тем гуще становились тени в её душе. Грядут бесконечные неприятности.
Тогда Юйчэн пощадил их только потому, что они были его тетей и дядей, не стал вырывать корни. Но после того, как его довели до дверей палаты, не впадет ли он в ярость и не расправится ли с ними окончательно?
Она вздрогнула и невольно плотнее запахнула соболиное манто. Подойдя к Нин Сую, она выдавила заискивающую улыбку:
— На самом деле... то, что мы с дядей устроили сегодня — это просто шутка. Малыш Суй, не принимай близко к сердцу. Когда Юйчэн поправится, приходите к тете на ужин вместе.
Нин Суй, чей взгляд всё еще был прикован к дверям операционной, пару раз понимающе усмехнулся:
— Ха-ха, что ж, шутка и впрямь вышла смешная.
Лицо Цзи И было мрачным, но он не хотел, чтобы Цзи Юнь в одиночку зарыла топор войны, оставив всё пламя ненависти на него одного. Он кашлянул и добавил:
— Да, верно. Мы с твоей тетей еще до приезда договорились. Юйчэн — человек, который очень дорожит своим имуществом и своими людьми, он не терпит, когда кто-то к ним прикасается. Мы предвидели такую реакцию, это была своего рода провокация. Мы ведь тоже хотим, чтобы он скорее поправился, а этот метод «шоковой терапии», видишь, сработал — он аж на ноги вскочил!
Стоявший рядом дедушка затрясся от гнева и замахнулся тростью:
— А ну пошли прочь отсюда!
Напуганные и пристыженные, оба поспешили ретироваться, воспользовавшись моментом.
Вбегая в лифт, Цзи И столкнулся с Нин Чэнем. Тот поспешно извинился:
— Простите.
Цзи И и Цзи Юнь смерили троицу из семьи Нин презрительными взглядами. «Услышали, что Нин Суй наследует состояние, и тут же примчались, сверкая глазами? Забыли уже, как силой его замуж выдавали? Какое же мерзкое зрелище... Если честно, во всей этой семейке только Нин Суй заслуживает хоть какого-то уважения».
Двери лифта закрылись. Нин Чэнь не принял пренебрежение родственников Цзи близко к сердцу. Сейчас его голова была забита шоком... и воодушевлением. Он не удержался, подошел к Нин Сую, стоявшему у стены, и вполголоса спросил:
— Почему ты раньше не сказал? Из-за тебя я во всем ошибался.
Неудивительно, что когда он звонил Нин Сую с угрозами, тот был так спокоен. Оказывается, Цзи Юйчэн полюбил Нин Суя еще до аварии, да еще и выразился так откровенно... Нин Чэнь не понимал, какими чарами Нин Суй умудрился свести с ума такого холодного и бесстрастного человека, как Цзи Юйчэн, что тот не побоялся даже отбить возлюбленного у собственного брата.
Но теперь те, кто в светских кругах смеялся над семьей Нин за то, что они «продали» сына ради связей, наконец-то закроют рты. Это не они карабкались вверх, это Цзи Юйчэн умолял их Нин Суя выйти за него! Имея такую поддержку, семья Нин наконец сможет расправить плечи.
Нин Суй не хотел говорить с этим «названным» братом ни слова больше положенного. Он повернулся к помощнику Чжоу:
— Можешь проводить гостей?
Чжоу тут же начал теснить Нин Чэня к лифту:
— Нашему старшему молодому господину нужен покой. Прошу вас.
Получив от ворот поворот, Нин Чэнь не обиделся. Он потащил мать, которая еще хотела что-то сказать Нин Сую, в лифт.
— Старший господин Цзи еще не восстановился, сейчас не время их беспокоить.
— Однако этот малый, Нин Суй... я действительно в нем ошибся, — произнес Нин Чэнь. — Такого поворота я не ожидал.
До свадьбы все считали, что Цзи Юйчэн не очнется и ему осталось недолго, а всё наследство перейдет Цзи Чжилиню. Нин Чэнь не был исключением. Поэтому, когда Нин Суй вышел замуж, Чэнь и не надеялся, что этот брат принесет семье какую-то пользу. Напротив, он делал ставку на Нин Юаньминя: если тот благополучно сойдется с Цзи Чжилинем, то семья Нин взлетит на вершину с помощью ресурсов Цзи.
Но кто бы мог подумать, что теперь Цзи Юйчэн не только пришел в себя, но и ценит Нин Суя как зеницу ока. Вектор развития событий резко изменился... Если Юйчэн в строю, достанется ли Цзи Чжилиню хоть крошка от пирога?
Думая об этом, Нин Чэнь вздохнул и невольно взглянул на Нин Юаньминя.
У Юаньминя в голове стоял гул, он был в прострации. Мать буквально втащила его в лифт. Он стоял в углу на ватных ногах, даже не заметив взгляда старшего брата.
«Как это возможно?! Как Цзи Юйчэн мог сказать такое?! Он же в глаза не видел Нин Суя до аварии!»
Он даже не помнил имени Юаньминя, хотя тот раз десять бывал в доме Цзи вместе с Чжилинем. Его имя не запомнили, а на Нин Суя он положил глаз и «преследовал» три года?
Юаньминь чувствовал себя так, будто получил звонкую пощечину; на душе скребли кошки.
Тем временем Нин Суй присел на скамью у стены, немного подумал и достал телефон. Он написал Линь Маню:
— На благотворительном вечере послезавтра еще остались места?
Линь Мань все эти годы работал на износ, поэтому в такой час еще не спал. Ответ пришел быстро:
— На таких вечерах смотрят на статус, а не на количество мест. А что случилось?
Нин Суй ответил:
— Я буду присутствовать. Подготовь всё.
Линь Мань удивился:
— А-Суй, ты же никогда не любил подобные сборища?
Не любить — это одно, но сейчас Цзи Юйчэн и дедушка окружены врагами, и Нин Суй не мог позволить больному человеку защищать его в одиночку. Он добавил:
— Я приду в качестве Fang.
Линь Мань не стал расспрашивать. Новости в этом кругу распространяются мгновенно; слухи о критическом состоянии Юйчэна достигли его ушей еще два часа назад. Он догадался, что внезапное решение Суя раскрыть личность «Fang» связано с этим.
— Хорошо, я подготовлю костюм.
Убрав телефон, Нин Суй потер лицо ладонями. За окном больницы было морозно, его руки заледенели, но щеки и шея всё еще горели, словно храня тепло от головы Юйчэна, уткнувшейся ему в грудь.
Слова Юйчэна были настолько мощными, что он на мгновение сам чуть не поверил в правдивость этой истории. Но это было исключено: три года назад Юйчэн его и в глаза не видел. То интервью было лишь моментом, когда Суй мельком глянул на него, потому что Цзи был красив. Что уж говорить о «преследовании» или «не могу без него жить».
Значит, старший господин Цзи просто очнулся, услышал шум в коридоре и решил выручить его?
...Это совсем не вязалось с тем образом Юйчэна, который сложился у Нин Суя. Он-то думал, что легендарный наследник — это ледяной и бесчувственный тип, которому плевать на окружающих. Тем более Суй был лишь «инструментом», которого дедушка навязал ему в бессознательном состоянии. По логике вещей, Юйчэн с его брезгливостью и тяжелым характером должен был возненавидеть этот брак и при первой возможности выставить его за дверь с позором. Нин Суй уже был готов к выселению.
«Видимо, слухам нельзя верить на слово», — Нин Суй поправил штанину и поделился мыслями с 001: «Кажется, характер у моего мужа-растения не такой уж и скверный».
И голос почему-то казался знакомым... будто он слышал его где-то раньше.
001 ответил: — «А-Суй, я бы не назвал это "хорошим характером". Он одним взглядом заставил тех людей дышать через раз. Если такой человек окончательно придет в себя, я буду за тебя переживать».
Напряжение старика и дворецкого наконец немного спало. Глава семьи, прилетевший пятичасовым рейсом и не успевший поесть, выглядел изнуренным. Дворецкий отправил помощника Чжоу за едой, а сам пошел за пледом.
Нин Суй заметил это:
— Дедушка, я принесу вам горячей воды.
Старик благодарно кивнул:
— И сам подкрепись чем-нибудь.
Слава богу, Нин Суй был рядом. Управляя семьей десятки лет, старик впервые почувствовал, что действительно постарел — настолько, что потерял былую хватку и самообладание перед лицом собственных детей.
Глубокая ночь. В VIP-крыле было безлюдно; все ресурсы больницы были брошены на спасение старшего господина Цзи. Нин Суй одолжил у медсестры термос и направился к кулеру в углу коридора. Как только он набрал воды, сзади его окликнули ледяным голосом.
Нин Суй обернулся. Нин Юаньминь стоял в паре шагов на лестничной клетке.
— Ты еще не ушел? — небрежно закручивая крышку, спросил Нин Суй. Он думал, что Юаньминь уехал вместе с остальными.
Но Юаньминь не мог смириться. Он не мог просто смотреть на триумф брата, поэтому вернулся.
— Я пришел сказать тебе пару слов, — процедил он, сверля Нин Суя взглядом. — Я знаю Цзи Юйчэна и Цзи Чжилиня дольше тебя. Юйчэн — высокомерный и холодный человек, он ни в грош никого не ставит! Не надейся, что ты ему правда нравишься! Он сказал это только ради приличия семьи Цзи! Не мог же он допустить, чтобы слухи о том, что жена наставляет ему рога, расползлись повсюду? Любой мужчина этого не вынесет.
— Тебе лучше молиться, чтобы он не проснулся окончательно, иначе он сразу с тобой разведется! Вот увидишь! — Юаньминь стиснул зубы. Да, так и есть. Он не проиграл!
— И вообще, у меня есть любимый человек. Если тебе так нужен Цзи Чжилинь — забирай, дарю, — на лице Юаньминя промелькнуло торжество. — Тот человек... хоть и не так богат, как Цзи Юйчэн, и, может, чуть уступает в стати, но... его состояние тоже впечатляет. Он куда нежнее и заботливее этого господина Цзи, а главное — он предан мне до конца.
Сказав это, он впился взглядом в лицо Нин Суя, ожидая увидеть там удивление или ревность.
Нин Суй: — «...»
Ему-то какое дело? Они что, лучшие подружки, чтобы обсуждать личную жизнь?
Не дождавшись нужной реакции, Юаньминь прикусил губу:
— Тебе нечего сказать?
— Есть, — ответил Нин Суй.
Юаньминь криво усмехнулся. Он так и знал...
Нин Суй протянул руку:
— Верни мне мои двадцать восемь юаней.
Нин Юаньминь: — «...»
В холодном воздухе лестничного пролета Юаньминь молча перевел деньги. Нин Суй на его глазах с довольным видом подтвердил получение, а затем заблокировал его в WeChat и преспокойно ушел, повиливая бедрами.
Юаньминь: — «...»
Во второй половине ночи снег пошел сильнее. Старик Цзи, продержавшийся без сна более десяти часов, начал сдавать, и дворецкий увез его домой. Нин Суй и помощник Чжоу остались ждать.
Наконец Юйчэна вывезли и поместили в палату интенсивной терапии.
— Доктор, как он? — подбежал Нин Суй.
Главврач ответил:
— Жизненные показатели стабилизировались, жизни ничего не угрожает. Но сейчас господин Цзи находится в состоянии комы. Это ничем не отличается от его прежнего состояния «растения». Мы не можем гарантировать, что он очнется... Однако само то, что он выжил — уже чудо. Мы думали, это невозможно...
С этими словами он невольно посмотрел на Нин Суя. Как член медицинской команды, он знал, что Нин Суя взяли для «отпугивания неудач». Почему все их медицинские методы не давали результата, а стоило этому господину Нину пробыть в семье меньше трех месяцев, как Цзи Юйчэн буквально встал на ноги? Он начал всерьез сомневаться в своих материалистических убеждениях.
Значит, не умер, но всё еще «растение»?
Помощник Чжоу выдохнул с облегчением: раз жив, есть надежда.
Нин Суй же испытывал смешанные чувства. С одной стороны, пока Юйчэн в отключке, он может заработать еще немного денег. С другой стороны, видя изнеможение дедушки, он хотел, чтобы Юйчэн проснулся немедленно, даже если придется отказаться от заработка.
— Можно к нему войти? — спросил Нин Суй.
— Можно, но не шумите, ему нужен отдых.
Чжоу остался ждать снаружи, а Нин Суй толкнул дверь и вошел.
В этот момент сознание Цзи Юйчэна было ясным.
Его состояние можно было описать так: измученное тело после смертельной схватки наконец приняло и усвоило те 60% энергии. Разрывающая боль почти утихла. Однако физически он вернулся к состоянию до лихорадки — глаза не открывались, двигаться могли только пальцы и ресницы.
Он догадался, что для полного пробуждения нужно дождаться 100% заряда.
009 притаился внутри него и выдохнул: — «Кажется, я всё-таки полезен, ха-ха».
Цзи Юйчэн: — «...»
Старший господин Цзи больше не хотел тратить силы на препирательства с этой бестолковой системой.
Услышав, что его «маленькая женушка» прибежала навестить его сразу после перевода в палату, Юйчэн почувствовал прилив нежности. Тело, измученное жаром, словно нашло утешение. «Он, должно быть, страшно перепугался, когда я внезапно оказался при смерти. Жаль, энергии не хватило — не успел сказать больше и отключился прямо в его руках».
Но, по крайней мере, главное дело сделано. Нин Суй услышал его слова и теперь наверняка уверен в его чувствах. Теперь он не будет терзаться страхами о разводе после пробуждения.
Нин Суй сел у кровати Юйчэна, взял его всё еще горячую руку и посмотрел на него.
Лицо старшего господина Цзи было по-прежнему безупречным. В бессознательном состоянии оно не казалось таким суровым, как в тот миг в коридоре. Кожа была бледнее обычного, темные волосы на лбу промокли от пота, а брови слегка сдвинуты, словно после тяжелой битвы.
«Ему, должно быть, было очень больно во время операции. И даже сквозь такую боль он вышел, чтобы защитить меня...»
Юйчэн чувствовал, как Нин Суй крепко сжимает его руку, и его сердце наполнилось гордостью. «Женушка наверняка считает, что его муж — невероятный красавчик и герой! Сейчас он начнет меня хвалить?»
И тут он услышал вздох Нин Суя:
— Господин Цзи, не ожидал, что на самом деле вы... хороший человек.
Цзи Юйчэн: — «?»
«На самом деле»? «Господин Цзи»? «Хороший человек»?
«...»
В этой фразе каждое слово казалось ему донельзя странным.
http://bllate.org/book/16493/1596886
