Хоть кровать И Юаньхэна была удобной, а объятия — теплыми, лежа на ней, Юй И невольно вспоминал моменты, когда с ним обращались грубо.
Он действительно боялся.
На следующее утро.
И Юаньхэн потянулся и проснулся. Когда сознание прояснилось, он сразу почувствовал, что что-то не так.
Человека, которого он вчера силой оставил у себя, теперь не было.
Он потрогал постель — она остыла, значит, Юй И ушел давно.
Вспомнив планы на день, он не стал медлить. Встав, умылся и спустился вниз. Он собирался спросить прислугу, где Юй И, но вдруг услышал из кухни ругань.
— Опять воруешь! Это завтрак для господина, ты смеешь его есть? — женский голос был резким и пронзительным, в нем слышалась отвратительная язвительность.
— Простите, — раздался тихий голос Юй И. — Я подумал, это вчерашние остатки.
— Посмотри на это, похоже ли это на остатки? Впрочем, ты — вещь, которую нельзя показывать людям, поэтому неудивительно, что ты не видел ничего хорошего...
Женщина продолжала ругаться. И Юаньхэн уже был в ярости, вены на шее вздулись, кулаки сжались. Он широким шагом вошел на кухню.
— Го... господин, — женщине было около сорока. В фартуке, руки в бока, она отчитывала Юй И, но, увидев И Юаньхэна, резко замолчала и запинающимся голосом начала оправдываться. — Он... он съел ваш завтрак, я... я сейчас приготовлю новый.
— Не надо, — сдерживая гнев, И Юаньхэн подошел к Юй И. Увидев, что тот опустил голову, а плечи слегка дрожат, словно он плачет, сердце у него сжалось от боли.
Оказывается, в этом доме даже повариха смеет так с ним разговаривать?!
Если бы он хоть немного проявлял к нему доброту, никто бы не смел так поступать.
В конечном счете, во всем был виноват он сам.
— Во-первых, он не «вещь», которую нельзя показать людям, а мой любимый человек, ваш второй хозяин, — И Юаньхэн притянул его к себе и, повернувшись к слугам, серьезно произнес. — Во-вторых, ему не нужно воровать. Это его дом.
Юй И был потрясен, словно снова увидел того, кто когда-то защищал его в семье Юй. Он украдкой вытер слезы, поднял голову и с легкой улыбкой тихо произнес:
— Спасибо.
И Юаньхэна эти слова оглушили.
Он просто защищал человеческое достоинство Юй И, но тот... из-за того, как И Юаньхэн с ним обращался, давно потерял всякое достоинство.
Дворецкий, услышав шум, оставил дела и поспешил узнать, что случилось.
Он знал, что не все слуги испытывали сочувствие к молодому господину Юй. Наоборот, большинство презирало его и часто вредило за его спиной.
Молодой господин Юй был мягким характером и никогда не обращал внимания на мелочи, а господин И никогда не интересовался такими вещами. Как дворецкий, он мог помочь лишь в пределах своих возможностей, но большего сделать не мог.
Теперь, когда он увидел, что И Юаньхэн наконец обратил на это внимание, дворецкий обрадовался, но мудро взял вину на себя:
— Господин, это моя вина, я плохо их контролирую. Обещаю, что такое больше не повторится.
Дворецкий знал, что если И Юаньхэн действительно вникнет, то, воспользовавшись его словами, зачистит дом от негодяев.
— Вы все слушайте: молодой господин Юй — второй хозяин этого дома и ваш начальник, — И Юаньхэн, поняв намек дворецкого, принял строгий вид. — Тех, кто не уважает молодого господина Юй, я удерживать не буду. Сегодня же выплатите им расчет и прогоните.
Дворецкий понял его намерение, кивнул и махнул рукой, приглашая всех лишних покинуть кухню.
Юй И был тронут. Увидев, что все ушли, он осмелился ухватиться за полу одежды И Юаньхэна. Покраснев, он наконец снова выдавил:
— Спасибо.
И Юаньхэн погладил его по голове, усадил на стул у стола, сам подал завтрак, приготовленный поварихой, и сел рядом.
— Это то, что я должен делать, так что больше не говори спасибо, — И Юаньхэн налил ему молока. — Если очень хочешь что-то сказать, замени спасибо на поцелуй.
Юй И моргнул, смущенно покачал головой.
Поцелуй... они женаты так давно, но... еще ни разу не целовались. Как он мог решиться?
Увидев, что он снова покраснел, И Юаньхэн рассмеялся, но вспомнив о случившемся, снова стал серьезным:
— В будущем, если кто-то осмелится обидеть тебя, не бойся, давай сдачи. Я всегда буду защищать тебя.
Он говорил так искренне, что в сердце Юй И всколыхнулось волнение. Его влажные глаза смотрели на И Юаньхэна, пытаясь проникнуть в его истинные намерения.
Но... что он мог увидеть?
Человеческое сердце слишком сложно, он никогда не умел его понимать.
— Ладно, после завтрака мы соберем твои вещи, посмотрим, чего не хватает, и купим всё необходимое.
Он знал, что не сможет за один день заставить Юй И полностью принять перемены.
Торопиться нельзя.
Он будет медленно уговаривать, терпеливо баловать, и однажды тот поймет его искренность.
Юй И хотел сказать, что ему ничего не нужно, но, видя, что тот в хорошем настроении, в итоге проглотил слова, тихо доел завтрак и послушно сел ждать.
После завтрака они подошли к двери комнаты. Стоило ей открыться, как неприятный запах плесени ударил в нос.
Юй И смущенно опустил голову и тихо произнес:
— Подожди, я сам соберусь.
Сказав это, он быстро вошел в комнату.
И Юаньхэн, естественно, не стал ждать снаружи и проследовал за ним.
Комната была пустой. Юй И сложил в чемодан несколько вещей, затем достал из-под кровати маленькую картонную коробку, бережно смахнул с нее пыль и тоже положил в чемодан.
Подумав, он вдруг поднял голову и спросил:
— Эта комната... я смогу сюда вернуться?
Только здесь, спя в этой комнате, он чувствовал себя спокойно и реально. И... его единственное увлечение тоже требовало такого небольшого пространства.
— Конечно, это твой дом, ты можешь ходить куда захочешь, — И Юаньхэн ответил не задумываясь.
— Спасибо, — он улыбнулся И Юаньхэну и с радостью взялся за чемодан. — Я готов.
— Ошибся, — И Юаньхэн подошел к нему, пронзительно глядя в глаза. Он поднял его подбородок, заставив смотреть на себя. — Так быстро забыл?
Юй И вспомнил про поцелуй, и щеки мгновенно залились румянцем. Он отвел взгляд, не смея смотреть на мужа.
— Я... я... Ммм!
Он начал что-то бормотать, но И Юаньхэн не дал ему договорить, наклонился, нашел его теплые губы и чиркнул по ним, словно стрекоза. Отстранившись, он с улыбкой любовался его оцепенением.
— Пойдем, — Юй И был слишком ошеломлен и долго не приходил в себя. И Юаньхэн покачал головой, взял чемодан одной рукой, а другой повел его из комнаты.
Юй И шел за ним, украдкой касаясь губ. Казалось, они обжигали руку.
Даже когда они занимались этим, И Юаньхэн никогда его не целовал.
Это... был его первый поцелуй.
Ему уже 24 года, а он все еще с первым поцелуем. Не знал бы, посмеялся ли И Юаньхэн, узнай об этом.
Пока Юй И предавался этим мыслям, его привезли в торговый центр, прямо в элитный бутик на верхнем этаже.
И Юаньхэн был VIP-клиентом этого клуба, и с ним работал персональный дизайнер. Дизайнер осмотрел фигуру Юй И и подобрал несколько изящных костюмов для примерки.
Юй И бросил взгляд на ценники и понял, что не может себе этого позволить. С смущением он посмотрел на И Юаньхэна.
— Примеряй, — И Юаньхэн скрестил руки на груди и прислонился к дверце примерочной, хитро улыбаясь. — Или мне помочь тебе переодеться?
— Нет... не надо, — не в силах возразить, Юй И покорно вошел в примерочную.
После нескольких примерок И Юаньхэн стоял рядом и обсуждал с дизайнером, как лучше подогнать костюмы. Юй И не мог вставить ни слова.
— Хорошо. По этим моделям сшейте комплекты по его размеру и моим требованиям.
Договорившись с дизайнером, И Юаньхэн сразу же оплатил заказ на кассе, затем взял Юй И и направился в следующий магазин, где выбрали несколько модных вещей для повседневной носки.
Прогулявшись почти полдня и собрав гору пакетов, И Юаньхэн несл их сам. Юй И протянул руку, чтобы помочь, но тот легко уклонился.
— Не надо, просто иди спокойно, — И Юаньхэн освободил одну руку и взял его за ладонь.
http://bllate.org/book/16412/1486959
Готово:
