Глава 19
Лу Фэнчи почувствовал инстинктивную неприязнь к встреченному Альфе. Опасаясь, что этот человек может быть старым знакомым Шуй Цюэ, он не решался высказаться прямо.
Он лишь слегка склонился к юноше и спросил вполголоса:
— Он твой бывший одноклассник из Линьхая?
Шуй Цюэ упоминал раньше, что перевёлся из Второй средней школы города Линьхай. На бумаге Линьхай значился городом, но фактически оставался провинциальным уездом — одним из тех спутников Хайчэна, чья экономика и инфраструктура плелись в самом хвосте.
Вторая школа Линьхая была местом противоречивым. С одной стороны, там собрали лучших учителей региона, так что качество образования держалось на уровне. С другой — учебное заведение охотно принимало спонсорские взносы, а значит, за приличную сумму туда могли пристроить любое отребье.
Вроде этого Альфы, который сейчас беспардонно их разглядывал.
Шуй Цюэ молча кивнул. Подавляя инстинктивную дрожь, он заставил себя выглядеть невозмутимым и ответил:
— Давно не виделись, Кэ Син.
Альфа удивлённо вскинул брови. Насколько он помнил, раньше этот парень при встрече с ним всегда старался обойти его за версту, а если приходилось говорить, то заикался и едва мог перевести дух. Неужели переезд в Хайчэн так его изменил?
Он окинул юношу оценивающим взглядом — от нежно-розового лица до мягких изгибов под коленями.
«Почему он такой бледный? Стал ещё меньше похож на Альфу, чем прежде»
Раньше Кэ Сина просто раздражал этот вечно зашуганный парень, который не тянул ни на Альфу, ни на Омегу. Теперь же он даже немного пожалел, что не послушал совета своих приятелей тогда, в Линьхае. С таким экземпляром, конечно, не сравнить настоящую Омегу, но забавляться с ним, должно быть, весьма любопытно.
Кэ Син переводил взгляд с Лу Фэнчи на Шуй Цюэ, и в глубине его глаз читался нехороший интерес.
— А я всё думал, почему ты всегда отказывался гулять со мной, — усмехнулся он. — Оказывается, ты просто не считал меня ровней?
«Ишь, какую невинность из себя строит, а сам-то — мастер закидывать удочки»
Шуй Цюэ побледнел. И вовсе не от страха — в голове молнией пронеслась мысль: старые одноклассники прекрасно знают, что он Альфа, в то время как Лу Фэнчи до сих пор свято уверен в его омежьей природе. Если они продолжат этот разговор и Кэ Син сболтнёт лишнего... Прощай тогда весь прогресс сюжета!
Заметив, что задира не намерен отступать, остальные одноклассники, шедшие позади, почуяли неладное и подошли поближе. Услышав последнюю реплику незнакомца, один из них презрительно фыркнул:
— Ещё бы! Ты себя-то видел? Наш Шуй Цюэ — птица высокого полёта, а ты кто? Слыхал фразу «гусь свинье не товарищ»?
— Где это видано, чтобы фениксы водились с облезлыми петухами?
Они сами-то ещё не успели толком втереться в доверие к Шуй Цюэ и стать его лучшими друзьями! А тут вылезло какое-то недоразумение по фамилии Кэ. С какой стати ему позволено открывать рот?
Даже самый медлительный человек на месте Лу Фэнчи понял бы, что этот парень ведёт себя вызывающе. Он взял Шуй Цюэ за руку и, проходя мимо Кэ Сина, намеренно задел его плечом. В глазах юноши вспыхнула ярость.
— Дорогу загородил. Хватит тут гавкать.
— Пошли-пошли, Шуй Цюэ! Если мы сейчас же не сядем за стол, этот проглодит Чэнь Цзянь всё в одиночку слопает.
— Эй, что за напраслина? Разве я похож на такого человека? Пока вы не придёте, я к палочкам не притронусь!
— Ага, конечно, ты сразу руками начнёшь хватать.
Компания с шутками и смехом направилась к павильону. Кэ Син остался стоять на месте, провожая их тяжёлым взглядом. Чем этот Сун Шуй Цюэ их опоил? Почему они все, как один, бросились его защищать?
***
На двух столах в павильоне уже красовались фирменные блюда горной виллы: дары моря и озера, домашняя птица, свежие овощи. А чтобы мясо не казалось слишком тяжёлым, на столе стояли кувшины с соком из собственного сада. В завершение трапезы подали десерт — сладкие рисовые шарики в винной закваске.
Сытые и довольные, ребята немного прогулялись вдоль берега, подставляя лица прохладному озерному бризу, а затем решили переместиться в караоке-зал.
Все они были отпрысками богатых семей, чьё будущее уже было расписано родителями: диплом за границей для солидности, а потом возвращение в семейный бизнес. От них не требовали великих свершений — достаточно было просто не пустить состояние по ветру. Поэтому главной их заботой на сегодня оставался вопрос: где бы ещё весело убить время.
Официант принёс фруктовую нарезку и напитки, и вскоре помещение наполнилось ароматами спиртного и спелых плодов. Свет на сцене менялся автоматически, выхватывая фигуры точными лучами и создавая психоделическую атмосферу. Чэнь Цзянь, возомнив себя поп-звездой, носился по сцене, завывая так, будто его режут; он приплясывал и перебегал от одного края к другому, приветствуя воображаемых фанатов и создавая эффект полноценного живого выступления.
Зрители внизу свистели и улюлюкали — лишь отсутствие гнилых помидоров мешало им выразить своё «восхищение» в полной мере.
— На самом деле Чэнь Цзянь мечтает стать певцом, — Лу Фэнчи склонил голову, пряча за ухо выбившуюся прядь. Свет ламп бликовал на его серёжке. — Его тётя — знаменитая артистка.
Он буднично назвал имя одной из «вечнозелёных» звёзд эстрады и протянул Шуй Цюэ очищенный мандарин, предварительно убрав с долек даже самые тонкие белые прожилки.
Шуй Цюэ разломил плод пополам, вернул часть Лу Фэнчи, а сам отправил дольку в рот. Сладкий сок брызнул на язык. Цитрус был идеальным — сочным и совсем не кислым. Юноша довольно прищурился.
«Надо же, даже мандарины ест так изящно»
Сам Лу Фэнчи закинул оставшуюся половину в рот целиком, пару раз жевнул и тут же потянулся к тарелке.
— Хочешь зелёный виноград?
Этот сорт выращивали в соседнем саду: крупные, налитые плоды размером с большой палец. Он подумал, что из таких ягод получился бы отличный напиток с шариками, который Шуй Цюэ так любит.
Пока он аккуратно снимал кожицу, Шуй Цюэ спросил:
— А ты?
Во рту у юноши ещё была мякоть плода, поэтому голос прозвучал немного невнятно. Лу Фэнчи не сразу понял вопрос.
— Что «я»? — Его глубоко посаженные глаза и точёные скулы в золотистом свете ламп казались деталями греческой скульптуры.
Шуй Цюэ повторил:
— А ты? Кем ты хочешь стать в будущем?
Его губы, влажные от сока, казались ярко-алыми и припухлыми. Собеседник на мгновение потерял голову.
«Хочу его поцеловать»
«Хочу на нём жениться»
В это время Чэнь Цзянь окончательно вошёл в раж и затянул вторую песню:
— «Кто станет моим женихом?! Кто станет моим суженым?! О-о-о-эй!..»
У Лу Фэнчи потемнело в глазах. Он схватил неочищенную виноградину и запустил её на сцену, попав певцу точно в лоб.
— Совсем спятил? — раздражённо бросил он. — Переключай песню.
Официант закатил тележку с плодовым вином — считалось, что оно смягчает горло после пения. Тележка остановилась как раз рядом с диваном, где сидел Шуй Цюэ. Прошло совсем немного времени, а юноша уже успел осушить два бокала.
— Вкусно? — спросил Лу Фэнчи. Он и сам не знал, насколько крепким было вино, которое здесь настаивали.
Шуй Цюэ раньше таких напитков не пробовал и особого эффекта не почувствовал, разве что ему захотелось в уборную. Он предупредил друга и направился к выходу.
— Тебя проводить? — донеслось вдогонку, но юноша лишь махнул рукой: мол, сам справлюсь.
Хотя виллу рекламировали как «эко-курорт», все удобства здесь были по высшему разряду. Пол в коридоре был натёрт до зеркального блеска, а в воздухе витал тонкий аромат благовоний. Тёплый воздух из сушилки быстро высушил руки.
Выйдя из уборной, Шуй Цюэ внезапно понял, что не помнит дорогу назад. Коридор петлял, и найти нужную дверь оказалось сложнее, чем он думал. Кажется, номер кабинки был К808?
Телефон остался на диване, так что позвонить и уточнить дорогу он не мог. Шуй Цюэ толкнул тяжёлую дверь с табличкой К808. Та отозвалась долгим протяжным скрипом.
Внутри не было привычного психоделического света и шумного веселья. На экране проигрывался клип, звучала лирическая музыка, но никто не пел. В глубине комнаты на диванах сидели несколько человек. Из-за полумрака Шуй Цюэ не мог разобрать их лиц.
«Неужели ошибся?..»
Он замер в нерешительности.
Кто-то из сидевших к нему спиной, услышав шум, поднялся. Высокий силуэт медленно повернулся к двери.
— Кто там ещё? Заходи уже, чего застрял? — голос сначала звучал раздражённо, но в середине фразы тон резко изменился. — Ого! Кто это сервис заказал? На этой вилле, видать, вода волшебная — такие красавчики водятся.
— Заткнись, — раздался резкий, хриплый голос из глубины дивана. В темноте вспыхнул огонёк сигареты. — Кто заказывал, тот пусть и выметается вместе с ним.
Шуй Цюэ показалось, что этот голос ему знаком, но из-за того, что человек говорил приглушённо, он не был уверен.
Прошло несколько секунд, но никто не шелохнулся. Сидящий в центре окончательно потерял терпение и вскинул голову, собираясь выставить незваного гостя. Его зрачки мгновенно сузились. Он не успел затушить сигарету в пепельнице и ткнул её прямо в руку сидящему рядом парню.
Тот вскрикнул, но, помня о статусе соседа, не посмел возмутиться и лишь прошипел сквозь зубы:
— Цюй... Цзючао.
Шуй Цюэ не расслышал их шёпота. Его всё ещё занимал знакомый голос, но он уже понял, что зашёл не туда.
— Извините, я ошибся дверью, — пробормотал он.
Юноша поспешно отступил и тихо прикрыл дверь. Какой же всё-таки был номер?.. Пока он пытался сосредоточиться, кто-то внезапно выскочил из-за угла и мёртвой хваткой вцепился в его руку.
Шуй Цюэ вздрогнул от неожиданности и отшатнулся, едва не повалив декоративную стойку. Фарфоровая ваза на ней опасно качнулась. Удержав её, юноша перевёл взгляд на того, кто сжимал его запястье.
— ...Кэ Син?
Тонкие брови Шуй Цюэ сошлись на переносице. Что этому человеку снова от него нужно? Неужели задиры никогда не чувствуют стыда?
Как выяснилось, требовать от подобных личностей уважения или саморефлексии — задача невыполнимая. Кэ Син ощутил под ладонью кожу — белую, невероятно мягкую. Редко встретишь Альфу с такими руками. У этого парня определённо был талант сводить людей с ума.
— А раньше-то как из себя недотрогу строил, — злорадно осклабился он. — Я ведь не ошибся, когда сказал, что ты на Омегу похож.
— Видать, уроков в Линьхае тебе было мало, — он притворно вздохнул. — Что, после перевода мозги на место встали? Такие Альфы, как ты, только и могут выживать, соблазняя себе подобных, верно?
— Знаешь, я человек незлопамятный. Как насчёт того, чтобы пойти ко мне? Обещаю, со мной тебе будет куда круче, чем с тем утренним дружком.
Шуй Цюэ смотрел на него в упор. Хотя Номер 77 предусмотрительно «запикал» самые грязные слова в его речи, по движениям губ юноша без труда понял смысл. Настойка начала действовать: голова заныла, а этот человек над ухом продолжал что-то щебетать.
Это было невыносимо.
Шуй Цюэ с силой швырнул вазу. Раздался громкий, режущий слух звон. Вода, осколки керамики и лепестки роз разлетелись по полу.
— Убирайся, — отчеканил он.
Кэ Син вздрогнул, но хватку не ослабил. В ту же секунду кто-то сбоку нанёс ему сокрушительный удар ногой в живот, опрокинув на пол. Весь вес взрослого мужчины обрушился прямо на битый фарфор. Коридор огласил вопль боли.
В воздухе разлился тонкий аромат джина, смешанный с запахом табачного дыма. Чьи-то руки уверенно подхватили Шуй Цюэ под мышки, отрывая от земли и унося подальше от месива из осколков.
Цюй Цзючао, удерживая юношу, спросил:
— Ты с Лу Фэнчи пришёл?
Ему не нужен был ответ — он и так всё знал. Горечь, долго терзавшая его душу, вырвалась наружу в виде ледяного гнева. Он осторожно поставил Шуй Цюэ на ноги и, не меняясь в лице, шагнул к Кэ Сину. Тяжёлая подошва его туфли опустилась на правую ладонь задиры.
Цюй Цзючао посмотрел на него сверху вниз, словно на насекомое.
— Ты ведь трогал его этой рукой, так?
Из-под подошвы донёсся противный хруст. Кэ Син сначала орал и сыпал проклятиями, но когда из кабинки выскочили люди и кто-то испуганно выдохнул: «Молодой господин Цюй?», он лишь бессильно захрипел.
Тот утренний Альфа ещё был под вопросом, но семья Цюй... Все знали, что их прошлое связано с криминалом, и они до сих пор не обелились до конца. Кэ Син обмяк, его взгляд остекленел.
— Насмотрелся? Пошли, — Цюй Цзючао холодно отвернулся. — Отведу тебя к Лу Фэнчи.
Шуй Цюэ тихо пробормотал:
— Ваза... Я её разбил.
Цюй Цзючао лишь бросил короткое:
— Мгм.
— Знаю. Я заплачу.
http://bllate.org/book/15811/1428127
Готово:
