После возвращения домой все семейство Цзи впервые собралось за одним столом. К счастью, готовила не Фан Цин, и все ели с большим аппетитом. И Лу Жун, и Цзи Вэньфэн вели себя пристойно, особенно Цзи Вэньфэн. Он был и без того красив, а ел и пил с такой утонченной грацией, что не издавал ни звука.
Закончив трапезу, он вежливо сказал:
— Я закончил, приятного аппетита, — и удалился в свою комнату.
Проводив его взглядом, Цзи Тун и Фан Цин отложили в сторону чашки и палочки.
Лу Жун вопросительно посмотрел на них:
— Что с вами?
Фан Цин развела руками, беспомощно улыбаясь:
— Мы планируем сыграть пышную свадьбу.
Лу Жун опешил:
— …Кажется, это ваш второй брак?
Он никогда не слышал, чтобы кто-то устраивал грандиозную свадьбу по случаю второго брака.
Цзи Тун поправил очки и строго возразил:
— Кто сказал, что для второго брака нельзя устроить свадьбу? Разве второй брак – не брак?
Фан Цин печально вздохнула:
— Вот чего мы боимся. Вдруг ты не примешь эту свадьбу? И Сяо Фэн тоже. Мы даже не знаем, как пригласить его.
Лу Жун удивился:
— Вы и ему приготовили приглашение?
Цзи Тун достал из кармана элегантную черно-белую карточку и протянул ее Лу Жуну:
— Это твое приглашение.
Лу Жун окончательно потерял дар речи.
Он пробежал глазами приглашение. Свадьба назначена на эту субботу в живописном районе озера Лунху в городе S. Торжество должно пройти в роскошном Боюэ Лунху.
Лу Жун положил приглашение на стол, и его голос приобрел оттенок укоризны:
— Значит, вы все спланировал за нашими спинами, не удосужившись даже обсудить это с нами. Сначала решили, а потом поставили перед фактом. И теперь боитесь, что брат Сяо Фэн не одобрит?
Уличенный в хитрости, Цзи Тун виновато опустил голову. Фан Цин схватила Лу Жуна за руку:
— Жунжун, у тебя же с братом Сяо Фэном такие хорошие отношения. Может, ты с ним поговоришь?
Лу Жун:
— …?
У него с Цзи Вэньфэном? Хорошие отношения?
Фан Цин:
— Мы слышали, как ты сегодня вечером вернулся с ним на машине.
Лу Жун:
— Тогда вы, наверное, слышали, что сегодня утром я поехал в школу на велосипеде? По этому поводу вам нечего сказать, да?
Фан Цин:
— …Это, наверное, боль от изменений в семье.
Лу Жун:
— …
Фан Цин:
— Но он позволил тебе сесть в машину вечером, значит, он тебя принял. Ты его хороший брат, ты единственный, кто может с ним говорить. Поможешь нам передать приглашение?
Лу Жун бросил взгляд на Цзи Туна. Если он не ошибался, один из этих двоих приходился отцом Цзи Вэньфэну.
Цзи Тун пессимистично покачал головой:
— С тех пор как пришла твоя мать, у нас не было ни одного разговора наедине.
Лу Жун:
— А раньше вы с ним это обсуждали?
Цзи Тун, погрузившись в воспоминания, неуверенно произнес:
— Должно быть, да.
У Лу Жуна заболела голова. Другими словами, в глазах Цзи Вэньфэна Цзи Тун внезапно привел домой какую-то продажную женщину и ее невоспитанного ребенка.
Лу Жун:
— Тебе нужно с ним поговорить.
Цзи Тун:
— Я не знаю, в каком он сейчас настроении. Жунжун, ты сначала пойди и передай ему приглашение, прощупай почву, а потом подойду я. Как тебе такая идея?
Фан Цин согласно кивнула:
— Мне кажется, это отлично.
— Решено! Они поспешно достали приглашение Цзи Вэньфэна и, с надеждой глядя на него, сунули ему в руки.
Лу Жун:
— …
Он ошибался, не стоило ему наивно полагать, что его ноша станет легче, когда Фан Цин выйдет замуж. Он по-прежнему должен был отвечать за эту семью. Встретившись с выжидающими взглядами двух старших, он должен был пойти и пригласить Цзи Вэньфэна на свадьбу. Но, судя по нынешней ситуации, если Цзи Вэньфэн действительно туда пойдет, жди беды!
Как же убедить его согласиться?
Лу Жун на некоторое время погрузился в раздумья, и вдруг его осенило. Он обратился к Цзи Туну и Фан Цин:
— Если я просто вручу ему приглашение и попрошу прийти вовремя, он почувствует себя чужаком. Почему бы нам не позволить ему участвовать в свадебной церемонии? Например… сделать его пажом.
Фан Цин:
— Отличная идея!
Цзи Тун, как истинный Дева, был внимателен к деталям:
— Разве Сяо Фэн не слишком взрослый для мальчика-пажа? Обычно на свадьбе должна быть пара пажей. Если мы найдем ему ровесника, Жунжун, ты тоже должен стать пажом.
Лу Жун:
— Без проблем. Но нам понадобятся новые костюмы и галстуки.
Цзи Тун:
— Я могу отвезти вас в ателье, где шьют костюмы.
Лу Жун поспешно отклонил его предложение:
— Нет, пусть нас отвезет она.
Он указал на Фан Цин.
Фан Цин:
— Я? Я не умею выбирать костюмы.
Лу Жун:
— Тебе нужно больше с ним общаться, излучать материнское обаяние и как можно скорее позволить ему принять тебя.
Цзи Тун посчитал, что слова Лу Жуна имеют смысл, и обратился к Фан Цин:
— Тогда ты отвезешь их обоих завтра в полдень выбирать костюмы, а ты, Жунжун, сходи и расскажи Сяо Фэну об этой идее.
Лу Жун:
— Хорошо.
Лу Жун подошел к двери брата и постучал. Цзи Вэньфэн открыл дверь, он только что вышел из душа, его волосы были мокрыми, и он, прислонившись к дверному косяку в одном халате, произнес:
— Так торопишься меня ублажить?
Лу Жун:
— …Мне нужно кое-что сказать.
— С кем тебе нужно поговорить?
Лу Жун на мгновение задумался и, с трудом пересилив себя, произнес:
— …С моим старшим братом.
Цзи Вэньфэн невольно слегка приподнял уголки губ, но тут же взял себя в руки и, скрестив руки на груди, равнодушно произнес:
— Привыкай называть людей правильно.
Лу Жун:
— Да, старший брат.
Хотя лицо Цзи Вэньфэна оставалось холодным, все его существо словно расцвело.
Лу Жун:
— В эту субботу твой отец и моя мать женятся. Мы будем пажами. Будем держать шлейф невесты и бросать ей под ноги лепестки роз.
— Нет.
Лу Жун пожал плечами, давая понять, что это не его дело, он просто передает сообщение:
— Завтра в полдень они повезут нас выбирать костюмы.
Цзи Вэньфэн захлопнул дверь.
Лу Жун: «План ясен».
Закон посланника гласит: если вам нужно сообщить кому-то плохие новости, начните с небольшой плохой новости, и тогда он, возможно, проигнорирует настоящую плохую новость.
***
В полдень следующего дня Цзи Вэньфэн и Лу Жун один за другим сели в Бентли Лао Суна, как и планировалось изначально. С ними поехала Фан Цин.
Устроившись рядом с Фан Цин, Цзи Вэньфэн медленно произнес:
— Тетя, я не хочу быть пажом.
Фан Цин подняла руку и похлопала его по плечу:
— Я тебя понимаю. Я тоже не хочу быть невестой.
Цзи Вэньфэн посмотрел на Лу Жуна:
— …?
Неужели вы двое людей среднего возраста играете в мелодраматичном спектакле «богатая и влиятельная семья силой забирает человека»?
Фан Цин вздохнула:
— Любая, кто хоть раз была невестой, никогда не захочет повторить этот опыт. Краситься, переодеваться, весь день ходить на высоких каблуках, фотографироваться и произносить тосты перед кучей незнакомых людей, дарить красные конверты группе людей, которых ты знать не знаешь, целоваться на сцене. Нужно говорить со слезами на глазах, держаться за руки и обещать друг другу состариться вместе, в то время как все эти люди сидят под сценой, едят, ждут розыгрыша лотереи и охотятся за куклами.
Лу Жун почувствовал, как у него подгибаются колени, потому что, когда он бывал на свадьбах, то обычно сидел под сценой, ел, ждал лотереи и ловил кукол.
[На китайских свадьбах ведущий проводит розыгрыш призов среди гостей, от мелочей, вроде палочек для еды, до бытовой техники. Детям раздают красные конверты и маленькие мягкие игрушки и кукол.]
Посмотрев на дорогу впереди, где образовалась пробка, Фан Цин произнесла:
— Но твой отец хочет пышную свадьбу. Когда он женился в прошлый раз, твоя мать уже была беременна тобой, поэтому у них не было времени на свадебную церемонию. Позже, когда родился ты, они были слишком заняты, и им снова было не до свадьбы. Наконец, ты пошел в детский сад и перестал требовать их постоянной заботы, но к тому времени твоя мать уже бросила его. Твой отец никогда не был женихом. Он действительно хочет все эти розовые шары, семиэтажный торт, конфетти и лепестки роз.
Лу Жун мысленно похвалил ее: «Отличная работа, Фан Цин! Отличная работа!»
Фан Цин посмотрела на дорогу и добавила:
— Поэтому мы должны устроить ему идеальную свадьбу и убедиться, что все подготовлено должным образом. И первое, что нужно сделать, – это подобрать подходящие костюмы для вас, двух юных пажей.
Затем она протянула Цзи Вэньфэну пакет с едой из KFC, который принесла с собой.
Цзи Вэньфэн молча взял еду, прожевал гамбургер и подавил в себе слова о том, что он не хочет быть пажом.
….
Фан Цин отвезла Цзи Вэньфэна и Лу Жуна прямо в торговый центр Wanda Plaza, в магазин мужской одежды, который упоминал Цзи Тун. Она схватила несколько комплектов и сунула их в руки Цзи Вэньфэну:
— Сяо Фэн, иди примерь.
Цзи Вэньфэн, с непроницаемым выражением лица, вошел в примерочную, а Лу Жун сел рядом с Фан Цин и спросил:
— А как же я?
Не отрывая взгляда от двери примерочной, Фан Цин ответила:
— Ты наденешь все, что выберет брат Сяо Фэн.
Лу Жун:
— …Прошел всего один день, и я уже стал нелюбимым вторым сыном?
Фан Цин даже не взглянула на него:
— Когда вы двое стоите рядом, люди даже не смотрят в твою сторону. Неважно, идет тебе это или нет. У тебя занятия в 13:20, а времени у нас в обрез.
Цзи Вэньфэн вышел из примерочной в двубортном клетчатом костюме, обтягивающих брюках и жилете, плотно облегавшем его талию. Он опустил голову и поправил пуговицы на своей французской рубашке, а его ресницы казались густыми, словно ряд маленьких вееров.
Фан Цин схватилась за грудь:
— О, боже, я сейчас умру…
Лу Жун:
— Ты же знаешь, что он твой пасынок, да?
Фан Цин, словно не слыша его, схватила с вешалки пару коротких шорт и протянула их Вэньфэну:
— Попробуй это!
Лу Жун:
— …
Его желание, чтобы Фан Цин произвела хорошее впечатление на Цзи Вэньфэна, могло обернуться против него.
***
Когда они вышли из магазина костюмов, Фан Цин, обвешанная пакетами и сумками с обновками для Цзи Вэньфэна, едва передвигала ноги. Лу Жун, словно держась на почтительном расстоянии от заразного, плелся следом.
Фан Цин внезапно замедлила шаг, поравнявшись с ним, и, понизив голос до шепота, промурлыкала:
— Жунжун, неужели ты ревнуешь? Думаешь, братик Сяо Фэн отнимает у тебя мамину любовь, поэтому не хочешь идти со мной?
Лу Жун поморщился:
— Вовсе нет. Я просто подумал, что твои действия вполне могут подпадать под статью о защите несовершеннолетних. Предпочитаю не водиться с преступниками.
Фан Цин театрально схватилась за грудь:
— Да я выгляжу максимум на двадцать! О чем ты вообще? Уверяю тебя, братик Сяо Фэн никогда, слышишь, никогда не станет твоим отцом.
Лу Жун передернулся:
— Даже не говори так, это просто мерзко.
Фан Цин вскинула сумки повыше и, лукаво прищурившись, заявила:
— Я забочусь больше о нем, чем о тебе, только потому, что я твоя старая мать, а для него – новая. Мне нужно создать иллюзию повышенной заботы, заставить его думать, что он нравится мне больше, чем ты. Так он медленно станет частью нашей семьи и примет меня. Ты должен изображать ревность, чтобы он почувствовал себя победителем.
Лу Жун лишь обреченно вздохнул:
— …
Оставив его позади, Фан Цин подлетела к Цзи Вэньфэну и, ослепительно улыбнувшись, предложила:
— А теперь займемся твоей прической!
Цзи Вэньфэн вежливо улыбнулся в ответ:
— Тетя, у нас же после обеда занятия.
— Ну, значит, поторопимся, — бросила Фан Цин Лу Жуну и многозначительно подмигнула.
Лу Жун, с видом глубочайшего отвращения, подошел к Цзи Вэньфэну и, придав голосу ехидные нотки, процедил:
— Мама тебе столько всего накупила…
Он искренне надеялся, что это позволит Цзи Вэньфэну почувствовать вкус победы.
Цзи Вэньфэн, не сводя глаз со спины Фан Цин, надрывающейся под тяжестью покупок, пробормотал:
— Да все с папиной карточки.
Лу Жун вновь лишился дара речи.
Бросив на него быстрый взгляд, Цзи Вэньфэн добавил:
— Поскольку я первый в очереди на наследство, это моя карта.
Он наклонился к Лу Жуну и, заговорщицки понизив голос, прошептал ему на ухо:
— Поскольку я потратил все деньги с моей карты на свадьбу твоей матери, эти деньги будут записаны на твой счет.
Лу Жун окончательно потерял дар речи.
Одарив его дежурной ухмылкой, Цзи Вэньфэн поспешил за Фан Цин. Лу Жун услышал, как она радостно воскликнула:
— Какие же вы дружные! Только вчера познакомились, а уже секретничаете!
Цзи Вэньфэн в ответ лишь сладко улыбнулся.
Лу Жун почувствовал, что мир окончательно сошел с ума.
http://bllate.org/book/15338/1355579
Готово:
