Услышав этот крик, Су Янь мгновенно обернулся к поверхности Пруда Нефритового Зеркала.
Обрушившийся ледяной водопад раскололся на бесчисленные глыбы, которые теперь плавали по пруду, где незаметно образовалась медленная воронка. Льдины двигались по течению, собирались у центра и постепенно сходились в одну массу.
Су Янь в панике всматривался в воду. Его зоркие глаза уловили пятна крови на нескольких осколках льда. В голове его на мгновение всё помутилось.
«Невозможно! Этого не может быть!»
Голос в его сознании заглушил всё остальное:
— Гу Фэйди не может умереть.
— Он ещё ребёнок, он не должен умирать здесь!
Не раздумывая, Су Янь машинально отпустил Сюй Юньчжаня и бросился обратно в пруд.
Фань Е как раз уложил Чи Тона, когда услышал шум. Он резко обернулся, увидел, что происходит, и бросился вперёд, схватив Су Яня за рукав.
— Не ходи! Это опасно! — закричал он, глаза его расширились от страха.
Су Янь без колебаний выхватил мягкий меч из-за пояса и отсёк рукав, освободившись. Сделав два прыжка «Шагом Цветочной Заботы», он снова нырнул в воду.
Фань Е стиснул зубы, готовый последовать за ним, но Пу Линъюнь вцепилась ему в лодыжки.
— Ты же сам сказал, что это опасно! — её глаза покраснели, лицо было мокрым то ли от воды, то ли от слёз. — Не уходи! Бяо гэ без сознания… Я… что мне делать?! Не уходи!
В конце концов, Фань Е не смог оттолкнуть её. А Су Янь уже исчез в ледяной мгле Пруда Нефритового Зеркала.
Подводная воронка была не слишком сильной, но она увлекала его по течению.
Он изо всех сил держал глаза открытыми, игнорируя режущую боль холода, лишь бы разглядеть хоть что-нибудь.
И вот, приблизившись к самому бурному участку, он вдруг заметил белую фигуру, свернувшуюся в расщелине между валунами. Сегодня Гу Фэйди был одет в белое и даже в мутной воде его было видно. На спине у него была рана, а голень застряла в каменной щели. Он отчаянно пытался вытащить ногу, но каждое движение разрывало рану, и кровь струилась в воду.
Су Янь устремился к нему, пытаясь сдвинуть валун. Но тут понял, что именно эта трещина и породила воронку!
Каждый раз, когда Гу Фэйди пытался вырваться, течение всасывало его глубже. После нескольких безуспешных попыток он поднял глаза на Су Яня и перестал двигаться.
Взгляд его был затуманен водой, но Су Янь уловил в нём отчаяние, такое же, как тогда, в лесу, когда он узнал «Шаг Цветочной Заботы». Выражение лица было слабым, беспомощным, будто он уже смирился со своей судьбой.
Су Янь подплыл и потянул его за руку.
Гу Фэйди оттолкнул его и указал на поверхность — мол, уходи.
Су Янь снова подплыл.
Гу Фэйди снова оттолкнул.
Тогда Су Янь стиснул зубы, обошёл его сзади, обхватил руками и упёрся спиной в противоположную стенку расщелины.
Собрав внутреннюю силу, он резко ударил ногами по огромному валуну, зажавшему ногу Гу Фэйди.
Камень дрогнул, но не сдвинулся. Гу Фэйди всасывало глубже.
Су Янь похлопал его по ноге, затем указал на валун под собой. Раскрыл пять пальцев и начал загибать их по одному… пока все не сжались в кулак.
Гу Фэйди понял.
Они одновременно ударили ногами и валун сдвинулся на несколько футов.
В следующее мгновение их всасывало в пещеру за камнем мощным течением.
Поток воды тут же вернул валун на место, запечатав вход и подняв со дна облако ила.
Грудь Су Яня готова была разорваться.
Он терпел холод и нехватку воздуха, таща за собой Гу Фэйди, и упорно плыл вперёд по подземному каналу. Тот ещё не потерял сознание и помогал себе, отталкиваясь ногами от стен. Они не обменялись ни словом, но действовали в полной гармонии.
Но Гу Фэйди слишком долго пробыл под водой. Постепенно его движения замедлились и прекратились совсем.
Су Янь стиснул зубы, продел руку под его плечо и продолжил плыть.
«Держись! Ты не умрёшь! Ты столько раз перерождался, столько раз пытался свести счёты и всё равно жив! Пока ты жив, Гу Фэйди в твоих руках тоже выживет! Держись! Упорство — ключ к победе!»
И вот, когда Су Янь уже терял сознание, двигаясь лишь по инерции, стены пещеры внезапно исчезли. Он почувствовал выталкивающую силу воды, определил направление и из последних сил вынырнул.
Едва голова показалась над водой, он жадно вдохнул и тут же закашлялся, чувствуя во рту горький, ржавый привкус крови.
Он вытащил потерявшего сознание Гу Фэйди и поплыл наугад.
Пещера была абсолютно тёмной без проблеска света. Су Янь ничего не видел, мог лишь довериться удаче и нащупывать путь.
Ледяная вода быстро высасывала силы и путала мысли. Но он знал, что терять сознание нельзя. Если он упадёт, то они оба останутся здесь навсегда.
Он не знал, сколько плыл. Наконец, его колено ударилось о твёрдый берег.
Он выбрался на сушу, вытащил Гу Фэйди и сразу проверил дыхание и пульс.
К счастью, они были.
Су Янь выдохнул с облегчением и тут осознал, что замерз до костей.
Мокрая одежда прилипла к телу, безжалостно высасывая тепло. Он быстро снял всё, отжав воду, и вытер тело. На ощупь раздел Гу Фэйди, протёр его и осмотрел рану на спине.
От холода кровотечение почти прекратилось. Су Янь снял мягкую нижнюю рубашку, максимально отжал её и приложил к ране, чтобы остановить кровь.
В этой глубокой тьме слух становился невероятно острым. И вдруг Су Янь понял, что он давно не слышал дыхания Гу Фэйди.
Он снова протянул руку и сердце его едва не выскочило из груди.
Гу Фэйди перестал дышать. Пульс на запястье почти не прощупывался. Только слабейшая вибрация в шее и то, возможно, это была дрожь от холода.
Су Янь подавил панику, перевернул Гу Фэйди на живот, игнорируя рану, упёрся коленями ему в живот и начал выдавливать воду из лёгких. Затем перешёл к искусственному дыханию.
Этот навык преподавали в школе. Все считали это пустой тратой времени, но ради экзамена приходилось часами тренироваться на манекенах.
Теперь Су Янь изо всех сил вспоминал те ощущения: положение рук, глубину нажатия, форму грудной клетки, технику вдохов, каждая деталь стоила чужой жизни. Ошибки быть не могло.
Даже когда он впервые вышел на сцену, он никогда не был так сосредоточен, как сейчас.
Он повторял цикл: четыре надавливания, два вдоха. Снова и снова.
Здесь нельзя было вызвать помощь. Оставалось лишь полагаться на себя и молиться, чтобы аура главного героя Гу Фэйди активировалась немедленно.
Как может главный герой умереть в такой дыре?!
Даже если бы он оказался здесь один, он не мог погибнуть. А уж тем более, когда рядом кто-то делает ему искусственное дыхание!
Он должен выжить!
Су Янь продолжал реанимацию, бормоча про себя.
Прошло очень много времени.
Тело Гу Фэйди внезапно дёрнулось.
Су Янь поднял голову от его лица, готовый окликнуть его по имени, но в следующий миг Гу Фэйди резко ударил ладонью в его грудь.
Из ладони Гу Фэйди вырвалась безграничная внутренняя сила. Су Янь не успел среагировать. Он почувствовал, будто штык пронзил ему внутренности, и невольно выплюнул кровь.
Его спина ударилась о шероховатую стену пещеры, и он на мгновение онемел.
— Ты… — зубы Гу Фэйди скрежетали во тьме, — …воспользовался мной!
Су Янь закашлялся, чувствуя, как во рту распространяется густой, кровавый привкус.
— Я… спасал тебя… — прохрипел он.
Гу Фэйди презрительно фыркнул:
— Ха! Спасал? Если бы ты спасал, зачем снимать одежду и… и делать такие непристойные вещи?!
Су Янь проглотил кровь и ответил хрипло:
— Ты… не дышал и не было пульса. Я делал искусственное дыхание… Одежду снял, потому что… вода в пруду слишком холодная… ты бы замёрз до смерти…
Некоторое время со стороны Гу Фэйди не было ни звука.
Су Янь прислонился к каменной стене, наконец выровняв дыхание. Он уже собрался продолжить объяснения, как вдруг услышал:
— Я совсем перестал дышать?
— Да… — ответил Су Янь. — Даже пульса не было.
— Это «Нирвана», — сказал Гу Фэйди.
— Что? — не понял Су Янь.
Гу Фэйди раздражённо пояснил:
— В «Писании Восстановления» есть метод черепахьего дыхания, который можно принудительно активировать при тяжёлых ранениях… или он запускается сам, если ты теряешь сознание… и вводит в состояние «Нирваны». Тогда дыхание и сердцебиение замедляются, но внутренняя сила сама исцеляет раны.
Услышав это, Су Янь остолбенел.
Гу Фэйди снова нахмурился:
— Ты сказал, что проверил дыхание и пульс и решил, что я нуждаюсь в помощи. Почему не проверил мою внутреннюю силу? Если бы проверил, узнал бы, что мне не нужна была твоя „спасательная“ помощь.
Су Янь долго молчал, а затем тихо произнёс:
— …Я не знал.
Он даже не подозревал, что в этом мире существует техника, которая намеренно останавливает дыхание и пульс! По его понятиям, отсутствие дыхания и пульса — признак смерти. Где уж тут думать о «внутренней силе»?!
Как же несправедливо, что он получил удар за своё доброе дело!
От этой мысли Су Янь снова закашлялся кровью.
В пещере воцарилась тишина.
На мгновение Гу Фэйди, казалось, стал нащупывать одежду на полу и начал натягивать её.
— Не надевай! — быстро остановил его Су Янь. — Одежда мокрая, она ускорит потерю тепла. Ты замёрзнешь!
Гу Фэйди фыркнул и проигнорировал его.
Через мгновение он вдруг задохнулся от ярости:
— Ты… Ты тоже разделся?!
— Я же сказал, — возразил Су Янь, — если мы останемся в мокрой одежде, мы легко замёрзнем…
Не договорив, он почувствовал, как Гу Фэйди бросился вперёд и прижал его к стене.
Голос Гу Фэйди дрожал от гнева:
— Что ты вообще со мной вытворял?! Ты… ты осмелился! Ты…
В темноте Су Янь закатил глаза.
Он собрал внутреннюю силу, резко оттолкнул Гу Фэйди и пнул его:
— Что я ещё могу с тобой сделать?! Даже если бы я был геем, я бы не тронул ребёнка! Я действительно пытался спасти тебя! СПАСТИ! Чёрт… Ты меня доведёшь до смерти! Кхе-кхе-кхе…
Он повернулся, упал на колени и закашлялся.
Внутренняя сила циркулировала по телу, но не приносила тепла. Наоборот, с каждым кругом становилось ещё холоднее, и он не мог сдержать дрожь.
Долго молчавший Гу Фэйди вдруг фыркнул и бросил что-то в темноте. Предмет упал прямо на Су Яня.
Тот нащупал край ткани и на мгновение замер.
— Рубашка оказалась сухой и тёплой.
— При твоей внутренней силе высушить одежду и волосы дело одного мгновения, — холодно произнёс Гу Фэйди, бросая ещё одну сухую вещь. — Не придумывай оправданий. К счастью, ты любишь шёлковые рубашки, их не перепутать. Иначе, если бы я случайно надел твоё нижнее бельё… — он с отвращением помолчал, — …одно представление вызывает тошноту.
Су Янь на мгновение замер, принимая одежду.
Тихо усмехнувшись, он начал небрежно одеваться, прикрыв рот ладонью и кашляя.
Хотя Гу Фэйди и сдержал силу удара, последствия были серьёзными. Даже сейчас, при каждом вдохе, в лёгких жгло.
«Цык, какой неблагодарный волчонок», — подумал Су Янь.
«Спас и получил удар. Как говорится: кусает руку, которая кормит».
Он надел всё, что бросил Гу Фэйди, но всё ещё дрожал.
Холод пронизывал до костей, будто ледяная вода проникла в самые внутренности. Никакие усилия с внутренней силой не помогали. Наоборот, волосы начали покрываться крошечными сосульками.
— Слушай, — дрожа, спросил Су Янь, — все могут сушить одежду и волосы внутренней силой, верно?
— Естественно, все могут, — холодно ответил Гу Фэйди. — Не пытайся уйти от темы!
Су Янь снова закатил глаза:
— Если не веришь, то потрогай мои волосы.
Гу Фэйди долго молчал.
Затем медленно подошёл, положил руку на плечо Су Яня, провёл ею вверх и коснулся волос.
— Ты… — удивлённо произнёс он, — …почему они ледяные?
— Я следовал твоим наставлениям, — вздохнул Су Янь, — использовал внутреннюю силу, чтобы высушить волосы.
Гу Фэйди: …
Помолчав, он неуверенно сказал:
— Возможно, это связано с твоими внутренними методами. «Шесть Погребений Цветов» и «Расцвет Девяти Ледников» , они оба из школы Цинхань. Когда их сочетают с холодной водой, они замораживают.
Су Янь внезапно расхохотался.
Гу Фэйди, почувствовав, что потерял лицо, вспылил:
— Над чем ты смеёшься?!
— Теперь веришь, что я не раздевал тебя, чтобы домогаться? — спросил Су Янь.
— Кто тебе поверит?! — буркнул Гу Фэйди.
— Я ничего не знаю о «Нирване», — сказал Су Янь. — Увидев, что ты не дышишь, я сразу подумал: нужно делать искусственное дыхание. Зачем тогда мои добрые намерения? Проснулся и ударил. Мне по-настоящему больно.
Гу Фэйди фыркнул, но промолчал.
Помолчав, Су Янь мягко сказал:
— Верить мне или нет, твоё дело. Но я не из тех, кто нападает исподтишка или принуждает других. Сейчас мы не знаем, где находимся, и не знаем, будут ли нас искать. Остаётся только полагаться друг на друга. Доверься мне хоть раз. Объединим усилия, может, найдём выход.
— Мы выйдем, — спокойно сказал Гу Фэйди. — В пещере есть движение воздуха, а значит, есть выход.
— …А? — Су Янь опешил.
— Избалованный, — буркнул Гу Фэйди.
Он поднял Су Яня за руку:
— Я примерно чувствую направление. Идём.
Они двинулись вперёд во тьме, один за другим, иногда переходя через воду. Но уже через пару сотен шагов их высушенная одежда снова промокла до пояса.
Су Янь пытался прогнать холод внутренней силой, но только усилил дрожь. Когда они наконец ступили на сухую землю, у него закружилась голова.
— Гу Фэйди, сделай одолжение, — Су Янь отбросил гордость. — Высуши мою одежду… Я замерзаю…
Зубы его стучали.
Гу Фэйди недовольно фыркнул, но протянул руку, приложил её к пояснице Су Яня и направил внутреннюю силу, чтобы высушить одежду.
Дрожь Су Яня передалась его ладони, и Гу Фэйди мгновенно отдернул руку. Затем быстро коснулся его лба.
— Цык! Почему ты такой холодный?! — воскликнул он.
— Я… что? — удивился Су Янь. — Очень холодный?
Гу Фэйди помолчал:
— Как труп.
— Что за чушь! — возмутился Су Янь. — Я же не чувствую холода!
Гу Фэйди схватил его за руку:
— Потому что и руки у тебя замёрзли.
Высушив одежду и обувь, они продолжили путь по пещере.
Наконец, в своде пещеры появилась узкая щель, сквозь которую пробился луч света, давая им скудное, но драгоценное освещение.
Гу Фэйди остановился и, глядя на свою тёмно-алую рубашку, ничего не сказал.
Су Янь, едва не теряя сознание от головокружения, бросил взгляд вниз. Да, белая рубашка Гу Фэйди была теперь такая грязная, что цвет невозможно было определить и она действительно была на нём.
Гу Фэйди развернулся:
— Надень обратно.
«Разве мы случайно не перепутали верхнюю одежду? — подумал Су Янь. — В любом случае, нижнее бельё моё… Менять нечего. Не знал, что этот Гу Фэйди окажется таким педантом…»
Он слегка поднял руки, чтобы поправить ворот, но внезапно его охватила слабость, и он больше не смог устоять.
Выражение лица Гу Фэйди мгновенно изменилось. Он шагнул вперёд и поддержал Су Яня.
— Эй, ты…
Зрение Су Яня потемнело, и он без сил рухнул прямо в объятия Гу Фэйди.
Тот на мгновение застыл.
Подержав Су Яня в руках, он осторожно уложил его на землю и взял за запястье, чтобы проверить внутреннюю силу.
Как только его энергия проникла в меридианы Су Яня, его пронзил ледяной холод. Он не отпустил руку, но лицо его становилось всё мрачнее. Брови глубоко сдвинулись, глаза потемнели до черноты.
Он тяжело вздохнул, прижал Су Яня к себе и начал направлять внутреннюю силу, пытаясь согреть его ледяное тело.
— Су Янь, ты не можешь умереть… — прошептал он. — Ты рискнул жизнью ради меня. Если ты умрёшь здесь, я боюсь…
Прошло долгое время, прежде чем тело Су Яня перестало быть похожим на глыбу льда.
Гу Фэйди поднял его на спину. Рана на его спине болезненно пульсировала, заставляя хмуриться, но он не опустил Су Яня. Сжав зубы, он определил направление, откуда дул ветерок, и продолжил путь.
…
На берегу Пруда Нефритового Зеркала.
Обломки льда, плававшие на поверхности, снова замёрзли, но прежней гладкости пруд уже не обретёт.
Ван Кэ стоял на том месте, где раньше был водопад, и смотрел вниз, на лёд под ногами. За его спиной молчали Мо Шихун, старшая сестра Ли и Ди Лин.
Фань Е и Пу Линъюнь, переодетые в чистую одежду, стояли в стороне, ожидая решения старших.
Глаза и нос Пу Линъюнь покраснели от слёз. Она была полна раскаяния и сквозь рыдания выдавила:
— Это вся моя вина… Я не должна была быть такой самоуверенной, не должна была лезть на водопад, тем более драться на нём… Я… я не думала, что всё кончится так…
Старшая сестра Ли обняла её и погладила по волосам:
— После этого случая ты должна повзрослеть. В будущем, прежде чем что-то делать, тщательно обдумывай последствия и не будь такой упрямой.
Пу Линъюнь зарыдала, бросилась к ней и спрятала лицо, горько плача.
Фань Е опустил голову и скорбно произнёс:
— Изначально это была моя идея устроить ледяные игры. Вся вина на мне…
Старшая сестра Ли похлопала Пу Линъюнь по спине и резко оборвала Фань Е:
— Хватит. Такие вещи случаются , вы не виноваты. В тот момент никто не ожидал, что водопад рухнет. Чи Тон, как старший, не только не остановил вас, но и сам присоединился к шалостям. Это требует наказания.
Лицо Фань Е побледнело. Он стиснул зубы:
— Раз старшие братья и сёстры здесь, я… я временно удалюсь. Юньчжань и Чи Тон ранены, да и Ло Инь схватил лихорадку. Я пойду ухаживать за ними. Как только они поправятся, я… добровольно приму наказание.
Старшая сестра Ли на мгновение опешила, затем кивнула.
Пу Линъюнь тоже выпрямилась и вытерла слёзы:
— Я тоже… уйду. Буду следовать примеру Фань Е и буду ждать… ждать, пока все выздоровеют. Только тогда приду принять наказание.
Старшая сестра Ли ещё раз погладила её по волосам и тихо сказала:
— Иди.
Когда они ушли, Ван Кэ немедленно повернулся и приказал:
— Готовьтесь рубить лёд. В любом случае, Пруд Нефритового Зеркала нужно обыскать. Хотя бы… найти их тела.
Ди Лин всё это время держала глаза закрытыми, но теперь медленно открыла их и тихо произнесла:
— Я ничего не слышу. Дно пруда слишком хаотично, не могу определить, где они.
Мо Юнь шагнул вперёд и положил руку ей на плечо:
— Не напрягайся. Иди на берег, отдохни. Мы с Первым Старшим братом сами разобьём лёд и осмотрим дно.
Как и следовало ожидать, в Пруде Нефритового Зеркала ничего не нашли.
Водоём был невелик, глубина всего два-три фута. Ван Кэ и Мо Юнь долго искали под водой, пока солнце не склонилось к закату, но безрезультатно.
— Возможно, они нашли выход, — задумчиво сказал Ван Кэ. — Этот пруд круглый год наполняется водой с водопада, но никогда не переполняется. Значит, под ним есть тайный ход. Фань Е упоминал, что видел воронку на поверхности. Возможно, они обнаружили подводный тоннель.
— Пусть так, — ответила старшая сестра Ли, — но остаётся лишь надеяться, что они действительно выбрались.
Не найдя ничего, все вынуждены были вернуться в Чертог Нефрита и собраться у жилища Чи Тона.
Инцидент был слишком серьёзным: двое учеников пропали, двое получили травмы, трое простудились после падения в ледяную воду.
Ван Кэ пригласил старика Ци с горы Мэйчжу. Тот, искусный целитель, осмотрел всех, назначил лекарства, а затем тщательно обследовал всё ещё находящегося без сознания Чи Тона. Он заключил, что тот получил удар в затылок и поэтому впал в кому и проснётся не скоро.
После обсуждения решили оставить раненого Сюй Юньчжаня у Чи Тона, поручив уход Мо Юню и Ди Лин. Пу Линъюнь и Фань Е вернулись с наказанием в отсрочке.
Ло Инь сидел у постели Чи Тона и отказывался уходить, сколько бы его ни уговаривали. В конце концов, старик Ци уколол его серебряной иглой с лекарством, поднял и уложил на соседнюю кровать.
Хлопоты длились до полуночи, прежде чем хаос дня наконец немного утих.
Ди Лин стояла во дворе, глаза её были пусты, а мысли неизвестны.
Мо Юнь подошёл и положил руку ей на плечо:
— Раз юношей нет в пруду, значит, им выпало счастливое стечение обстоятельств. Сестра, не стоит так тревожиться.
Долго помолчав, Ди Лин сказала:
— Я не волнуюсь за них. По словам Фань Е, когда Су Янь вернулся в пруд, чтобы спасти Фэйди, они бы не исчезли, если бы не столкнулись с чем-то неожиданным. Я просто думаю: сегодня было так опасно… Почему Владыка не предупредила заранее?
Мо Юнь прищурился:
— В словах сестры есть истина.
— Пять лет назад случился пожар в мастерской, — продолжала Ди Лин. — Два года назад Чи Тон чуть не сошёл с пути при практике. Владыка присылала письма, чтобы предупредить нас. Хотя она в уединении, она знает всё, что происходит в Чертоге. Почему же сейчас, когда ученики попали в беду, она молчит?
— Ты обижаешься на Владыку? — спросил Мо Юнь.
— Нет, — покачала головой Ди Лин. — Я думаю… не знала ли она, что эта беда страшна, но не смертельна? Не позволила ли она Су Яню и Фэйди пройти это испытание намеренно?
…
Гу Фэйди шёл по пещере целый день, неся находящегося без сознания Су Яня на спине.
На нём была лишь тонкая нижняя рубашка; верхнюю он обернул вокруг Су Яня. Тот лежал, слабо дыша, но даже в этом дыхании чувствовалась ледяная прохлада. Он прижимался щекой к шее Гу Фэйди.
Гу Фэйди опустил ресницы и направлял внутреннюю силу, пытаясь согреть ледяное тело Су Яня.
С момента, как тот потерял сознание, его температура постоянно падала. Как бы Гу Фэйди ни старался согреть его, стоило прекратить и холод возвращался.
Он не знал, в чём дело, возможно, в методе внутренней силы Су Яня, но дыхание и пульс того ослабевали вместе с температурой, что было крайне опасно.
Поэтому Гу Фэйди снова и снова расходовал свою энергию, чтобы поддерживать тепло. Исчерпав силы, он делал паузу, восстанавливал дыхание и снова отдавал всё Су Яню.
К закату Гу Фэйди наконец увидел в узкой расщелине небо, окрашенное багрянцем.
Он ускорил шаг, направляясь к выходу.
За пещерой раскинулась тихая долина.
Солнце садилось, и тени поглотили землю. Вдали возвышалась скала, часть которой была освещена закатными лучами. В последнем свете дня он разглядел павильон, вделанный в утёс. Белые стены, чёрная черепица — точно как в Чертоге Нефрита.
Увидев его, глаза Гу Фэйди вспыхнули надеждой. Он подтянул Су Яня, сжал губы и направился к скале.
Деревянная дорожка вдоль утёса была меньше метра в ширину. Когда Гу Фэйди достиг платформы, солнце уже скрылось за горизонтом, и весь павильон погрузился во тьму, выглядев мрачным под серо-голубым небом.
— Извините, здесь кто-нибудь есть? — громко позвал он.
Никто не ответил.
Он окликнул дважды. Убедившись, что никто не отвечает, толкнул дверь и вошёл.
Внутри было темно. Гу Фэйди сначала уложил Су Яня на пол, затем осмотрелся и нашёл огниво у подсвечника в боковом зале. Зажёг два светильника в главном зале.
Павильон был небольшим, но двухэтажным. На первом размещался главный зал и два боковых; в одном стоял книжный шкаф и витрина. Полы, столы, стулья были безупречно чисты, чернила на столе ещё не высохли. Очевидно, здесь кто-то жил.
Гу Фэйди колебался, идти ли наверх, но снова позвал … и снова без ответа. Тогда он взял светильник и поднялся по лестнице.
На втором этаже было две спальни - большая и малая. Постельное бельё, мебель - всё на месте. Даже деревянные вёдра с водой и туалетный столик с принадлежностями говорили о постоянном жильце.
Гу Фэйди решил остаться.
Он поставил светильник на туалетный столик в малой комнате, вернулся вниз, принёс Су Яня, помог снять грязную верхнюю одежду, обувь и носки.
Увидев огромное пятно крови на белой нижней рубашке Су Яня, пальцы Гу Фэйди на мгновение дрогнули.
Он не знал, что промелькнуло в голове, но лицо его потемнело. Он протянул руку и осторожно приподнял окровавленную рубашку Су Яня.
К своему удивлению, на теле Су Яня не было ни единой раны.
Гу Фэйди выдохнул с облегчением.
Пальцы его некоторое время блуждали по запекшейся крови, затем он снова накинул свою рубашку на Су Яня, уложил его на кровать и укрыл тяжёлым одеялом.
Той ночью Гу Фэйди почти не спал.
Он сидел, скрестив ноги, у изголовья, под светом лампады. Как только восстанавливал внутреннюю силу, тут же забирался под одеяло, чтобы согреть Су Яня. Тот всё ещё не приходил в себя, температура его тела не возвращалась к норме, и Гу Фэйди не смел расслабляться.
Лишь когда на следующее утро солнце начало освещать небо, он снова коснулся руки Су Яня. Ледяной холод, что раньше пронзал до костей, исчез.
Гу Фэйди наконец почувствовал облегчение.
Он поправил одеяло, развернулся и спустился вниз.
Вокруг по-прежнему никого не было.
При дневном свете он тщательно обыскал дом, но не нашёл пути обратно в Чертог Нефрита.
В конце концов он остановился у письменного стола и опустил взгляд на стопку свитков.
— «Феникс с алым хвостом»? — пробормотал он, прочитав название на обложке, и осторожно раскрыл том.
Уже после первых двух строк введения он онемел от изумления. Не думая о том, получил ли он разрешение хозяина, он крепко сжал свиток и продолжил читать.
Он так погрузился в текст, что перестал замечать время. Лишь голос за спиной вернул его в реальность, будто из глубокого сна.
— Этот свиток «Феникса с алым хвостом» - метод внутренней силы школы «Праведного Солнца». Я создавала его несколько лет. Только что завершила, а ты уже читаешь.
Гу Фэйди резко обернулся и невольно выпустил свиток. Прежде чем тот коснулся пола, его подхватила изумрудная птица и передала женщине в зелёных одеждах, прислонившейся к косяку двери бокового зала.
Взгляд Гу Фэйди упал на птицу, сидящую на плече незнакомки. Через мгновение он склонил голову и сложил кулаки в почтительном приветствии:
— Владыка.
Цинбо ответила на поклон и улыбнулась:
— Это твоя удача оказаться здесь.
Гу Фэйди на миг замер, но не стал спрашивать, в чём именно удача. Вместо этого он быстро сказал:
— Владыка, здесь также Су Янь. Его состояние… необычно. Не могли бы вы…
— Не тревожься, — мягко прервала она. — Его внутренние методы склоняются к холоду. В пруду он пытался использовать их, чтобы сохранить силы, но холод не вышел из тела. Ты уже помог ему преодолеть самый опасный момент. Когда он проснётся, это станет для него благословением. Благодаря Духу Ледяного Пруда, в будущем он будет получать двойной результат при практике холодных методов.
Гу Фэйди помолчал, затем тихо сказал:
— Но он до сих пор не очнулся… Я очень волнуюсь.
Цинбо долго смотрела на него, потом улыбнулась:
— Ты заботишься о нём.
Гу Фэйди опустил голову и промолчал.
— Су Янь из секты Инь Тань Шэньцзяо, — продолжала Цинбо. — Боевой мир называет её «Демонической Сектой» и давно хочет уничтожить. Почему же ты… нёс его на себе, заботился всю ночь? Неужели ты не думал: пусть умрёт во льду и угроза исчезнет?
Гу Фэйди нахмурился, но ответил без колебаний:
— Чертог Нефрита не вмешивается в дела боевого мира. Су Янь мой однокурсник. Как я могу его бросить?
— А если после окончания учёбы вы встретитесь в боевом мире и будете сражаться на смерть, что тогда? — спросила Цинбо.
Гу Фэйди замер.
Он медленно опустил ресницы, и лицо его стало суровым, как камень.
— Если он такой, как в слухах: насильник, грабитель, безнравственный злодей, — сказал он, — я не проявлю милосердия.
Цинбо улыбнулась:
— Но он спас тебя в Пруду Нефритового Зеркала.
— Тогда я заплачу за это жизнью, — твёрдо ответил Гу Фэйди.
— А если он не убивал, не грабил, не творил зла, а просто стоит в противоположном лагере и хочет сразиться с тобой… Что тогда? — с интересом спросила Цинбо.
Гу Фэйди открыл рот и надолго замолчал.
Наконец, тихо пробормотал:
— Владыка… Су Янь, возможно, действует под принуждением.
— О? — Цинбо удивилась. — Хм?
Гу Фэйди снова умолк, опустив голову.
Цинбо вдруг вспомнила что-то, рассмеялась и лениво бросила:
— В своё время предводитель Демонической Секты бушевал в Центральных Равнинах и держал множество юных, красивых слуг. Ходят слухи, что у него есть особый метод: каждую ночь он практикуют двойное культивирование с «горном», иначе не может продвинуться…
Гу Фэйди резко поднял глаза, выражение его лица стало непроницаемым.
— …Говорят также, — продолжала Цинбо, — что после каждого такого ритуала он метит спину партнёра ядовитой кровью, вырисовывая алый амариллис. Этот цветок, как магическая цепь: если человек уйдёт от него надолго, он ослабнет и умрёт…
Когда ты сказал, что Су Янь «под принуждением»… ты имел в виду это?
Гу Фэйди снова опустил взгляд. Долго молчал, а затем тихо спросил:
— Владыка… вы знаете, что у него татуировка на спине?
Услышав это, Цинбо расхохоталась.
Когда смех стих, она долго и странно оглядывала Гу Фэйди с ног до головы и спросила:
— Почему тебя так волнует татуировка на его теле?
Гу Фэйди помолчал, затем произнёс:
— Я… мне было тяжело это выносить.
— О? — приподняла бровь Цинбо.
— За полгода, что мы вместе, — сказал Гу Фэйди, — я увидел, что он не такой, как в слухах. В тот день, у Пруда, когда всё было так опасно, он бросился спасать меня… Он не похож на предводителя Демонической Секты, что использует жестокие методы. Он одарён от природы. Если причина в том… что он под контролем, например, предводителя… Мне его искренне жаль…
— Вот как… — Цинбо почему-то выглядела разочарованной. Она помолчала, затем неожиданно спросила: — Тебе шестнадцать?
— В первом месяце исполнится семнадцать, — ответил Гу Фэйди, удивлённый сменой темы.
Цинбо кивнула и улыбнулась:
— Свиток «Феникса с алым хвостом»… тебе понравился?
— Метод внутренней силы изыскан и прекрасно сочетается с «Писанием Восстановления», — искренне сказал Гу Фэйди. — Мне очень понравилось.
— Как насчёт того, чтобы остаться здесь? — предложила Цинбо. — Я лично научу тебя практиковать «Феникса с алым хвостом». Что скажешь?
Это было так внезапно. Он даже не успел выразить благодарность, лишь стоял, ошеломлённый.
А Цинбо уже продолжала:
— Не волнуйся за Су Яня. Я скоро отправлю его обратно в Сад Весеннего Пробуждения. Он будет учиться у Ди Лин «Расцвету Девяти Ледников». Хотя Чертог Нефрита не вмешивается в дела боевого мира, вам не стоит слишком сближаться. Ты останешься здесь и не увидишь его до окончания учёбы.
Лицо Гу Фэйди на мгновение стало печальным и беспомощным.
Но он быстро взял себя в руки, сделал шаг назад, снова сложил кулаки и поклонился:
— Я приму решение Владыки.
Цинбо тихо рассмеялась:
— Скоро пришлют твои вещи. Можешь начинать изучать «Феникса». Я пойду к Су Яню, не следуй за мной.
Гу Фэйди кивнул.
Наблюдая, как Цинбо поднимается наверх, он тайно сжал кулаки, развернулся и сел за стол, чтобы начать изучать первый том «Феникса с алым хвостом».
Он так погрузился в совершенство метода, что снова забыл о времени. Когда он, перечитав главу, поднял глаза от свитка, за окном уже пылал закат.
В павильоне царила тишина.
Гу Фэйди отложил книгу и поднялся наверх, в малую спальню.
Но Цинбо и Су Яня там уже не было. На углу кровати лежал аккуратно сложенный матрас.
На туалетном столике осталось письмо:
«Отправила Су Яня обратно в Сад Весеннего Пробуждения. В северном зале на маленькой печке варится каша - ешь, если голоден».
Гу Фэйди положил записку, медленно подошёл к окну, отодвинул занавеску и уставился на огненный закат, пылающий на горизонте.
Его чёрные, как ночь, зрачки отражали золотисто-багряный свет, но выражение лица было невероятно сложным и никто не мог прочесть его мысли.
http://bllate.org/book/15484/1373061
