Готовый перевод After a happy marriage / После брака на счастье [💗]✅: Глава 34: Резная ажурная подставка-пресс-папье

Свёклу с уездной пристани в деревню перевозили на ослиных и бычьих повозках — ходка за ходкой, и только к вечеру управились.

Когда начало смеркаться, те, кто ехал сухим путём из округа, — Гу Синван и остальные — наконец добрались до деревни.

Староста Гу уже стоял под старой ивой у околицы. Завидев Гу Синвана и его спутников, он с радостным лицом поспешил к ним и от души хлопнул Гу Синвана по плечу.

— Я уже всё знаю, — сказал он. — Вы в округе молодцами сработали. Сегодня отдыхай хорошенько, а завтра, если что, поговорим.

Гу Синван и вправду за день в дороге изрядно устал. Услышав слова старосты, он не стал ничего добавлять, крикнул своим попутчикам, что пора по домам, и разошлись.

Староста Гу смотрел им вслед, с наслаждением затягиваясь трубочным табаком.

Кто бы мог подумать, что в округе удастся набрать столько свёклы! С такой партией товара следующую партию сахара, которую заказал господин Чжоу, можно будет сделать быстро.

А как продадут новую партию — в казну рода снова поступят деньги. Тогда надо будет придумать, как отблагодарить тех, кто ездил за свёклой в такую даль, чтобы не зря старались.

…

Вечером мать Гу накрыла целый стол — встречала Цзян Юя с дороги.

Глядя на заметно осунувшегося Цзян Юя, она и сама не знала, что и чувствовать. В последнее время ей с трудом удалось его немного откормить, а тут всего шесть дней отсутствия — и вон как исхудал, подбородок заострился.

— Ешь побольше, — придвинула она к нему миску с костным бульоном. — Он на мозговых костях сварен, наваристый.

Цзян Юй, смущённый таким вниманием, только и смог выдавить:

— Хорошо.

Мать Гу с улыбкой спросила:

— А округ, наверное, красивый? Я тоже когда-то была, да всё спешила, толком и не разглядела.

— Улицы там пошире, чем в уезде, — ответил Цзян Юй, — и народу побольше, и пристань побольше. А вот чтобы прямо красивый — не сказал бы.

Мясник Гу согласно кивнул:

— Торговые улицы, там не до красоты.

Мать Гу покосилась на него, но он уже уткнулся в миску и замолчал.

Цзян Юй добавил:

— А ещё в округе по ночам комендантский час. Дядя Синван говорил: если ночью по улицам шататься, стража поймает — палками бамбуковыми отлупит.

Мать Гу подхватила:

— Слышала я про это. Несколько лет назад одного за нарушение комендантского часа до смерти побили. Как разнёсся слух, многие в округ ездить побоялись.

Цзян Юй согласно закивал — слов матери про «много правил» он был совершенно согласен.

— В округе всё по-другому, — продолжал он. — Рынки там тоже разделены: мясной ряд, овощной ряд. Просто так, где попало, не торгуют. А вот торговец с коромыслами — те могут посвободнее. Я ещё тебе, мама, привёз несколько чи синей тафты, она сейчас в округе в моде. Очень красивая.

Мать Гу так и засияла, но на словах заупрямилась:

— Куда мне, старой, в синюю тафту наряжаться? Слишком ярко, люди засмеют.

Гу Вэньчэн вставил слово:

— В прошлом году в деревне одна бабушка на юбилей красную стёганую кофту надела. Ты, мама, вовсе не старая, в синей тафте, может, ещё и помолодеешь.

Мать Гу, услышав это, прикрыла рот рукой и рассмеялась.

Даже обычно молчаливый мясник Гу и тот улыбнулся.

Гу Вэньчэн повернулся к Цзян Юю:

— Сяоюй, а как вам удалось столько свёклы купить?

При воспоминании о покупке Цзян Юю и сейчас казалось, что это какое-то чудо.

— Мы бы столько и не купили, — начал он, — если бы в первый же вечер, как мы в гостиницу въехали, не встретили там названого племянника дяди Синвана. Его Чжан Шунь зовут, он из уезда Цинъюань…

Цзян Юй красочно и с выражением рассказал, как им удалось купить свёклу в округе.

Мать Гу и мясник Гу слушали с большим интересом, а Гу Вэньчэн то и дело подкладывал Цзян Юю еду.

Пока Цзян Юй не наелся до отвала, до круглого живота, Гу Вэньчэн не переставал его подкармливать.

Когда все поели, Цзян Юй пошёл за своими покупками.

— Это тебе, мама, синяя тафта, — сказал он, разворачивая свёрток. — А это папе — чай.

Мать Гу взяла в руки тафту — ткань оказалась гладкой и нежной на ощупь. Она поднесла её к масляной лампе, внимательно рассмотрела.

— Отличный материал! Лучше, чем в нашей уездной лавке шелков. И зачем ты только, дурачок, на нас потратился, себе-то хоть что купил?

Цзян Юй улыбнулся, сверкнув белыми зубами:

— Купил. Только это такое, чего у нас нет, в округе только и водится.

Гу Вэньчэн усмехнулся:

— Уж не та ли это деревянная конструкция, что ты привёз? Мама имела в виду, чтоб ты себе какие-нибудь безделушки купил, которые тебе нравятся. А ты вон чего — деревяшку какую-то притащил.

— А мне деревяшка эта всяких безделушек интереснее, — возразил Цзян Юй.

Мясник Гу помог занести конструкцию в комнату. Гу Вэньчэн, наконец, смог рассмотреть её как следует.

— Это же… станок для хэлэ! — воскликнул он.

Цзян Юй обрадовался:

— Брат Вэньчэн, ты тоже его знаешь?

Гу Вэньчэн, конечно, знал эту штуку. В его родных краях, когда он был маленьким, тоже были такие старые станки для хэлэ. Потом их вытеснили более удобные машины, а эти, деревянные, вышли из употребления.

Этот станок был длиной около метра, чуть меньше тех, что он видел раньше.

Мясник Гу, вспомнив, сказал:

— А, знаю я эту штуку. Когда я в округе бывал, там тоже хэлэ ел. У неё вкус совсем не такой, как у домашней лапши, что мы сами режем.

— Мне показалось, это занятно, — пояснил Цзян Юй. — Я и купил. Вот тут, в середине, желобок — туда тесто кладут. Внизу дырочки. Надавливаешь сверху рычагом — и лапша выдавливается. Теперь и мы дома сможем хэлэ делать.

— Вот это здорово! — обрадовалась мать Гу. — Я хэлэ никогда не пробовала. Сделаем — и я попробую.

Цзян Юй добавил:

— Хэлэ с солёной подливкой — объеденье.

Все весело болтали, и время пролетело незаметно. Скоро пришла пора ложиться. Гу Вэньчэн и Цзян Юй ушли в свою западную комнату отдыхать.

Завтра наставник будет разбирать тему «Вэнь-гун спросил о правлении» из «Мэн-цзы», поэтому Гу Вэньчэну нужно было собрать вещи для школы.

Если бы не строгое правило школы, запрещающее оставлять книги в классе, и если бы он не решил специально тренировать тело, он бы с удовольствием ездил каждый день на ослиной повозке, а не таскал тяжёлый короб с книгами пешком. (п/п: Специальный ящик, для книг и письменных принадлежностей. Как рюкзак, только деревянный. Наверняка очень тяжёлый).

Но, как говорится, нет худа без добра. Всего за неделю таких походов он почувствовал, что ноги стали сильнее, а плечи — чуть шире.

Собрав вещи, Гу Вэньчэн обернулся и увидел Цзян Юя, который стоял у него за спиной с маленькой коробочкой в руках.

— Это я тебе купил, брат Вэньчэн, — сказал Цзян Юй, протягивая коробочку.

Гу Вэньчэн взял её, открыл — и сердце его растаяло.

В коробочке лежала деревянная подставка-пресс-папье для кистей*, длинная, гладко отполированная, с изящной ажурной резьбой и рельефными узорами. Очень красивая вещица.

(п/п:*(手扶镇纸, shǒu fú zhènzhǐ): Длинная тяжёлая пластина, которую кладут на край бумаги или свитка, чтобы они не сворачивались).

Гу Вэньчэн присмотрелся и не смог сдержать улыбку: узоры на пресс-папье изображали зайцев.

Он с улыбкой посмотрел на Цзян Юя. Он помнил, что Сяоюй родился в год Зайца.

«Уж не себя ли он мне дарит?» — мелькнуло в голове.

Цзян Юй радостно объяснял:

— Я это на лотке купил. Торговала девушка, примерно моих лет. Она сказала, что все эти резные штуки сама делает. Мне эта сразу в глаза бросилась. Сначала она хотела шестьдесят монет, а я поторговался и купил за тридцать.

Закончив, Цзян Юй с надеждой посмотрел на Гу Вэньчэна, явно ожидая похвалы.

Гу Вэньчэн кашлянул и на секунду отвёл глаза.

— Вот это да! — восхитился он. — Сяоюй, ты просто чудо! Такое красивое резное пресс-папье за тридцать монет купить! В лавке, наверное, и за сотню не найдёшь. А тут ещё и резьба ажурная — это не всякий плотник сделает. Девушка сказала, сама вырезала? Либо у неё талант, либо она из семьи потомственных мастеров. Такие люди на улице обычно не торгуют. Так что ты, Сяоюй, не только с отличным вкусом, но и с удачей.

Цзян Юй, конечно, ждал похвалы, но от такого потока щёки его запылали.

— Да ну… ничего особенного, — засмущался он.

— Ничего особенного? — переспросил Гу Вэньчэн. — Такие резные пресс-папье редкость. В нашей школе я, во всяком случае, ни у кого такого не видел. Завтра принесу — все обзавидуются.

Цзян Юй удивился:

— Неужели такая редкость?

— Большая редкость, — подтвердил Гу Вэньчэн с самым серьёзным видом.

— А мне всё равно, что другие подумают, — сказал Цзян Юй. — Главное, что тебе нравится.

Гу Вэньчэн не удержался и снова потрепал его по голове.

— Умница.

Поговорив ещё немного, они собрались спать. Цзян Юй, убрав всё, чинно сел на кровать, а Гу Вэньчэн задул масляную лампу.

Как говорится, пятнадцатая луна кругла, а шестнадцатая — круглей. (п/п:*(十五的月亮，十六圆, shíwǔ de yuèliang, shíliù yuán): Поговорка, означающая, что что-то может быть лучше, чем ожидалось).

Круглая, яркая луна висела в небе, заливая тусклую землю светом. Лунный свет проникал в окно, и Цзян Юю почему-то не спалось.

— Я там, в округе, очень по дому скучал, — вдруг сказал он.

Гу Вэньчэн повернулся к нему.

— А теперь, после этой поездки, ещё захочется за свёклой ездить?

Цзян Юй подумал и ответил:

— Не то чтобы очень. Но если роду нужно будет, чтобы я считал, — поеду.

В этих словах чувствовалась ответственность, и Гу Вэньчэн тихонько рассмеялся.

— Вэньюань тоже неплохо считает. Если он поедет, тебе, может, и не придётся больше в округ ездить.

— Угу, Вэньюань хорошо считает, — согласился Цзян Юй и добавил, уже тише: — В гостинице кровать жёсткая, не то что дома. И на улицу окна выходят — с утра пораньше шум, спать мешают.

Гу Вэньчэн протянул руку и легонько погладил его по спине.

— Ты эти дни, наверное, и не высыпался? Спи. Теперь ты дома, отдохни как следует.

Может, от мягкой постели, а может, от этих успокаивающих поглаживаний, но сон внезапно накрыл Цзян Юя. Он зевнул.

— Тогда я сплю. И ты, брат Вэньчэн, тоже ложись пораньше.

Гу Вэньчэн посмотрел на его усталое лицо и тихо улыбнулся.

Он снова вспомнил, как сегодня, увидев Цзян Юя, вдруг почувствовал странное сердцебиение. И тяжело вздохнул.

Цзян Юй ещё маленький. Нельзя торопиться.

[Примечание автора]

Гу Вэньчэн: Нельзя. За решёткой, со слезами на глазах, надо сдержаться.

http://bllate.org/book/16026/1439788