— Я думал, ты, став императором, забыл о своей младшей сестре, — сказал Лу Яньси, бросив косой взгляд на Ань Цзинсина. Всем своим видом он показывал, что ответ очевиден: конечно же, нужно забрать Цзинцзин обратно!
Услышав это, Ань Цзинсин не знал, смеяться ему или плакать. «Как это — забыл о сестре?»
Конечно, он не забыл Цзинцзин, но в последнее время обстановка была нестабильной, и Обитель Безмятежного Сердца была куда безопаснее, чем императорский дворец. К тому же вокруг Цзинцзин Ань Цзинсин разместил множество охранников, чтобы никаких происшествий не случилось. Услышав такие слова от Лу Яньси, он почувствовал себя несправедливо обвиненным.
— Эх ты... — хотя в душе он чувствовал обиду, на лице это никак не отразилось. В конце концов, он мог только смириться, ведь девушка действительно пережила немало трудностей в этой ситуации.
После того как они обсудили все детали, они быстро переоделись и направились в Обитель Безмятежного Сердца.
— Быстрее, быстрее! — Лу Яньси торопил, его лицо выражало беспокойство. — Не знаю, похудела ли она за это время, хорошо ли ей жилось, не грустила ли.
Ань Цзинсин, глядя на такое поведение Лу Яньси, не знал, что и думать. Радоваться ли тому, что Яньси так любит его сестру, или печалиться, что в его сердце она занимает более высокое место, чем он сам?
Совершенно не замечая размышлений Ань Цзинсина, Лу Яньси нахмурился:
— Как ты думаешь, она не обидится на нас?
При мысли об этом Лу Яньси начал волноваться. «Если бы меня так обманули близкие, я бы, наверное, вышел из себя».
— Не будет, — Ань Цзинсин погладил Лу Яньси по голове. — Цзинцзин поймет нас.
Хотя в момент разработки этого плана Ань Цзинсин тоже сомневался, он знал свою сестру. Она была настолько рассудительной, что это вызывало жалость. Узнав всю правду, она обязательно их простит.
— Я слышал, ты выпустил Лу Шуи из дворца? — немного успокоившись, Лу Яньси перевел разговор на другую тему, чтобы отвлечься от тревожных мыслей.
— Да, в конце концов, их пребывание во дворце не приносило никакой пользы, — Ань Цзинсин кивнул. Это было одним из условий, которые он обещал Лу Шуи, поэтому, как только все уладилось, он выпустил большинство наложниц из гарема, включая Лу Шуи.
— А что с ребенком? — говоря о ребенке, Лу Яньси тоже вздохнул. Сначала он не знал происхождения этого ребенка, просто думал, что это дитя Ань Жуя и Лу Шуи. Кто бы мог подумать, что здесь есть подвох?
— Ребенка вернули. У него тоже были родители. Мать родила его прямо в покоях Лу Шуи. Согласно показаниям Ван Лянфэя, среди акушерок, которые вошли с ним в покои, была одна роженица.
Но даже при стимуляции родов ребенок появился на свет на день позже, поэтому они объявили, что Лу Шуи рожала трое суток.
Что касается пола ребенка, Ван Лянфэй сказал, что, согласно указанию Ань Жуя, независимо от того, кто родится, мальчик или девочка, они должны были объявить, что Лу Шуи родила сына. Если бы родилась девочка, Ань Жуй забрал бы ее и заменил мальчиком, а затем вернул бы обратно.
Услышав это, Ань Цзинсин и Лу Яньси были шокированы. Подмена наследника, смешение королевской крови — такие методы обычно использовались наложницами для борьбы за милость императора. Но чтобы сам император использовал такой метод — это было неслыханно!
Но, вспомнив об окружении, в котором вырос Ань Жуй, Ань Цзинсин и Лу Яньси поняли: он, выросший среди женщин, естественно, специализировался на таких дворцовых интригах.
Узнав истинное происхождение восьмого принца, Ань Цзинсин вернул ребенка его родителям. В конце концов, ребенок был невиновен.
Родителей, которые не любят своих детей, в мире не так много. Сначала они были вынуждены разлучиться с ребенком из-за императорской власти, но теперь, получив сына обратно, семья была невероятно счастлива. Они были бесконечно благодарны Ань Цзинсину и Лу Яньси, которые, в свою очередь, были рады, что Ань Жуй не успел устранить всех, кто знал правду.
Что касается сохранения секретности, Ань Цзинсин и Лу Яньси не слишком беспокоились. Ошибка была не их, и если бы это стало известно, это не принесло бы им вреда.
— Это хорошо, — услышав слова Ань Цзинсина, Лу Яньси облегченно вздохнул. — Хорошо, что ребенка вернули. Хотя во дворце за ребенком ухаживали другие, все равно было много хлопот.
Ань Цзинсин и Лу Яньси не хотели, чтобы из их рук вышел второй Ань Чэнцзи. Теперь, когда ребенок вернулся, его будущее зависело только от него самого.
Пока они разговаривали, они быстро добрались до Обители Безмятежного Сердца. У входа их встретила настоятельница обители. Увидев Ань Цзинсина и Лу Яньси, она слегка кивнула, понимая, зачем они пришли.
Она знала, кем была Ань Цзинцзин. Когда та прибыла сюда, это было благодаря Сюанькуну. Когда Ань Цзинсин и Лу Яньси «воскресли», настоятельница Сюаньцзин поняла, что Ань Цзинцзин не останется здесь надолго. Сегодня, увидев, что Ань Цзинсин и Лу Яньси лично приехали за ней, она по-новому оценила эту принцессу.
— Ваше Величество, — Сюаньцзин сложила руки и слегка поклонилась Ань Цзинсину.
Хотя Ань Цзинсин еще не провел церемонию восшествия на престол, указ о передаче власти уже был подписан. Теперь Ань Жуй отошел в тень, а Ань Цзинсин занял императорский дворец, поэтому Сюаньцзин называла его императором, что было вполне уместно.
— Сегодня я приехал, чтобы забрать Цзинцзин домой. Все это время она доставляла вам неудобства, — Ань Цзинсин кивнул, показывая, что поклон не нужен. Он был благодарен Сюаньцзин, ведь если бы не она, Цзинцзин, вероятно, была бы измучена Цзи Юи до полусмерти.
— Какие могут быть неудобства? Забота о принцессе — это честь для нашей обители, — Сюаньцзин покачала головой. Даже если бы Ань Цзинсин не вернулся, характер Цзинцзин был бы очень приятным.
Услышав это, Ань Цзинсин улыбнулся и хотел что-то сказать, но вдруг услышал голос, тихий и полный недоверия:
— Старший брат? — Цзинцзин, увидев знакомую фигуру у входа, моргнула, не веря своим глазам.
Несколько дней назад монахини говорили, что старший брат вернулся, но Цзинцзин не могла в это поверить, боясь, что это сон. Она не была ребенком и знала, что такое смерть. Она видела, как умирали слуги во дворце, поэтому не верила в фразы вроде «ушел далеко-далеко».
Цзинцзин думала, что больше никогда не увидит старшего брата, но сегодня монахиня Сюаньсинь сказала, что он приехал за ней. Цзинцзин сначала не поверила, но теперь, увидев его у входа, начала сомневаться.
Услышав голос Ань Цзинцзин, Лу Яньси быстро подошел к ней, присел и мягко поддразнил:
— Старший брат? Цзинцзин видит только старшего брата?
Увидев Ань Цзинцзин, Лу Яньси облегченно вздохнул. Ее лицо было румяным, она подросла — видно, что в обители о ней заботились.
— Невестка! — увидев Лу Яньси перед собой, девочка засияла и тут же бросилась ему в объятия.
В отличие от Ань Цзинсина, Ань Цзинцзин видела «Лу Яньси» тяжело больным. Теперь, когда он стоял перед ней здоровым, радость была еще сильнее.
— Эй! — Лу Яньси обнял Ань Цзинцзин и улыбнулся, его глаза тоже засветились. Он думал, что девочка будет злиться, но она осталась такой же милой, как и раньше.
Подняв Ань Цзинцзин на руки, Лу Яньси немного подбросил ее, а затем удовлетворительно кивнул:
— Неплохо, потяжелела!
Несколько месяцев разлуки не прошли даром. Ань Цзинцзин была в хорошей форме, не унывала из-за «смерти» Ань Цзинсина и Лу Яньси, выглядела бодрой и здоровой. Это говорило о том, как хорошо о ней заботились в обители.
Услышав слова Лу Яньси, девочка опустила голову, не говоря ни слова, но на ее щеках появился легкий румянец, выдавая смущение.
http://bllate.org/book/16474/1497652
Готово:
