Ещё до рассвета Лу Цзин поднялся с постели. Выйдя во двор, он с удивлением обнаружил, что Лу Эр и госпожа Цзян уже завтракают там.
— Отец, мама, почему вы сегодня так рано?
Госпожа Цзян взглянула на сидящего напротив Лу Эра и усмехнулась с лукавством:
— Всё из-за твоего отца. Всю ночь глаз не сомкнул, всё бормотал, как бы побольше бамбуковых ростков накопать. Вот и меня чуть свет поднял.
Лу Эру стало неловко от её слов, лицо его залилось краской, хоть из-за смуглой кожи этого и не было сильно заметно.
— Не слушай мать. Просто из-за жары сон не крепкий.
Сердце Лу Цзина наполнилось теплом. В прошлой жизни его родная семья была далека от идеала, и он почти не знал такой искренней родственной заботы. Кто бы мог подумать, что, перенесясь в этот мир, он обретёт её.
Он успокоил взволнованное сердце и мягко возразил:
— Отец, сегодня первый день. Мы ещё не знаем, сможем ли продать то, что приготовим. Я думаю, будет достаточно, если я позже схожу с Юань-юанем и накопаю немного.
Но Лу Эр, который ещё вчера вечером переживал, что делать, если ничего не продастся, вдруг строго посмотрел на сына и твёрдо сказал:
— Кто сказал, что не продадим? С твоим-то умением — обязательно продадим!
Лу Цзин: ...
Госпожа Цзян фыркнула со смеху:
— А вчера вечером ты говорил совсем другое.
Услышав это, Лу Эр схватил инструменты и, развернувшись, поспешно ретировался со двора.
Госпожа Цзян, всё ещё улыбаясь, посмотрела на Лу Цзина:
— Ладно, оставайся дома, присмотри за Юань-эром. А я пошла.
Пока особых дел не было, Лу Цзин решил вернуться в комнату и немного доспать. Когда он снова проснулся, Лу Эра и госпожи Цзян всё ещё не было, но в маленькой кухне уже высилась целая гора принесённых ими бамбуковых ростков.
Следом началось самое главное: закупка остальных продуктов и их обработка.
К середине утра со двора семьи Лу начал разноситься умопомрачительно аппетитный пряный аромат. Прохожие то и дело с любопытством заглядывали во двор.
— Это чем же сегодня Лу Цзян занимается, что не пошла на подработку?
— Я своими глазами видел, как она с Лу Эром уходила со двора.
— Тогда откуда же этот запах?
— Может, зайти, посмотреть?
Несколько соседок, переговаривавшихся между собой, переглянулись, но никто не решился сделать шаг к воротам. В нынешние времена ни у кого не было достатка. Если начнёшь готовить что-то вкусное и делиться с соседями, то что же тогда самому есть? Все это понимали и старались соблюдать негласные правила приличия.
Но запах, доносившийся со двора Лу Эра, был таким дразнящим, что женское любопытство просто разрывало.
Пока они мялись и подталкивали друг друга, в их разговор неожиданно вклинился бойкий женский голос:
— Вы чего тут столпились?
Женщины быстро переглянулись и вмиг окружили подошедшую тётушку Кун
— Ты что, не чувствуешь?
— Чего?
— Да у Лу Цзян же! Ну и аромат же стоит!
Тётушка Кун принюхалась, и её глаза вмиг загорелись. Остальные, увидев её реакцию, приободрились ещё больше.
— Интересно, что же она такое готовит, что так вкусно пахнет?
— Чего тут гадать? Зайди да посмотри, — подначила одна.
Тетушка Кун окинула их строгим взглядом и, не зная, смеяться или сердиться, ответила:
— Хотите, чтобы я зашла, так и скажите прямо. Что вы за кругаля даете?
Остальные рассмеялись:
— Ну, на всей нашей улице у тебя с людьми самые лучшие отношения. Тебе зайти — самый подходящий вариант.
Тетушка Кун фыркнула:
— А кто же вечно языки чешет? Семья Лу Эра вам ничего плохого не сделала.
С этими словами, не обращая внимания на вытянувшиеся лица собеседниц, она развернулась и толкнула калитку во двор Лу.
— Хозяюшка, ты дома? — крикнула она.
Лу Цзин был занят приготовлением бульона и не мог отлучиться, поэтому отправил Лу Юаня посмотреть, кто пришел.
— Братец, это тетушка Кун, — доложил мальчик.
Тетушка Кун просунула голову в дверь и, сияя улыбкой, воскликнула:
— Ой, а это никак Цзин-гэр у плиты хлопочет? А запах-то какой — уже издалека чувствуется!
Лу Цзин улыбнулся ей в ответ и вежливо пригласил войти.
Нюх у тетушки Кун был отменный. Едва переступив порог, она сразу же уставилась на огромный глиняный горшок, стоявший у очага. Аромат шел именно оттуда.
— Это что же такое? — полюбопытствовала она.
— Я приготовил бульон-основу, — пояснил Лу Цзин. — В нем потом замачивают разные готовые продукты на шпажках. Это блюдо называется бо бо цзи.
Тетушка Кун не могла оторвать взгляда:
— Бо бо цзи? Никогда о таком не слышала. А какое оно на вкус?
Она прямо не просила, но в глазах ее читалась такая жадная тяга к еде, что скрыть это было невозможно.
Лу Цзин выбрал по одной шпажке с разными ингредиентами, положил их в пустой бамбуковый стаканчик и протянул тетушке Кун:
— Попробуйте, — предложил он.
К тому же ему как раз нужен был дегустатор. А кто лучше тетушки Кун, которая обожала возиться с едой, справится с этой ролью?
Тетушка Кун широко раскрыла глаза от удивления и радости:
— Ой, да тут так много! Мне бы и одной хватило, я просто...
С этими словами она, однако, с удивительной быстротой схватила стаканчик.
— И шпажки бамбуковые сделал? Их же строгать — дело непростое, — заметила она.
Лу Цзин кивнул:
— Вот эти одни только я целых два часа вырезал.
Тетушка Кун спросила просто так, мимоходом. Но пока Лу Цзин отвечал, она уже вовсю уплетала кусочек курицы, нанизанный на шпажку.
Мясо Лу Цзин нарезал тонкими ломтиками, оно прекрасно пропиталось соусом и было совсем не жестким. Нежное, скользящее во рту мясо оказалось на удивление вкусным.
Однако тетушка Кун даже не успела как следует похвалить саму курицу — её тут же покорил изумительный вкус бульона для бо бо цзи.
Как человек, хорошо разбирающийся в кулинарии, каждый раз, пробуя новое блюдо, она привыкла внимательно смаковать его, чтобы определить, из каких ингредиентов оно состоит. Но сейчас она всё больше терялась в догадках. Ей хотелось спросить у Лу Цзина, но одновременно было жаль отвлекаться от еды. Поэтому она, не останавливаясь, ела шпажку за шпажкой.
В итоге она съела всё до последней шпажки, и губы у нее покраснели от остроты.
Но это было невероятно вкусно.
Тетушка Кун залпом выпила чай, который протянул ей Лу Цзин, и глаза её снова засияли:
— А чай-то какой хороший! — воскликнула она.
Этот чай у Лу Цзина оказался просто идеальным дополнением к острому бо бо цзи.
Увидев такую реакцию, Лу Цзин окончательно успокоился. Всё будет хорошо.
— Цзин-гэр, это правда ты сам всё это приготовил? — изумилась тетушка Кун.
— Я вычитал в одной книге, — пояснил Лу Цзин.
Тетушка Кун понимающе кивнула:
— Вот что значит грамота. Учёному человеку и в жизни легче.
— Тетушка, как думаешь, могу я это на продажу выставить? — спросил Лу Цзин.
— Торговать собрался?
Лу Цзин утвердительно кивнул:
— Хочу попробовать.
Тетушка Кун запрокинула голову и одним махом осушила чашку с чаем, а затем, по-простецки вытерев рот рукой, решительно заявила:
— А почему нет? Конечно, можно! Это бо бо цзи — просто пальчики оближешь.
— А в паре с этим чаем — вообще объедение, — добавила она.
Лу Цзин усмехнулся, хотел что-то ответить, но тут до его слуха донеслась возня и толкотня за дверью.
Те самые соседки, так и не дождавшись возвращения тетушки Кун, решили не ждать у моря погоды и зашли сами.
Лу Цзин, недолго думая, угостил и их ломтиками бамбуковых ростков на шпажках. Всё равно их было наготовлено столько, что самим не съесть.
Узнав, что это невиданное кушанье под названием «бо бо цзи» приготовил сам Лу Цзин, женщины в один голос ахнули от изумления.
Тот ли это Цзин-гэр, которого они знали? Выходит, он вовсе не был неумехой в готовке, а просто раньше не хотел этим заниматься.
Мало того, он ещё и торговать своим бо бо цзи собрался.
Отчего-то сейчас, вглядываясь в Лу Цзина, все они заметили, как он преобразился. Глаза горели, спина распрямилась, исчезла прежняя забитость и робость, а в уголках губ появилась уверенная и спокойная усмешка.
В головах у соседок одновременно пронеслась мысль: «Прямо подменили парня».
По дороге домой они только об этом и говорили.
Тетушке Кун это скоро надоело, и она бесцеремонно их оборвала:
— Чего вы удивляетесь? Не век же ему прежним оставаться.
Соседки притихли.
Вроде и правда. Но всё же перемена слишком сильная.
Тетушка Кун вздохнула:
— Вы же помните, как Шаньшань, сын Ян, про него выражался? Сами подумайте, если б вас так хаяли, разве вы бы не изменились?
Соседки снова замолчали, переваривая услышанное.
В таком свете всё действительно становилось понятно.
— Видать, приглядывает себе семью вроде Ван, — предположила одна. — Вот и начал учиться хозяйство вести.
— Да нет, — возразила другая. — В прошлый раз он сказал, что выйдет замуж только за того, кто за ним паланкин с восемью носильщиками пришлёт.
— С восемью носильщиками?! — ахнула третья. — Это он что, на самого начальника уезда метит?
— Типун тебе на язык! — шикнули на неё. — Ещё услышит кто — донесут властям, загремишь в кутузку!
***
Когда время подошло к нужному, Лу Цзин и Лу Юань собрались и вышли из дома.
Они прихватили с собой несколько чистых бамбуковых стаканчиков, чтобы было в чем подавать еду тем, кто возьмёт сразу несколько шпажек.
Лу Юань заткнул за воротник свою любимую маленькую бамбуковую флейту и с воодушевлением заявил, что будет играть для прохожих. Видимо, почерпнул эту идею, глядя на нищих, которые играли на эрху у дороги.
(п/п Эрху — Двухструнный смычковый музыкальный инструмент, очень популярный в традиционной китайской музыке, часто можно увидеть уличных музыкантов.)
Братья добрались до самой оживлённой улицы на рынке в Шуанцзи Оглядевшись, Лу Цзин отметил, что народу здесь было поменьше, чем он ожидал.
Возможно, из-за сильной жары уличных лотков было совсем мало, в основном попадались навесы, пристроенные к лавкам.
Лу Цзин выбрал пустую площадку рядом с мясной лавкой.
У мясника почти всё мясо уже распродали, покупателей сейчас не было, и только молодой подручный клевал носом у входа.
Лу Цзину как раз пригодился бы его навес.
Братья разложили принесённый из дома столик, расставили на нём глиняный горшок и бамбуковые стаканчики.
Сняв крышку с горшка, Лу Цзин прикрыл его сверху чисто вымытым листом лотоса.
Аромат приправ и бульона мгновенно ударил в нос, и задремавший было подручный вздрогнул, словно ошпаренный.
— Что за запах? — пробормотал он спросонья.
Лу Цзин нарочно помахал рукой в его сторону, разгоняя аромат, и уголки его губ тронула озорная, чуть хулиганская усмешка.
Подручный сразу уставился на огромный глиняный горшок, высунулся вперёд и громко воскликнул:
— Цзин-гэр, это ты? Какими судьбами?
Благодаря стараниям свахи Чжоу и семейства Ян, Лу Цзин за последние дни стал местной знаменитостью. К тому же он недавно заходил в мясную лавку за покупками, так что подручный узнал его мгновенно.
Лу Цзин улыбнулся в ответ и вежливо осведомился:
— Я тут кое-что из еды приготовил, хочу продавать. Не занял бы я немного места под вашим навесом? Можно?
— Сейчас спрошу у хозяина, — отозвался парень.
Лу Цзин выбрал это место не случайно. Одна из главных причин — за последние дни общения он понял, что мясник — человек простой и отходчивый, к тому же с ним никто не рискнёт связываться.
И точно: подручный скрылся в лавке и вскоре оттуда вышел коренастый мужчина могучего телосложения.
— О, и правда Цзин-гэр! — удивился мясник. — Это чего это ты вдруг торговлей занялся?
— Свободного времени много, вот и нашёл себе занятие, — ответил Лу Цзин.
Услышав это, мясник окинул Лу Цзина взглядом, в котором появилось что-то вроде сочувствия. «Понятно, — подумал он, — помолвка-то расстроилась, вот и сидит без дела».
Лу Цзин: ...
Мясник после этого и вовсе стал разговорчивее и даже велел подручному угостить Лу Юаня какой-то мелочью.
— Эх, нелегко тебе, — вздохнул он.
Лу Цзин: ...
— Чем торговать-то собрался? Едой, что ли? — поинтересовался мясник.
Лу Цзин кивнул и, приподняв лист лотоса, показал содержимое горшка:
— Это называется «бо бо цзи». Ломтики бамбуковых ростков — одна монетка за две шпажки, остальное овощное — по три монеты за шпажку, а мясное — по пять монет.
Бамбуковые ростки он выставил по такой цене специально, чтобы привлекать покупателей.
Мясник сглотнул слюну:
— И чего это оно так аппетитно пахнет?
Лу Цзин ловко выудил несколько шпажек, положил их в бамбуковый стаканчик и протянул мяснику:
— Угощайтесь, старший брат. Это вам от меня благодарность за то, что разрешили под вашим навесом встать.
Мясник в обычные дни в еде, особенно в мясной, недостатка не испытывал. К тому же он кое-что слышал о Цзин-гэре. Стоит ли рисковать и пробовать блюда того, кто... ну, вы понимаете? А если живот схватит? К врачу потом идти — денег не оберёшься.
Но отказываться от угощения было неловко. Поэтому он вытащил одну шпажку с курицей и протянул её подручному.
— Ты первый попробуй, — сказал он.
Подручный: ...
Лу Цзин: ...
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/16127/1504751
