Глава 38
Молодой человек окончательно растерялся.
— Как... как это возможно? — лепетал он, не веря своим глазам. — Этого не может быть. Это точно шрам от кесарева...
Услышав это, присутствующие в кабинете дружно прыснули от смеха. Помещение наполнилось язвительными комментариями:
— Тебе что, мало объясняли? У тебя в голове свиные мозги вместо человеческих или ты язык не понимаешь?
— Радоваться надо, что девушка тебе не врала и осталась чиста перед тобой. Почему у тебя рожа такая, будто тебе в кашу плюнули?
— Да чего тут непонятного? Получил по носу правдой, вот и бесится. Собственное уязвленное эго ему важнее чести невесты.
— И как только у такого подонка, который спит и видит, как бы самому себе рога наставить, вообще девушка появилась?
— В нашем уезде Юэчуань выкуп за невесту давно перевалил за сотню тысяч. По обычаям семья жены возвращает как минимум половину в качестве приданого. Девушка попросила всего восемьдесят восемь, а этот жмот еще и жалуется. Собирался у друзей занимать... небось, хотел, чтобы она потом эти долги и отдавала?
— Дом родители построили, свадьбу они же оплачивают, даже на выкуп своих денег нет. Ты столько лет работаешь — и ни гроша за душой? На какой тебе жена сдалась?
— За идиота тебя никто не держал, парень. Ты сам им оказался.
— Вы... вы!..
Мужчина сорвался со стула, его глаза буквально метали молнии.
— Ой, посмотрите на него, обиделся! — не унимались люди. — Видать, мы в самую точку попали.
Больные и их родственники только посмеивались:
— Что, кулаками махать вздумал? Ну давай, попробуй.
Несколько крепких мужчин сделали шаг вперед, окружив скандалиста. Тот окончательно сдулся. Всё, на что его хватило — это бросить напоследок бессильное:
— Вы... вы у меня еще попляшете!
Растолкав толпу, он пулей вылетел из клиники.
— Хорошо пошёл! — донеслось ему в спину.
Для всех присутствующих это была маленькая, но приятная победа. В кабинете даже раздались радостные возгласы. Однако один из молодых людей в очереди задумчиво произнес:
— Как думаете, теперь, когда он узнал правду, он вернется как ни в чем не бывало и всё-таки женится? Выкуп-то всего восемьдесят восемь тысяч, да и пунктик его насчет «чистоты» удовлетворен...
Окружающие тут же возмутились:
— Еще чего! Нельзя позволить этому ничтожеству испортить жизнь нормальной девчонке.
— Жаль, мы не спросили, как его зовут и откуда он.
— Есть тут кто-нибудь, кто его знает?
— Нет, впервые вижу.
— Я тоже.
Люди переглянулись в замешательстве.
— Есть идея! — подала голос пациентка из деревни Гоцзя. — Я его сфотографировала. Сброшу снимок тётушке Лю, пусть наведёт справки.
Женщина сделала фото только для того, чтобы поделиться сплетнями с подругами по танцам на площади, и даже не подозревала, что её любопытство сослужит такую службу.
Жители деревень Гоцзя и Бэйдин единодушно одобрили план:
— Отличная мысль!
Остальные, не знакомые с местными легендами, недоумевали:
— А кто такая эта тётушка Лю?
Крестьяне тут же принялись с упоением перечислять «боевые заслуги» главной информационной сети района. Тем временем Му Синхуай вернулся к работе:
— Следующий.
— Девятый? Это я, я! — Молодой человек быстро занял место напротив доктора.
Парень страдал от запущенной формы экземы, вызванной дефицитом крови и сухостью ветра. По ночам зуд становился невыносимым, из-за чего его шея и руки были покрыты многолетними следами от расчесов. Незнакомые люди часто косились на него, подозревая в неразборчивых связях, хотя в свои тридцать он ни разу даже не заводил отношений. Хуже того, два года лечения у западных медиков не дали результата — избыток гормональных мазей привел к сильной пигментации, и кожа на пораженных участках потемнела на несколько тонов.
Для Му Синхуая этот случай не представлял особой сложности. Он быстро набросал рецепт.
— Попьешь этот отвар полмесяца, и симптомы гарантированно уйдут на семьдесят процентов. Что касается потемневшей кожи... тут я бессилен. Когда болезнь отступит, сходи к дерматологу в хорошую клинику китайской медицины, они помогут с пигментацией.
— Спасибо, доктор, огромное спасибо! — Пациент едва не кланялся.
Пока Му Синхуай собирал для него травы, из очереди донеслись хорошие новости. Женщина из Гоцзя просияла:
— Тётушка Лю ответила! Говорит, как раз листала ленту новостей, когда пришло моё сообщение. Она мигом разослала фото по тридцати с лишним чатам. Её знакомые перекинули своим родным, и вот — сноха подруги золовки приятельницы нашей героини узнала этого типа! Он из деревни Нинба, будущий зять одной местной семьи. Тётушка уже связалась с ними. Те в ярости, созывают родню — пойдут требовать ответа и разрывать помолвку.
В клинике снова поднялся ликующий гул.
— Наша Лю — это сила! Связи по всему уезду.
— В таких делах лучше неё никого нет!
Му Синхуай не сдержал улыбки. Оставшиеся пациенты пришли с мелкими недомоганиями, поэтому, несмотря на приличную очередь в пятнадцать человек, доктор управился к одиннадцати часам.
Закончив прием, Му поднялся, размял затекшие мышцы, продезинфицировал кабинет и собрался было идти готовить обед. Но, выйдя в гостиную, он замер на месте. На стуле, терпеливо дожидаясь, сидел Юй Сюцзюнь.
— Господин Юй? Когда вы пришли?
Тот поднялся:
— Доктор Му.
Синхуай заметил, что кончики ушей гостя подозрительно покраснели, но не придал этому значения.
— Жарко, да? Сейчас принесу вентилятор.
Юй Сюцзюнь, который только-только сумел выкинуть из головы увиденную в кабинете картину — толпу мужчин, сверкающих голыми животами и бедрами в присутствии Му Синхуая, — едва не смутился снова. К счастью, выдержка его не подвела.
— Благодарю.
Притащив вентилятор из кабинета, Синхуай спросил:
— Предложить чего-нибудь попить? Есть витаминная вода, газировка, апельсиновый сок и чай улун.
Судя по набору, хозяин клиники сам был любителем этих напитков. Юй Сюцзюнь запомнил это.
— Улун, если можно.
Му Синхуай протянул ему бутылку и поинтересовался целью визита:
— Какими судьбами?
— Сегодня началось строительство завода минеральной воды в деревне Лицзя. Я приезжал на церемонию закладки фундамента.
Синхуай вспомнил — дядя Гуань упоминал об этом.
— Раз уж оказался неподалеку, решил заглянуть к Му Цзяньго.
Только сейчас доктор заметил на столе коробку с кошачьими лакомствами.
— Ох, какая жалость. Цзяньго сегодня нет дома.
— Нет?
— Его пригласили на свадьбу к родителям друга. Вернется, скорее всего, только вечером.
Ради такого случая Му Синхуай вчера даже бегал к тётушке Жун за маленьким красным конвертом: вложил туда две сотни юаней «свадебных» и прикрепил к жетону на ошейнике кота.
Юй Сюцзюнь опешил. Кот... ушел на свадьбу к родителям друга? Звучало дико, но в контексте этой деревни и этого доктора — вполне логично.
— Что ж, досадно. У меня еще дела после обеда, так что загляну в другой раз.
Впрочем, он не считал, что заехал зря...
— В следующий раз напишите мне в WeChat заранее, чтобы не кататься впустую, — предложил Му Синхуай.
— Договорились. Тогда я поеду.
— Может, останетесь на обед? — вежливо предложил он, чувствуя легкую неловкость.
— Не хочу вас утруждать. — Юй Сюцзюнь понимал, что они еще не в тех отношениях, чтобы запросто делить трапезу.
— Как знаете.
***
Когда вечером Му Цзяньго вернулся домой, Му Синхуай вовсю принимал старых одноклассников. По случаю праздников многие из них съехались со всех концов страны. Уезд Юэчуань — городок маленький, за пару дней всё обсмотрели, заскучали и решили толпой нагрянуть к своему «герою».
— Ну что, Му-герой, давай сфоткаемся!
— Братец-герой, ты слишком высокий, присядь чуток, а?
— Раньше я такие новости только в Weibo читал, а теперь вот живого праведника вижу!
Друзья терзали хозяина дома минут пятнадцать, прежде чем угомониться. Наконец Ин Цэ, лидер их компании, не выдержал:
— Доктор Му, говорят, ты теперь великий целитель. Может, и нас посмотришь?
Голос у него был пугающе сиплым.
— Я как раз хотел предложить, — отозвался Му Синхуай. — Твои связки звучат паршиво. Идем в кабинет.
Они уселись за стол, а остальные плотным кольцом обступили их.
— Я ведь в педе учился, — жаловался Ин Цэ. — После выпуска устроился учителем физики во вторую старшую школу города Сун. Когда я пришел, школа была в топе по успеваемости, а в позапрошлом году скатилась в самый хвост. Директора сняли, новый рвёт и мечет, хочет показатели вернуть. В итоге у меня по двадцать одному уроку в неделю шесть дней подряд. Голос просто сгорел.
Синхуай прощупал пульс и провел осмотр:
— У тебя уже хронический фарингит. Давай я поставлю пару игл, станет полегче.
Он использовал всего две точки: Тяньту на шее и Хэгу на руке. После этого Му Синхуай несколько минут делал другу массаж шеи.
— Ну как ощущения? — спросил он спустя десять минут.
Ин Цэ осторожно коснулся горла:
— Намного лучше. Будто ком ушел.
— Ого! — подхватили остальные. — Голос-то прорезался, сипоты почти нет!
— И вправду! — удивился физик. — Синхуай, ну ты и впрямь мастер.
Доктор вернулся за стол:
— Если бы я этого не умел, разве рискнул бы клинику открывать? Но предупреждаю: насовсем это не вылечить.
Проблема была не в мастерстве врача, а в том, что Ин Цэ не собирался бросать профессию. Пока он преподает в таком режиме, болезнь не отступит.
— Я дам тебе майдун, пандахай и жимолость. Заваривай и пей вместо чая, это хорошо снимает симптомы.
Му Синхуай собрал ему запас на двадцать порций и заставил сфотографировать рецепт:
— Когда кончится, купишь в любой аптеке возле школы.
— Понял. Сколько с меня? — Ин Цэ потянулся за телефоном.
— Оставь. Мелочь это. Лучше, когда я соберусь к твоим за сухофруктами, пусть мама мне скидку сделает.
Семья Ин Цэ держала лавку бакалеи.
— Договорились!
Му Синхуай обвел взглядом остальных:
— Еще желающие есть?
Друзья замялись, но соблазн был велик. Почти каждый из них за пять-шесть лет работы в офисах обзавелся букетом профессиональных болячек, а найти толкового врача сейчас — задача не из легких.
— Ну, раз такое дело, я первая! — подняла руку Цянь Синьно.
— Рассказывай.
— Бессонница, — вздохнула девушка. — После универа попала в финансовую компанию. Бывало, пахала по двадцать девять дней в месяц без выходных. С прошлого года сон совсем разладился. Сейчас сплю меньше часа глубоким сном, да и то в кошмарах. Не смотрите, что синяков под глазами не видно — там два слоя тональника.
Синхуай прижал пальцы к её запястью:
— Ничего критичного. Пару дней походишь на иглоукалывание, я дам травяной сбор, чтобы ты заваривала его и пила. Гарантирую: месяц будешь спать как младенец.
Он поднялся:
— Идем в гостевую комнату.
Все удивились — ведь рядом стояла кушетка. Но Синхуай уже ушел вперед, и друзьям оставалось только следовать за ним. Скоро причина стала ясна: через десять минут Цянь Синьно мирно заснула прямо во время процедуры.
Му Синхуай вывел остальных обратно:
— Чтобы не шуметь. Кто следующий?
После такого наглядного примера друзья посыпались один за другим:
— Я!
— Нет, я!
Проблемы у всех были типичные, так что доктор быстро со всеми закончил.
— Проголодались небось? — спросил Ин Цэ. — Пойдемте ужинать.
— И то верно, аппетит разыгрался.
Еду они привезли с собой: жареную утку, раков, пиццу, закуски...
— Я возьму тарелку на кухне, оставлю порцию для Синьно, — предложил кто-то.
Они устроились во дворе под ночным небом, болтая обо всём на свете. Постепенно разговор зашел о старых знакомых.
— Кстати, Синхуай, — вспомнил Ин Цэ. — У дочки Доу Вэньбиня, Юэюэ, ведь ДЦП? И ты первым это заметил, верно?
— Да. Это было еще в самом начале, когда я только открылся.
Благодаря внимательности Му Синхуая, девочка попала к врачам вовремя и не упустила «золотое окно» для лечения. В благодарность отец Доу Вэньбиня притащил доктору трех кур и двух гусей — тех самых, что теперь обживали задний двор клиники. Правда, в последние дни они стали лениться нестись.
«Надо бы снова пойти их припугнуть»
— мельком подумал Му.
— Я недавно видел Доу Вэньбиня в городе, — продолжал Ин Цэ. — Он сейчас с дочкой в Первой горбольнице лежит. Но лечение... кажется, толку почти нет.
Синхуай замер, отставив чашку.
— Как это — нет?
http://bllate.org/book/15810/1435634
Готово:
