Когда третий принц попросил Су Жуханя обучить Му Сюэши боевым искусствам, он знал о характере Су Жуханя, но это был единственный выбор третьего принца. Если бы Му Сюэши обучался непосредственно у третьего принца, было бы в несколько раз хуже.
— Я пойду расследовать дело! Пора расследовать дело!
Му Сюэши заметил третьего принца ещё издалека. Увидев, что третий принц приближается, он громко крикнул Су Жуханю, а затем резко рванул за спину третьего принца, ухватившись своими покрасневшими маленькими ручками за его пояс и выглядывая из-за спины на Су Жуханя.
Взгляд Су Жуханя вообще не коснулся третьего принца, а словно обладая проникающей силой, устремился прямо на человека за его спиной.
— Выходи!
Чёткие слова долетели до слуха Му Сюэши. Хотя тон был спокойным, Му Сюэши легко уловил скрытую в них бурю. Он потянул за рукав третьего принца, но, видя, что тот не реагирует, ему пришлось прихрамывая пойти к Су Жуханю.
— Фашист… — пробормотал Му Сюэши, втянув голову в плечи, и послушно встал рядом с Су Жуханем.
Чтобы наказать его, Су Жухань заставил Му Сюэши вытянуть свои худые руки в стороны, держа в каждой по большому ведру с водой, а на голову положил тяжёлую железную плиту. Му Сюэши чувствовал, будто всё его тело наполнилось свинцом.
Скорчив несчастное лицо, Му Сюэши попытался умолять третьего принца и потому, надрывая голос, крикнул холодно наблюдающему со стороны третьему принцу:
— Если так давить, я не буду расти, ещё и развитие замедлится.
В уголке рта третьего принца мелькнула слабая улыбка, но он по-прежнему не обращал внимания.
Вся решимость, которую Му Сюэши собрал ранее, рухнула. Поначалу, видя, как третий принц наблюдает за ним, он из последних сил держался. Но когда его тело достигло предела, та небольшая доля убеждённости в его голове перестала работать. Как только его воля ослабла, два ведра с водой на его руках с грохотом опрокинулись на землю, а железная плита с головы упала в грязь.
Хотя тяжесть в руках исчезла, Му Сюэши по-прежнему чувствовал ломоту во всём теле. Он ещё не успел опомниться, как на спине возникло жгучее ощущение боли — это плётка Су Жуханя достигла его спины.
Острая боль едва не выбила слёзы из Му Сюэши. Раньше, когда здесь его обижали, он вспоминал матушку Чэнь, вспоминал ту заботу, которой был окружён. Но по мере того, как он проводил здесь всё больше времени, в моменты несправедливости он думал уже не о матушке Чэнь, а о том, кто сейчас холодно наблюдал со стороны.
Наверное, он очень презирает меня, — Му Сюэши изо всех сил стиснул губы, не позволяя себе издать ни звука. В последующий час он покорно отрабатывал базовые приёмы, которым обучал его Су Жухань, раз за разом, что было очень скучно, но стоило увидеть рядом стоящего третьего принца, как Му Сюэши стискивал зубы и терпел.
Наконец время тренировки закончилось. Ощущение выполненной задачи наполнило Му Сюэши неимоверной лёгкостью. Хотя третий принц не похвалил бы его, одна мысль о том, что третий принц больше не будет смотреть на него свысока, уже радовала его сердце.
Поскольку он весь вспотел от тренировки, Му Сюэши снова пришлось идти мыться и переодеваться. В переднем зале он ещё раз поискал, но так и не увидел следов Цин Юнь, и тогда спросил у евнуха Тайаня:
— Евнух, а где Цин Юнь?
На лице евнуха Тайаня появилось затруднённое выражение. Столкнувшись с вопросом Му Сюэши и указаниями третьего принца, евнух Тайань заколебался. Если бы раньше, он, не задумываясь, подчинился бы последнему, но с тех пор как Му Сюэши официально поселился здесь, третий принц стал поступать иначе, чем прежде, в этом маленьком дворике появилась некоторая оживлённость, и все стали действовать не так скованно, как раньше.
Поэтому иногда евнух Тайань невольно думал и о Му Сюэши, потому что, когда дело касалось Му Сюэши, у третьего принца, казалось, всегда появлялась возможность для снисхождения.
Видя, что евнух Тайань молчит, Му Сюэши решил, что всё понял. Он огляделся, затем украдкой достал из рукава нитку душистых бус из семян, протянул её евнуху Тайаню и бросил на него взгляд, полный намёка на подкуп.
Эти так называемые украшения были просто ниткой, сплетённой Му Сюэши из семян одного плода, росшего в маленьком дворике. Плоды Му Сюэши тайком сорвал, съел, а затем обнаружил, что семена внутри сияющие и прозрачные, нанизал их на шёлковую нить, завязал узелок и сплеёл браслет.
Изначально Му Сюэши хотел подарить это третьему принцу, но подумал, что всё на третьем принце было изысканным и прекрасным, и тот, возможно, отвергнет такой подарок, поэтому постоянно хранил его в рукаве. Если бы не необходимость обратиться к евнуху Тайаню, Му Сюэши ни за что не отдал бы ему это рукоделие, полученное ценой изжоги от съеденных плодов и мучительных последствий расстройства желудка.
Однако евнух Тайань лишь замахал руками, выражая на лице отказ.
Му Сюэши подумал, что тот испугался, подошёл ближе и с улыбкой сказал:
— Ничего, я не скажу третьему принцу. Ты только скажи мне, Цин Юнь что, заперта третьим принцем? Я два дня не видел её. Неужели я подвёл Цин Юнь?
Евнух Тайань никогда не видел, чтобы хозяин так заботился о слуге, и в сердце его шевельнулось чувство умиления. Хотя Цин Юнь была наказана из-за Му Сюэши, но также из-за него же и спасла свою жизнь. Получается, все поступки Му Сюэши незаметно меняли судьбу каждого здесь, и им следовало быть благодарными.
Подумав так, евнух Тайань неожиданно опустился на колени и громко произнёс:
— Господин Сюэ, будьте спокойны. У госпожи Цин Юнь в последнее время нездоровится, и третий наследный принц перевёл её в вышивальную мастерскую, на лёгкую работу, чтобы она могла немного отдохнуть и поправиться.
— Вот как, хе-хе… — рассмеялся Му Сюэши, и струна, напряжённая в его сердце, наконец ослабла. Он снова взглянул на натуральный браслет в руке, хихикнул и сказал евнуху Тайаню:
— Вы совершили такой большой подвиг, как же я могу дать такую убогую вещь? Ладно, я оставлю это себе, а для вас я пойду украду что-нибудь получше из маленькой сокровищницы третьего принца.
Евнух Тайань ещё не успел отказаться, как Му Сюэши уже исчез без следа. Евнух Тайань смотрел на оставленные тем неровные следы, и на его лице появилась мягкая улыбка.
В пути верхом Му Сюэши и третий принц сохраняли привычную позу — сидели лицом друг к другу. Му Сюэши обнаружил, что у него уже выработалась привычка: не успели они долго ехать, как он прильнул к груди третьего принца и заснул.
Сегодня Му Сюэши действительно устал. Уткнувшись в грудь третьего принца, он спал глубоким сном, на его белом и чистеньком личике было довольное выражение, обеими ручками он крепко обнимал стан третьего принца, движения его были милы и послушны. Время от времени, когда третий принц шевелил рукой, Му Сюэши рефлекторно цепко хватал его, и даже зная, что Му Сюэши боится упасть с лошади, в глазах третьего принца появлялась тень нежности.
Дорога обычно была очень тихой, но сегодня неожиданно проехала повозка, полная крупных, рослых мужчин. Когда они проезжали мимо лошади третьего принца, поднялся шум и гам, неописуемый беспорядок.
В следующую секунду голоса этих людей исчезли, и весь мир снова погрузился в безмолвие, как будто шума только что и не было. Нахмуренные брови Му Сюэши разгладились, его подвижные губки что-то причмокивали, не знаю, какой хороший сон ему снился, он лбом потёрся о грудь третьего принца, повернул голову и снова заснул.
А те рослые мужчины уже все лежали на земле, языки их были перерезаны надвое, кровь сочилась из уголков ртов, зрелище было неописуемо жестоким.
Двое закрытых чёрными повязками людей в чёрном спрыгнули с дерева, потрогали лежащих на земле, обменялись подтверждающими взглядами, затем взмыли в воздух и исчезли в этом лесу.
На этот раз, по прибытии в резиденцию великого наставника, в поместье оказался ещё один человек. Этот человек с прошлой ночи, прибыв в резиденцию великого наставника, непрерывно стоял на коленях у входа, ожидая прибытия третьего принца.
Это был Юйвэнь Тао, лучший друг покойного великого наставника Му. Узнав, что третий принц прибудет, чтобы тщательно расследовать это дело, он специально приехал просить третьего принца найти настоящего убийцу смерти великого наставника Му.
— Откуда ты знаешь, что Му Сюэши не настоящий убийца? — холодно спросил третий принц у стоявшего на коленях человека.
На лице Юйвэнь Тао было выражение скорби и негодования, он сказал:
— Этот простолюдин не знает, но этот простолюдин знает, что раз третий принц прибыл расследовать дело, значит, у третьего принца на то свои причины. Кто бы ни был убийцей, этот простолюдин лишь надеется, что в конце будет убедительный результат.
Если можно помочь моему брату Му найти того, кто совершил преступление, этот простолюдин даже готов сам перерезать свою старую жизнь, и будет удовлетворён…
http://bllate.org/book/15425/1364631
Готово:
