С помощью Цинь Чуаня Лу Цзину больше не о чем было беспокоиться.
Ещё через два дня «Бо бо цзи от Ли Цзя» открылась.
Покупатели, пришедшие за бо бо цзи, с любопытством разглядывали огромную вывеску по соседству:
— У них тоже бо бо цзи? Господин Лу, это ваши родственники лавку открыли?
Лу Цзин покачал головой:
— Нет, это...
Он хотел объяснить, но слово перехватил тот самый покупатель, который своими глазами видел недавнюю сцену с прикидывавшимся нищим:
— Да это, поди, та же шайка! Хотят господина Лу разорить! Господин Лу, вы уж поосторожней!
Лу Цзин благодарно взглянул на него и улыбнулся:
— Спасибо за предупреждение, я понял.
Благодаря разъяснениям тех, кто был в курсе дела, все быстро узнали, что на Лу Цзина нацелились недоброжелатели.
— Бесстыжие! — возмущались в толпе. — «Бо бо цзи от Ли Цзя»! А ну-ка, покажите нам этого самого Цзя! Где он, ваш ученый?
И надо же — соседи и впрямь такого откопали.
Некий Ли Вэньбинь собственной персоной стоял у входа в свою лавку и, приветливо улыбаясь, вещал:
— Почтеннейшие земляки, добрый день! Меня зовут Ли Вэньбинь. По воле экзаменаторов и за мои скромные заслуги в этом году я удостоен степени Сюцай. «Бо бо цзи» — рецепт, передающийся в нашей семье из поколения в поколение. Сегодня у нас первый день, и я приглашаю всех отведать наше кушанье совершенно бесплатно!
(п/п Сюцай: Первая и самая низшая учёная степень в императорском Китае, присуждавшаяся сдавшим уездные экзамены.)
— Ах да, кстати! Если в ваших семьях есть учащиеся, готовящиеся к экзаменам, добро пожаловать в мою лавку. Вместе и наукой заниматься веселее!
Толпа притихла. Даже те, кто только что клеймил соседей позором, замолчали.
Лу Цзин расплылся в улыбке:
— Сходите, попробуйте обязательно! Раз уж это фамильное блюдо, наверняка отменное!
Многие из его постоянных покупателей, хоть и хотели бы попробовать, стеснялись сделать это у него на глазах. Лу Цзин решил, что лучше уж проявить великодушие и оставить о себе хорошее впечатление.
Но главное — он был уверен в своём вкусе.
Какое там «фамильное блюдо»? Если только Ли Вэньбинь не такой же попаданец, как он сам.
На людях — улыбка до ушей, а в душе — злость и ругань.
Госпожа Цзян забеспокоилась:
— Сынок, а вдруг этот Ли Вэньбинь тоже видел твою книгу? Тогда у него получится точно так же, как у нас?
— Нет, — твёрдо ответил Лу Цзин.
В тот день покупателей у «Бо бо цзи учителя Лу» заметно поубавилось. Зато у соседей было шумно и людно.
Со стороны можно было подумать, что лавка Лу Цзина переехала.
Но, присмотревшись, люди видели: это другая «Бо бо цзи».
И, что самое главное, — бесплатно.
Многие уже пробовали блюдо Лу Цзина и знали, что оно очень вкусное. Поэтому все решили, что и здесь будет так же, и повалили толпой.
Гуань Шэн тоже протолкался внутрь и взял порцию.
— Да это же чистой воды плагиат, один в один! — возмутился он, вернувшись.
Лу Цзин присмотрелся. Действительно, даже цвет глиняного горшочка тот же. Но если вытащить шпажки и рассмотреть повнимательнее, разница была налицо.
Продукты обработаны кое-как: на кусочках курицы торчат мелкие осколки костей. Бульон тоже красный, но по аромату даже близко не стоял с бульоном самого Лу Цзина.
Гуань Шэн откусил кусочек и тут же выплюнул.
— Гадость несусветная!
Лу Цзин тоже попробовал одну шпажку. Если объективно, то совсем уж несъедобным это назвать было нельзя. Но ощущение подделки, дешёвой копии, было очень отчётливым.
По сравнению с его бо бо цзи — как подлинник рядом с жалкой подделкой.
Госпожа Цзян покрутила в руках бамбуковую шпажку и озадаченно проговорила:
— Продукты-то недешёвые. Если они раздают бесплатно, долго ли продержатся?
Лу Цзин усмехнулся:
— Посмотрим. Интересно, на сколько их хватит.
Госпожа Цзян задумалась:
— Может, и нам цены сбавить?
— Нельзя. У нас и так цена невысокая. Сбавим — останемся без прибыли.
— Тоже верно.
В первый день открытия соседней лавки бо бо цзи у Лу Цзина почти не продавалось. Но вот куриные лапки в кисло-остром соусе, холодная лапша с соусом и, конечно, напитки — на них спрос ничуть не упал.
На следующий день Лу Цзин ополовинил порции всей еды. Госпожа Цзян поначалу недоумевала, но вскоре всё поняла: у соседей тоже появились кисло-острые куриные лапки.
Такими темпами можно было ждать, что весь ассортимент его лавки перекочует к конкурентам.
Лу Цзин не стал даже задумываться о новых блюдах. Пусть пока идёт то, что есть.
Целых две недели у соседей продолжалась бесплатная раздача.
В лавке Лу Цзина, кроме освежающих напитков со льдом, которые шли на ура (даже лучше, чем раньше), остальное практически не покупали.
Но Лу Цзин ничуть не беспокоился. Наоборот, он воспользовался моментом и запустил несколько новых видов напитков, разработал собственный логотип и, попросив Гуань Су помочь с контактами, заказал новую партию чашек, мисок и тарелок. Лавка преобразилась.
Чета мясников, потягивая новые напитки из новеньких чашек, провожала взглядами толпы, снующие мимо соседней лавки, и ворчала:
— Всё ещё бесплатно раздают? Ну-ну, посмотрим, надолго ли их хватит.
— Они же целенаправленно нацелились на Лу Цзина. Готовы сами в убыток работать, лишь бы его разорить.
— Бессовестные.
Жена мясника участливо спросила:
— Лу Цзинь, а у тебя самого-то какие планы?
Лу Цзин улыбнулся:
— А вы пробовали то, что они готовят?
Оба дружно замотали головами.
Будучи друзьями Лу Цзина, они и близко к соседям не подходили.
— А я пробовал.
У обоих глаза на лоб полезли. Ну и широта души у Лу Цзина!
— Похоже, они решили, что бо бо цзи обязательно должна быть очень острой. Но с остротой у них не выходит, так что они просто валят побольше соли. Думаете, почему у меня напитки так хорошо расходятся? — усмехнулся Лу Цзин.
У конкурентов, видимо, денег куры не клюют, но вот лёд — это не то, что можно купить за любые деньги. А у Лу Цзина была селитра, и это меняло дело.
(п/п Селитра: В оригинале «硝石» (сяоши) — калиевая селитра, которая при растворении в воде даёт сильное охлаждение. В древности это был один из способов получения льда без холодильников.)
Если посчитать, прибыль от напитков выходила даже выше, чем от бо бо цзи. Да и работать с ними проще. Последние несколько дней он даже спал дольше обычного.
Чета мясников, дослушав, покатилась со смеху:
— Ну и голова у тебя!
— Соседи в убыток работают, чтобы шуму наделать, а ты тем временем напитки впариваешь! Ха! Они бы узнали — со злости лопнули бы!
Лу Цзин загадочно улыбнулся.
Вдруг, пока они болтали, двое молодых парней, сияя улыбками, подтащили и водрузили рядом большую деревянную табличку.
Жена мясника вытянулась в струнку:
— Это что там такое? Опять соседи пакость придумали?
Мясник тоже настороженно вытянул шею.
Но Лу Цзин рассмеялся с самым беззаботным видом:
— Да не волнуйтесь вы так. Это я сделал.
Когда парни отошли, чета мясников наконец разглядела, что написано на табличке, и обоих просто скрутило от хохота.
На доске было крупно выведено: «Благодарим «Бо бо цзи от Ли Цай» за привлечение трафика! Сегодня в "Бо бо цзи учителя Лу" продано 319 стаканов напитков».
Ли Вэньбинь, услышав снаружи смех, решил, что подошла новая партия посетителей, и поспешил выйти встретить. И тут же наткнулся взглядом на эту возмутительную табличку.
Ли Вэньбинь: «…»
Лу Цзин внимательно изучал выражение его лица. Он и так уже подозревал, что Ли Вэньбинь не может быть таким же попаданцем, как он сам, но сейчас получил окончательное подтверждение.
Как раз в этот момент из соседней лавки вышли двое с покупками — напитками.
Лу Цзин не спеша подошёл поближе и, под пристальным взглядом Ли Вэньбиня, невозмутимо зачеркнул на табличке цифры «319» и написал сверху «321».
Ли Вэньбинь: «…»
Чету мясников уже просто скрутило от смеха.
Лу Цзин подозвал двух молодых охранников из особняка Янь и велел им поставить табличку на самое видное место у входа, строго-настрого наказав обновлять цифры в реальном времени.
Ли Вэньбинь побагровел от злости.
Лу Цзин тем временем улёгся в тени навеса и притворился спящим. На самом деле он даже не задремал, но этот его расслабленный вид был ещё одним ударом для Ли Вэньбиня и стоявшего за ним Сун Кая.
Неизвестно, сколько времени прошло. Вокруг, где до этого стоял шум и гам, вдруг стало тихо. Лу Цзин почувствовал, что кто-то сел рядом.
Он решил, что это госпожа Цзян, протянул руку и сонным голосом попросил:
— Мам, помоги встать. Я ногу отлежал, она затекла.
Госпожа Цзян не отозвалась и не помогла. Лу Цзин протянул руку дальше, нащупал чью-то ладонь и ухватился за неё.
Только ладонь эта была какой-то слишком большой, больше его собственной чуть ли не в полтора раза. Пальцы длинные, с выступающими суставами, худые, но отнюдь не хилые.
Лу Цзин, всё ещё в полудрёме, пощупал эту руку и пробормотал:
— Мам, а почему у тебя рука такая большая стала?
Рядом раздался насмешливый голос, в котором явственно слышалась улыбка:
— Если ты продолжишь её трогать, я скажу, что ты ко мне пристаёшь.
Лу Цзин оторопел, а потом резко распахнул глаза.
Его рука всё ещё покоилась в ладони Цинь Чуаня.
Лу Цзин отдёрнул руку молниеносно.
— Ты... ты как здесь оказался?
— Говорят, тебя тут обижают. Решил заглянуть, проверить.
Лу Цзин сверкнул глазами:
— Да ты надо мной посмеяться пришёл!
— С чего ты взял? — Цинь Чуань перевёл взгляд на огромную табличку и усмехнулся. — По-моему, ты неплохо огрызаешься.
Лу Цзин про себя даже немного загордился.
Помолчав, Цинь Чуань вдруг сказал:
— Тебе бы проверить, что там у тебя. Кажется, товар на исходе.
Лу Цзин машинально обернулся и увидел, что госпожа Цзян отчаянно машет ему и кричит, а покупатели с нетерпением поглядывают в его сторону.
Лу Цзин: «?!»
Да быть такого не может! Он что, оглох и ослеп? Как он мог не заметить такого столпотворения?!
Неужели всё его внимание безраздельно захватил наставник Янь?
Да ну, ерунда какая!
К счастью, рядом был Цинь Чуань, и никто не обратил внимания на его замешательство. При появлении Янь-фуцзы все и так теряли голову.
Лу Цзин попытался встать, но едва не рухнул обратно: ноги затекли и противно кололо тысячами иголок.
Цинь Чуань подхватил его и тихо спросил:
— Идти сможешь?
Лу Цзин кожей чувствовал, что сейчас все взгляды прикованы к ним двоим.
— Всё в порядке.
Медленно бредя обратно, Лу Цзин краем глаза взглянул на цифры на табличке и с удивлением обнаружил, что они уже перевалили за четыреста стаканов.
И это при том, что напитков не хватало.
Помимо трафика, который привлекли соседи, львиная доля покупателей набежала, конечно же, из-за Цинь Чуаня.
Стоило ему просто присесть у входа, как бесплатная еда по соседству сразу потеряла половину своей привлекательности.
Лу Цзин сам не знал почему, но в груди боролись гордость и какая-то кислая ревность.
И как прикажете завоевывать того, кто нравится всем без исключения?
Сцену, где Цинь Чуань поддерживал Лу Цзина, случайно увидели Лу Да с госпожой Ли.
С тех пор как до них дошла весть, что у Лу Цзина появились конкуренты, отбирающие у него покупателей, они были на седьмом небе от счастья. Конечно же, они не могли пропустить такое зрелище! Вот уже несколько дней они исправно таскали сюда Лу Гуанцзуна и лопали бесплатную бо бо цзи.
Они надеялись, что смогут подпортить Лу Цзину нервы, но тот, как назло, выглядел невозмутимым. Это бесило их ещё больше.
Сегодня, ещё до прихода, они сговорились во что бы то ни стало поддеть и Лу Цзина, и госпожу Цзян.
Но когда они, полные энтузиазма, явились, им снова пришлось лицезреть эту сцену.
Госпожа Ли сплюнула сквозь зубы и ядовито прошипела:
— Бесстыдник! Среди бела дня, у всех на глазах, лапает мужика!
Лу Да, однако, её не поддержал.
Он впервые видел Цинь Чуаня так близко. Тот даже не взглянул в их сторону, но Лу Да уже ощутил исходящую от него опасность.
То давящее чувство, которое возникает только у людей, долгие годы находящихся на вершине власти.
Госпожа Ли толкнула его локтем и раздражённо буркнула:
— Чего вылупился?
Всё её внимание было приковано к Лу Цзину, и она ещё не разглядела, кто этот человек. Зато Лу Гуанцзун, заикаясь от страха, пролепетал:
— Мам... мам, это же наставник Янь!
Госпожа Ли: «…»
— Ну и что, что наставник Янь? Наставник Янь тоже мужчина! А Лу Цзин с ним обжимается — это бесстыдство!
Лу Да зыркнул на неё:
— Заткнись.
— А что я такого сказала? Я…
Договорить она не успела.
Потому что Цинь Чуань посмотрел в их сторону.
Лу Да дёрнул её за руку:
— Пошли! Быстро!
Он потащил её за собой.
Они забились в самый дальний угол соседней лавки, откуда Лу Да украдкой продолжал наблюдать.
Цинь Чуань усмехнулся уголком губ. Его нисколько не заботило, что там высматривает какой-то там тип.
Бо бо цзи принесли быстро. Три миски — каждому по одной.
Лу Гуанцзун, глядя на еду, невольно сглотнул слюну, но лицо его сморщилось:
— Мам, я сегодня не хочу.
Он ел это уже несколько дней подряд.
Госпожа Ли зыркнула на него:
— Дармовщина! Почему бы и не слопать? Давай, налегай.
Чтобы сэкономить на домашней еде, они всякий раз, приходя к Ли Вэньбиню, набрасывались на угощение, словно не ели неделю, и нажирались так, что потом до самого вечера ничего не могли в себя впихнуть.
Лу Гуанцзун с надеждой покосился на отца — может, тот заступится? Но отцу было не до него.
— Мам, у меня живот болит.
Каждый раз, когда наступало время уроков, Лу Гуанцзун твердил одно и то же. Так что госпожа Ли давно перестала воспринимать его слова всерьёз. Она даже щёлкнула его по голове:
— Ешь давай, и без разговоров.
Лу Гуанцзун покосился на лавку напротив, где хозяйничал Лу Цзин, и с тоской в голосе протянул:
— Мам, я хочу холодного чая. Все говорят, он очень вкусный.
— Какого ещё чая? — госпожа Ли скривилась. — Лу Цзин — бесстыдник! А ты его пойло пить собрался? Не боишься таким же стать?
Лу Гуанцзун испуганно замолчал и больше не проронил ни слова.
Когда Лу Цзин закончил с делами и вышел на улицу, Цинь Чуань всё ещё спокойно сидел на том же месте и ждал его.
— Ты ещё здесь?
Цинь Чуань усмехнулся:
— Я выяснил, кто стоит за соседней лавкой. Хочешь узнать?
Лу Цзин: «…»
— Подожди меня!
Он мигом сбегал обратно, налил два стакана холодного чая, притащил их Цинь Чуаню и, расплывшись в подобострастной улыбке, выпалил:
— Хочу, хочу! Давай, рассказывай!
Цинь Чуань провёл длинным пальцем по краю стакана, смахнул прозрачную каплю и залюбовался ею, повисшей на кончике пальца. Его руки были так прекрасны, словно их создал гениальный художник.
Лу Цзин изо всех сил старался не отвлекаться на это зрелище.
— Так кто же это?
— Помнишь того купца, что был в управе в прошлый раз?
Лу Цзин поражённо выдохнул:
— Так это он!
Цинь Чуань кивнул:
— Да. Его зовут Сун Кай. В уездном городе у него свой ресторан. Последние годы у него дела идут неважно — один другой ресторан постоянно перебивает клиентуру. Ему срочно нужно новое меню, чтобы исправить положение.
— Ну, теперь понятно, — Лу Цзин с наслаждением откинулся на бамбуковое кресло. — Влетит же он теперь в копеечку!
Цинь Чуань усмехнулся:
— Ты всё же будь осторожнее. Кто знает, какую ещё подлянку он тебе подкинет.
— Знаю, — кивнул Лу Цзин.
Пока они разговаривали, многие глазели в их сторону. Лу Цзину стало неловко. Он кашлянул и с нарочито серьёзным видом спросил:
— Я в прошлый раз учил тебя делению. Усвоил?
— Хочешь проверить?
— Конечно.
Лу Цзин с самым невинным видом накропал Цинь Чуаню несколько примеров. Тот решил всё быстро и без ошибок.
Лу Цзин задал ещё несколько вопросов об учениках.
— Это всё?
Лу Цзин покачал головой:
— Да. Вопросов больше нет.
Цинь Чуань не удержался от смешка. Лу Цзин, который из-за обилия зрителей пытался изобразить из себя строгого учителя, выглядел на удивление мило.
***
Вечером, когда лавка закрылась, Ли Вэньбинь с отчётом за истекший период отправился в гостиницу к Сун Каю.
Сун Кай, едва завидев его, нетерпеливо выпалил:
— Ну, как сегодня?
В глазах Ли Вэньбиня мелькнула тень вины, но он ловко обошёл скользкий момент и, ни словом не обмолвился о том, что у Лу Цзина напитки разлетаются как горячие пирожки, доложил:
— У господина Лу бо бо цзи по-прежнему никто не берёт. Только напитки кое-как продаются.
— Отлично, — Сун Кай остался доволен.
Но едва он раскрыл отчётность, как его лоб прорезала глубокая морщина.
— Какого чёрта сегодня такие расходы?
— Господин Сун, вы же сами велели: пусть едят, сколько влезет. Вот гостей у нас и прибавилось.
Сун Кай мрачно молчал, потом с ненавистью процедил сквозь зубы:
— Так дальше не пойдёт. Завтра пошлёшь двух человек...
Ли Вэньбинь замялся:
— Господин Сун, я всё-таки Сюцай. Нехорошо мне в таких делах участвовать. А ну как Лу Цзин в управу заявит и до меня доберутся? Тогда мне конец.
— Да брось ты, не дрейфь. Начальник уезда ещё не вступил в должность. А в управе сейчас все мои старые знакомые. Пусть жалуется, сколько влезет. Мы только посмеёмся.
Ли Вэньбинь всё ещё колебался, но, когда Сун Кай выложил на стол деньги, колебания как рукой сняло.
***
На следующий день, после обеда.
Лу Цзин, как обычно, колдовал над напитками. Снаружи выстроилась длиннющая очередь.
Все уже знали, что у Ли Вэньбиня еда неимоверно солёная. Поэтому, прежде чем идти туда, народ привычно забегал к Лу Цзину за стаканчиком ледяного напитка.
Некоторые брали даже по два-три стакана. Всё равно у Ли Вэньбиня бесплатно, так почему бы не потратить сэкономленные деньги здесь, у Лу Цзина?
Один покупатель, понизив голос, доверительно сообщил Лу Цзину:
— Господин Лу, я к нему хожу только потому, что даром. А вообще, ваша бо бо цзи мне нравится больше. До вас этому Ли Вэньбиню, как до неба!
Стоявший сзади тут же подхватил:
— И я! Я у вас побольше напитков куплю, вы уж не сердитесь, господин Лу.
Лу Цзин рассмеялся:
— Да с чего мне сердиться? Деньги ваши, где хотите, там и тратьте. Только вы у Ли Вэньбиня поменьше ешьте. Солёное — это очень вредно.
— Да я и сам чувствую, что солоно, но ведь бесплатно же! Не съесть — себя обворовать.
— Я ещё разок схожу и не буду. А то последние дни что-то живот побаливает.
Рядом с табличкой, где обновлялись цифры продаж, снова собралась толпа.
Ли Вэньбинь долго смотрел на растущие цифры. В душе его всё ещё боролись сомнения. Но стоило вспомнить слова Сун Кая о дополнительных десяти лянах серебра, если он провернёт сегодняшнее дельце, так он и решился.
В конце концов, как верно заметил Сун Кай, начальник уезда ещё не вступил в должность. Даже если Лу Цзин побежит в управу, толку не будет.
http://bllate.org/book/16127/1569315
Приятного чтения!