Цзян Шэна эти слова заставили разинуть рот от ужаса, и лишь спустя некоторое время он пришёл в себя. Дрожащими руками он поднял своё обмякшее тело.
— Я два дня назад вышел с ними на поиски припасов, но они меня бросили, и тогда я спрятался в комнате наблюдения.
Су Му взглянул на него.
— Какая у тебя способность? Почему я не почувствовал твоего присутствия на камерах?
Цзян Шэн вытер слёзы.
— Я и сам не знаю. Кажется, моё тело претерпело некоторые мутации. Я могу полностью скрывать свои жизненные признаки примерно на час. Именно так я и выжил, когда меня бросили в толпе зомби.
Услышав это, выражение лица Су Му слегка изменилось. Он считал, что его навыков уже достаточно, чтобы защитить себя на ранних этапах конца света, но теперь, столкнувшись со способностью вроде той, что у Цзян Шэна, он абсолютно ничего не почувствовал. Если бы это был кто-то другой, он бы, наверное, умер, даже не поняв, как.
Цзян Шэн провёл в комнате наблюдения целых два дня, голодный и напуганный. Он совершенно не чувствовал себя в безопасности. Увидев, что кто-то вошёл в комнату наблюдения, он немедленно скрыл свои жизненные признаки.
Увидев, что пришедший — Су Му, он вспомнил о той враждебности, которую тот проявлял к нему ранее, и от страха не мог пошевелиться. Но когда тот действительно ушёл, он сильно пожалел. Даже встреча с Су Му была куда лучше, чем лицом к лицу с теми отвратительными и ужасными зомби.
Поэтому, увидев, как Су Му проходит мимо комнаты наблюдения, он без лишних слов бросился к нему.
Даже если этот человек жесток, он всё же нормальный человек. Быть с нормальным человеком намного лучше, чем с теми противными зомби.
Су Му взглянул на него, сделал шаг своими длинными ногами и направился наружу. Увидев это, Цзян Шэн, боясь, что тот снова исчезнет, тут же поднялся и пополз вслед, спотыкаясь и падая.
Его тело было тяжёлым, шаги громкими. Услышав шум, Су Му холодно оглянулся.
— Если снова устроишь такой шум, выброшу тебя в толпу зомби.
Услышав это, Цзян Шэн задержал дыхание, словно снова вспомнив тот ужасный опыт, когда его бросили товарищи. Он поспешил замедлить шаг и последовал за ним, решив ни за что больше не терять его из виду.
Хотя Су Му и не прогнал его, он ему не доверял. Он взял пакет с полки и стал складывать туда еду. Увидев это, Цзян Шэн тоже взял пакет и быстро набил его до отказа. Заметив, что Су Му всё ещё выбирает, что положить, он тут же разорвал упаковку с хлебом и стал жадно запихивать его в рот.
Два дня без еды — он голодал так, что глаза позеленели. Хлеб он глотал, почти не разжёвывая. Ел так быстро, что подавился, и принялся хлопать себя по груди, отчего жир захлопал. Затем снова начал судорожно запихивать в рот хлеб, печенье и тому подобное.
Он ел и плакал — и от голода, и от страха перед неожиданно наступившим концом света. Даже во время еды он постоянно следил за Су Му. Увидев, что тот наполнил пакет едой и собирается уходить, он, несмотря на жуткий голод, не посмел медлить, поспешил облегчить шаг и последовал за Су Му.
По пути Цзян Шэн увидел, как Су Му безжалостно и ловко рубит зомби, и тут же понял, что сделал правильный выбор, последовав за ним. Его маленькие, как у горошины, глаза загорелись фанатичным блеском.
Вернувшись домой, Цзян Шэн плотно следовал за Су Му, пока тот не положил свою длинную, бледную руку на ручку двери комнаты. Не поворачивая головы, Су Му сказал:
— Спи на диване. Не ходи за мной.
— Эх, хорошо, господин Су! — услышав это, Цзян Шэн тут же побежал в гостиную, разорвал упаковку с сухим пайком и принялся жадно есть.
Если давился — пил воду. Он ел несколько кусков, а затем поглядывал на закрытую дверь комнаты Су Му на втором этаже. Казалось, только так он мог обрести хоть немного чувства безопасности.
Он больше не хотел, чтобы его бросали.
Цзян Шэн вытер слёзы, сделал несколько больших глотков воды и, свернувшись калачиком, заснул на диване.
Диван в доме Су был большим, и даже такое тучное тело, как у Цзян Шэна, могло на нём уместиться. Просто его слишком напугали зомби снаружи, и он не чувствовал себя в безопасности.
Как и ожидалось, на следующий день все были шокированы незваным гостем на диване. Сон Цзян Шэна был чутким, малейший шум мог его разбудить. Он проснулся в холодном поту от страха, и лишь разглядев присутствующих, а затем переведя взгляд на ошеломлённую Су Ваньмэй, поспешил сказать:
— Тётя Су, тётя Су, это я! Я друг господина Су, вы раньше меня видели.
Услышав это, все перевели взгляды на Су Ваньмэй. Та тоже не сразу сообразила.
— Как ты здесь оказался?
Цзян Шэн уже собирался что-то сказать, как с лестницы донёсся чистый, мелодичный голос:
— Это я его привёл.
Су Ваньмэй несколько смущённо посмотрела на Су Му, спускавшегося с лестницы.
— О, значит, так оно и было.
Раз уж хозяин дома высказался, им нечего было сказать. Цзян Шэн поспешил освободить место, чтобы они сели, и даже поделился с ними едой, которую набрал вчера.
Все отказались, и Цзян Шэн невольно с облегчением выдохнул.
В этой новой обстановке единственный знакомый ему Су Му тоже не был с ним в хороших отношениях. Чтобы наладить контакт с остальными, он мог только предложить свою еду. Но если они не принимали — тем лучше, ведь он уже проявил свою добрую волю, а их отказ был уже их делом.
Ло Бэйяо с равнодушным видом смотрел на Цзян Шэна с глазами-горошинами и красным носом на диване, взял карту из рук У Кэкэ и не спеша стал её изучать, параллельно анализируя дальнейший маршрут.
У Кэкэ была перерождённой, она, естественно, знала, куда идти, но не смела проявлять свои мысли слишком явно, поэтому лишь неопределённо намекнула, что в городе G до конца света располагалась армия, а там, где есть армия, должна быть и база.
Су Ваньмэй как раз собиралась идти на кухню готовить, как увидела, что У Кэкэ стоит рядом с Ло Бэйяо, наклонилась и, протянув тонкий белый палец, вместе с ним анализирует маршрут на карте.
Внезапно её слегка вьющиеся длинные волосы рассыпались, упав на карту и на плечо Ло Бэйяо. Она смущённо убрала волосы, извинилась, и её бледные щёки слегка порозовели.
Хотя на лице Ло Бэйяо не было ни тени эмоций, ей отчего-то стало не по себе. Чем больше она смотрела, тем более близкими казались их жесты.
Ей очень нравился этот ребёнок Ло Бэйяо — воспитанный, послушный, и он заботился о Су Му. Но теперь ситуация сложилась так, что ей стало как-то неловко.
Она не знала, что случилось с Су Му, словно он потерял память и стал другим человеком. Но женское шестое чувство подсказывало ей, что всё далеко не так просто. Она не могла понять, что же сейчас происходит, и не хотела, чтобы они расстались, это было бы очень жаль.
Сложные чувства переполняли Су Ваньмэй, когда она вошла на кухню. Лу Шуаншуан вызвалась помочь, и, будучи словоохотливой, быстро отвлекла внимание Су Ваньмэй.
Су Му, которому было нечем заняться, тоже зашёл на кухню помочь. Увидев его, Лу Шуаншуан вспомнила вчерашнюю сцену, приоткрыла рот, глядя на его бесстрастное лицо, и заколебалась, стоит ли говорить.
Когда Су Ваньмэй вышла с блюдами наружу, Лу Шуаншуан не выдержала и окликнула Су Му:
— Су Му, какие у тебя чувства к У Кэкэ?
Су Му удивился, почему она спрашивает. В обычное время он бы даже не утруждал себя ответом, но раз Су Ваньмэй, похоже, очень нравилась Лу Шуаншуан, он набрался терпения и ответил:
— Она очень милая.
Дыхание Лу Шуаншуан сперло.
— Ты влюблён в У Кэкэ?
Су Му слегка нахмурился.
— Ты слишком много думаешь.
Чтобы убедиться, Лу Шуаншуан спросила ещё раз:
— Правда не нравится?
— Никаких чувств, не нравится, — с этими словами Су Му собрался вынести блюда.
Лу Шуаншуан снова остановила его:
— Раз уж Кэкэ тебе не нравится, то держись от неё подальше. Старший очень её любит. Боюсь, если он потом подумает, что ты тоже влюблён в Кэкэ, это повлияет на ваши отношения.
— ...Хорошо, — ответил Су Му.
Лу Шуаншуан стало неловко.
— Правда, вчера, когда Кэкэ с тобой разговаривала, старший не отрывал от тебя глаз. По его выражению лица было видно, что он страшно зол, редко когда у старшего такие сильные эмоции.
Су Му кивнул, взял блюдо и вышел. Лу Шуаншуан тоже взяла блюдо и последовала за ним.
Цзян Шэн, будучи от природы изворотливым и умея считывать настроение, вскоре сошёлся со всеми, обменялся именами и информацией о способностях.
Он, конечно, не посмел упомянуть, как познакомился с Су Му, сказав лишь, что он его друг.
После еды кто-то вызвался помочь с посудой. Су Му остановил Су Ваньмэй, собиравшуюся отказаться, отвёл её в сторону и завёл тихий разговор.
— Мама, — спокойно сказал Су Му, — заботиться о других можно только тогда, когда сам в безопасности.
http://bllate.org/book/15287/1349164
Готово:
