— Подождите меня минутку.
Лу Бэй внезапно вскочил и в два счета перемахнул через стену во двор к соседу. Затем по деревянной лестнице он взобрался на крышу главного дома и подошел к человеку, который там преспокойно спал.
— Старший-брат Бувэнь, я принес тебе отличного вина.
Лу Бэй достал кувшин изысканного вина, которое специально попросил управляющего рестораном в городке Юйчи привезти из других краев, и протянул его лежащему мужчине.
— С чего это вдруг такая щедрость? Опять в Секте Десяти Тысяч Мечей чего-то натворил? — Синьян искоса взглянул на вино, но брать не спешил.
Нутром он чуял какой-то подвох.
— Вовсе нет. Я только вчера вступил в секту, как я мог успеть напроказить? — Лу Бэй состроил невинную мину, будто его незаслуженно обидели.
Сказав это, он, не обращая внимания на отказ, насильно вложил кувшин в руку Синьяна и, не в силах сдержать радость, продолжил:
— Старший-брат Бувэнь, угадай, на какой пик меня зачислили!
Глядя на его сияющее лицо, Синьян почувствовал недоброе предчувствие.
— Неужели на Пик Вушан?
— Точно! И старший-брат Чан сказал мне, где находится твой дом. Раз уж ты всё равно околачиваешься в Байсэ Мэнь, может, одолжишь мне свой дом пожить? Ну, или продай его мне.
Лу Бэй не испытывал недостатка в деньгах. Помимо постройки собственного жилья, он всерьез нацелился на дом «старшего-брата Бувэня». В его планах было превратить весь тот пустырь в свою личную собственность.
— Даже не думай о моем доме. Разговор окончен, — услышав, что на его собственность покушаются, Синьян сразу начал его прогонять.
— А я уже спросил старшего-брата Чана. Он сказал, что я могу свободно пользоваться пустующей землей рядом с твоим домом. Перед возвращением в Байсэ Мэнь я уже нанял мастеров в городке Юйчи и попросил их подготовить древесину.
Так что, даже если тот не продаст ему дом, соседство им было обеспечено.
— Так ты... пришел похвастаться? — «Пока меня нет в Секте Десяти Тысяч Мечей, ты решил совершить налет на мой тыл? Да еще и специально пришел предупредить об этом. Должен ли я сказать спасибо?»
— Смотри, как здорово — мы сможем и дальше быть соседями! — Хотя этот «старший-брат» вечно бездельничал и спал, Лу Бэю всё равно нравилось жить рядом с ним.
Он вытащил из мешочка для хранения маленькое Сердце Меча и достал разноцветные шнуры, купленные в лавке одежды. Ему хотелось прицепить какое-нибудь украшение к этому свидетельству своих связей в Ван Цзянь Цзун.
Синьян, увидев свое Сердце Меча в руках Лу Бэя, всё обмотанное кучей пестрых ниток, даже немного пожалел, что подарил его.
«Просто кощунство! Этот парень вообще понимает, насколько это важная вещь? Пусть у него нет пары, и я отдал его только потому, что он хотел вступить в Ван Цзянь Цзун, но нельзя же так издеваться над моим Сердцем Меча прямо у меня на глазах!»
Мало того что у этого мальчишки не было таланта давать имена, так он еще и в сочетании цветов смыслил не больше дальтоника. Намотал всё подряд — и ярко-красное, и ядовито-зеленое.
— Уродство какое, — Синьян, не в силах больше на это смотреть, отобрал артефакт. Он выбрал из кучи одну тонкую серебристую нить и принялся ловко обвивать ею Сердце Меча.
Лу Бэй, держа в руках охапку отвергнутых цветных нитей, склонил голову набок и наблюдал за тем, как гибкие пальцы противника шаг за шагом оплетают кристалл серебром.
В итоге получилось плетеное изделие ромбовидной формы длиной с мизинец. Серебряная нить плотно облегала прозрачный корпус. От малейшего движения запястья на свету вспыхивали блики, похожие на сияние меча.
— Чтобы больше я не видел на нем других цветов, иначе конфискую! — Синьян вернул ему оплетенное Сердце Меча.
— Какая красота.
Лу Бэй не ожидал, что у старшего-брата Бувэня такие умелые руки. Значит, он не только в фехтовании мастер, но и в рукоделии хорош.
— И кому же достанется такое счастье — выйти замуж за старшего-брата Бувэня?
Вернувшись в свой двор, Лу Бэй уселся на стул и показал артефакт троим друзьям. Те, разглядывая искусно оплетенное Сердце Меча, дружно подняли большие пальцы вверх, соглашаясь с восторгом Лу Бэя.
Чжао Тяньтянь внезапно осенило, и она громко воскликнула:
— Если я выйду замуж за старшего-брата Бувэня, все те камни духа, что он заработал на нас, станут моими?!
Остальные трое тут же принялись в уме подсчитывать, сколько камней духа старший-брат Бувэнь выудил у них за эти два года. В результате через пять минут четыре человека, которые до этого сидели за столом как родные братья и сестры, ввязались в драку за право в будущем «жениться» на старшем-брате Бувэне.
Ведь такой брак означал мгновенное сказочное богатство! Никто не хотел упускать такую добычу, ведь Бувэнь заработал на них действительно слишком много.
Скамьи летали, куры во дворе в ужасе разбегались, а и без того потрепанная трава вновь подверглась разорению. Сидящий в углу кот равнодушно взирал на эту суматоху и спокойно умывался лапой, не собираясь вмешиваться в глупую человеческую потасовку.
Тем временем на соседней крыше появилась фигура девушки. Глядя на побоище внизу, она смеялась так, что едва не падала.
Синьян с мрачным лицом наблюдал за дерущейся четверкой. Затем он перевел взгляд на стоящую перед ним красавицу — белокожую, с высокой переносицей, в красном прозрачном платье и босую.
— Меня не было всего полдня, — обреченно пояснил он.
— Два года прятался во внешней секте, не занимаясь делом, так еще и увел у меня ученика, позволив ему вступить в Ван Цзянь Цзун. Дай тебе еще полдня, и ты, чего доброго, решишь жениться на всех моих ученицах сразу? — съязвила девушка в красном.
Тут же она поправилась и расхохоталась еще громче:
— Ой, нет, я ошиблась! Дай тебе еще полдня, и ты станешь тем самым «лакомым кусочком», за которого захочет выйти замуж каждый ученик внешней секты Байсэ Мэнь! Ха-ха-ха-ха-ха!..
Нынешняя глава секты Байсэ Мэнь, Син Мэнь, безжалостно насмехалась над собственным сыном.
Синьян: «............»
«Надо было перебить этих четверых еще до того, как они начали драться!»
Услышав женский смех, четверка во дворе прекратила потасовку и из любопытства на цыпочках заглянула за стену. Увидев женщину, сидящую рядом со старшим-братом Бувэнем, все четверо остолбенели.
В это время зрители в трансляции, которые использовали стрим как фоновый шум, занимаясь своими делами, заметили внезапную тишину. Многие подняли глаза на экраны смартфонов.
И все увидели ту красную фигуру, стоящую босиком на крыше в десятке метров от Лу Бэя. Она была облачена в легкое алое платье, черты её лица были безупречны, как на картине. Стоя на изумрудной черепице, она грациозно улыбнулась четверым замершим подросткам.
Все присутствующие потеряли дар речи. В этот момент зрители стрима тоже услышали в своих ушах отчетливый звук собственного сглатывания слюны.
— Ого, сестренка, какая же вы красавица! — Чжао Тяньтянь первой пришла в себя. Её первой мыслью было: «Я тоже хочу стать такой красивой!»
Поскольку эта четверка знала Лу Бэя слишком долго, они давно забыли, что такое стеснительность. Сказав это, Чжао Тяньтянь быстро перемахнула через стену, собираясь расспросить прекрасную незнакомку, как добиться такой внешности.
Лу Бэй, глядя на улыбающуюся красавицу, сначала посмотрел на соседа.
— Старший-брат Бувэнь, мы можем подойти?
Вдруг они обсуждают что-то важное, и появление всей толпы будет неуместным.
— Подходите, конечно! Всё равно вашему старшему-брату Бувэню, кроме сна, заняться нечем. Заодно поболтаем.
Глава секты Байсэ Мэнь, пользуясь тем, что ученики внешней секты не знают её в лицо, просто поманила к себе этих детишек, чей возраст не составлял и доли её собственного.
— Матушка... они не знают, кто ты, и могут сболтнуть лишнего... — Синьян попытался остановить внезапно разыгравшуюся родительницу.
— Тем лучше. Ты сманил моего ученика, да еще и дурно влияешь на остальных — пора свести эти два счета. Выбирай сам: побить тебя один раз или два?
Синьян: «............»
Тем временем четверка друзей уже один за другим перемахнули через стену. Оказавшись вблизи прекрасной незнакомки, они внезапно поумерили свой пыл. Чжао Тяньтянь первой подошла ближе и осторожно поинтересовалась:
— Сестренка, вы подруга старшего-брата Бувэня?
На гостье не было ни формы Байсэ Мэнь, ни одеяний Ван Цзянь Цзун. Ребята никак не могли понять, из какой она секты и кто она такая.
— Не совсем подруга. Просто прослышала, что он тут целыми днями только и делает, что спит, вот и заглянула из любопытства посмотреть на него, — Син Мэнь, лишь вспомнив, как эти ученики только что чуть не подрались за право «жениться» на её сыне, сразу прониклась к ним симпатией.
— Ого, оказывается, у старшего-брата Бувэня и за пределами секты друзья есть, — Лу Бэй выудил из кисета огромное блюдо для фруктов и достал полпакета семечек.
Зачерпнув блюдом прямо из пакета, он наполнил его до краев. Вся пятерка, забравшаяся на крышу, привычным движением потянулась к семечкам. Даже Синьян на автомате зачерпнул себе горсть.
Щёлк-щёлк...
Пятеро человек принялись привычно лузгать семечки и болтать о том о сем.
— Сестренка, эти семечки с классическим вкусом — объедение! Угощайтесь, — Лу Бэй протянул блюдо новой знакомой.
Син Мэнь окинула взглядом крышу: пятеро парней и девушек, включая её собственного сына, сидели на корточках с горой семечек в руках и приглашали её присоединиться к сплетням. Она звонко расхохоталась, бодро приняла угощение и начала щелкать семечки вместе с ними.
Синьян даже не хотел представлять, какие лица будут у этой компании, когда они в будущем достигнут стадии Заложения Фундамента, войдут во внутреннюю секту и увидят там главу.
— Я тут слышала, ты уже вступил в Ван Цзянь Цзун. Неужели в Байсэ Мэнь так плохо? — Син Мэнь стало любопытно, почему Лу Бэй променял её секту на Секту Десяти Тысяч Мечей.
Лу Бэй яростно замотал головой:
— В Байсэ Мэнь отлично! Просто... — он наглядно показал разницу на семечке в руках. — Слишком медленно. Мы в секте уже два года, а всё еще на третьем уровне Закалки Ци. Старший-брат Юань заставляет нас то учить каноны, то отправляет в иллюзорный мир, чтобы нас там рыбы ели. А я хочу учиться быстрее.
Син Мэнь понимающе кивнула. Заметив Сердце Меча, висящее у него на поясе, она сказала:
— Как раз кстати, у меня тут есть одна неплохая техника. Она позволит тебе в будущем совершенствоваться в несколько раз быстрее, чем сейчас. Хочешь научиться?
Все, кто сидел на крыше, тут же вскинули головы. Только Синьян продолжал угрюмо чистить семечки, даже не пытаясь угадать, что за технику решила подарить глава Байсэ Мэнь. Можно было и не гадать — наверняка что-то связанное с парным совершенствованием.
Лу Бэй не ожидал, что после возвращения в Байсэ Мэнь с хорошими новостями его ждет такой подарок. Зрители в трансляции, любовавшиеся красавицей, тоже были ошарашены внезапным бонусом.
В чате посыпались комментарии:
«Учись, учись обязательно!»
«Стример, хватай скорее! Каждая секунда промедления — это неуважение к богине!»
Лу Бэй, оправдывая ожидания, энергично кивнул:
— Хочу!
Син Мэнь взмахнула рукой, и на её ладони появился белый нефритовый свиток (угэдзянь). Она протянула его Лу Бэю.
— Сначала изучи технику внутри, а если что будет непонятно — спрашивай.
Лу Бэй высыпал остатки семечек в руку старшему-брату Бувэню, тщательно вытер ладони платком и только после этого почтительно принял небесный дар. Стоило его божественному чувству проникнуть внутрь свитка, как перед глазами предстала вся суть техники.
Первым делом он увидел огромную схему акупунктурных точек человеческого тела, за которой одна за другой следовали иллюзии движущихся маленьких человечков. Как только он концентрировал на них взгляд, человечки начинали двигаться.
Зрители стрима вместе с ним погрузились в иллюзию свитка. Все наблюдали за крошечными фигурками, которые раз за разом повторяли циклы движений этой техники.
«Оно того стоило!»
«Мы же сейчас по факту сорвали джекпот?»
Люди у экранов во все глаза запоминали каждое движение. Лу Бэй тоже внимательно смотрел, как человечки отрабатывают технику от начальной стойки до финального приема. Выйдя из транса, он с некоторым недоумением посмотрел на женщину в красном:
— Сестренка, в этой технике нет заклинаний, только движения?
— Вся прелесть этой техники в том, что когда ты освоишь все движения и доведешь их до автоматизма, ты сам поймешь, в чем заключается её суть.
— А моим друзьям можно это учить? — Лу Бэй указал на три любопытные головы рядом. Он не хотел практиковать это в одиночку.
Син Мэнь великодушно кивнула:
— Разумеется. Но только вам четверым, больше никому постороннему эту технику не давать.
Это была лучшая техника парного совершенствования в её секте, и, кроме собственных учеников, отдавать её чужакам было нельзя.
Услышав, что им тоже перепадет, Чжао Тяньтянь и остальные мигом окружили Лу Бэя, впиваясь глазами в демонстрацию техники.
— Сложновато, — Вэнь Сиянь после просмотра поняла, что некоторые движения требуют невероятной гибкости. Чтобы выучить всё и применять свободно, может потребоваться года три, а то и пять.
— Ерунда! Давайте поспорим: кто выучит медленнее всех, тот потом подметает пол после наших посиделок с семечками, — тут же предложила азартная Чжао Тяньтянь.
Остальные трое сочли это честным условием. В итоге каждый скопировал себе содержимое свитка, решив вечером запереться в комнатах и усердно тренироваться. Никто не хотел оказаться последним и махать веником.
Глава Байсэ Мэнь, пощелкивая семечки, мысленно похвалила их за рвение. Синьян же даже не пытался их предупредить. До этого он изо всех сил подавал этим олухам знаки глазами, стараясь спасти от коварной главы, но никто и бровью не повел — они даже умудрились заключить пари прямо у неё на глазах.
В этот момент чувства бывшего ученика Ван Цзянь Цзун полностью совпали с мыслями некоторых людей с Земли: «Оставь попытки помочь и уважай чужую судьбу».
Лу Бэй пробыл в Байсэ Мэнь почти до темноты, после чего на мече вернулся в Ван Цзянь Цзун. Добравшись до своего нового дома, он увидел Чжоу Шэнъюя, который, несмотря на поздний час, тренировался во дворе. Лу Бэй постарался идти как можно тише.
Чжоу Шэнъюй, не отрываясь, сжимал в руке обломок меча. Ровно на тысячном взмахе он остановился и обернулся к вернувшемуся соседу.
— Ты уже спать?
Лу Бэй кивнул, расстегивая полог своей палатки:
— Ага, завтра же утром надо спускаться к рабочим, вести их на гору.
— Я сегодня ходил к старшим-братьям проконсультироваться насчет починки меча и кое-что узнал, — Чжоу Шэнъюй отдохнул всего тридцать секунд и снова начал упражнение. — Старший-брат Чан сказал, что каждый день нужно выполнять по сорок тысяч базовых движений. Ни одно нельзя пропустить. Если кто-то не доделает, на следующий день обязан восполнить норму. Тех, кто трижды не восполнит долг, выгоняют из секты.
Сорок тысяч в день... Если пропустить один день, на следующий придется делать восемьдесят тысяч!
Услышав эту жуткую цифру, Лу Бэй подпрыгнул как ошпаренный. Он выхватил своего «Сяо Бая» и встал в пяти метрах от Чжоу Шэнъюя. Размяв кости, он спросил:
— А как старший-брат Чан узнает, сделали мы все сорок тысяч раз или нет?
— Он не сказал. Но упомянул, что всех учеников, которые раньше пытались скрыть реальное количество повторений, без исключения вышвырнули из секты.
Лу Бэй крепко сжал меч, расставил ноги на ширине плеч и начал отрабатывать простой колющий удар:
— Такие вот недосказанные правила пугают больше всего!
Это означало, что никто не посмеет расслабиться втайне от других. Стоит только полениться — и замучает страх, что тебя поймали. Чжоу Шэнъюй чувствовал то же самое.
Двое новичков, которые весь день занимались своими делами, теперь со всей серьезностью отрабатывали базу на пустой площадке. Зрители на Земле впали в ступор.
Многие поначалу пытались повторять за стримером, вооружившись купленными в интернете незаточенными мечами. Но у большинства современных людей, привыкших к офисной работе, учебе, фастфуду и газировке, не было привычки к физическим нагрузкам. Не прошло и пяти минут, как многие начали выходить из этого «всенародного марафона».
Держась за ноющие руки, они валились на стулья, глядя в экран на Чжоу Шэнъюя. В отличие от Лу Бэя, который уже был на третьем уровне Закалки Ци, Чжоу Шэнъюй был обычным новичком, а до вступления в секту и вовсе был книжным червем — ученым. Но он стоял там и, преодолевая усталость, раз за разом неустанно выбрасывал вперед свой обломок меча «Дуаньшуй».
«Хотя это всего второй день пребывания стримера в Ван Цзянь Цзун, я уже чувствую огромную разницу с Байсэ Мэнь», — не удержался кто-то от комментария.
Старые зрители, которые два года следили за Лу Бэем в Байсэ Мэнь, были согласны.
«Я-то думал, что после вступления в Ван Цзянь Цзун он станет беззаботным винным бессмертным с мечом, а тут такой поворот...»
Два года медитаций в Байсэ Мэнь приучили 400 000 зрителей к мысли, что достаточно сидеть в позе лотоса и перерабатывать духовную энергию в Ци, чтобы уровень рос сам собой. Лу Бэй так и достиг третьего уровня. Но в Секте Десяти Тысяч Мечей всё было иначе.
Мастерство меча и сила требовали миллионов повторений. Кого-то такие суровые условия сразу отпугнули, но другие, глядя на шаткую, но упорную фигуру Чжоу Шэнъюя, почувствовали вдохновение.
Если обычный древний книжник нашел в себе силы не бросать меч, то какие у них есть оправдания?
Множество воодушевленных людей, немного передохнув, снова схватились за «оружие»: швабры, палочки для еды, бейсбольные биты. Базовые тренировки возобновились.
Лу Бэй делал по десять тысяч повторений каждой из четырех базовых стоек: сначала десять тысяч правой рукой, потом десять тысяч левой. Но даже с такой чередованием и отдыхом, когда он закончил все сорок тысяч раз, его руки отказывались держать даже легкий меч. Весь в поту, он рухнул прямо на месте и мгновенно провалился в сон.
Он проспал до полудня. Проснувшись, он попытался пошевелить руками, но те были словно парализованные. Лу Бэй уставился на свои конечности, которые теперь казались совершенно бесполезными, и, морщась от боли, заполз в палатку. Кое-как он выудил из-за пояса разряженный телефон, поставил его на зарядку и запустил стрим:
— Всем добрый день... Ребят, есть среди зрителей какой-нибудь дедушка-врач китайской медицины? У меня руки отваливаются.
Зрители, которые вчера полночи тренировались вместе со стримером, в этот момент как раз стояли в очередях в травматологию.
«Стример, не спрашивай. Не только у тебя руки болят — у нас тоже. Все в больницах сидим».
«Сорок тысяч раз — это реально смертельная доза. Стример, иди скорее к старшему-брату Чану, спроси у него».
Лу Бэй не ожидал, что вместо «дедушки-врача» ему посоветуют найти Чан Саньду. Запихнув телефон с пауэрбанком обратно, он с трудом выполз из палатки. Проходя мимо палатки Чжоу Шэнъюя, он заметил, что там пусто.
— Интересно, как его руки сегодня.
Вчера, когда Лу Бэй отключился, Чжоу Шэнъюй уже какое-то время спал на земле.
Бродя по Пику Вушан, Лу Бэй вскоре нашел Чан Саньду на небольшой тренировочной площадке. Рядом с ним стояли еще шесть знакомых фигур — все новички, включая Чжоу Шэнъюя. У каждого был бледный вид, и все они, придерживая немеющие руки, пришли за советом.
— Садитесь.
Чан Саньду, казалось, привык к такой картине. Он жестом велел Лу Бэю сесть и начал объяснять, как унять боль.
— На каждом пике есть такие площадки. Под ними проходят ответвления рек духовных жил. После сорока тысяч базовых движений вы должны приходить сюда и с помощью циркуляции Ци прочищать забитые меридианы в руках. Сейчас я научу вас, как вводить энергию и преобразовывать её в Ци для этой техники.
Семеро новичков, честно тренировавшихся вчера, навострили уши.
— Успокойте дыхание, сосредоточьте дух и направьте силу...
Лу Бэй сидел с закрытыми глазами над духовной жилой. Стоило Чан Саньду начать, как техника Байсэ Мэнь в его теле заработала автоматически. Потоки духовной энергии из-под земли устремились к нему, окутав всех восьмерых присутствующих.
Остальные шестеро новичков, которые только-только пытались осмыслить слова наставника и неумело нащупать энергию, благодаря Лу Бэю внезапно ощутили, что такое по-настоящему быстрый успех в поглощении Ци.
В это время в коридорах больниц разных городов Земли многие люди, прижимавшие к ушам телефоны, вдруг замерли. На их лицах появилось выражение такого блаженства, что окружающие невольно шарахались.
— Ах... — Сюэгао (Мороженка), который утром думал, что его руки просто отвалятся, сейчас чувствовал себя так, словно парил над бескрайними зелеными лугами. Ветерок, трава, синее небо... Свежий воздух заставлял его сознание радостно бежать по этому полю.
Младшая сестра Сюэгао вчера ограничилась тремястами повторениями и вовремя остановилась. Утром ей пришлось везти орущего брата в больницу. Теперь, сидя рядом и глядя в свой телефон, она краем глаза заметила экстатическое выражение лица брата и такие же странные лица других людей в очереди. Сестренка Сюэгао покрепче прижала к себе телефон и, сделав вид, что совершенно не знает этого странного парня, поспешила пересесть как можно дальше.
Когда Лу Бэй прогнал энергию по телу три полных цикла и открыл глаза, чувствуя невероятную легкость, он наткнулся на сложный, не поддающийся описанию взгляд Чан Саньду.
http://tl.rulate.ru/book/93558/11801087
http://bllate.org/book/15380/1443193
