Хотя стоял самый разгар июля, Чу Се вдруг почувствовал, что ветер стал пронизывающе холодным. Пламя, охватившее упавший фонарь, лизало края их одежд и носки обуви.
Чу Се застыл.
В голове один за другим взрывались вопли Системы.
— Я понял, что было не так! Понял! Второй носитель вовсе не ошибся миром! Его перенос сорвался, и его место заняла другая душа! Хозяин! Этот Сюй Чуньму перед вами…
— Он переродился-я-я!
Чу Се окончательно потерял дар речи.
Когда он наконец попытался с силой оттолкнуть стоявшего перед ним человека, рана на спине тут же отозвалась резкой болью. Он успел лишь слегка сдвинуть Сюй Чуньму, как тот снова крепко удержал его.
— Не двигайтесь. Швы разойдутся.
— Отпусти!.. Ты… кх… кхе-кхе…
От волнения Чу Се закашлялся; холодный воздух ворвался в лёгкие, и приступ стал ещё сильнее.
Сюй Чуньму тут же разжал руки и поспешно отступил на несколько шагов.
Увидев, как Чу Се заходится кашлем, как под маской покраснели уголки его глаз и всё тело дрожит, едва удерживаясь на ногах, он невольно замер.
— Ты…
В его глазах отразилась глубокая, почти невыносимая боль.
— Всё, что я сказал, — правда. Чу Се, если ты убьёшь Чэнь Ляньчжоу, ты обязательно погибнешь. Ты даже не представляешь… ты…
Даже такой быстрый ум, как у Чу Се, не успевал переварить происходящее.
Он лишь сделал вид, что ему стало хуже, медленно отступил на несколько шагов и воспользовался этим мгновением, чтобы привести мысли в порядок.
«Да чтоб тебя…»
«Этот Сюй Чуньму… действительно переродился!»
«Мало мне было всего остального, так теперь ещё и это?!»
«Спокойно.»
«Не паниковать.»
«Спокойно… спокойно…»
— Я отказываюсь от этого мира, — совершенно серьёзно заявил Чу Се, немного придя в себя. — Это уже слишком. Какого чёрта здесь ещё и перерождённые появились?!
— У-у-у… хозяин, не надо-аа!.. Осталось всего семь дней! Через семь дней умрёт Чэнь Ляньчжоу, и мы сразу инсценируем вашу смерть! Неважно, получится ли выполнить задание идеально — главное, что вы сможете возродиться! Прошу вас, хозяин…
— А что мне делать с соответствием образу Сюй Чуньму?! Он же перерождённый! Он знает весь сюжет от начала до конца! Что я вообще могу сделать?! Я в полном отчаянии! — мысленно взревел Чу Се. — Да к чёрту всё! Хочу сменить мир! Немедленно!
— Хозяин!.. Всего семь дней! Поверьте мне, этот эпизод очень простой! Никаких неожиданностей не будет! Нужно лишь семь дней удерживать соответствие образу выше шестидесяти процентов. Как только сюжет закончится — сразу инсценируем смерть!
«Семь дней? Да я и одного…»
Он внезапно замолчал.
«Семь дней…»
Чу Се глубоко вдохнул и медленно выдохнул.
Сто шестьдесят восемь часов.
Да.
Стоит только Жунго-гуну Чэнь Ляньчжоу умереть — и он сразу же покинет этот мир.
Как бы трудно ни было…
Это всего лишь последняя тьма перед рассветом.
Он вызвал интерфейс Системы и посмотрел показатели.
Сто процентов.
Восемьдесят процентов.
Всё по-прежнему было надёжно.
Пока он сумеет хоть как-то пройти следующий сюжетный эпизод, возрождение неизбежно.
«Каким бы безумием всё ни обернулось — меня это уже почти не касается.»
«Совсем скоро я распрощаюсь с этим миром.»
Успокоившись, Чу Се медленно поднял взгляд и вновь безупречно вернулся к своему образу.
— Сюй Чуньму… что ещё тебе известно?.. Кх… кхе… Неужели… не боишься, что я убью тебя?
— У-у-у… хозяин, держитесь…
Не дав Системе продолжить её жалобные всхлипывания, Чу Се одним движением отключил её.
Сюй Чуньму крепко сжал челюсти.
До этого его лицо было полно тревоги.
Но, услышав вопрос Чу Се, он словно немного успокоился.
— Вы меня не убьёте.
Он произнёс это с полной уверенностью.
«Мальчишка…»
«Откуда у тебя такая уверенность?»
«Я ведь человек, который без колебаний готов убить даже самого себя.»
— Мои дела тебя не касаются, — холодно сказал Чу Се. — Если тебе дорога жизнь, немедленно возвращайся на северную границу. И больше никогда не вмешивайся в дела императорского города Сицзина.
— А Се…
Чу Се резко обернулся.
Несмотря на слабость, он одним рывком толкнул Сюй Чуньму к деревянной двери позади него.
Раздался громкий скрип, эхом прокатившийся по узкому переулку.
— Называй меня господин Чу.
Сюй Чуньму плотно сжал губы.
Он понимал: из-за собственного волнения только усугубил раны Чу Се.
Под его гневным, пронзительным взглядом Сюй Чуньму в конце концов уступил.
— Господин… Чу.
Чу Се медленно разжал пальцы.
Поплотнее запахнув плащ и почти полностью скрыв под ним голову, он, не оборачиваясь, бросил:
— Не ходи за мной. И... больше не живи в моей усадьбе.
Императорский город утопал в праздничной суете.
Толпы людей неспешно текли по улицам, всюду горели яркие фонари.
Чу Се шёл против людского потока, подняв голову к величественным городским стенам. Они были украшены бесчисленными фонарями и праздничными лентами. Наступил благоприятный час, и с высоты в небо взмыли, а затем плавно посыпались вниз лепестки цветов, ложась ему на волосы.
Он открыл интерфейс Системы.
Оттуда сразу донёсся понурый голос:
— Хозяин...
— Почему в первоначальном мире сюжетные линии Сюй Чуньму и Чу Се разрушились?
— Хозяин... Разве это сейчас важно? Раньше вас такое никогда не интересовало. Нам ведь достаточно просто пройти сюжет...
Чу Се неожиданно надолго замолчал.
Потом тихо ответил:
— Да. Важно.
— Хозяин... Что с вами происходит? Это уже второй раз, когда я чувствую у вас такие сильные эмоции. Первый был... когда Дуань Сэ инсценировал свою смерть.
Чу Се жил в этом мире уже десять лет.
Все эти годы он оставался превосходным актёром, но никогда по-настоящему не погружался в роль.
Потому что прекрасно понимал: все эти люди — лишь персонажи книги.
А всё, что делает он сам, — всего лишь очередная пьеса.
Но несколько минут назад...
Он увидел в глазах Сюй Чуньму неподдельную боль.
Настоящую.
Живую.
— Знаешь, почему я так отчаянно хочу возродиться?
Система никак не ожидала, что однажды услышит, как Чу Се заговорит о себе.
Нет...
Поразило её совсем другое.
Оказывается, у такого человека вообще были личные переживания.
До сих пор ей казалось, что её хозяин — просто идеальная машина для прохождения сюжета.
Нерешительность.
Тоска.
Колебания.
Ничего подобного она никогда в нём не видела.
Он всегда действовал быстро и решительно.
Мог вспылить, но никогда не терял самообладания.
...Хотя в некоторых вопросах был до смешного непонятлив.
И всё же именно он оставался лучшим из всех носителей, которых Система когда-либо сопровождала.
Она много раз пыталась понять почему.
Дело было не только в уме Чу Се и его выдающемся актёрском мастерстве.
Главное — он никогда не испытывал настоящих чувств к людям внутри сюжета.
Он всегда стоял по другую сторону истории.
Многие носители, проходя сюжет, настолько вживались в свои роли, что в конце концов оставались жить в том мире.
Но Чу Се...
Никогда.
Для него реальность и вымысел всегда были разделены непреодолимой границей.
— У меня есть младшая сестра. Родная.
Тихо произнёс Чу Се.
— Когда мне было тринадцать, ей исполнилось всего пять. Тогда моя мать решила покончить с собой, заперев нас дома и разведя угли... Если говорить научным языком... кажется, это называется «принудительное коллективное самоубийство»?
Система оцепенела.
Он рассказывал об этом так легко...
Словно речь шла вовсе не о нём.
— Двери... окна... все щели для воздуха были наглухо закрыты. В доме было совсем темно. Я с огромным трудом разбил стекло и позвал соседей. Нас спасли... А на следующий день мать вскрыла себе вены. Вся ванная была залита кровью.
Всего несколько фраз.
Но за ними скрывался настоящий кошмар.
Система не могла понять, как можно говорить о подобном настолько спокойно.
— Поэтому... три года назад вы спасли Дуань Сэ... Я ещё тогда удивлялась. Вы ведь всегда всё тщательно просчитываете. Почему вдруг решили потратить редчайшее лекарство ради какого-то второстепенного персонажа...
— В тот год, когда по сюжету Дуань Сэ должен был умереть, Цзян Яньчи тоже было тринадцать. Только ему пришлось ещё хуже. У него даже младшей сестры не было.
Чу Се остановился среди шумной толпы.
Одинокий остров посреди людского моря.
— Поэтому тогда я и решил не убивать Дуань Сэ.
Системе всё равно казалось, что здесь что-то не сходится.
По её прежнему опыту люди с таким сильным желанием вернуться домой и таким светлым отношением к жизни обычно росли в счастливых семьях.
А у Чу Се всё оказалось с точностью до наоборот.
— Хозяин... Вам... совсем не больно вспоминать?
Чу Се усмехнулся.
— Перед горой — прокладывай дорогу. Перед рекой — строй мост. В жизни и без того хватает проблем, которые приходится решать одну за другой. Где тут ещё время на грусть?
И всё же...
Взгляд Сюй Чуньму, отчаянно пытавшегося его спасти, всколыхнул воспоминания.
Когда-то и сам Чу Се точно так же до последнего надеялся сохранить чью-то жизнь.
Впрочем, грустил он не больше трёх секунд.
Отряхнув плечи, словно стряхивая тяжёлые мысли, он снова зашагал вперёд как ни в чём не бывало.
Так он дошёл до самой оживлённой площади перед главной городской башней.
— У-у-у... — снова всхлипнула Система, уже мысленно теребя платочек. — Хозяин... держитесь... Я... я всегда буду вас любить...
Чу Се закатил глаза.
— Твоя любовь и ломаного гроша не стоит.
— У-у-у...
Возле башни уже стоял паланкин Жунго-гуна.
Подняв голову, Чу Се без труда заметил старика, стоявшего на верхней площадке башни и взиравшего сверху на праздничную толпу.
Чэнь Ляньчжоу.
Чу Се задумчиво прищурился.
И вдруг почувствовал ещё один тяжёлый, пристальный взгляд.
Он перевёл глаза.
На противоположной стороне башни стоял Цзян Яньчи.
Их взгляды встретились.
Всего на одно мгновение.
Но этого оказалось достаточно.
Цзян Яньчи мгновенно перемахнул через ограждение лестницы и стремительно бросился вниз.
— Ч-чёрт...
Теперь стоило Чу Се увидеть Цзян Яньчи, как спина начинала болеть ещё сильнее.
Первой мыслью было развернуться и бежать.
Он машинально коснулся маски на лице.
«Хорошо. Он не узнает, что это Чу Се.»
Пока он мысленно уговаривал себя сохранять спокойствие, чья-то рука неожиданно легла ему на плечо.
— Господин Чу.
Сюй Чуньму?!
«Да чтоб тебя...»
«Я же ясно сказал тебе проваливать! Ты почему всё ещё здесь?!»
Чу Се краем глаза заметил, что тот уже почти спустился с городской башни.
Не раздумывая ни секунды, он схватил Сюй Чуньму за руку, быстро провёл его сквозь шумную толпу и свернул в узкий переулок.
— Хозяин, что делать?! — в панике закричала Система. — Мы с таким трудом подняли соответствие образу Сюй Чуньму до восьмидесяти процентов! Если главный герой поймёт, что вы вовсе не Сюй Чуньму, неужели всё окажется напрасным?! Осталось всего семь дней! Нельзя разрушить образ! Хозяин, придумайте что-нибудь!
«Думаю я, думаю!»
Увидев впереди небольшую дверь, Чу Се поспешно втолкнул Сюй Чуньму внутрь.
— Сюй Чуньму, слушай внимательно. Что бы ни случилось, ни в коем случае не выходи. Иначе... иначе я убью тебя!
Он едва успел захлопнуть дверь, как в переулке появилась высокая тень.
Это был Цзян Яньчи.
— А... А Му...
Глаза юноши покраснели.
Он всю дорогу бежал сюда со всех ног, но теперь словно не решался подойти ближе.
— Это... правда ты?
— Да.
Голос Чу Се прозвучал мягко и спокойно.
— Ваше Высочество.
— Ты... тебе уже лучше?
— Да. Со мной всё хорошо.
Цзян Яньчи сделал несколько шагов вперёд.
Но стоило Чу Се ясно увидеть его лицо, как перед глазами сразу всплыла картина из тюрьмы Чжаоюй — тот ледяной, своевольный взгляд.
От испуга он невольно попятился.
Заметив это, Цзян Яньчи в два шага оказался рядом, крепко схватил его за запястье и удержал.
— Не уходи!
От резкого рывка рана на спине снова разошлась.
Чу Се тихо застонал от боли.
За дверью тотчас послышалось какое-то движение.
— Кто там?!
Слух у Цзян Яньчи оказался слишком острым.
Он мгновенно перевёл взгляд на старую красную дверь.
— Это... наверное, ветер, — поспешно сказал Чу Се, нарочно повысив голос. — Ваше Высочество... отпустите меня. Я никуда не уйду.
Но Цзян Яньчи даже не подумал отпускать.
Вместо этого он резко притянул его к себе.
На этот раз Чу Се, опасаясь потревожить Сюй Чуньму, стиснул зубы и молча стерпел боль, позволив наследному принцу обнять себя.
— А я думал... думал, что потерял тебя... Как хорошо... как хорошо...
Уткнувшись лицом ему в шею, Цзян Яньчи заговорил почти шёпотом.
— Где ты был всё это время?
В его голосе звучала такая обида, будто молодая жена упрекала мужа, слишком долго не возвращавшегося домой.
«Эх...»
«Ну почему главный герой обязательно должен был влюбиться в мужчину?..»
Чу Се быстро перебрал в памяти последние события.
Настоящий Сюй Чуньму всё это время почти не покидал усадьбу Чу.
Наскоро продумав ответ, он спокойно произнёс:
— Чу Се узнал, что я его предал. Поэтому мне пришлось ночью бежать. Потом я услышал, что Ваше Высочество передало моему старшему брату командование императорской гвардией, и только тогда осмелился вернуться в столицу.
Цзян Яньчи отпустил его руку и внимательно всмотрелся в лицо.
Спустя некоторое время он тихо спросил:
— Если Чу Се уже раскрыл тебя... почему после возвращения ты снова поселился в его усадьбе?
«Чёрт.»
«Об этом я забыл.»
«И как теперь выкручиваться?»
Цзян Яньчи молчал.
Он осторожно взял ладонь Чу Се и начал медленно поглаживать её.
Мозолей не было.
Юноша поднял глаза.
— Ты... действительно Сюй Чуньму?
Его взгляд вдруг стал необычайно острым.
— Тогда почему во время нашей прошлой встречи в Восточном дворце ты сказал, что мы видимся впервые?
«Что?!»
«Настоящий Сюй Чуньму уже встречался с наследным принцем?!»
«Пока я валялся с ранами, столько всего произошло...»
«Всё пропало...»
«Моё соответствие образу...»
«Неужели сейчас рухнет?..»
Мысли окончательно спутались.
Всё тело Чу Се невольно задрожало.
Разорванная рана на спине пульсировала болью, лицо стало белым как полотно.
Выражение лица Цзян Яньчи слегка изменилось.
Он поспешно смягчил голос:
— Не волнуйся... Не спеши. Говори медленно. Я слушаю.
Чу Се действительно запаниковал.
Оставалось только довериться индикатору соответствия образу и продолжать играть роль.
Глубоко вдохнув, он ещё раз мысленно составил ответ.
— В моих руках находятся триста тысяч воинов. Теперь мой старший брат ещё и командует императорской гвардией. Разумеется, после этого мне уже нечего бояться Чу Се. Сейчас между государем и Чу Се открытое противостояние, поэтому, поселившись в его усадьбе, я лишь помогаю Вашему Величеству следить за ним. Что касается нашей прошлой встречи... Ваше Высочество, я уже много раз говорил вам: вы мне не нравитесь. Мужчины нашего рода Сюй стремятся прославиться собственными заслугами, а не искать возвышения через брак с императорской семьёй. Если вы не желаете расторгнуть помолвку, то впредь — и на людях, и наедине, как сейчас, — я буду делать вид, что мы никогда не были знакомы.
Восемьдесят процентов.
Показатель не изменился ни на единицу.
«Удержался...»
«Значит, он поверил?»
— Вот оно как...
Ответ наследного принца прозвучал почти неслышно.
Он был слишком тихим.
Чу Се подумал, что, возможно, опять перегнул палку, и поспешил сгладить впечатление:
— Теперь, когда Ваше Высочество заняли Восточный дворец, самый опасный период уже позади. Думаю, вскоре вы сможете защитить меня и без поддержки войск моего старшего брата. Разве не так?
— Да.
Взгляд Цзян Яньчи стал твёрдым.
— Я непременно защищу тебя.
Чу Се наконец облегчённо выдохнул.
— Вашему Высочеству также не о чем тревожиться. Род Сюй навеки останется вашей самой надёжной опорой.
Он поднял руку и мягко потрепал юношу по голове.
— Я от всего сердца надеюсь, что однажды Ваше Высочество взойдут на престол и станут владыкой Поднебесной.
— Хорошо... Я расторгну... нашу помолвку.
Казалось, Цзян Яньчи что-то обдумывал.
Он сделал шаг вперёд, осторожно взял Чу Се за прохладную руку и при свете луны пристально заглянул ему в глаза, словно пытаясь увидеть самые сокровенные мысли.
— Только... больше не избегай меня. Хорошо?
Стоило Чу Се встретиться с этим взглядом...
Как в памяти вновь вспыхнули холодные, безжалостные глаза Цзян Яньчи в тюрьме Чжаоюй.
Он вздрогнул всем телом и невольно отшатнулся.
Спина с силой ударилась о каменную стену.
Перед глазами мгновенно потемнело от боли.
Из-за двери снова донёсся шум.
На этот раз Цзян Яньчи отчётливо его услышал.
Не задавая больше вопросов, он сразу направился к двери.
Чу Се из последних сил вцепился в него.
На лбу выступил холодный пот.
Едва слышным голосом он прошептал:
— Мне... очень больно... Не могли бы вы... проводить меня домой?
Цзян Яньчи нахмурился.
Его взгляд быстро скользнул от Чу Се к красной двери и обратно.
После короткого колебания он всё же поддержал Чу Се под руку и, внимательно осматривая его с головы до ног, мягко спросил:
— Где болит?
http://bllate.org/book/15382/1356898
