Глава 66 - Парк развлечений
Наверняка гнев Бога Войны вынести было не так просто, но пока он спускался с небес, в интернете стало появляться огромное количество комментаторов, которые вступались за честь «Чжун Циня».
«Всем известно, что Цинь Цинь самостоятельно попал на «Шэнши-ТВ», и уж точно без помощи извне смог стать таким популярным»
Путь Чу Циня по карьерной лестнице не был ни для кого секретом. Но разве хейтеры хотели копаться в его жизни? Им было нужно только выдавить побольше едких комментариев. Кто-то из фанатов собрал несколько нарезок за последние семь–восемь лет жизни кумира, склеил их в одно видео и выложил.
На соревновании Национальной телестанции энергичный юноша, который был отнюдь не профессионалом, одержал головокружительную победу. Что это было, если не результат природного таланта? После победы Чу Цинь ушел с Национального телеканала и создал свое кулинарное шоу на «Шэнши-ТВ». В то время многие зрители считали его поступок неразумным и не понимали, зачем начинающий ведущий променял популярную телестанцию в пользу небольшого частного телеканала, который, казалось, не мог дать ему достаточную почву для развития. Однако Чу Цинь ни разу не пожалел, что выбрал и поддержал «Шэнши-ТВ»: он начал вести собственное варьете и совсем скоро стал популярным, тем самым приведя телестанцию к успеху. Благодаря ему «Шэнши-ТВ» удалось добиться трансляции по спутниковому телевидению. Чу Цинь стал лицом телестанции и заслужил звание звездного ведущего. Без него больше не проводилась ни одна вечеринка «Шэнши», а другие телеканалы стали выстраиваться в очередь, чтобы пригласить его к себе на шоу.
Закончив запись программы, Чэнь Цзюминь взял мобильный телефон, принялся читать новости в интернете, а когда увидел, что ситуация изменилась, его самодовольное лицо внезапно омрачилось. Все официальные лица «Шэнши» выступили, чтобы защитить честь Чу Циня: они уверяли пользователей, что ведущий не полагается на своего начальника. Чэнь Цзюминь связался с человеком, ответственным за морской флот, и спросил, чем они, черт возьми, занимаются.
— На стороне наших противников находится в три раза больше военно-морских сил, чем у нас. Для победы нужно наделать много шума. Если хотите одержать верх в этом сражении, то стоит добавить еще сто тысяч юаней, — холодно ответил ответственный человек, его расценки были низкими по сравнению с масштабами работы.
Чэнь Цзюминь так разозлился, что у него заболели зубы. Он совсем недавно устроился на телестанцию и пришел по программе субсидий найма. Его доход нельзя было сравнить с зарплатой Чу Циня — надеждой и опорой «Шэнши». Эти сто тысяч юаней Чэнь Цзюминь едва мог заработать за два месяца. Но он прекрасно понимал, что если не добавит средств на этом этапе, то его предыдущие вклады окажутся совершенно бесполезны.
«Це-це, неужели начальство наняло морской флот для поддержки своего золотого ведущего? У кого-то нечиста совесть?»
«Как бы вы его не прикрывали, мы знаем правду».
Флот снова активизировался, чтобы очернить Чу Циня, но в ответ на каждый новый хейт сыпалось огромное количество комментариев в защиту.
«Брат Цинь великолепен, такому выдающемуся таланту не нужно идти обманными путями!»
«Интересно, что за завистливый бешеный пес нанял этот флот?»
«Как бы он ни завидовал, все равно не сможет сравниться с нашим братом Цинем! Брат Цинь, ты лучший!»
«Мы собрались здесь ради «Чжун Циня», если вас что-то не устраивает, то просто проходите мимо!»
Чу Цинь прочитал комментарии в интернете, которые так откровенно восхваляли его, и немного смутился. Ведь он совсем не прибегал к помощи флота. Поклонники не только защищали его от натиска хейтеров, но и отправляли большое количество видеороликов и фотографий.
— … Это не флот, а твои фанаты, — усмехнулся Чжун Ибинь, обычно действия флота не были столь изобретательными.
— Оказывается, я такой популярный, — Чу Цинь самодовольно потер подбородок.
— Отлично, попроси прибавку к жалованию, — сказал Чжун Ибинь с улыбкой, таща его в парк развлечений.
Шумиха в интернете — всего лишь небольшая проблема для ведущего на телевидении. С тех пор как дело о похищении было закрыто, большой камень упал с сердца Чу Циня, и его перестали волновать всякие мелочи. Поэтому влюбленная пара, согласно планам, отправилась на свидание, чтобы вспомнить прошлое.
Раньше Чу Цинь жил в небольшом городке, в котором не было парка развлечений, поэтому после поступления в университет ему особенно хотелось там побывать. Вот только все его друзья-парни из университета ходили в такие места только со своими девушками. Две одинокие собаки, гуляющие по парку развлечений, — жалкое зрелище. Как то раз о его желании и несбыточной мечте узнал Чу Чинь и однажды подбежал к нему с двумя билетами в «Парк развлечений Даюй».
— Мне их дал друг, а я хочу подарить тебе. Парк развлечений — отличное место для свидания с девушкой, — юный Чжун Ибинь, всячески пытаясь скрыть эмоции, пытливо уставился на Чу Циня. Он очень боялся, что Чу Цинь согласится и примет билеты. Это будет значить, что он уже встречается с кем-то… и у Чжун Ибиня не будет и шанса.
Чу Цинь удивленно моргнул, явно не ожидая такого напора от молодого директора.
— Я хочу повеселиться и с радостью возьму билеты, — откровенно ответил он с мягкой улыбкой. — Вот только у меня нет девушки.
— Ах, вот как, — с выдохом отозвался Чжун Ибинь и добавил, сделав вид, что ему все равно: — тогда тебе будет скучно идти одному.
— Ничего подобного, — произнес Чу Цинь, наблюдая за растерянным выражением на лице собеседника, сухо кашлянул и продолжил: — У директора Чжуна будет свободное время на этой неделе?
Глаза Чжун Ибиня загорелись, и он с серьезным видом посмотрел в ежедневник.
— Я буду свободен в пятницу.
Итак, в ту солнечную пятницу Чу Цинь пропустил пары и сбежал из университета, а Чжун Ибинь отменил важную встречу, и они встретились у большого фонтана в форме рыб у входа в «Парк развлечений Даюй» [1].
(П/п: «大鱼» — Даюй переводится как большая рыба)
— Вот ты где.
Чу Цинь протянул Чжун Ибиню только что купленную сахарную вату, и два взрослых парня встали в очередь на американские горки.
… Вспомнив об этом, Чу Цинь пошел покупать сахарную вату.
— Почему ты не купил две? — Чжун Ибинь посмотрел на одинокую сахарную вату в его руке. Разве две не было бы удобнее?
— Я не могу осилить всю порцию, ты всегда доедал за мной, — объяснил Чу Цинь, протянул лакомство, подождал пока Чжун Ибинь оторвет немного, а потом сам оторвал небольшой кусок. До чего же сладко.
— Наверное, вкус первой любви казалась мне таким кислым [2], что, даже набив рот сахаром, я не чувствовал сладости, — объявил Чжун Ибинь.
(П/п: здесь автор использует «酸» — дословно: кислый; образно: неудачный, обреченный, а также ревнивый и завистливый)
— Тебе виднее, — Чу Цинь невозмутимо снова протянул ему вату.
— Скорее бы прокатиться! — Чжун Ибинь доел угощение в два укуса, увидев высокие американские горки.
Даже потеряв память еще раз, Чжун Ибинь никогда не забудет о своих чувствах. Чу Цинь мягко улыбнулся, позволяя затащить себя на аттракцион. Эти «горящие горки» были самыми высокими и быстрыми американскими горками во всем парке развлечений. Когда они пришли сюда впервые, Чжун Ибинь также сразу рванул сюда.
Ка-ча.
Защитный поручень автоматически опустился и зафиксировал пассажиров на месте. Чу Цинь глубоко вздохнул — если честно, он немного нервничал перед поездкой — и оглянулся на Чжун Ибиня, который также был взволнован и обеспокоен.
— Ты уже пристегнул ремень безопасности? Будь осторожен: во время резкого подъема и падения старайся упираться спиной в сидение, а голову класть на подголовник, поставь ноги ровно и на протяжении всего пути не отпускай поручень…
Чжун Ибинь послушно кивнул, проверил их ремни безопасности и, убедившись, что все в порядке, взял Чу Циня за руку.
— Не волнуйся, я буду тебя защищать.
Чу Цинь был растерян. В тот самый день, когда директор Чжун увидел, что он нервничает, сказал то же самое. «Не волнуйся, я буду тебя защищать...» Вот только их поездка на американских горках еще не началась.
— А-а-а-а… — кричал Чжун Ибинь громче всех.
«Горящие горки», словно яркая молния, неслись то вверх извилистой дороги, то вниз под углом почти девяносто градусов, то заезжали в мертвую петлю — и все это снова и снова без остановки.
А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Когда аттракцион остановился, Чу Цинь посмотрел на Чжун Ибиня, который все еще не пришел в себя, и коснулся его прохладного лица.
— Что такое? Сильно испугался?
Чжун Ибинь медленно повернулся к нему и ответил неуверенно:
— Нет, просто я подумал, что… Переживал нечто похожее в прошлом.
Чу Цинь обрадовался.
— Что-то вспомнил?
— Маленький фрагмент, — Чжун Ибинь отстегнул ремень безопасности, встал, задумчиво оглядел парк развлечений и указал на искусственно гору. — Давай пойдем туда!
— …
Чу Цинь был уверен, что Чжун Ибинь усиленно пытается что-то вспомнить, но, оказывается, он просто выбирал следующий аттракцион.
Поскольку этот поход в парк развлечений был первым для Чжун Ибиня, они прокатились почти на всех самых популярных аттракционах, а когда Чу Цинь совершенно выбился из сил и был уже не в состоянии продолжать, они направились в ресторан в центре парка и заказали рыбу ушань, приготовленную на гриле.
В большинстве парков развлечений рестораны днем были переполнены, и в обеденное время вам повезет, если вы сможете отыскать хотя бы одну приличную коробку обеда. В «Парке развлечений Даюй» все было продумано: билеты на дневное посещение были ограничены, поэтому очередей не было, а вкусной еды хватало на всех. К тому же рестораны, еда и напитки — все это принадлежало «Даюй».
Любимой едой Чу Циня в этом парке была рыба, приготовленная на гриле.
— Я угадал с заказом? — Чжун Ибинь пихнул Чу Циня, устало развалившегося на столе, и уставился на него горящим взглядом, словно большой пес, который ждал похвалу от хозяина.
Во время катания на экстремальных аттракционах люди находятся в состоянии высокого напряжения и быстро истощают физическую энергию. Чу Цинь слишком устал и не мог двигаться, да и не особо хотел. После того как Чжун Ибинь наконец позволил ему передохнуть и усадил за столик, Чу Цинь развалился за ним, игнорируя все нормы приличия. Услышав вопрос Чжун Ибиня, он лениво повернулся, медленно протянул руку и потрепал по голове верного цыпленка Чжуна.
— Угадал.
— Отлично, — Чжун Ибинь был счастлив, ведь ему удалось восстановить еще одно короткое воспоминание. Это дало ему еще большее чувство безопасности.
— Не слишком ли ты стар для парка развлечений? — сбоку раздался низкий и величественный голос.
Чу Цинь повернулся и увидел безэмоционального Юй Тана, сидящего за соседним столиком с пяти–шестилетним милым мальчиком.
— О, раз ты здесь, то наш обед за счет заведения.
Увидев Юй Тана, Чжун Ибинь немедленно решил воспользоваться их знакомством, ведь «Парк развлечений Даюй» и этот рыбный ресторанчик принадлежали «Даюй групп».
Сун Сяо вышел из туалета, увидел Чу Циня и остальных, улыбнулся и поздоровался:
— И вы здесь.
— А этот ребенок… — Чу Цинь вопросительно посмотрел на Сун Сяо.
Мальчик был копией Юй Тана. Неужели у него есть сын? В мгновение ока в сознании мужчины зародилось несколько безумных фантазий…
— Это младший брат Юй Тана — Юй Линь, — Сун Сяо жестом попросил мальчика поздороваться.
Семья Юй Тана совсем недавно переехала в столицу, и пока Юй Линя еще не зачислили в школу. Мальчик очень просил сходить в парк развлечений, поэтому братья пришли вместе. И хоть Юй Тан настаивал, что его младший брат «очень просился в парк», мальчик совсем не выглядел довольным.
— А вы что здесь делаете? — спросил Юй Тан в конце, приподняв брови.
— Ищем потерянные воспоминания, — неуверенно ответил Чжун Ибинь.
— Пфф…
Малыш Юй Линь, только что сделавший глоток ледяной воды, тут же ее выплюнул.
_____________
За кадром:
«Раскрываем секреты первой любви»
Птица: Какой была ваша первая любовь?
Цинь Цинь: Кислой и сладкой одновременно и, конечно, волнительной.
Эрбинь: Несправедливой: я хотел его съесть, но не мог.
Птица: Что для вас значит быть влюбленным?
Цинь Цинь: Наслаждать каждым днем вместе [3].
Эрбинь: Каждый день покупать розовые презервативы [3].
Птица: Что для вас означает «любовь до гроба»?
Цинь Цинь: Видеть его каждый день на протяжении всей жизни и очень скучать, если его нет рядом.
Эрбинь: Спать с ним каждую ночь и очень скучать, если его нет рядом.
(П/п: употребляется «粉红泡泡» — «розовые пузыри» — синоним романтики и любви. А Эрбинь все про клубничные презервативы)
Глава 67 - Высокое положение
Услышав слова Чжун Ибиня, Юй Тан бросил на него пренебрежительный взгляд. Им обоим было почти по тридцать, неужели Чжун Ибинь и Чу Цинь достигли такого уровня отношений, на котором было необходимо освежить свои чувства? Юй Тан задумался, затем махнул палочками для еды, подзывая к себе Сун Сяо.
— Как только поедим, пойдем на конную карусель.
Сун Сяо чуть не поперхнулся. Когда они впервые пришли в парк развлечений, еще будучи учениками старшей школы, то первым делом отправились на конную карусель. Неужели этот парень…
Чжун Ибиня совсем не волновало, в какие игры собрались играть те двое, и он совершенно не заботился о пристальном и неодобрительном взгляде Юй Тана. Он положил кусок жареной рыбы в рот Чу Циня и произнес довольно:
— Я помню, что ты любишь хрустящую рыбу, жареную на гриле.
Рыба с золотистой корочкой, политая соусом и маслом чили, была яркой и аппетитной. Чу Цинь с удовольствием принял угощение, и как только кусочек коснулся языка, его рот наполнился свежим и пряным ароматом. Просто великолепно. До этого он был так голоден, что не мог пошевелить и указательным пальцем, но съев большой кусок рыбы и пиалу риса, он наконец почувствовал прилив сил, а вместе с ним пришло внезапное озарение… Чжун Ибинь сказал, что «помнит»? Чу Цинь поднял глаза и посмотрел на любимого с удивлением и радостью.
— Немного, — подмигнул ему Чжун Ибинь, призывая поскорее закончить обед. — Сейчас возьмем лодку и сплавимся вниз по реке, а когда еда переварится, пару раз прокатимся на «Чуде».
«Чудо» — популярные американские горки, которые сильно отличались от классических. На них пассажир не садился на сидение, а крепился поручнями и ремнями безопасности за плечи. Таким образом во время движения создается иллюзия полета.
Чу Цинь медленно плыл на деревянной лодке, грелся на солнышке и чуть не заснул. Когда Чжун Ибинь привел его к концу очереди на аттракцион, он все еще был немного сонным, поэтому уткнулся лицом в его плечо и закрыл глаза.
Чжун Ибинь стоял в очереди, предвкушая поездку на американских горках, и почувствовал, что на его плечо медленно облокачивается сонный Чу Цинь. Он слегка улыбнулся и приобнял его за талию, позволяя мужчине занять более удобное положение.
Поскольку очередь была длинной и плотной, люди совсем не обращали внимание на то, что делают окружающие, поэтому мало кто мог заметить двусмысленное поведение двух мужчин. Да, мало кто…
— Боже мой… — тихо запищали девушки, стоящие позади них, и достали мобильники, чтобы тайком сфотографировать парочку.
Несмотря на то, что Чжун Ибиню было все равно видят их или нет, он не мог позволить сфотографировать лицо Чу Циня, поэтому совершенно естественно прижал его еще ближе и ловко достал свой телефон.
Пока война в сети продолжается и флот противника пытается отыскать убедительные доказательства для контратаки, нельзя было допустить ни одной утечки ненужной информации. Сейчас Чу Цинь был хорошо защищен, не имел дурных привычек и со СМИ был на короткой ноге. Даже если бы хейтеры сломали себе голову, то не смогли бы ничего придумать, чтобы его очернить. Конечно, кроме двусмысленных отношений с директором Чжуном…
Чжун Ибинь экстерном закончил школу и университет, а вернувшись в Китай, в возрасте двадцати лет возглавил «Шэнши» и «Шэнши-ТВ». В то время дела у «Шэнши групп» в целом шли хорошо, если не считать дочерней компании «Шэнши-ТВ», которая, казалось, никогда не сможет подняться со дна. Частные телестанции, созданные в то время, когда платное телевидение только начинало популяризироваться, не могли так просто транслироваться в каждой провинции и выходить на спутниковое телевидение.
Тогда Чжун Ибинь заключил контракт с Чу Цинем, после чего на «Шэнши-ТВ» наконец обратили внимание. В то время Чу Цинь находился в центре внимания, и когда он устроился на малоизвестную частную телестанцию, всем стало любопытно почему. Люди, которые не могли смотреть этот канал по телевизору, стали искать его в интернете.
Чжун Ибинь тоже был весьма талантлив. Он стал чемпионом мира по молодежному бизнес-моделированию пока учился в Америке, занял второе место на любительском турнире по гольфу и был настоящим мастером верховой езды. Если копнуть глубже, то он занял второе место на математической олимпиаде в средней школе и стал чемпионом Национального юношеского турнира по конному спорту. В начальной и средней школе он также отличился во множестве соревнований… Этого было достаточно, чтобы доказать, что сын богатых родителей был отнюдь не глупым мажором, который добивался в жизни всего за счет состояния семьи.
Несмотря на то, что его несколько раз фотографировали с девушками у выходов из элитных развлекательных клубов, все они были дочерьми состоятельных и влиятельных семей. Даже если у него и были связи с девушками, никто не мог этого доказать. В конце концов, в наше время для богатых наследников во втором поколении случайные связи вообще не считались чем-то позорным.
Чжун Ибинь проверил новости в интернете и усмехнулся. В защиту вступились сотрудники из отдела с общественностью, которые пресекали на корню любые темы о директоре «Шэнши». Кроме того, СМИ не осмеливались осуждать и оскорблять его, поскольку Чжун Ибинь был директором крупной компании, а не простым артистом, поэтому они не могли болтать ерунды и раздувать скандалы.
Увидев, что огонь обсуждения в Weibo ни на толику не погас, Чжун Ибинь прижал Чу Циня крепче, чтобы взять телефон двумя руками, и принялся набирать длинный текст.
Чжун Ибинь: … тогда отец попросил доказать, что я способен взять на себя руководство «Шэнши-ТВ». Если бы Чу Цинь не захотел перейти к нам и не помог мне, то отец не передал бы под мое управление ни «Шэнши», ни «Шэнши-ТВ». Поэтому, я полагаюсь на Чу Циня…
Ниже он разместил их совместное фото у здания телестанции. В тот год Чу Циню было всего девятнадцать. Незрелый и совершенно зеленый юноша, одетый в школьную форму, улыбался от уха до уха. А двадцатиоднолетний Чжун Ибинь держал в руке подписанный контракт и улыбался ничуть не меньше.
Вчера вечером эта фотография была найдена отделом по связям с общественностью. Чжун Ибинь медленно потер кончиком пальца лицо симпатичного подростка. Чу Цинь был так счастлив… наверняка он был взволнован и безумно нервничал. Юношеский энтузиазм и желание развиваться четко читались даже через этот старый снимок.
Как только этот пост был опубликован в Weibo, пользователи просто сошли с ума.
«Боже мой, господин Чжун признался, что достиг своего положения благодаря Чу Циню»
«Если бы мой начальник так заступался за меня, то я бы каждый день вставала на колени и чистила ему обувь!»
«Ах, высокие отношения! (рожица собаки) [1]»
(П/п: смайлик в виде мордочки Шиба-Ину. Его используют во множестве случаев, но конкретно здесь автор подчеркивает душевную боль комментатора)
Реакция пользователей оказалась неожиданно забавной. Чжун Ибинь продолжал листать Weibo и двигаться вперед, все это время обнимая Чу Циня, как медведица, защищающая своего детеныша. Когда их очередь наконец подошла, он отложил телефон и похлопал Чу Циня по плечу.
— Мы следующие.
Чу Цинь медленно поднял голову и выпрямился. На самом деле он не спал, просто оперся о его плечо и расслабился. Внезапно вспомнив о девушках позади, Чжун Ибинь повернул лицо Чу Циня вперед, не давая им возможности узнать его личность.
— О, я не увидела его лица. Но наверняка этот парень красавчик, — с сожалением топнула ногой девушка, передала персоналу сумочку с телефоном и ступила на посадочную площадку.
— Встаньте друг за другом по зеленой линии, — велел им один из сотрудников аттракциона.
В ряду из четырех человек стояли Чу Цинь, Чжун Ибинь и те самые девушки. Перекладина медленно опустилась, зафиксировав каждого пассажира и медленно подняла их вверх.
— Мы похожи на шашлычки из утки, — с улыбкой подметил Чу Цинь.
Его сладкий голос заставил двух девушек на мгновение забыть о страхе и поспешно оглянуться. Когда они увидели Чу Циня, их глаза тут же округлились. Разве это не Чу Цинь?
— Брат Цинь, а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а!
Закрепив пассажиров в воздухе, аттракцион пришел в движение, создав иллюзию полета. Когда вагонетка медленно устремилась ввысь, можно было ощутить себя настоящим суперменом, парящим в небе.
Чжун Ибинь поднял руку вверх и взволнованно крикнул:
— Ультрамен, лети!
Уголок губ Чу Циня напряженно дернулся. Чувствуя растерянные взгляды двух девушек рядом, он смущенно спрятал лицо в ладони. Но придаваться стыду не было времени: когда вагонетка поднялась до самой высокой точки, она молниеносно рухнула вниз. Без сидений и четкой опоры людям и правда казалось, что они летят и падают прямиком в бездну. В то же мгновение их снова направили ввысь, и, виляя хвостом, пассажиры описали крутую петлю.
Скорость американских горок была огромной, а страх из-за свободного парения — намного выше, чем на обычных аттракционах, от этого люди получали больше адреналина и удовольствия.
Когда все закончилось, Чжун Ибинь был так взволнован, что снова предложил Чу Циню прокатиться. Чу Цинь с готовностью согласился. В это время к ним подошла девушка, которая уже забрала у персонала свою сумочку.
— Ты… ты Чу Цинь?
Чу Цинь внимательно посмотрел на нее и приложил тонкий палец к губам.
— Только ш-ш-ш, держи это в секрете! — сказав это, он подмигнул девушке, потянул за собой Чжун Ибиня и бросился наутек, а уже через мгновение растворился в толпе.
К девушке подбежала ее спутница, которой тоже только что вернули вещи, и нетерпеливо спросила с улыбкой:
— Ну так что?
— А, я… а-а-а-а! Чу Цинь, а-а-а-а! — девушка схватила подругу за плечи и встряхнула, а затем запрыгала на месте, не в силах больше сдерживаться. Когда она наконец немного успокоилась, то прошептала что-то на ухо подруге.
Девушка замерла, а затем тоже завизжала. Две подруги взялись за руки и принялись прыгать от восторга вместе.
Несмотря на то, что они были свидетельницами этой прекрасной сцены, девушки не делали фотографий, поэтому, даже если бы захотели рассказать кому-то о сегодняшнем дне, им бы просто не поверили. Но от этого сердца двух подруг переполнились только еще большим волнением, ведь теперь им предстояло хранить такую большую тайну.
Прокатившись на «Чуде» еще три раза, Чжун Ибинь отважно потащил Чу Циня к следующему аттракциону, но, не дойдя до пункта назначения, они столкнулись с троицей Юй Тана.
— Куда вы направляетесь? — спросил их Сун Сяо, погладив малыша Юй Линя по голове. Ребенок все еще выглядел безразличным и продолжал хмуриться.
— На водные горки, — ответил Чу Цинь с улыбкой.
— Что в них особенного? — Юй Тан бросил взгляд на «Стремительный поток» — водную горку, которая располагалась ближе всех.
Он и правда не понимал, что в ней особенного — классический аттракцион любого парка развлечений: просто вагонетка съезжает с высокой горки прямиком в воду. В «Парке развлечений Даюй» использовались вагонетки на воздушной подушке, а не на гусеницах, отчего брызг при столкновении с водой было в разы больше.
Чжун Ибинь удивленно поднял брови, глядя на Юй Тана, и прошептал ему на ухо несколько слов.
У него появлялись воспоминания о их свидании с Чу Цинем в этом парке развлечений, но они были слишком неясными и размытыми. Но один момент Чжун Ибинь помнил особенно ярко…
Водная горка. Чу Цинь в белой рубашке. Огромная волна. Всплеск. И Чу Цинь оказался совершенно мокрым. Его тонкая рубашка прилипла к коже, позволив Чжун Ибиню разглядеть смутное очертание двух розовых точек.
Тогда от этого вида кадык непросветленного господина Чжуна тайком скользнул вниз, а во рту внезапно пересохло.
Когда Юй Тан узнал, что в вагонетках сидят по двое, то сразу подумал о Сун Сяо, испуганном, беззащитном и дрожащем от страха. Благодаря удобному положению, он мог обнять боязливого Сун Сяо и уменьшить его страх. Юй Тан обрадовался и подтолкнул своего младшего брата к очереди.
— Юй Линь говорил, что хочет здесь прокатиться, — бесстрастно объяснил он.
Мальчик удивленно посмотрел на старшего брата и закатил глаза.
________________
За кадром:
Эрбинь: Мы идем на водные горки.
Пруд с рыбами [2]: Ах, младший брат тоже хочет на водные горки, придется идти.
Эрбинь: Мы идем на конную карусель.
Пруд с рыбами: Ах, младший брат тоже хочет на конную карусель, придется идти.
Эрбинь: Мы идем на аттракцион свободного падения
Пруд с рыбами: Ах, мой младший брат…
Рыбья чешуя [3]: Этот аттракцион не для детей.
Пруд с рыбами: Ах, мой младший брат не может прокатиться, мне придется идти за него.
Рыбья чешуя: (￢_￢)
(П/п 2, 3: «Пруд с рыбами» произносится так же, как «Юй Тан», а «Рыбья чешуя» — как «Юй Линь»)
Глава 68 - Болезнь
Проведя весь день в парке развлечений, Чу Цинь вернулся домой вымотанным, а Чжун Ибинь, напротив, — свежим и бодрым. Казалось, он был готов развлекаться и дальше.
Припарковав автомобиль на подземной стоянке, Чжун Ибинь заметил, что Чу Цинь спит, поэтому отстегнул ремень безопасности, взял пассажира на руки и закрыл ногой дверь.
— Хм… — сквозь сон Чу Цинь почувствовал знакомые объятия и, не открывая глаз, обнял любимого за шею и принял удобное положение.
Чжун Ибинь немного наклонился, поцеловал его в лоб и вызвал лифт.
На водных горках они полностью промокли. К счастью, ранняя осень все еще была теплой, да и Чу Цинь предусмотрительно положил в машину пару банных полотенец, поэтому никто из них не замерз. Но все равно дома нужно принять горячую ванну, чтобы избежать простуды.
Чжун Ибинь положил мужчину на кровать, снял прилипшую от влаги рубашку и направился в ванную, чтобы набрать воду. Как только из крана хлынула горячая вода, ванную комнату окутало облако густого пара.
Чу Цинь заснул и внезапно ощутил сильное удушье, отчего проснулся, перевернулся на другой бок и от дискомфорта свернулся клубочком.
— Что случилось? — заботливо спросил Чжун Ибинь, вернувшись в комнату и увидев его бледное лицо.
— Все в порядке, просто я заснул и внезапно ощутил удушье, — он встал с кровати и затащил Чжун Ибиня в ванную.
Ванна была достаточно большой, чтобы вместить двух мужчин. Чу Цинь быстро разделся и медленно погрузился в воду.
Его белое тело было обнажено всего на несколько мгновений, но их хватило, чтобы Чжун Ибинь выпал из реальности. С замиранием сердца он ловил каждое движение мужчины, даже не пытаясь сопротивляться своему роковому соблазну. Сегодня, когда они катались на водных горках, брызги насквозь промочили одежду Чу Циня, заставив Чжун Ибиня отреагировать намного постыднее, чем в прошлый раз.
— Скорее залезай в ванную, — позвал Чу Цинь и обернулся.
Заметив, что Чжун Ибинь стоит в оцепенении и не сводит с него глаз, Чу Цинь на мгновение растерялся, а осознав причину, тут же смутился. Как он мог забыть, ведь у этого парня — амнезия, и для него их отношения только недавно преодолели черту похоти и страсти. Неудивительно, что сейчас он был особенно возбудим.
Чжун Ибинь кивнул, торопливо стянул одежду и залез в ванну.
Чу Цинь все еще был немного смущен, поэтому повернулся к нему спиной и потянулся за мылом, но ему помешала пара больших теплых рук, которая крепко обвила его талию.
— Не создавай проблем, — насторожился Чу Цинь, чувствуя себя еще более смущенным.
— Я помою тебе голову, — Чжун Ибинь радостно взял шампунь и душ и принялся усердно исполнять свои намерения.
Чу Цинь хотел отказаться, но был зажат в ванной и не мог пошевелиться, поэтому просто сдался. Он редко позволял Чжун Ибиню делать такие вещи. Молодой господин, рожденный с золотой ложкой во рту, с возрастом стал пытаться делать что-то самостоятельно, но не был особенно инициативным. Поэтому Чу Цинь никогда не просил его о помощи в быту или делах подобного плана, но после амнезии у Чжун Ибиня значительно прибавилось энтузиазма.
— Тебе не обязательно это делать… — Чу Цинь облокотился спиной о его грудь и принялся рисовать пальцами узоры на воде.
— Но я хочу, — усмехнулся Чжун Ибинь и хорошенько потер голову Чу Циня обеими руками, создав гору пены, которая вскоре стала похожа на большую шляпу.
Пена скользнула со лба по щеке Чу Циня. Мужчина вытер ее ладонью и игриво размазал остатки пены по руке Чжун Ибиня.
— Что ты делаешь? — Чжун Ибинь схватил непослушную руку своего парня. — Как ты посмел вытереть пену о руку мужа?
Чу Цинь рассмеялся, не испытывая ни капли вины.
Чжун Ибинь дважды щелкнул языком, набрал немного пены и оставил на кончике носа соперника несколько пузырей. Чу Цинь скосил глаза и, увидев на своем носу белую пену, угрожающе поджал губы. Вот так простое мытье головы перетекло в пенную войну…
Приняв душ, Чу Цинь зевнул и плотно укутался в одеяло, Чжун Ибинь расположился рядом и зашел в Weibo. Пост, который он опубликовал сегодня, набрал больше сотни тысяч репостов, люди были удивлены и взволнованны, поэтому безудержно продолжали обсуждать эту тему. Но сто тысяч юаней одного человека не были потрачены впустую: военно-морские силы интернета продолжали безжалостно штурмовать Чу Циня.
«Це-це, господин директор тут как тут, чтобы оправдать свою наложницу. Чу Цинь действительно заслуживает титул любимой супруги директора «Шэнши»
«Вот теперь и я в это поверил. Если их совесть чиста, зачем что-то объяснять?»
Однако эти негативные комментарии вскоре были в пух и прах разгромлены настоящими фанатами и флотом Чжун Ибиня. Отдел по связям с общественностью нанял компанию по монтажу видеоматериалов, которая должна была из множества видеозаписей с участием Чу Циня сделать нарезки и сформировать их в короткие видео, чтобы потом рассылать с аккаунтов «поклонников».
