Глава 51
Ци Жун почувствовал, как Се Лянь стремительно поднял его, схватив за пояс и дёрнув на себя, а потом так же мгновенно, не давая понять ничего, отбросил назад. Тигр, продолжая низко рычать, напал, но его длинные когти и острые зубы разрезали воздух, а не младшего принца. Животное подняло пыль, а ветер подхватил песок с земли, который закрутился вокруг Се Ляня в потоке духовной энергии.
Ци Жун оглянулся — они приземлились на склоне, а у его подножия находилась огромная и протяжная столица Юнани. Королевский дворец возвышался над другими зданиями. Вокруг него выросли высокие и широкие красные стены. За воротами рос не один цветущий сад, было множество озёр и тропинок из белых камней. А поверхность золотистой крыши сверкала в тёплых солнечных лучах.
Город жил. Пусть не буквально на костях Сяньле, но избавиться от этого чувства Ци Жун не мог.
Он помнил чужую столицу другой. Такой, которая хотела лишить его жизни.
Парень повернул голову к Се Ляню, и увидел, что тот заслонял нижнюю часть лица рукавом. Он держал меч наготове, но пока не нападал, хоть его стойка была боевой, а тело — напряжённым.
Только сейчас Ци Жун понял — его соперником был не тигр. Животное отступило, словно по чьему-то приказу и теперь лишь рычало на них обоих. А возле неё стоял молодой парень, на вид лет пятнадцати-шестнадцати. Он был одет в лёгкий тренировочный наряд, его волосы были собранными в высокий хвост, а на лбу он носил красивую расписанную узорами ленту. Он так же обнажил меч, но выглядел растерянным и смущенным. Ци Жун заметил, что вокруг них было начерчено поле, а чуть дальше стояла стойка с другими мечами разной формы и длины, а также — большой лук.
Этот парень тренировался здесь на склоне и точно не ожидал, что в какой-то момент его с ног собьёт сильный поток ци, а следом на песок приземлятся один небожитель и… один полудемон.
Но он не спешил нападать первым и даже заставил тигра держать дистанцию…
У него был тигр? Ци Жун от удивления чуть ли не открыл рот. Кто бы мог держать в домашних питомцах такого большого кота…
— Спрячь лицо, — голос Се Ляня был серьёзным и даже несколько суровым.
— Зачем? — Младший принц прозвучал неуверенно.
— Он не должен понять, кто мы, — он говорил шёпотом, но Ци Жун слышал его.
— Но как он… — парень снова посмотрел на их соперника, который точно не понимал, что сейчас происходило, но и отступать он тоже был не готов. — Прошло сотни лет, никто не знает, как мы… или даже ты выглядишь и…
У Се Ляня были храмы, были статуи и места для пожертвований, но они были скромнее, а единственный самый детальный портрет висел в храме Водяных каштанов. Это просто невозможно и нереально, чтобы его узнали.
— Кто вы такие? — Голос парня напротив них был звонким и высоким. — Назовите свои имена! — Он поднял голову выше. — Иначе, мне придётся напасть, — казалось, он готов был защищать себя отчаянно и решительно.
— Тебе наши имена не нужны, — Се Лянь ответил резко. — Мы здесь не для разговоров, на столицу идёт проклятие и мы…
Но парень, услышав, что они не собирались кооперироваться с ними, напал первым. Неужели чувствовал от них опасность? Или, может, решил не рисковать?
Его выпад вперед был стремительным, у него был хороший уровень духовной силы, но стоило ему приблизиться на несколько метров ближе к Се Ляню, как тот мгновенно потоком ци прижал его к земле. Эта же участь постигла большого полосатого тигра – энергия наследного принца не давала им обоим пошевелиться.
Молодой парень дергался и шипел от злости, он размахивал головой и пропускал свои духовные силы по меридианам, вот только его уровень проигрывал тому, который был у Се Ляня. Наследный принц подошел ближе к нему, он был уверен, что соперник не будет в состоянии поднять голову на него, поэтому опустил руку, больше не скрывая свое лицо.
— Кто он такой? Неужели… — Ци Жун помнил только одного человека, родившегося спустя много лет после падения Сяньлэ в Юнани.
Молодого наследного принца Лан Цяньцю, которого учил советник Фан Синь… Се Лянь. Но здесь он точно не был его учителем, а Ци Жун не имел отношения к смерти его родителей и перевороту, который был организован в столице и привел к катастрофе.
— Ты его знаешь? — Се Лянь сразу задал вопрос. Младший принц замер. Он не мог ответить, не мог придумать, что такого правдоподобного сказать. — Откуда…
— Ты Его Высочество наследный принц Сяньлэ! — Их обоих прервал громкий голос парня. Тот сумел высвободить из-под чужого влияния голову и поднял глаза на Се Ляня. В его темных глазах сначала отразился страх, через мгновение — гнев. А следом — решимость освободиться полностью. — Как ты посмел вернуться сюда?
— Как он… реально узнал, — Ци Жун прошептал, переводя взгляд на наследного принца. Его лицо все же имело этот невероятный эффект — увидишь один раз и всё…
— Посмел? — Се Лянь тихо хмыкнул. — Не то, чтобы я ждал теплого приема, но… — Он поднял глаза кверху — небо над ними все еще было светлым, без единого облачка.
Бай Усян не пришёл за ними, наверное, бывший советник все же сумел занять его. Точно ненадолго, но это все равно выигранное время. Цзюнь У тоже не явился прямо из Небесной столицы.
— Скоро на столицу падет проклятие лиц, — Ци Жун заговорил немного быстрее, но в глазах собеседника загорелась ненависть. И направлена она была на Се Ляня.
— Ты пришел закончить то, что не сумел в прошлый раз? Отомстить? Да? — Парень прокричал, а потом снова предпринял попытку выбраться из духовной ловушки.
— Я не… — Се Лянь замолчал, а потом крепче стиснул зубы, понимая, что вряд ли мог что-то ему сказать.
В прошлый раз он, действительно, принес сюда проклятие, но тогда он хотел обмануть Бай Усяна, спасти Ци Жуна и покинуть Юнань. Он не желал жертв.
— Я знаю, что произошло триста лет назад, ты хотел отомстить за то, что мой предок уничтожил Сяньлэ, — парень звучал твердо.
— Тогда ты не знаешь ничего, — Се Лянь ответил ему грубо.
— Лан Ин остановил тебя…
— Достаточно, — Ци Жун прервал его.
Он знал, что со временем история изменится, детали забудутся, у каждой стороны будет своя версия, но слушать подобное было тяжело и неприятно настолько, что от этого темная энергия внутри начинала бурлить.
— Это была не месть за Сяньлэ… — младший принц смотрел прямо в глаза молодому воину. Тот тяжело сглотнул ком в горле, почувствовав, как потоки вокруг них стали горячее. — Твой предок объединился с непревзойденным демоном и стремился уничтожить последних потомков королевства Сяньлэ. Его Высочество пришёл не накладывать проклятие, это был обман демона. Он пришёл, чтобы спасти меня, — он говорил невероятно чётко.
Собеседник молчал, а потом, сделав короткий вдох, быстро спросил:
— А… кто ты?
— Я… Принц Сяо Цзин из Сяньле, — что ж, его по лицу узнать было невозможно. Свои плюсы.
— Младший… принц? — Но имя парню было известно. — Ты… демо… — он замолчал, почувствовав на себе холодный взгляд Се Ляня.
— А ты кто такой? — Небожитель прищурился. — То, что наследный принц — это ясно, — он сразу заметил его золотой пояс и шпильку в волосах. — Как зовут?
— Лан Цяньцю, — он точно не ожидал, что его положение и статус будут сразу понятным. — Вы сказали, что мой предок… Я вам не верю! — Он почувствовал, как Се Лянь немного ослабил хватку, но не отпустил его полностью.
— Мы здесь не для того, чтобы проводить лекцию, — наследный принц продолжил резко. — На столицу упадёт проклятие — болезнь лиц, её сюда несёт демон, — всё же он не сказал правду о личности Цзюнь У или все детали. — Он выбрал это место, потому что оно связано с падением моего королевства.
