Приседать с мужчиной на руках совсем не просто, но настойчивые Му Чэнь и Чжун Ибинь продолжали выполнять упражнение и даже увеличивали темп, пытаясь перегнать друг друга.
— Тридцать один, тридцать два… сорок четыре, сорок пять… — энергично считала Линь Сяосяо, а публика взволнованно следила за показателями двух команд. Их скорость различалась: кто-то приседал быстрее, а кто-то отставал, но в конце концов они догоняли друг друга, и прогресс двух соперников почти не отличался.
Чжун Ибинь казался расслабленным, потому что давно привык к интенсивным движениям, а Чу Цинь просто наслаждался моментом, он даже нашел время для шутки и игриво произнес в микрофон:
— Сейчас мне кажется, словно я катаюсь на конной карусели, у которой сломалась платформа.
Публика залилась смехом. Лошади на карусели всегда опускаются и поднимаются, а платформа вращает пассажиров по кругу, но если платформа ломается, то люди вынуждены скакать вверх и вниз, стоя на месте. То же самое происходило и сейчас — довольно забавное сравнение.
Чжун Ибинь не мог смеяться, потому что затаил дыхание и напряженно работал. В отместку он сжал ноги ведущего еще сильнее. Чу Цинь снова стал серьезным и прижался к плечу Чжун Ибиня.
— Боже мой… Об этом мечтает каждый фанат! Ох, если бы Чу Цинь так прижался ко мне, то я могла бы уйти из жизни без сожаления… — девушка, которая передала Чжун Ибиню светящуюся табличку, прикрыла рот рукой. Коснуться Чу Циня и обнять его так крепко — только лишь представив это, девушка могла упасть в обморок от счастья.
— Семьдесят три, семьдесят четыре…
Обстановка постепенно накалялась.
Му Чэнь выглядел спокойным и расслабленным, но постепенно достигал своего предела. Его руки стали потными и скользкими, потому что человеком, которого он держал, был Цяо Су! А из-за неудобной позы Му Чэню приходилось напрягаться еще больше. Цяо Су почувствовал напряжение партнера и посмотрел в сторону противников.
Два этих парня — давние муж и жена: обниматься и крепко прижиматься им было не впервой. Если бы в зале не было зрителей, то Чу Цинь наверняка запрыгнул бы на спину Чжун Ибиню и уселся в позе лотоса.
— Брат Чэнь, забудь об этом. Когда устанешь… — сказал Цяо Су, увидев, как капля пота скатилась по щеке Му Чэня, и услышав, что его дыхание стало тяжелее.
— Все в порядке, — мягко ответил Му Чэнь, продолжая приседать.
Цяо Су поджал губы, стиснул зубы и крепче обнял своего партнера. Он изучил положение Чу Циня и вместо того, чтобы лежать в руках Му Чэня, как мешок с картошкой, переместил тяжесть своего тела на плечи мужчины, создавая более удобную позу.
Почувствовав, что тело Цяо Су прижалось к нему еще ближе, Му Чэнь внезапно набрался сил и ускорился.
— Они почти догнали нас, — прошептал Чу Цинь, похлопав Чжун Ибиня по плечу, — давай дадим гостям выиграть.
— Ну уж нет! — фыркнул директор Чжун.
Он наконец получил шанс превзойти напыщенного Му Чэня, как он мог отступить?!
— Девяносто два, девяносто три… — считала Линь Сяосяо.
Паузы при подсчете становились длиннее и длиннее, это означало, что участники приседали все реже и реже. Учитель Лян был удивлен, когда вошел в кабинет режиссера и впервые увидел эту сцену. Этот эпизод «Посиделок» обещал стать вирусным. Актер и директор «Шэнши» боролись друг с другом физически и морально. Такого еще не бывало…
Переусердствовав в самом начале, Му Чэнь очень устал, сейчас ему становилось все труднее и труднее выполнять задание. А Чжун Ибинь был в полном порядке. Несмотря на то, что пот с него тек ручьем, казалось, что директор Чжун может приседать до бесконечности.
— Сто семнадцать, сто восемнадцать, сто… Ах! — прежде чем Линь Сяосяо успела досчитать, руки Му Чэня обессилили, и Цяо Су соскользнул вниз и рефлекторно протянул руки, чтобы ухватиться за него, и, таким образом, уже через секунду команда актеров плюхнулась на приготовленные заранее маты.
Му Чэнь навис над Цяо Су и с изумлением посмотрел ему в глаза. Эти двое находились так близко, что могли чувствовать дыхание друг друга. Капелька его пота упала на щеку Цяо Су, скользнула вдоль красиво очерченного подбородка и остановилась в падине ключицы.
— Сто девятнадцать, сто двадцать. Команда ведущих выиграла! — продолжил считать Чжу Чан и радостно поздравил победителей.
Чжун Ибинь обнял Чу Циня, удовлетворенно повалил на маты и, воспользовавшись его смятением, быстро чмокнул.
Чу Цинь был так напуган, что забыл как дышать. Этот поцелуй был на виду у огромного количества камер и зрителей. Чжун Ибинь сошел с ума?!
К счастью, директор Чжун все предвидел и сделал это незаметно для чужих глаз, а после своей шалости улегся на ведущем и притворился мертвым.
— Господин Чжун, игра окончена. Теперь можно отлипнуть от нашего ведущего, — засмеялся Чжу Чан и поспешил поднять директора. К ним подскочила Линь Сяосяо, предложив свою бессмысленную помощь.
Отец Чжун сидел перед телевизором и наблюдал, как эти двое флиртуют прямо перед камерами. Его брови сошлись у переносицы, а губы плотно сжались.
— Сорванец, он сделал это намеренно.
Старший брат совсем не удивился и выглядел совершенно спокойным.
— Каковы рейтинги этого эпизода? — отец Чжун повернулся и спросил старшего сына.
Чжун Ибинь понимал, что отец не знает тонкостей работы телестанции, поэтому спокойно объяснил:
— Отец, это премьера эпизода, и рейтинги пока не известны.
Отец Чжун не имел понятия, что статистика сегодняшних выпусков будет сформирована только завтра, он кивнул и снова повернулся к экрану, чтобы продолжить просмотр шоу.
Участники «Посиделок» прошли за кулисы, чтобы передохнуть, правда, на телевидении этот момент вырезали, показав после короткой заставки, как актеры, ведущие и директор бодро стоят на сцене. Му Чэнь и Чжун Ибинь больше не были красными, потными и уставшими, а выглядели довольными и отдохнувшими. Вот только почему-то после сегмента директор «Шэнши» не ушел, а остался на сцене.
Рейтинги этого выпуска и впрямь взлетели. Поклонники Чу Циня были приятно удивлены и заявили, что в прошлом были уверены: в целом мире не найдется ни одного человека, достойного их брата Циня, — но, когда увидели красивого и властного директора Чжуна, им захотелось пасть ниц и петь дифирамбы.
В этот момент Чу Цинь и Чжун Ибинь тоже смотрели премьеру у себя дома. Как обычно после окончания трансляции, Чу Цинь написал в Weibo благодарность сегодняшним гостям, попросил зрителей обратить внимание на «Золотой век великого Цзина», поблагодарил директора Чжуна за помощь и отметил его аккаунт. Затем вошел в профиль Чжун Ибиня и добавил на стену свой пост.
— Отлично сработано, — Чжун Ибинь наклонился и заглянул в экран через его плечо.
— А?.. Ну да, — небрежно ответил Чу Цинь и внезапно обратил внимание на горячее обсуждение под названием «Чжун Цинь».
Предполагалось, что самой обсуждаемой парой станут Му Чэнь и Цяо Су, поскольку они были главными героями и возлюбленными по сюжету дорамы. Вот только пользователи сети не спешили обсуждать реальные отношения императора и императрицы, вместо этого их больше заинтересовали Чжун Ибинь и Чу Цинь…
Нажав на «Чжун Цинь», Чу Цинь увидел множество диалогов, которые вели его поклонники, находящиеся под бурным впечатлением после просмотра «Посиделок».
«В прошлый раз, когда я приходила на запись шоу, встретила господина Чжуна и пригласила его вступить в фан-группу брата Циня. Так стыдно!»
«Господин Чжун оказался ярым поклонником брата Циня, так мило!»
При редактировании того выпуска все кадры с Чжун Ибинем были вырезаны и не транслировались по телевидению, но зрители оказались проницательны. Кто-то нашел снятое поклонниками видео с того самого выпуска, на котором Чжун Ибинь попал в кадр. Молодой и серьезный директор в черной рубашке сдержанно сидел в первом ряду, высоко подняв светодиодную табличку с надписью «Цинь Цинь».
«Боже, господин Чжун такой милый! Я умираю!»
_____________
За кадром:
Эрбинь: Хе-хе, они пишут, что я милый.
Цинь Цинь: Да, ты безумно очарователен [1].
Эрбинь: Я могу быть более яростным [1]! (набрасывается)
Цинь Цинь: Эй… Я не это имел в виду!
(П/п: игра слов: «萌» (méng) — в знач. прил: милый/симпатичный; и «猛» (měng) — в знач. прил: свирепый/яростный/лютый.)
__________
Перевод: Privereda1
_____________
Группа в ВК: https://vk.com/bl_novel_privereda1
http://bllate.org/book/16031/1429955
