Шэнь Линьчуань усмехнулся: откуда у семьи второго Чжоу такие деньги, чтобы снова отправить его учиться в другую академию?
— Так вот в чем дело, — тихо пробормотал Шэнь Линьчуань.
Оказывается, здесь еще замешан Чжоу Ючэн. Хотя Сунь Шипин и заносчив, но недалек умом, и понимает, что не может тронуть ни его, ни семейные лавки. В их семье две лавки: одна поставляет свинину в военный лагерь, другая – соленые овощи в академию. Ни одну из них он не может затронуть.
Не ожидал, что он задумал напасть на его старшего брата. Да, старший брат часто берется за подработки на стороне, и до него легче всего добраться. Чжоу Ючэн... Шэнь Линьчуань мысленно повторил это имя.
В тот день, когда Чжан Сяои устраивал помолвку, Чжоу Фанцзе рассказала, что из-за ее упорного желания расторгнуть помолвку, второй Чжоу и его жена, опасаясь, что семья Хуан не оставит их в покое, еще до расторжения помолвки собрали вещи и сбежали домой.
Чжоу Ючэн остался в уездном городе, чтобы найти новую академию. Вероятно, второй Чжоу и его жена еще не знают об этом.
Шэнь Линьчуань закрыл книгу. Чжоу Ючэн обладал посредственными способностями, и даже если бы ему случайно удалось сдать экзамен на цзюйжэня, это могло бы случиться лишь через десять или двадцать лет. Все эти годы, если бы его обучение оплачивали только второй Чжоу и его жена, они, скорее всего, разорились бы, как и прежний Шэнь Линьчуань.
В то время у семьи Шэнь еще было ремесло плотника, а что есть у семьи второго Чжоу? Кроме нескольких скудных му полей, что они могут предложить, чтобы оплачивать учебу Чжоу Ючэна?
Шэнь Линьчуань несколько дней отдыхал дома, а затем вернулся в академию, но стал еще более сдержанным.
Когда он столкнулся с Сунь Шипином, который самодовольно ухмылялся ему, Шэнь Линьчуань лишь равнодушно взглянул на него, что еще больше разозлило Сунь Шипина: «Тьфу! Да ты же всего лишь никчемный зять, примазавшийся к мяснику! Раздавить тебя для меня – раз плюнуть!»
Погода становилась все холоднее. После прошлого инцидента семьи Чжоу и Шэнь стали еще более осторожными. Жизнь текла спокойно и счастливо. Шэнь Линьчуань полностью посвятил себя учебе, став еще более усердным, чем раньше. Чжоу Нин, жалея его за тяжелые занятия, старался обеспечить его лучшей едой и одеждой.
Выпал снег, и стало еще холоднее. У ворот дома Чжоу остановилась повозка. В дверях главного зала висела плотная занавеска, защищающая от ветра, а внутри горел уголь. Шэнь Линьчуань и Чжоу Нин сидели вместе, перелистывая книги.
Занавеску приподняли, и в комнату вошла сверкающая драгоценностями Чжоу Фанцзе:
— Нин-гэр, я выхожу замуж!
Даже Шэнь Линьчуань удивленно поднял голову. Чжоу Фанцзе была вся в нефрите и жемчугах, на плечах – белая лисья накидка, что придавало ей вид богатой дамы. Шэнь Линьчуань едва узнал ее.
Чжоу Нин тоже был ошеломлен:
— Фанцзе, ты... ты...
Он не знал, что сказать. Откуда у нее вдруг такое богатство? Чжоу Фанцзе была должна его семье тридцать лянов серебра. Зарабатывая в таверне меньше одного ляна в месяц и отдавая отцу пятьсот медяков, откуда у нее деньги на такие роскошные вещи?
Чжоу Фанцзе достала из рукава красное свадебное приглашение:
— Я выхожу замуж в этом месяце, осталось всего несколько дней. Тогда дядя и все остальные обязательно придите!
Шэнь Линьчуань взял приглашение:
— Почему вдруг решили пожениться?
Чжоу Фанцзе крикнула наружу:
— Эй, да заходи же уже! Чего копаешься? — Затем она ухмыльнулась Шэнь Линьчуаню: — Может, ты знаешь моего будущего мужа. Его семья очень богата, и он тоже ученый.
Шэнь Линьчуань слегка приподнял бровь. Ученик академии Байлу? Он не хотел недооценивать Чжоу Фанцзе, но ученые обычно высокомерны, а получив звание сюцая, они становятся еще более надменными.
Занавеска приподнялась, и внутрь вошел знакомый человек. Уже от природы полный, зимой в парчовой стеганой куртке и с лисьим шарфом на шее, он выглядел еще более круглым.
— Цянь Дачжи?
Шэнь Линьчуань никак не ожидал, что эти двое могли сойтись. Цянь Дачжи с улыбкой подошел:
— Брат Шэнь.
Шэнь Линьчуань встал, чтобы налить чаю – гостям положено уважение:
— Как вы двое оказались вместе?
Чжоу Фанцзе бойко ответила:
— Таверна, где я работала, принадлежит семье Цянь. Мы познакомились, и оказалось, что мой Дачжи – твой одноклассник! — Она достала сверток: — Я попросила обменять свадебные подарки на серебро. Тридцать лянов – возвращаю дяде.
Шэнь Линчуань взглянул на Цянь Дачжи, и тот только потирал руки с глупой ухмылкой:
— Мы с первого взгляда влюбились друг в друга.
Чжоу Фанцзе по дороге зашла в мясную лавку и позвала старшего Чжоу, который вскоре примчался:
— Фанцзе, как ты могла не сказать дяде о таком важном событии заранее?
В его голосе звучал упрек. Свадьба – важное дело, и он боялся, что Чжоу Фанцзе, как простую девушку, могли обмануть. В деревнях перед свадьбой обычно тщательно выясняли, каково состояние семьи жениха, независимо от того, состоялась помолвка или нет.
Глядя на их богатые наряды, старший Чжоу чувствовал что-то неладное. Жених был здоровым, без физических недостатков, и явно лучше семьи Хуан, но с такими дорогими нарядами и огромным нефритовым кольцом на руке – разве он не мог найти себе любую девушку?
Старший Чжоу, не склонный скрывать мысли, спросил прямо:
— Фанцзе, ты выходишь замуж как официальная жена?
Чжоу Фанцзе сияла:
— Конечно, дядя! Второй Чжоу когда-то говорил, что в детстве мне гадали и предсказали богатую жизнь. После разрыва с Хуаном я думала, что гадалка врала, но посмотри – я действительно разбогатела!
Цянь Дачжи добавил:
— Дядя, не волнуйтесь. В моем доме все чисто, никаких посторонних.
Он быстро все объяснил, но старший Чжоу только хмурился:
— В вашей богатой семье можно найти любую девушку или гэра. Почему выбрали Фанцзе?
Чжоу Фанцзе ахнула:
— Дядя, я тоже хорошая! И у меня в животе уже есть.
В комнате воцарилась тишина. Старший Чжоу, хоть и был старшим, не мог больше ничего сказать. Раз дело уже решено, слова ничего не изменят. Он лишь спросил, каких родственников со стороны невесты пригласят на свадьбу.
Чжоу Фанцзе скривила губы:
— Да некого звать. Разве что Чжан Сяои, а больше никого.
Чжоу Фанцзе пришла лишь вернуть деньги и вручить приглашение. Посидев немного, она ушла:
— Дядя, приходите пораньше в тот день.
Старший Чжоу пообещал, проводил их и остался в полном недоумении:
— Скажи, как такая богатая семья, как Цянь, могла обратить внимание на нашу деревенскую семью? Фанцзе ведь не красавица. Как так?
— Отец, у Фанцзе уже есть ребенок. Что еще остается делать, кроме как жениться? — сказал Шэнь Линьчуань.
— Тоже верно. Лишь бы в семье Цянь все было в порядке.
Ночью снова пошел снег. Они лежали вместе в теплой постели, а за окном ветер шелестел ставнями. За опущенными занавесками кровати было тепло, как весной. Чжоу Нин покрылся испариной и, тяжело дыша, хотел высунуть руку и ногу, чтобы остыть.
Шэнь Линьчуань поймал его руку:
— Не простудись.
— Жарко.
— Отдохни, скоро пройдет.
Чжоу Нин успокоился, уткнулся в плечо Шэнь Линьчуаня и зевнул:
— Шэнь Линьчуань, как думаешь, семья Цянь и правда хорошая?
— Бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Впредь лучше меньше общаться с семьей Цянь.
— Понимаю. Фанцзе хорошо относится к отцу, но эта свадьба кажется мне странной.
Десятого числа одиннадцатого месяца, в день, благоприятный для свадеб, семья Цянь с размахом сыграла свадьбу, и Чжоу Фанцзе вошла в их дом. Цянь Дачжи пригласил многих одноклассников, включая Ло Циншаня и Е Цзинланя.
Ло Циншань не любил общаться с богачами, но раз Чжан Сяои хотел прийти, он не стал отказываться, хоть и жаль было терять время для учебы.
Они сидели в теплом павильоне и пили чай. Чжан Сяои поднял голову и, покраснев, улыбнулся Ло Циншаню. Тот молча отхлебнул чаю, но уши его покраснели.
Мужчины и женщины сидели отдельно, и они были далеко друг от друга. Чжан Сяои, подразнив Ло Циншаня, с удовлетворением отвел взгляд. Рядом с ним сидел Чжоу Нин, пробуя угощения.
Чжан Сяои шепнул ему:
— Как ты думаешь, что за удача свалилась на Чжоу Фанцзе? Она нашла такую богатую семью. Цяни, конечно, не сравниться с Хуанами, но они гораздо богаче.
Чжоу Нин кивнул и протянул ему блюдо:
— Попробуй, эти пирожные вкусные. Внутри – розовая начинка.
Чжан Сяои взял одно, и они перепробовали все угощения на столе. Когда они вовсю наслаждались едой, прибежала служанка и сказала, что Чжоу Фанцзе зовет их помочь с прической. Они пошли вместе.
В беседке служанки и пожилые женщины окружали Чжоу Фанцзе, укладывая ей волосы. Увидев их, она обрадовалась:
— Ничего особенного, просто хотела поболтать. Нин-гэр, проводи меня потом, не хочу, чтобы они меня вели.
Чжоу Нин кивнул. Хотя в детстве они с Чжоу Фанцзе не ладили, серьезной вражды между ними не было. Перед тем как идти, Шэнь Линьчуань уже проинструктировал его, и он знал, как себя вести.
Они просто сменили обстановку, продолжая лакомиться сладостями. Чжан Сяои поддразнил ее:
— Чжоу Фанцзе, пожалуй, ты самая удачливая невеста из всей деревни Даяншу.
Чжоу Фанцзе самодовольно улыбнулась:
— Еще бы! Но спасибо тебе, Чжан Сяои. Если бы не ты, я бы не попала в уезд и не обрела бы такое богатство.
— Если бы твои родители знали, что ты вышла замуж в такую зажиточную семью, они бы с досады скрежетали зубами.
Чжоу Фанцзе повернулась:
— Нин-гэр, И-гэр, на Новый год вы ведь поедете в Даяншу? Не забудьте тогда рассказать всей деревне о моем замужестве.
Чжан Сяои цокнул языком:
— Ты же въедешь в деревню на породистом коне, вся в золоте и драгоценностях. Разве кто-то не узнает, что Чжоу Фанцзе удачно вышла замуж?
Чжан Сяои не знал о беременности Чжоу Фанцзе и думал, что она просто любит похвастаться. Удивлялся, почему она сама не едет продемонстрировать свой успех.
Чжоу Фанцзе не стала объяснять:
— Все равно расскажите. Пусть вся деревня завидует, как хорошо я устроилась. Второй Чжоу с женой, наверное, с досады кровью харкать будут.
Когда прическу закончили, Чжоу Фанцзе накрыли фатой, и Чжоу Нин повел ее под руку. Семья Цянь была крупным зерноторговцем в Наньлинь, их дом поражал богатством – резные балки, расписные стены, все необычайно красиво.
Шумная свадьба продолжалась до темноты. После ужина Шэнь Линьчуань с компанией вышли со двора Цяней и у ворот увидели, как слуги выволокли какого-то дебошира. Тот отбивался и вопил:
— Как вы смеете не пускать меня? Я же шурин Цянь Дачжи!
— Какой еще шурин? Пф-ф! Наша молодая госпожа сказала, что у нее нет братьев, только дядя. Пошел вон!
Несколько слуг оттащили Чжоу Ючэна в сторону. Когда тот попытался прорваться обратно, ему дали пинка, и он растянулся на земле.
Шэнь Линьчуань с друзьями как раз выходили в этот момент. Сюй Чжифань скрестил руки и насмешливо протянул:
— О-о, да кто это у нас? Не иначе как юный господин Чжоу!
Чжоу Ючэн вскочил, отряхивая поношенную стеганку, из рукавов которой торчали клочья ваты. Видно было, что живет он небогато.
— Тебе-то что?! — огрызнулся он.
Сунь Шипин, хоть и был недалек умом, происходил из влиятельной семьи и смотрел на Чжоу Ючэна свысока. Похоже, того уже списали со счетов.
Старший Чжоу с семьей уехали на повозке. Чжоу Ючэн, кутаясь в рукава на зимнем ветру, плюнул вслед: «Ну и сволочи!»
И эта Чжоу Фанцзе – неблагодарная тварь! Не ожидал, что дрянная девчонка пристроится в семью Цяней. Цянь Дачжи, хоть и был в академии Байлу на положении презираемого торгаша, зато денег куры не клюют!
Вот ведь нашла себе выгодную партию! Если бы он знал, что Цянь Дачжи обратит внимание на Чжоу Фанцзе, зачем было лебезить перед Хуаном? Лучше бы сразу отдал ее Цяням – сам бы тогда зажил припеваючи.
Но где-то он просчитался. Ошибка за ошибкой... Размышляя, Чжоу Ючэн свалил все свои неудачи на Шэнь Линьчуаня. Если бы не он, старший Чжоу до сих пор оплачивал бы его учебу, и ничего этого не случилось бы!
Наступил двенадцатый месяц. Чжан Сяои тоже сыграл свадьбу и переехал в дом по соседству с семьей Чжоу. Он был рад, что теперь может забегать в гости еще чаще.
В конце года занятия в академии прервались, и Шэнь Линьчуань стал помогать Чжоу Нину в лавке солений. Зимой свежих овощей не хватало, поэтому спрос на соленья резко вырос.
В этом году лавку закрыли пораньше. После 25-го числа двенадцатого месяца все стали собираться в обратный путь. Возвращались не только семьи Чжоу и Шэнь – Чжан Сяои в первый год после свадьбы взял с собой Ло Циншаня.
Дорога выдалась веселой. Хотя на улице стоял мороз, в крытой повозке было тепло. Останавливались на ночлег до темноты. Когда добрались до Цинхэ, уже смеркалось. Денег теперь хватало, поэтому все решили переночевать в «Ванъюэ».
Ли Чжун, щелкавший счетами за конторкой, радостно воскликнул:
— А, господин Шэнь, фулан Чжоу! Давно не виделись! — Он вышел из-за стойки, чтобы лично поприветствовать гостей: — Вы из уезда возвращаетесь?
Ли Чжун знал семью Шэнь Линьчуаня, но остальные ему были незнакомы. Он тут же распорядился, чтобы слуги подготовили комнаты, и сам засуетился, устраивая гостей.
— Хозяин Ли, не стоит беспокоиться.
Тот замахал руками:
— Для меня честь принимать таких гостей!
Комнаты заняли четыре: по одной на семью, одну для старшего Чжоу и лекаря Чжана. Долгая зимняя дорога вымотала всех, и теперь, в Цинхэ, можно было отдохнуть, а на следующий день, с рассветом, двинуться в Даяншу.
Шэнь Хуцзы и Шэнь Сяоюй всю дорогу резвились, не обращая внимания на холод. Для них все было в новинку. Старшая невестка Шэнь боялась, что дети замерзнут, и укутала их так, что они стали похожи на колобков. Теперь, в Цинхэ, она наконец успокоилась.
http://bllate.org/book/15795/1412720