Слушая его, Лан Цяньцю снова тяжело сглотнул.
— Я не собираюсь тебе доказывать ничего, можешь верить, можешь — нет. Независимо от этого он придёт.
Ци Жун видел, что парень отвёл глаза в сторону. Он сомневался, не знал, мог ли им доверять, но что-то в его душе поднималось.
— И мы планируем дать ему бой, — теперь же за него продолжил младший принц. — Ты, кажется, талантливый воин…
— Мог быть и лучше, — парень словно покраснел на мгновение. — У меня до сих пор нет учителя, я сам учусь и… хочу, чтобы никто не видел.
Так вот почему он выбрал этот склон? Чтобы спрятаться от глаз других и позволить себе ошибаться на пути самосовершенствования.
— Да, хороший учитель — это большая удача, — Се Лянь с пониманием кивнул.
Ци Жун чувствовал, что ещё мгновение и тот сказал бы «ну, удачи тебе в поисках» и пошёл бы по своим делам. И прежде чем это прозвучало бы, Ци Жун снова взял слово, стараясь завоевать доверие малого принца.
— Я хотел сказать, что даже с талантами, которые есть у тебя, один ты не выстоишь, мы должны работать вместе над защитой столицы от демона, — Ци Жун продолжил уже спокойнее.
— Армия сможет дать ему бой…
— Он сильнее любой армии, и опыта имеет тоже больше.
— Тогда что делать?
— Для начала попробовать поставить барьеры, найти заклинателей из храма, рисовать талисманы, всё, чтобы отвести проклятие.
Лан Цяньцю внимательно слушал его и в какой-то момент начал кивать. Но потом вспомнил об осторожности.
— А… вы точно не пришли за местью? — Он звучал уже не так уверенно. Они не выглядели враждебно, да и он ещё не рассказал об одной детали, которая его волновала.
— Если бы я хотел отомстить, то ещё задолго до твоего рождения я бы сравнял этот город с землёй, — Се Лянь ответил легко, словно и не сказал ничего такого, а Ци Жун немного смущенно улыбнулся.
Лан Цяньцю молчал мгновение или два, а потом утвердительно кивнул.
Он до сих пор немного сомневался. Однако, аргумент Се Ляня оказал на него влияние. За много лет он никогда не появлялся на этой территории. Никогда не приходил для того, чтобы уничтожить людей. Парень хорошо знал историю и помнил, что его предки давно, ещё когда королевство Юнань начало цвести, боялись гнева наследного принца Сяньле. Они возводили храмы другим небожителям, молились им и просили о защите. Они знали, что тот всё ещё мог иметь силы и власть, но… Он словно забыл о них. Ему не могло быть безразлично, но его гнев не упал на них и через годы.
Лан Цяньцю когда-то давно читал историю небожителя Сяньле и… соврал бы сам себе, если бы сказал, что никогда не испытывал к нему только ненависть. Они были немного похожи. Оба наследные принцы, которые выбрали путь самосовершенствования, а не политику. Парень тоже стремился вознестись и стать справедливым и честным богом. Подобное когда-то говорили и о Се Ляне.
Иногда он даже ставил себя на чужое место и, если честно, тоже не имел варианта, который не привёл бы к катастрофе. Он никогда никому не говорил о своих мыслях, боясь осуждения или непонимания, но сейчас, глядя на то, как его собеседник пытается спасти его дом, он не мог не вмешаться. Не мог не рискнуть.
— Какой этот демон? У него есть имя? Как он выглядит?
Ци Жун видел по его лицу, что Лан Цяньцю начал нервничать, задавая эти вопросы.
— Белое Бедствие, — младший принц ответил первым. Лицо собеседника вытянулось. — Он носит маску на лице…
— … которая плачет и смеётся одновременно? — Лан Цяньцю закончил за него предложение.
— Так ты знаешь о нём? — Се Лянь отпустил его, рассеяв заклинание. Парень не убегал, но быстро бросился к своему тигру, чтобы проверить, с ним всё было в порядке.
— Когда-то давно в архивах я видел записи, но тогда ничего не понял, а потом мне сказали сказали, что меня это не касалось, — он гладил тигра за ушами, вызывая мурашки по телу Ци Жуна. Бесстрашие? Или всё же отсутствие ума?
— Мы можем прочитать эти записи? — Ци Жун спросил прямо. У них не было времени на более долгое знакомство, на то, чтобы доказать преданность общему делу.
— Вы же… точно не планируете ничего? Всем в Юнани известно, что в прошлом ты желал нам смерти, — он смотрел на Се Ляня.
— Я не желал смерти. Я хотел вернуть своё, — его взгляд упал на Ци Жуна. — У меня забрали самого близкого человека и я… тогда тоже провалился, — его голос едва заметно задрожал, но он взял себя в руки. — Меня обманул Бай Усян, я подвёл Ци Жуна, много чего случилось после, я возвращался сюда, но не с целью уничтожить. Поэтому и сейчас я к этому не стремлюсь. Не хочешь помогать — я пойму, но не мешай тогда, и через годы не обвиняй никого, что тебя никто не предупредил, — его слова были резкими, но действующими.
— Хорошо, я вам доверяю, — Лан Цяньцю верил в людей, справедливость и честность. — Я проведу вас внутрь дворца, — всё же он тоже понимал, что как небожители и без его разрешения, они могли переместиться туда, но так у него оставалось ощущение принадлежности и контроля над ситуацией. Да и они, кажется, из уважения к нему, этого не делали. — Но надо спрятать лицо Его Высочества наследного принца, потому что если другие увидят… У меня есть кое-что, иногда, я использую её, когда убегаю в город и прячусь от других.
— Ты же не собираешься…
Ци Жун смотрел на то, как парень достал из внутреннего кармана простую серебристую маску. Он посмотрел на каждого из них, а потом, словно извиняясь, протянул её Се Ляню.
— У меня только одна, но тебе надо не лицо прятать, а… — он коснулся своих собственных ушей.
Младший принц быстро поправил волосы, стараясь скрыть демонскую внешность. На самом деле, Се Лянь мог бы спрятаться от взглядов других с помощью сил небожителя и следовать за ними как тень, но Ци Жун — нет. Поэтому наследный принц от этой возможности отказался.
Для него теперь вместе — это всегда вместе.
При любых обстоятельствах и проблемах.
Следуя за Лан Цяньцю, они шли не к центральным воротам, а к небольшому секретному проходу, который вёл во дворец. Парень часто использовал его для вот таких вылазок в город, или даже за его пределы, не желая попадаться на глаза другим. Ци Жун не мог не бросать короткие взгляды на тигра, который шёл возле наследного принца Юнани. Животное иногда смотрело и на него. Её взгляд был глубоким, а из горла вырывалось гортанное рычание.
Тогда Ци Жун невольно скалился в ответ. Он никогда не видел тигра так близко, чтобы аж на расстоянии вытянутой руки.
— Доминируешь над ним? — Се Лянь заметил, то как они переглядывались и не скрыл улыбки.
— С переменным успехом? — Достаточно тигру было сделать шаг к нему, как он чуть ли не вжимался в наследного принца и хватал его за руку.
— Он не кусается без приказа, — Лан Цяньцю звучал спокойно, а потом погладил животное за ухом. — Мы уже почти пришли.
Впереди маячил проход в высокой каменной стене, заваленный деревянными досками. Лан Цяньцю быстрыми и привычными движениями очистил его и прошёл в тёмный коридор первым. Он взял в руки духовный кристалл, который сразу вспыхнул белым сиянием.
— Здесь может быть… — Он остановился на полуслове, когда повернулся к новым знакомым. — Миленько, — парень однозначно смотрел на Ци Жуна, а тот качал головой из стороны в сторону, не понимая, что стало причиной чужих слов.
В проходе было темно, Лан Цяньцю закрыл за собой дверь на замок, единственным источником света был кристалл и… как оказалось, его собственные глаза. Поэтому темнота не была проблемой — он видел всё — даже узоры на каменных и холодных стенах тоннеля, неровный земляной пол и поворот направо, который был впереди.
— Твои глаза светятся зелёным, — Се Лянь тоже видел на лице младшего принца лишь словно два больших пятна, от которых расходилось зелёное сияние. — Как два фонаря, — когда Ци Жун моргнул, свет исчез, а когда открыл глаза — появился снова. — Это, действительно, мило, — пока Лан Цяньцю не видел, он нежно коснулся щеки партнера. И чуть ли не наклонился немного ниже, чтобы оставить на ней короткий поцелуй, когда Лан Цяньцю демонстративно закашлял.
Может Се Лянь и не видел ничего кроме этих зеленых глаз, но видел он. Потому что наводил свой кристалл прямо на них.
— Давайте идтём, — наследный принц Юнани ещё раз прочистил горло. Хорошо, что в этих условиях никто не увидел новую волну смущения, которая отразилась у него на лице.
Минут десять они втроём… вчетвером, считая тигра, бродили по тёмным и узким коридорам. И когда пространство стало шире, а воздух не таким холодным и спёртым, они поняли, что были близко к выходу на поверхность. Впереди ещё через несколько метров появилась массивная деревянная дверь. Лан Цяньцю вышел из коридора первым, а через десять секунд попросил их идти за ним.
— Никого нет, — парень трижды убедился, что на площади не было слуг или охраны. У него совсем не было плана на случай, если их кто-то увидит. Что он скажет? Что это его друзья? Откуда?
Се Лянь вышел первым, только потом, когда всё перепроверил сам, он подал руку Ци Жуну. Младший принц собирался сказать, что наконец он мог сделать глубокий вдох, но от ужаса и холодного страха он замер прямо на месте. Наследный принц сильнее сжал его ладонь, понимая, что именно стало причиной его реакции.
Они вышли из коридора, который привёл их к внутренней площади королевского дворца. Той самой, на которой парня когда-то хотели казнить. Сейчас посреди этого места не было виселицы, а был небольшой островок с высаженными кустами и цветами.
На крыше именно этого здания, Бай Усян ранил его и чуть ли не уничтожил золотое ядро. Здесь он должен был вознестись, но его затянул поток тёмной ци и перенёс в место, которое стало его темницей на долгие три столетия.
— Что… — Лан Цяньцю что-то спрашивал, но Ци Жун перестал слышать его.
Сколько людей проходило этим местом за это время? Тысячи? Десятки тысяч? А… если бы он всё же здесь умер? Его тело бы упало вниз, а душа… Кто знает, куда бы она отправилась? А поколениям после него, да даже тем, кто бы это видел своими глазами. Всем было бы всё равно…
— Ци Жун, — Се Лянь держал его за плечи и крепко сжимал их. Конечно, он понимал. — Этого не произошло, — он словно прочитал его мысли, а потом обнял, позволяя опустить голову на своё плечо.
Ци Жун побледнел сильнее. Тогда в темнице, за решёткой он попрощался с жизнью, но смерть решила сделать шаг назад. Но, что если это был просто её манёвр?
По спине парня пробежали мурашки. С момента его появления в этом мире в его жизни не было ни одного абсолютно спокойного месяца. Что-то всегда происходило. Он жил с предчувствием чего-то. С тревогой, которая то спала, то просыпалась.
Сначала это было ожидание падения Сяньле. Он всё думал, вдруг что-то изменилось, и их всё обойдёт…
Потом вечный бег на Небесах, когда его судьба во второй раз сделала такой крутой поворот. Не все остальные небожители были прекрасными коллегами, а, как оказалось, тот, кто должен был всех защищать и нести спокойствие, давно имел свой план на этот мир.
Падение собственного королевства, панические атаки, слёзы, бегство и, на первый взгляд, спокойный год под одной крышей… В его памяти осталось столько прекрасных моментов, но вместе с тем он никогда не засыпал спокойно и глубоко. Потому что… Он постоянно боялся. Чем больше хорошего было, тем сильнее он держался за это. А вдруг их могли найти? Вдруг кто-то шёл за ними? Вдруг… вдруг… вдруг…
И он не ошибся. Бай Усян всё знал, всё просчитал, он уничтожил его оазис, заставил их искать убежище и разделиться.
То была последняя встреча с семьёй, если бы он тогда знал…
Но знать — ещё не исправить. Ещё не выиграть. Ещё не победить.
Гора Тунлу дала ему шанс выжить, но сейчас он снова был в водовороте событий. В борьбе, из которой казалось, могло и не существовать выхода.
Неужели вся его жизнь должна стать такой? Неужели он должен бороться и… ещё не факт, что выиграть.
Прошло триста лет. Всего триста. Не восемьсот. У Се Ляня не было тех сил, которые бы должен был иметь за больший срок. Хуа Чэн не стал непревзойдённым демоном. Ци Жун понятия не имел, кто победил Цзюнь У в оригинале, но точно не эти двое и… они не были теми версиями себя.
И он тоже…
Не был. Уже ни собой. Ни почти непревзойдённым демоном.
— Ци Жун, — Се Лянь прижимал его к себе, но его голос растворялся в липком страхе, который рос внутри.
Его друзья закрыты на Небесах, советник точно уже присоединился к ним. Бай Усян искал их, а Цзюнь У не имел себе равных по силе.
У них… почти не было шанса. Они не могли выиграть. Сейчас они искали что-то, что дало бы им преимущество. Они отчаянно хватались за призрачную соломинку, а по факту шли дальше на дно.
— Мы справимся… — слова Се Ляня заставили его поднять на него глаза. Наследный принц смотрел на него уверенно, но на его устах появилась тёплая улыбка. — Я обещаю тебе…
Ци Жун боялся смерти.
Всегда. И даже до сих пор. Ничего не изменилось. Он не хотел терять то, что имел. Того, кто теперь был рядом. Но шанс… был таким мизерным. Таким маленьким, что… заставлял задумываться о том, а что будет после?
Что случится, если они проиграют? Только смерть… Или что-то хуже?
— Ты же веришь мне?
Вопрос Се Ляня заставил его сердце всё же забиться быстрее. Гульче. Пропуская с каждым ударом всё больше светлой ци каналами.
— Я прошу тебя, верь, — голос наследного принца стал ниже и едва заметно задрожал. — Я не подведу тебя в этот раз, я…
Ци Жун сам обнял его за притянул к себе. Холодная маска на лице Се Ляня коснулась его виска, острые концы немного впились в кожу, но он не обращал внимания.
Се Лянь боролся за них обоих. За то, чтобы у них было будущее, за то, чтобы никто больше не посмел встать между ними и заставить их проходить через тяжёлые испытания. Он не знал, что ждало его, наверное, тоже сомневался, но помнил о главном — о выбранном пути. О сказанных обещаниях.
— Я… — Ци Жун ничего не сказал.
— Я вижу… — Се Лянь же продолжил уже шёпотом. — У тебя в глазах то же, что было тогда в Сяньле… Ты не веришь? — Его голос задрожал.
— Я верю, — парень быстро возразил, а потом решительно посмотрел ему в глаза. — Если бы не вера, меня бы здесь не было. Но я боюсь, — он проглотил ком, который собрался в горле. — Если у него получится… Если я…
— Я не покину тебя, — наследный принц утвердительно кивнул.
— Но если…
Он не мог сказать о том, что пугало его больше всего.
— Я умру вместе с тобой, — фраза прозвучала тихо, но казалось, отразилась от каждой стены вокруг них, поднялась высоко в небо и осталась на земле.
— Ты не должен…
Он боялся, что Се Лянь не пойдет дальше, что превратится в бледную тень прежнего себя. Что забудет обещания, которые он, прежде всего, дал себе. Что…
У Ци Жуна перехватило дыхание.
Так чего же он боялся больше: физической смерти или того, что будет после неё с близким человеком?
— Мне всё равно, — Се Лянь продолжил быстро. — Нет жизни без тебя, нет веры без тебя, нет смысла во всём, что есть вокруг… без тебя.
Ци Жун не отпускал его от себя ещё несколько секунд. Он растворялся в его словах и объятиях, позволяя нежности заполнять собой всё.
В голове пульсировало от напряжения, он всё ещё чувствовал, что его тело словно было зажато кем-то со всех сторон, но…
Но он дышал. Глубже и глубже. А, значит, жил.
— … нам, правда, надо идти, стража… — голос Лан Цяньцю был обеспокоенным, он, наверное, уже несколько раз обращался к ним.
Наконец разорвав объятия, они двое продолжили путь за наследным принцем. Парень не говорил о том, что видел, они же ничего не объясняли.
Они блуждали по внутреннему дворцу, пока окончательно не перебрались на крышу и уже по ней, минуя всю потенциальную опасность в виде охранников, добрались до здания архива.
Лан Цяньцю точно не раз использовал именно этот путь, чтобы выбираться из дворца. Оказавшись внутри архива, наследный принц Юнани сразу закрыл за ними дверь и провёл их вглубь комнаты. Старые записи находились отдельно, но он и сам понятия не имел, с чего начать.
Лан Инь не вёл много записей о войне между ним и Сяньле, он часто писал о невидимых для других причинах её начала, но ничего конкретного.
— Здесь почему-то нет о демоне, — Лан Цяньцю прозвучал удивлённо. — Но я точно помню, как читал… Неужели их куда-то перенесли?
— Недалеко, — Се Лянь ответил уверенно. — Записи должны храниться при определенной температуре и свете. Только здесь подходящее место. Значит, они всё ещё здесь. Просто спрятаны. Здесь есть тайное помещение?
Глаза Лан Цяньцю от удивления округлились.
— Не… знаю.
Се Лянь попросил их разделиться, и они начали поиски с разных сторон. Они должны были говорить обо всём, что казалось подозрительным. Лан Цяньцю перебирал только книги и не замечал каких-то странных трещин на стенах или неровностей.
Наследный принц Сяньле легонько простукивал стены на поиск пустот.
А Ци Жун довольно быстро увидел, что картина на одной из книжных шкафов была какой-то… странной… Зачем было её прятать за шкафом? Кто бы тогда мог её увидеть?
Младший принц с помощью других отодвинул шкаф подальше. Картина была пейзажем гор и озера. Нарисована неплохим мастером, но всё же не самым популярным. Ци Жун осторожно поставил на неё пальцы, пытаясь понять технику. Но ответ был более очевидным. Он почувствовал холод — за картиной была каменная, а не деревянная, стена.
В тот же миг Се Лянь, даже не смотря на протесты, Лан Цяньцю содрал её. Перед ними появились ещё одни тяжелые двери. Но замка не было, однако был вырезан узор на стене.
— Это… Ты? — Ци Жун сумел узнать силуэт. Может это было не идеальное, но всё же отражение образа Се Ляня… Тогда, когда в одной руке у него был меч, а в другой — цветок. Бог Сяньле, который давно остался в прошлом.
Кто-то вырезал здесь его, закрыл этими дверями проход куда-то. Но где мог быть ключ? И… неужели это был Лан Инь?
Ци Жун водил пальцами по вырезанным бороздам, ища место для ключа, но они были неглубокими… И лишь, когда парень добрался до лица, он замер. Вся остальная работа была словно сделана наспех, но над лицом кто-то поработал.
И не только над ним. А ещё и над аксессуарами.
В изображении Се Ляня была лишь одна серьга из той же пары тёмно-красных коралловых бусин. На её месте было чёткое и круглое углубление.
Ключом была бусина.
Вещь, которая когда-то была подарена Лан Иню, но так и не пригодилась ему, потому что для него всё уже было потеряно.
Но ведь другая была давно потеряна и…
— Я думаю, это замок, но у нас…
Се Лянь быстро поставил на углубление ладонь и пропустил через него сильный духовный поток. На поверхности двери появились глубокие трещины, а его образ начал осыпаться.
Он не собирался хранить то, что уже давно было прошлым. Он больше не был таким небожителем. Не имел желания играть в игры или следовать символизму.
Дверь раскололась пополам, и одна половина упала на лестницу, которая вела под землю.
— … ну, или как-то так, — Ци Жун кивнул сам себе.
Что ж, половина дела сделана — тайный туннель найден, оставалось надеяться, что Лан Инь оставил для них внутри не только воспоминания.
http://bllate.org/book/15745/1410121