«Победителем этого года стал Чу Цинь!»
«Привет всем, добро пожаловать на «Дружеские посиделки», я Чу Цинь и сегодня первый эпизод варьете… Я так нервничал перед записью, что съел две коробки с обедом…»
Каждый раз, выступая на сцене, Чу Цинь говорил открыто и естественно и подкупал зрителей своей искренностью. Чжун Ибинь смотрел видео и медленно погружался в них, многие сцены казались ему знакомыми, в голове то и дело всплывали мутные воспоминания, вызывая головную боль.
Отложив планшет, Чжун Ибинь прислонился к изголовью кровати и закрыл глаза.
— Ах… — Чу Цинь внезапно резко вздохнул и задрожал, а затем испуганно открыл глаза.
— Что случилось, милый? — Чжун Ибинь прижал любимого к груди и похлопал по спине.
— Мне снилось, что я снова катаюсь на американских горках, как вдруг перехватило дыхание, — Чу Цинь несколько раз глубоко вдохнул и слабо улыбнулся ему.
Чжун Ибинь вздохнул с облечением и погладил его по плечу, призывая снова заснуть. Спать в крепких объятия любимого было намного приятнее, чем в одиночку. Чу Цинь довольно потерся о грудь Чжун Ибиня и удовлетворенно заснул.
Но меньше чем через полчаса ситуация повторилась: Чу Цинь снова проснулся с приступом удушья и слоем холодного пота на лбу.
— Что с тобой? — обеспокоенно спросил Чжун Ибинь.
— Все нормально. Просто последствия поездки на американских горках, — слабо ответил Чу Цинь.
Эта проблема возникала каждый раз, когда он катался на аттракционе слишком долго. Поскольку сегодня он провел в парке развлечений целый день, то приступы были сильнее и чаще, не давая ему ни малейшей возможности заснуть.
Чжун Ибинь яростно нахмурился:
— Почему ты ничего не говорил об этом?
Если бы он знал о проблеме Чу Циня, то не заставлял бы его кататься так долго.
— Пустяки, — Чу Цинь лишь махнул рукой.
Это была просто реакция организма на стресс и выброс адреналина. Поскольку Чжун Ибинь много лет водил спортивный автомобиль, наверняка скорость на американских горках не показалась ему такой уж и большой. Но Чу Цинь был другим…
Несмотря на отрицания проблемы, посреди ночи у Чу Циня поднялась высокая температура.
Чжун Ибинь почувствовал огромное сожаление. Он тщательно вытер пот с тела любимого и спустился в круглосуточную аптеку за лекарствами. Хозяин аптеки дремал за прилавком. Обычно по ночам дежурили другие сотрудники, но сегодня почему-то работал сам владелец.
— Хозяин, хозяин! — Чжун Ибинь настойчиво постучал по стойке.
Лысый дядя открыл глаза и удивленно посмотрел на покупателя, достал из-под прилавка коробочку презервативов и зевнул.
— Тридцать юаней.
— Нет, я пришел не за этим! — уголок рта Чжун Ибиня раздраженно дернулся. — Мне нужны таблетки от высокой температуры.
— От температуры? — лысый дядя удивленно округлил глаза, недоверчиво посмотрел на него и медленно встал за лекарством, бормоча под нос: — Зачем нужно было так перенапрягаться?..
Чжун Ибиня не волновало, что себе надумал хозяин аптеки, он молча взял лекарство и ушел. Придя домой, он налил чашку теплой воды и помог Чу Циню принять таблетки, затем юркнул под теплое одеяло и обнял больного, надеясь помочь ему быстрее пропотеть…
— Если жарко, возьми другое одеяло, — Чу Цинь толкнул Чжун Ибиня, который уже изрядно вспотел.
— Просто лежи, — ответил Чжун Ибинь недовольно, еще крепче обнял Чу Циня и сильнее укутал их одеялом.
Он сам не мог понять причину своего недовольства. То ли он злился на Чу Циня, потому что тот все это время молчал о том, что ему было некомфортно, то ли злился на себя, потому что был причиной плохого самочувствия Чу Циня…
Наутро температура все равно не спала. Чу Цинь изо всех сил пытался встать и собраться на работу. Сегодня был день записи «Леденца», на который он пригласил Му Чэня и Цяо Су. Он не мог нарушить планы, только не сегодня.
— Не ходи. Отдохни дома, — Чжун Ибинь отвел Чу Циня, который уже сел завтракать, обратно в постель, раздел и уложил под одеяло.
— Нет! — Чу Цинь оттолкнул заботливого мужчину.
Сегодняшнее шоу было по-настоящему важным. Му Чэнь с трудом смог найти время на съемку, его расписание сейчас было особенно плотным. Поэтому нельзя оставаться дома и забывать о планах из-за простой температуры.
— У Му Чэня возникли неотложные дела, поэтому он не сможет прийти, — Чжун Ибинь нахмурился и снова прижал непослушного больного к подушке.
— А? — Чу Цинь посмотрел на него с подозрением. — Правда?
Му Чэнь всегда был пунктуальным и редко переносил встречи.
— Да, поэтому будь хорошим мальчиком и засыпай. Я обо всем позабочусь, а в полдень приеду к тебе на обед.
Чжун Ибинь поцеловал Чу Циня в лоб, вышел из квартиры и сразу же набрал номер Му Чэня.
— Чу Цинь заболел и не в состоянии записывать шоу. Позвони ему, скажи, что у тебя появились дела и перенеси съемки.
— …
Му Чэнь впал в ступор от такой прямолинейности.
— С ним что-то серьезное?
— Со вчерашнего вечера у него высокая температура, — ответил Чжун Ибинь и добавил холодно: — Если ты перенесешь встречу, я восполню все твои финансовые потери за сегодняшний день.
Раз уж разговор дошел до этого, видимо, состояние Чу Циня и правда было критическим. Му Чэнь не стал наставить на плановой записи программы — это было бы неразумно и грубо. К тому же Чу Цинь был его другом, за здоровье которого он не мог не волноваться.
— Господин Чжун слишком любезен. В компенсации нет нужды, ведь участие в шоу было моим добровольным решением. Раз сегодня не выйдет, давайте перенесем запись на послезавтра.
Чу Цинь лежал в кровати и чем больше размышлял над словами Чжун Ибиня, тем больше сомневался. Разве сегодня утром Чжун Ибинь с кем-то разговаривал по телефону? Откуда он узнал, что Му Чэнь не сможет прийти на запись? Он нахмурился и потянулся к телефону, намереваясь позвонить на станцию и узнать все самому, как вдруг раздался звонок. На дисплее высветилось имя «Му Чэнь».
— Сяо Цинь Цинь, мне очень жаль, но появилось срочное дело, которое не терпит отлагательств. К сожалению, я не смогу сегодня приехать на съемки программы, мы можем перенести их на послезавтра? — голос актера был полон искреннего сожаления.
___________
За кадром:
«Владелец аптеки всегда внимателен к покупателям»
Эрбинь: Хозяин, хочу купить то, что в бутылке.
Владелец лавки: Вот, смазка — новое поступление.
Эрбинь: Хозяин, хочу купить то, что в коробочке.
Владелец лавки: Вот, презервативы — новое поступление.
Эрбинь: Хочу купить то, что поможет очистить закадровый диалог.
Владелец лавки: Вот, новый пятновыводитель.
(П/п: у «去污粉» — «пятновыводителя» / «порошка для чистки пятен» очень много значений — это распространенный интернет сленг, который употребляют для просьб выражаться помягче в ответ на маты, непристойные фразы и т. д. В данном случае Эрбинь выражается «прилично», а владелец лавки использует слова «смазка» и «презерватив», которые в Китае поддаются цензуре. Таким образом Эрбинь просит «очистить закадровый диалог от нецензурщины»… Ну, вы поняли :) Кстати, все «неприличные» слова были изначально зацензурены автором)
Глава 69 - Сравнение
Чу Цинь поговорил с Му Чэнем и повесил трубку. Неужели срочные дела актера и правда волей случая совпали с его болезнью?
Чувствуя озноб и слабость, которые вытекали в крайнее нежелание двигаться, Чу Цинь долго не мог заснуть. Он лежал на спине, смотрел в потолок и думал о внезапной отмене съемок. Чу Цинь переживал, что из-за его внезапного отсутствия что-то может пойти не так, поэтому заволновался и позвонил планировщику.
Сотрудник заверил, что господин Чжун уже попросил за него выходной и предупредил, что Му Чэнь не придет. Они уже созвонились с Цяо Су, извинились и сообщили новую дату съемок.
После этого Чу Цинь наконец почувствовал облегчение, потянулся за стаканом теплой воды и тарелкой фруктов, которые стояли на столике рядом, и поудобней устроился в кровати. Теперь у него не было поводов для волнения.
В последнее время Чжун Ибинь стал весьма искусен в нарезке и чистке фруктов, а его подача яблок и вовсе достигла идеала. Он мог разрезать плод и очистить кожуру, при этом сохранив первоначальный вид яблока. Когда яблоко долго находилось очищенным, то темнело, поэтому Чжун Ибинь придумал весьма хитроумный метод. Он резал плод на дольки, вычищал сердцевину и снимал тонкую кожуру, но это еще не все: он прикалывал кожуру шпажками и формировал из долек целое яблоко. Таким образом ни сердцевина, ни бока не темнели, а убрав шпажку, можно было легко отделить мякоть от кожуры.
Укусив хрустящее яблоко, Чу Цинь радостно взял пульт и стал неторопливо переключать каналы.
Утром просмотры телеканала были низкими, поэтому «Шэнши-ТВ» транслировало корейскую дораму о борьбе невестки со свекровью, о войне между настоящими и фальшивыми аристократами, о конкуренции за идеальную работу — все корейские дорамы были одинаковыми.
— Забирай деньги и расстанься с моим сыном, — богатая свекровь в изысканной дорогой одежде бросила чек хозяйке дома.
Чу Цинь поджал губы. Почему эта сцена казалась ему такой знакомой… Когда его взгляд упал на золотой святой меч на полке, то сразу заболела голова.
Желание Чу Циня смотреть эту мыльную оперу отпало окончательно, он переключил канал и попал на дораму в жанре уся с популярной Вэнь Цин в главной роли. Вэнь Цин в розовом платье оживленно суетилась вокруг братьев, которые были одеты в синюю форму своих учителей, она была похожа на розовую бабочку, порхающую у голубых цветов вишневого дерева.
— Брат, давай спустимся с горы и повеселимся!
Вэнь Цин была очаровательна и мила. Ее мягкие черты лица и добрые глаза идеально подходили для этого персонажа.
Чу Цинь смотрел за игрой Вэнь Цин и внезапно осознал, что они не виделись уже несколько дней. Они были хорошими друзьями и знали друг друга довольно давно. Несколько месяцев назад Вэнь Цин внезапно раскрыла свой роман с Ли Тином и, погруженная в любовные отношения, отбросила друга на второй план.
Динь-динь.
Как только Чу Цинь подумал об этом, его телефон зазвонил. Как говорят, вспомнишь солнце — вот и лучик… Звонившей оказалась Вэнь Цин.
— Брат Цинь, ты занят? — голос девушки звучал расстроенно и несколько гнусаво, а это был не очень хороший знак.
— Нет, что стряслось? — Чу Цинь слегка нахмурился и спросил обеспокоенно. — Ты на съемках?
— Да…
Но как ни странно, вокруг не было слышно шума, сопровождающего бурный съемочный процесс, видимо, девушка отошла подальше, чтобы позвонить.
— Брат Цинь, я хочу расстаться с… у-у-у-у…
— Не плачь, не плачь, — быстро утешил ее Чу Цинь. — С тобой рядом кто-нибудь есть?
— Нет, я сижу на корточках у дворцовой стены, — слабо ответила Вэнь Цин. Разве она могла говорить о подобном в многолюдном месте, где за ней следило столько глаз?
Чу Цинь смотрел на светловолосую девушку на экране телевизора и в то же время слушал ее плач по телефону и не мог удержаться от глубокого вздоха.
Вэнь Цин находилась сейчас на пике популярности, и ее ждало блестящее будущее. Ее парень — новичок, он уже успел засветиться, но был не так известен, как она. Ли Тин — тот самый парень, который сыграл вместе с Му Чэнем в фильме «Разведка» [1].
(П/п: глава 19)
— Он хорошо ко мне относится, но ведет себя как ребенок… — плакала и жаловалась Вэнь Цин.
Как ребенок… Чу Цинь молча покосился на золотой святой меч на полке.
— Что ж, мужчина любого возраста становится ребенком перед человеком, который ему нравится. Это в иной раз доказывает, что Ли Тин тебя любит, — Чу Цинь смущенно коснулся носа.
— Нет, иногда его инфантильность кажется даже милой, но… порой переходит все границы! — Вэнь Цин внезапно вспылила. Они поссорились прошлой ночью, а поскольку съемки начинались с самого утра, девушка ждала перерыва, чтобы позвонить и пожаловаться другу.
Несколько дней назад, после съемок во время дождя, у Вэнь Цин поднялась высокая температура. Рано утром пришел Ли Тин и, увидев, что Вэнь Цин больна, отвел ее в отель за пределами площадки, дав возможность выспаться и отдохнуть в тишине. Сначала Вэнь Цин была тронута и спокойно заснула, но когда проснулась, то обнаружила на мобильном телефоне шквал пропущенных звонков и сообщений. Режиссер был в бешенстве от того, что главная героиня не явилась на съемку и ушла без разрешения за их территорию. Менеджер тоже ничего не знал о болезни Вэнь Цин, долго искал ее и очень волновался. К тому же из-за ее внезапной пропажи они не смогли заключить какой-то важный контракт. Ли Тин видел, как ей звонили, но не стал ни с кем разговаривать, более того — отключил звук, чтобы гудки не мешали ему играть в телефон.
Он попросил ее не волноваться и просто отдохнуть, но при это никого не предупредил. Когда Вэнь Цин стало лучше, ей пришлось извиняться перед всеми людьми, которых она невольно подвела. К тому же, когда девушке все еще было плохо, Ли Тин заказал на обед в номер жареную курицу, сказав, что Вэнь Цин нужно хорошо питаться и много пить, чтобы набраться сил. Однако девушка все еще температурила, и ее слабый желудок не мог переварить жирную и твердую жареную курицу, поэтому, съев несколько кусочков, Вэнь Цин отказалась от обеда. Когда Ли Тин увидел, что она перестала есть, то доел всю курицу сам…
Чу Цинь посмотрел на тарелку фруктов, подумал о своем телефоне, который все утро оставался безмолвным, и внезапно осознал насколько ему повезло с Чжун Ибинем.
— Просто он еще слишком молод, чтобы заботиться о других…
На самом деле Чу Цинь хотел бы убедить подругу расстаться с Ли Тином. Ему не понравился этот человек еще с самого начала. Прежде чем Вэнь Цин раскрыла публике их романтические отношения, Чу Цинь просил ее успокоиться и хорошенько все взвесить. На какое-то время это помогло, но уже очень скоро Ли Тин уговорил девушку в необходимости сделать объявление. Тогда они наделали много шума, благодаря которому популярность Ли Тина заметно увеличилась. Именно из-за этого заявления он получил роль в фильме «Разведка».
— Господин Чжун так же поступает с тобой? — спросила Вэнь Цин в надежде услышать утвердительный ответ и немного успокоиться.
— Нет, совсем нет. Кстати, я сегодня тоже заболел. Утром он купил кашу и булочки, приготовленные на пару, а перед отъездом на работу почистил мне фрукты, — честно ответил Чу Цинь.
— … Давай пока не будем общаться.
— Эй, не преувеличивай, — засмеялся Чу Цинь, но в ту же секунду стал серьезным. — Если ты уверена, что хочешь расстаться с Ли Тином, то обсуди сначала это со своей компанией и напиши план действий для отдела по связям с общественностью. Обязательно скажи мне, если возникнут трудности. Как только у меня появится время, я приеду к тебе на площадку.
… У Чу Циня поднялась температура из-за излишнего выброса адреналина, поэтому после двух дней отдыха он снова ожил, и варьете «Леденец» наконец начало съемку.
«Леденец тогда и сейчас» — это программа, на которой Чу Цинь и приглашенные звезды обсуждали культурные различия древнего и современного Китая. Несмотря на то, что идея казалась серьезной и глубокой, варьете все равно было развлекательным.
Поскольку темы на шоу зачастую глубоко уходили в культуру Китая, а многие звезды были крайне невежественными и легко могли выставить себя дураками, команда заранее раздавала гостям всю информацию и сценарий. Они могли заучить все наизусть или лишь опираться на полученный текст. Все это было крайне индивидуально.
В этом выпуске Му Чэню и Цяо Су предлагалось обсудить главную тему дорамы «Золотой век великого Цзина», которая сейчас начинала набирать популярность.
На большом гостевом диване сидели Му Чэнь и Цяо Су. Чу Цинь взял карточку со сценарием и расположился на высоком стуле. На сцене стояло много реквизита со съемок: струнные инструменты, нефритовая флейта, подсвечники и наряды.
— Недавно на нашем канале в прайм-тайм запустили новую дораму под названием «Золотой век великого Цзина». Сегодня мы пригласили императора и его императрицу, чтобы обсудить обычаи во времена династии Юй. — После вступительной мелодии Чу Цинь спокойно продолжил: — Добро пожаловать на встречу с императором Цзин-юанем, которого сыграл Му Чэнь, и императрицей Дуаньхуэй, которого сыграл Цяо Су.
Такое необычное представление немного смутило Цяо Су, но Му Чэнь спокойно поклонился и щедро поприветствовал публику, а также, воспользовавшись возможностью, притянул к себе Цяо Су и махнул в сторону камеры.
____________
За кадром:
«Нет примера для сравнения — нет вреда»
Вэнь Цин: Мой парень ведет себя как ребенок.
Цинь Цинь: Мой тоже.
Вэнь Цин: Когда я болею, он говорит пить больше теплой воды.
Цинь Цинь: Когда я болею, он покупает лекарства и кашу.
Вэнь Цин: Когда я плачу, он говорит: «Не плачь, успокойся».
Цинь Цинь: Когда я плачу, он выглядит счастливей и говорит, что пощадит меня, если назову его «мужем».
Вэнь Цин: … Я так не играю.
Глава 70 - Фансервис
Поскольку «Шэнши» принадлежали права на трансляцию «Золотого века великого Цзина», темы для обсуждения на шоу были более либеральными. Например, Чу Цинь мог поднять разговор о «Му Цяо» и даже отпустить несколько шуток без каких-либо последствий.
— Поклон императрицы небу и земле был выполнен просто идеально, — серьезно подметил Чу Цинь, вынул цветочный шар из красного шелка и поместил между гостями. — Пусть каждый возьмется за ленту, и тогда ваша любовь достигнет края света.
Цяо Су захихикал. То ли из-за красного шелка, который располагался близко к его лицу, то ли от смущения лицо мужчины в ту же секунду стало пунцовым. Но несмотря на это, он послушно взялся за ленту сразу после Му Чэня.
— Этот предмет напрямую пересекался с одной из традиций на любой свадьбе древнего Китая. Его называли «связующий шелк» или «рука об руку». Лицо невесты во время церемонии было скрыто плотной накидкой, поэтому жених должен был помочь ей дойти до алтаря. Им давали красную шелковую ленту: невеста бралась за один конец, а жених — за другой. Таким образом он показывал правильное направление своей невесте. Но поскольку они не были знакомы до свадьбы и порой никогда прежде не виделись, в центре ленты завязывали цветочный шар, символизирующий границу между еще неженатыми людьми, — подробно рассказав о цветочном шаре, Чу Цинь жестом попросил гостей сесть на место.
Цяо Су хотел вернуть цветочный шар, но Му Чэнь, казалось, забыл о нем. В кадре это выглядело весьма занятно: двое мужчин и правда были похожи на молодоженов.
Когда эпизод шоу транслировался, фанаты перед телевизорами не могли сдержать восторженные крики, они тут же сделали скриншоты и выложили в интернет. На мужчинах были строгие костюмы, а в их руках лежала красная лента с цветочным шаром… Если бы здесь был двойной иероглиф счастья — это была бы идеальная церемония!
«Вот это фансервис, а-а-а-а-а-а!»
«Я не ожидала такой сладкой сцены, дайте мне еще раз съесть немного собачьего корма!»
— Это же просто небольшая демонстрация, неужели ты решил и правда преклонить колени перед небом и землей? — наигранно сердито спросил Чу Цинь и указал на красный цветочный шар между ними. — Неужели хочешь сделать фальшивую пьесу настоящей?
В это время редактор остановил изображение, поместил пару и цветочный шар в красную рамку, написал большой иероглиф двойного счастья и нарисовал на лицах гостей очаровательные розовые от смущения круглые щечки, и все это под аккомпанемент свадебного марша.
У Цяо Су не было опыта в развлекательных программах, поэтому он не знал, что делать в этой ситуации и как ответить на провокацию Чу Циня. Но Му Чэнь был спокоен.
— О, ты так быстро нас раскрыл. А можно взять цветочный шар с собой и украсить дом?..
Член съемочной группы в бейсболке поднялся на сцену и забрал у гостей реквизит. По многим соображениям оператор снял его со стороны и не позволил камере ухватить лицо сотрудника.
— Ты хотел украсить им дом? — Чу Цинь уставился на него с широко раскрытыми от удивления глазами. — У тебя даже девушки нет.
— У меня есть Цзицзи! — радостно ответил Му Чэнь.
Цзицзи — золотистый ретривер его семьи. Его фотографии часто мелькают в Weibo Му Чэня, поэтому этот пес стал весьма известен в интернете.
Позже, во время трансляции, реплика Му Чэня была повторена трижды, после чего вставлена большая фотография собаки и Му Чэня с красным цветочным шаром.
— Во времена династии Юй большинство обрядов сохранились неизменными, но голову невеста могла не покрывать, — после того как цветочный шар забрали, Цяо Су принялся обсуждать тонкости традиций династии, согласно сценарию.
Юй была весьма просвещенной династией. Возможно, если бы не это, император не осмелился бы взять в жены мужчину. Статус женщин во время династии Юй был выше, чем в другие времена. Женщине разрешалось показывать лицо на улицах, заниматься бизнесом и даже работать чиновником во дворце. Во время свадебной церемонии, если невеста хотела, то могла не надевать накидку на голову и подойти к алтарю с высоко поднятой головой.
На экране появилась сцена свадьбы из дорамы «Золотой век великого Цзина». Из-за огромных вложений в проект реквизиты и костюмы были изысканы и элегантны, а этикет полностью соответствовал обычаям того времени. Цяо Су, одетый в ярко-красное свадебное одеяние с золотыми рукавами и золотым фениксом, вышитым на груди, холодно смотрел вперед, медленно спускался по нефритовым ступеням и шаг за шагом приближался к императору.
— Я слышал, что на время съемок приглашали преподавателя по этикету, чтобы тот обучил вас всем тонкостям. Это правда? — спросил Чу Цинь, выбрав идеальный момент для продвижения сериала.
— У нас было три учителя, все они профессора, хорошо знающие историю и, в частности, династию Юй. Они тщательно следили за ходом работы на площадке и требовали пересъемку, если наши движения казались неточными. Когда у нас было свободное время от съемок, мы проводили его на занятиях по этикету, — горько ответил Цяо Су. Его так хорошо выдрессировали, что после съемок ему еще долго хотелось во время приветствия упасть на колени в почтительном поклоне.
— Есть много видов поклонов — даней уважения, такие как: цзибай, сюнбай, субай и так далее. Все они абсолютно разные как по технике исполнения, так и по цели применения. В самом начале я никак не мог их запомнить и отличить, тогда учителя часто ругали меня, — признался Му Чэнь и мягко улыбнулся.
— Главным образом из-за неспособности брата Чэня различать лево и право. Когда учитель сказал, что левая рука должна располагаться наверху, а правая — внизу, брат Чэнь задумался и спросил, какая из них левая, — Цяо Су воспользовался моментом и посмеялся над своим партнером.
Му Чэнь притворился сердитым и посмотрел на Цяо Су.
— Мы же на записи программы, не стоит так откровенничать — у меня есть образ, которого нужно придерживаться.
Затем он подтянул к себе Цяо Су, который хотел что-то возразить, и энергично потрепал его по волосам. Цяо Су впал в ступор, а после того как Му Чэнь отпрянул, растерянно поднял на него взгляд.
— Брат Чэнь… ты испортил мою укладку.
Чу Цинь, благосклонно позволив гостям творить все, что им вздумается, громко рассмеялся, а потом рассказал немного о проблеме Му Чэня. Поскольку актер был от природы левшой, еще с детства его пытались переучить, убеждая, что держать палочки нужно непременно правой рукой. Таким образом, повзрослев, Му Чэнь мог держать палочки в двух руках, но совершенно не различал право и лево.
Запись этого эпизода шла гладко, участники продолжали обсуждать древние и современные обычаи. Сценарий подошел к моменту, когда Цяо Су нужно было продемонстрировать навыки игры на флейте. Императрица Дуаньхуэй хорошо играла на этом инструменте, и по легенде мелодия флейты была так прекрасна, что могла привлечь феникса. Именно этот факт стал толчком, заставившим императора поверить, что встреча с Дуаньхуэй была судьбоносной и что именно он должен стать его императрицей.
Конечно, это всего лишь легенда, но для хорошей интерпретации нужно было соответствовать характеру императрицы Дуаньхуэй, а значит, научиться играть.
Обычно актеры не играют на инструментах в сериалах и фильмах: на готовый видеоряд просто накладывают мелодию, исполненную профессионалом. Ведь игра актеров на инструментах зачастую сильно режет слух.
— Цяо Су, давай, сыграй нам мелодию, которую ты исполнял в дораме, — попросил Чу Цинь, протянув гостю нефритовую флейту.
Цяо Су улыбнулся, приложил инструмент ко рту и послушно исполнил плавную и нежную мелодию, приятную на слух.
К постановке предъявляли строгие требования: продюсер Сун Сяо не мог позволить актерам безмолвно сидеть и подражать игре на инструментах — ведь это было неубедительно, вместо этого он настаивал на частных уроках. Поэтому попросил Цяо Су научиться игре на флейте у преподавателя музыки. Проучившись неделю, Цяо Су выучил необходимую мелодию, после этого его актерская игра стала выглядеть еще лучше.
— Погоди, неужели на съемочной площадке ты исполнял «Ты гори моя звезда»? А как же «Горькое воспоминание о цветке бегонии»? Эту мелодию просто наложили сверху? — Чу Цинь недоверчиво прищурился, и на экране показали видео со съемок дорамы.
Цяо Су усердно исполнял «Ты гори моя звезда», а Му Чэнь сидел рядом и обмахивался бумажным веером. Под аккомпанемент мелодии император мягко произнес:
— Эта мелодия должна звучать на небесах, она недостойна ушей простых смертных.
— Ха-ха-ха, — зрители перед телевизорами смеялись до слез.
Рейтинги этого выпуска побили самый высокий рейтинг в истории «Леденца». Поскольку в шоу было много моментов с фансервисом для поклонников пары «Му Цяо», зрители с нетерпением ожидали тесных взаимодействий двух актеров, они не только смотрели трансляцию по телевидению, но и неоднократно просматривали повторы. А количество просмотров в интернете постоянно росло.
Чэнь Цзюминь с завистью смотрел на высокие рейтинги шоу. Его программа была совсем непопулярной, правда, показатели улучшились с тех пор, как ведущим стал он. Чэнь Цзюминь был искренне уверен, что если бы «Посиделки» и «Леденец» передали ему, он бы смог справиться даже лучше Чу Циня.
Слушая начальника станции, Чу Цинь обратил внимание на Чэнь Цзюминя, который сидел за столом для совещаний напротив него. Увидев выражение лица, которое Чэнь Цзюминь не успел скрыть, Чу Цинь поджал губы. Хорошо, если у младших есть мотивация, но плохо, если вместо нее лишь злая зависть.
После совещания начальник Чжан попросил Чу Циня остаться для разговора. Вскоре должен был состояться концерт в честь Национального дня, на которой ведущим по традиции был Чу Цинь. Начальник Чжан признался, что хотел бы сделать Чэнь Цзюминя его соведущим.
— Концерт в честь Национального дня — это не празднование Весеннего фестиваля. Он не будет такой масштабной, поэтому брать на нее двух ведущих слишком странно, — задумчиво ответил Чу Цинь, опустив взгляд.
Начальник Чжан немного занервничал. В последнее время взаимодействия Чжун Ибиня и Чу Циня были, по сути, сродни огласке их отношений. Поэтому, если Чу Цинь не смягчится, пропихнуть Чэнь Цзюминя на концерт будет просто невозможно.
— Что ж, думаю, тебе следует просто сделать Чэнь Цзюминя ведущим, а я не пойду, — видя, что начальник Чжан хочет возразить, Чу Цинь поднял руку и улыбнулся. — Я проводил этот концерт уже много лет, пришло время дать дорогу новичкам.
Слова Чу Циня звучали разумно, а его позиция была решительна. Но начальник Чжан занервничал еще больше. Ведь у Чэнь Цзюминя совсем не было опыта, а проведение концерта в честь праздника, определенно, вызовет проблемы. Он мог только позвонить Линь Сяосяо и попросить поднатаскать новичка.
Выйдя из телестанции, Чу Цинь увидел Чжун Ибиня, который уже приехал за ним. Но мужчина сначала даже не заметил Чу Циня, он внимательно смотрел в телефон.
— Нашел что-то интересное? — Чу Цинь положил руку ему на плечо и потянулся, чтобы посмотреть.
— Юй Тан… Этот парень и правда решился на это…
Чжун Ибинь протянул ему телефон. На экране был открыт Weibo с фотографией Юй Тана в традиционном наряде. Он стоял на арочном мосту и держал кого-то за руку. На пальце руки, которая совершенно точно принадлежала Сун Сяо, было кольцо.
Пользователи сети сразу узнали таинственного обладателя кольца. В конце концов, Сун Сяо часто сверкал своим аксессуаром на фотографиях на своей странице.
Юй Тан и Сун Сяо некогда сыграли на своем сходстве с императором Цзин-юанем и Дуаньхуэй, и после выхода в эфир дорамы «Золотой век великого Цзина» пользователи сети обратили большое внимание на их пару. После публикации этой фотографии комментаторы принялись единодушно пищать от восторга. Как ни странно, не было написано ни одного негативного слова.
— На самом деле Юй Тан хотел купить акции «Цзюлан» для… — начал Чжун Ибинь и подробно рассказал о планах друга.
Услышав это, Чу Цинь был тронут и удивлен. Неужели и правда они решились признаться в своих отношениях? Неужели Юй Тан провернул все это только для того, чтобы Сун Сяо приняли и не говорили о нем ничего плохого?
— Малыш, давай тоже предадим наши отношения огласке! — решительно и твердо произнес Чжун Ибинь, взяв любимого за руку.
____________
За кадром:
«Эта мелодия должна звучать на небесах»
Сяоцяо: Ты гори моя звезда.
Му Чэнь: О-о-о, такая приятная мелодия.
Цинь Цинь: Ты гори моя звезда.
Эрбинь: Ну, так себе.
Цинь Цинь: … Тебе лучше бы поучиться у Му Чэня красноречию.
Эрбинь: Спой что-нибудь другое, например, «Возмущение» [1].
Цинь Цинь: Я не знаю этой песни.
Эрбинь: Я научу.
Цинь Цинь: Ах~ М! Ах….
Эрбинь: О-о-о, такая приятная мелодия.
(П/п: Автор говорит о «忐忑» исполнительницы «龔琳娜» (Гун Линьна). Песня на первый взгляд кажется полнейшим безумием или, как говорила сама исполнительница, простой бессмысленной болтовней. Смысл в том, что текст песни состоит почти из одних междометий (вырезка из текста: 啊哦啊哦诶, 啊嘶嘚啊嘶嘚 — а о а о эй, а сы дэ а сы дэ), ну а смысл шутки вы и сами поняли)
http://bllate.org/book/16031/1429909
