Шэнь Тинъюнь на кухне был занят по горло, Лю Сянхань ему не мешал, достал телефон и позвонил Му Юйяну. Хотя он и пообещал Шэнь Тинъюню впредь держаться подальше от семьи Су, но сегодня в конце концов это он виноват, что подвёл человека, поэтому извиниться самому было необходимо. Однако он не сказал об этом Шэнь Тинъюню, так что звонил украдкой, не смея говорить громко.
Узнав, что Лю Сянхань осмелился продинамить обед с Су Цинцзином, Му Юйян от волнения тут же подпрыгнул и пять раз подряд спросил, что случилось. Лю Сянханю пришлось кратко изложить ему ход событий, а затем спросить, есть ли у него номер телефона ассистента Су Цинцзина, он хотел позвонить и извиниться.
Лю Сянхань успешно получил номер Шу Сююэ. Увидев, что Шэнь Тинъюнь вряд ли скоро закончит, он снова подпрыгнул и скрылся на балконе, чтобы позвонить.
Шу Сююэ быстро ответил, назвав его господином Лю, его тон, как обычно, был спокойным.
Лю Сянхань сначала искренне извинился. Он не упомянул Шэнь Тинъюня, а лишь сослался на неотложные дела. Но в душе он всё же беспокоился, ведь охранники тогда тоже присутствовали, на их лицах даже были следы от ударов Шэнь Тинъюня. Если бы Шу Сююэ стал выяснять, он действительно не знал бы, как объяснить, что это за Шэнь Тинъюнь такой.
Кто бы мог подумать, что Шу Сююэ не разозлился и не затронул тему избиения охранников, а очень любезно сказал, что раз так, то просто назначим другую встречу.
Лю Сянхань, не вникая, была ли это вежливая фраза или искренние слова, поспешил согласиться, а затем осторожно поинтересовался, не разозлился ли Су Цинцзин.
Шу Сююэ тихо рассмеялся, не ответив прямо, а лишь двусмысленно произнёс:
— Президент поймёт.
И повесил трубку.
Похоже, это означало, что преследования не будут.
Лю Сянхань изо всех сил пытался разгадать смысл слов Шу Сююэ. Чем больше он анализировал, тем больше убеждался, что, должно быть, всё именно так, как он думает, и наконец полностью выдохнул.
В это время лапша, которую готовил Шэнь Тинъюнь, была уже готова, и он искал его в гостиной.
— Я здесь, — Лю Сянхань отодвинул стеклянную дверь балкона и вприпрыжку зашёл в комнату.
— Зачем тебе понадобилось выскакивать на балкон без причины? — Шэнь Тинъюнь поспешил подойти и взять его на руки.
Лю Сянхань слегка заёрзал и поспешил сменить тему:
— Без коляски очень неудобно. Интересно, смогут ли в ресторане доставить коляску домой?
Как раз в это время прозвенел звонок в дверь.
Шэнь Тинъюнь, неся Лю Сянханя, сначала пошёл открывать.
Пришедшим оказался один из охранников Су Цинцзина. Увидев Лю Сянханя, он выдвинул вперёд стоявшую рядом коляску и сказал:
— Господин Лю, ваша коляска. Господин помощник Шу приказал вернуть её вам.
— Спасибо, — Лю Сянхань был несколько ошеломлён. Он сам сбежал в последний момент, а другая сторона не только не разозлилась, но ещё и вернула ему коляску. Неужели в группе Су все такие отзывчивые?
В отличие от него, Шэнь Тинъюнь спокойно взял коляску, усадил на неё Лю Сянханя, затем равнодушно взглянул на охранника у двери и, не сказав ни слова, закрыл дверь.
Лю Сянхань собирался покритиковать его за невежливость, но, увидев выражение его лица, замолчал.
Сначала странная реакция при упоминании Чэнь Бэйшаня, потом сегодняшние необычные поступки — он всё больше чувствовал, что Шэнь Тинъюнь, кажется, испытывает большую враждебность к той богатой семье Су. Но раз Шэнь Тинъюнь сам не говорил, он и не станет спрашивать, лишь оставив все сомнения в душе.
После этого случая та мало-мальская деловая хватка, которую Шэнь Тинъюнь с таким трудом воспитал в себе, разом рухнула на самое дно. В последующие несколько дней он вновь отказался от всей работы, всецело оставаясь дома и присматривая за Лю Сянханем. Лю Сянхань несколько раз пытался его уговорить, но на этот раз тот был непреклонен, и никакие уговоры на него не действовали.
Так они и просидели неделю, уставившись друг на друга, пока не нагрянул Му Юйян.
Му Юйян пришёл вечером. Лю Сянхань и Шэнь Тинъюнь только что поужинали, Лю Сянхань сидел в столовой и наблюдал, как Шэнь Тинъюнь убирается на кухне.
— Что ты пришёл в такое время? — Лю Сянхань налил ему стакан воды.
— Нужно кое-что сказать, — Му Юйян осушил большой стакан воды, его тон был серьёзным, без лишних церемоний, он сразу перешёл к сути:
— В том ДТП есть прогресс. Предварительные предположения подтверждаются: это действительно было нацелено на Ханьханя, не несчастный случай.
Услышав это, и Лю Сянхань, и Шэнь Тинъюнь изменились в лице.
Шэнь Тинъюнь отложил свои дела и вышел с кухни:
— Что именно?
— Мы выяснили, что за день до происшествия на банковский счёт водителя-виновника перевели крупную сумму.
Лю Сянхань вздрогнул:
— Цзян Лян.
— Пока нельзя утверждать, — сказал Му Юйян. — Мы ещё не выяснили, кто сделал перевод. Но я думаю, процентов на девяносто, это Цзян Лян. Кроме него, я не могу представить, кому ещё могло понадобиться свести тебя в могилу.
Остальные двое промолчали, но в душе думали то же самое.
Му Юйян продолжил:
— Цинлэ уже попросил друга из полиции провести расследование. Но я предполагаю, что Цзян Лян вряд ли будет настолько глуп, чтобы переводить со своего счёта. На крайний случай, даже если это действительно он, под защитой Чэнь Бэйшаня, скорее всего, водитель возьмёт всю вину на себя, а Цзян Лян выйдет сухим из воды.
Это было самым нежелательным для них исходом, но учитывая степень обожания Чэнь Бэйшанем Цзян Ляна, это было крайне вероятно.
Лю Сянхань горько усмехнулся. Даже если внутри всё кипело от несправедливости, казалось, оставалось только смириться.
В этот момент Шэнь Тинъюнь вдруг спросил Му Юйяна:
— Какая сейчас работа у Цзян Ляна?
Му Юйян ответил ему:
— Цзян Лян сейчас добивается контракта на представление бренда Чэн Цинмань. Вообще-то, сестра Мань больше всего склонялась к тебе, но ты много раз отказывался, и сейчас она рассматривает кандидатуры новых амбассадоров. Муж Чэн Цинмань в хороших отношениях с Чэнь Бэйшанем. Глядя на лицо Чэнь Бэйшаня, в конечном итоге контракт вполне могут отдать Цзян Ляну. К чему ты спрашиваешь?
Шэнь Тинъюнь холодно усмехнулся, достал телефон и позвонил Цзи Тану.
— Скажи Чэн Цинмань, что контракт я принимаю.
Лю Сянхань и Му Юйян переглянулись, и в глазах каждого отразилось удивление.
Произнеся эту фразу, Шэнь Тинъюнь повесил трубку.
Лю Сянхань спросил его:
— Почему ты снова согласился? Тебе же совсем неинтересно, ты столько раз отказывался.
Шэнь Тинъюнь взглянул на него, на его лице вновь появилась лёгкая улыбка, он приподнял бровь и сказал:
— А сейчас мне стало интересно.
Лю Сянхань закатил глаза. Чёрта с два кто в это поверит.
Шэнь Тинъюнь, не обращая внимания, мягко усмехнулся, внезапно наклонился, уставился ему в глаза и серьёзно произнёс:
— Не только этот контракт. Впредь я буду отбирать у него каждый контракт, каждую роль, ничего не упущу! Как он поступил с тобой, так и я с ним поступлю!
Не сможешь сдвинуть — сровняешь с землёй.
— Как он поступил с тобой, так и я с ним поступлю! — произнося эти слова, Шэнь Тинъюнь выглядел очень серьёзно, в его взгляде даже сквозила доля жестокости.
Лю Сянхань молчал. Или, скорее, сейчас он просто не мог вымолвить ни слова, потому что в неподходящий момент его взгляд потерялся.
Даже по меркам шоу-бизнеса внешность Шэнь Тинъюня считалась первоклассной. Рядом с дебютировавшим с ослепительной красотой Му Юйяном он ничуть не проигрывал. Просто от Му Юйяна исходила элегантность и джентльменство, присущие отпрыскам богатых семей, его харизма была превосходной. А Шэнь Тинъюнь привык быть беспечным, в его словах и поступках сквозила всяческая легкомысленность. Только по харизме он немного уступал Му Юйяну. Но когда Шэнь Тинъюнь становился серьёзным и сосредоточенным, он словно преображался. Насколько он обычно был легкомысленным, настолько же сейчас он был ослепительным. Его глаза излучали свет уверенности, словно он был настоящим принцем, ослепительным до невозможности отвести взгляд.
Грудь Лю Сянханя слегка сжалась, ритм сердцебиения немного участился. Это чувство сохранялось до самого отхода ко сну.
— Как он поступил с тобой, так и я с ним поступлю!
Ночью, лёжа в постели, Лю Сянхань тихо повторял сказанные Шэнь Тинъюнем слова, имитируя его интонацию и выражение лица. Произнеся, он тщательно обдумал их, затем внезапно уткнулся головой в одеяло и глупо рассмеялся.
Всю эту ночь он заворачивался в одеяло, словно гусеница, и радостно извивался на кровати, его радостное настроение было очевидным.
http://bllate.org/book/15539/1382180
Готово:
