Ло Хуайяо не стал отвечать сразу. Юй Мяо забеспокоился и начал отчаянно подмигивать ему: “Братан! Соглашайся! Ну, помоги мне! Я потом угощу тебя!”
Ло Хуайяо бросил на него взгляд и, не переставая есть, лениво поднял левую руку, показывая три пальца.
Юй Мяо быстро заморгал: “Три так три! Договорились!”
Ло Хуайяо тут же сменил жест на “окей”, показывая, что согласен.
Дожевывая последний кусок, он прищурился и посмотрел на Тао Цянь:
“Можно. Но иногда моя сестра играет с другими. Ты ведь не против?”
Услышав, что он согласился, Тао Цянь тут же улыбнулась: “Конечно, не против”.
“Потом скинь мне WeChat своей сестры, ладно?”
Ло Хуайяо: “…”
Черт возьми, почему она все время цепляется к его “сестре”?!
Хотя делать этого не хотелось, Ло Хуайяо все же кивнул.
В университет он поступил, почти не пользуясь WeChat, в основном использовал его для связи с родственниками. С однокурсниками общался в другой соцсети, так что в списке контактов у него были только родные, друзья и соседи по комнате. К тому же, чтобы разыграть “сердцееда”, он специально переделал свой профиль с нуля, так что можно было не бояться разоблачения.
Когда они вернулись в общежитие после ужина, Ло Хуайяо тут же перегородил Юй Мяо путь в комнату.
“Лао Мао! Эр Куо! Закрывайте дверь!”
Скрестив руки на груди и придав себе грозный вид, он дал команду Чжоу Хао и Чжао Куо. Как только дверь закрылась, он стиснул зубы и уставился на Юй Мяо с явным раздражением.
“И что ты там наговорил своей зеленой чайке?!”
“Яо Эр…” — Юй Мяо поднял руки в жесте капитуляции и натянуто улыбнулся: “Давай договоримся, а? Может, не будем называть Тао Цянь “зеленым чаем”?
Все-таки она моя девушка, звучит не очень красиво”.
Ло Хуайяо мысленно вздохнул. Юй Мяо был и красивым, и преданным, но вот зрение у него явно подводило. Как же так вышло, что такой хороший парень попался в сети Тао Цянь?
Что и требовалось доказать: любовь делает людей слепыми! И он, Ло Хуайяо, со своим гениальным умом должен держаться от нее подальше. Опасно для интеллекта.
Кивнув сам себе, он снова нахмурился и уставился на Юй Мяо: “Так что ты ей наговорил? Давай, колись!”
“Ваша милость, присаживайтесь!”
Чжоу Хао и Чжао Куо, почуяв интересное зрелище, тут же притащили Ло Хуайяо стул, усадили его прямо в проходе и, угодливо усмехаясь, принялись массировать ему плечи.
“Наглый крестьянин! Быстро признавайся!” — грозно крикнул Чжоу Хао.
Юй Мяо тут же театрально сел на колени, выглядя как обиженная добродетельная жена.
“Господин, все дело в том, что, когда она играла, я просто сказал, что Яо Яо в этом очень хорош. Вот она и захотела поиграть с сестрой Яо Эр… то есть с самим Яо Яо!”
Как только он договорил, трое тут же все поняли. Оказалось, что когда Юй Мяо в шутку назвал Ло Хуайяо “Яо Яо”, Тао Цянь приняла это за ту самую сестру, которую они когда-то выдумали. Так все и закрутилось.
“Вот язык у тебя длинный!” — Ло Хуайяо закатил глаза.
“Господин, виновата!” — Юй Мяо еще сильнее задрал голос, но прозвучало это так, будто кто-то провел ногтями по школьной доске.
Чжоу Хао первым не выдержал, зажав уши и выругавшись: “Черт! Ну и ужасный звук!”
“Точно!” — тут же подхватил Чжао Куо: “Все равно самый приятный голос у нашего Яо Эра!”
“Тогда я хочу посмотреть, как Яо Эр скажет эту фразу!” — Юй Мяо недовольно встал.
“Яо Эр, давай, покажи ему!” — Чжоу Хао начал подзуживать Ло Хуайяо, затем многозначительно посмотрел на Чжао Куо. Тот мгновенно все понял, достал из кармана телефон и незаметно включил камеру.
Ничего не подозревающий Ло Хуайяо, не терпящий вызовов в свой адрес, с пренебрежением встал, изящно сложил пальцы в “орхидейную кисть” и тут же в спальне раздался его приторно-сладкий голос:
“Господин, эта скромница осознала свою ошибку…”
Этот голос был настолько чарующе-слащавым, настолько соблазнительным, что трое его друзей невольно поежились. Если бы перед ними не стоял живой, жизнерадостный парень, кто знает, какие мысли могли бы у них возникнуть.
“Черт!” — Ло Хуайяо уже наслаждался триумфом, но, повернувшись и увидев телефон в руках Чжао Куо, тут же сорвался с места. Чжоу Хао и Юй Мяо мгновенно включились в борьбу.
Комната тут же превратилась в настоящий хаос.
В итоге Ло Хуайяо так увлекся возней с соседями, что полностью забыл и про дружеское общение с Морским королём, и про игры. Даже когда он уже лежал в постели, это ему не пришло в голову.
*
“Что это со старшим Гу сегодня?” — В комнате 1060 царила мертвая тишина, пока Шэн Цзыфань не подкрался к уху Цао Мо и не зашептал.
Цао Мо покачал головой:
“Без понятия”.
“Он ведет себя странно. Еще когда вернулся после душа, выглядел довольным, а потом, чем дольше смотрел в телефон, тем мрачнее становилось его лицо”, — добавил У Гэ.
Шэн Цзыфань, услышав это, снова украдкой взглянул в сторону, затем повернулся и констатировал факт: “Теперь его лицо уже совсем черное”.
И действительно, лицо Гу Чжуня было мрачнее тучи.
Он смотрел на экран своего телефона — в чате последнее сообщение было от собеседницы:
[Прекрасная свинка: Братишка, я сначала пойду в душ, потом поиграем.]
Но с тех пор прошло уже несколько часов, а от нее не было ни единого звука. Более того, она даже не ответила на его несколько сообщений.
Что он там делает?..
Гу Чжун уставился в телефон, но через некоторое время все же заблокировал экран и отложил его в сторону. Однако сосредоточиться на файлах на компьютере он так и не смог. Только когда в раздражении захлопнул ноутбук, вдруг осознал, в каком состоянии находится.
Такое нетерпение, тревога — эти эмоции были ему не свойственны. Его сердце, годами спокойное, словно застывшее озеро, вдруг покрылось рябью. Гу Чжун долго смотрел на экран перед собой, а затем неожиданно улыбнулся.
Сидящие рядом и тайком за ним наблюдавшие Цао Мо, Шэн Цзыфань и У Гэ: “!!!”
Что это за жуткая смена настроения?! Только что его лицо было чернее сковородки, словно вот-вот разразится буря, а в следующую секунду он уже улыбается, как цветущая персиковая ветка?! Неужели он втайне ездил в Шу, чтобы научиться искусству смены лиц?
Вдруг Гу Чжун перевел на них взгляд. Троица мгновенно вздрогнула и, неосознанно, села ровнее.
“Как, по-вашему, лучше признаться в любви?”
“О!” — Цао Мо, осознав, что Гу Чжун не собирается с ним разбираться, мгновенно расслабился: “Признание в любви — пустяк…”
“Признание?!” — одновременно воскликнули три голоса, и в комнате 1060 воцарилось полное ошеломление. Они уставились на Гу Чжуна, не веря своим ушам.
Гу Чжун неторопливо повернул к ним стул, оперся правой рукой на подлокотник и, покачивая пальцем, с ухмылкой спросил: “Удивлены?”
Увидев, что они все еще пребывают в шоке, он задумчиво помолчал, затем вновь отвернулся к столу и пробормотал себе под нос: “Совсем забыл, что они все — одинокие собаки”.
Цао Мо, Шэн Цзыфань и У Гэ: “…”
Ну и что, что у тебя есть девушка?! Обязательно было нас так унижать?! Ну и наглость!
*
А в это время, когда на следующее утро Ло Хуайяо сидел в туалете и листал телефон, его вдруг пронзило осознание: он что, проигнорировал Морского короля на целую ночь?! Черт! А вдруг тот за это время завел разговор с другой девушкой и забыл о нем?!
Ло Хуайяо в панике отправил сообщение и даже добавил несколько стикеров с кланяющимся медвежонком, чтобы выразить свое извинение.
[ААААААААААААААААА!]
Сначала — длинный вопль из букв “А”, чтобы выразить свой шок и показать, что он не нарочно не ответил, а просто только что понял, что забыл это сделать!
[Братик, прости меня!!! Ууууууу…] — сначала искреннее извинение, три восклицательных знака для усиления искренности, а потом притворные всхлипы, чтобы показать свою растерянность.
[Братик, ты больше не будешь со мной разговаривать? Ты меня уже ненавидишь? Я правда не нарочно (грустный котик.jpg).]
Прием “отступление ради наступления”: первым же делом предположить, что он обиделся и не хочет общаться, чтобы ему стало неловко злиться. В конце еще раз подчеркнуть, что все это было не специально — пусть остывает.
[Вчера после душа я так устала, что сразу уснула, а телефон, как назло, сам выключился… Только утром, когда поставила его на зарядку, увидела твои сообщения…] — наспех придуманный оправдательный текст. В любом случае это не моя вина! Если начнешь меня обвинять, то сам будешь неправ!
[Братик, не злись, ладно? Не игнорируй меня, пожалуйста? Мне будет так грустно…] — в финале добавить немного жалобных мольб. Фраза “Мне будет грустно” должна дать ему почувствовать свою важность. Пусть немного потешит свое эго.
Закончив писать это длинное сообщение, Ло Хуайяо довольно кивнул. Он был чертовски доволен своим “литературным талантом”. Хе-хе, образцовый текст для извинения милой девочки! Если после такого Морской король все еще будет злиться, то ему впору сомневаться, мужчина ли он вообще!
[Морской король: Ничего страшного.]
Как и ожидалось, Морской король не обиделся. Ло Хуайяо радостно убрал телефон и только когда вернулся из туалета в спальню, посмотрел следующие сообщения.
[Морской король: Не думай лишнего.]
[Морской король: Я не злюсь.]
[Морской король: И не собираюсь тебя игнорировать.]
[Морской король: Тем более не позволю тебе грустить.]
Ло Хуайяо: “…”
Почему с каждым следующим сообщением эмоции нарастают? Отчего у него вдруг мурашки по спине?..
Этот Морской король так двусмысленно пишет… Он что, хочет…
Он уставился во все глаза на экран своего телефона, наполненный напряжением и ожиданием от предстоящего сообщения. Хотя Ло Хуайяо и сам не понимал, почему он так волнуется, его пальцы все равно предательски подрагивали.
Гу Чжун, следуя инструкции с веб-страницы, медленно, буква за буквой, набрал сообщение и отправил его.
Ло Хуайяо несколько раз сглотнул, глаза уже начали уставать от напряженного взгляда, когда телефон наконец завибрировал.
[Морской король: Перевод средств → 5200]
[Морской король: Будешь моим CP?]
Увидев сумму перевода, Ло Хуайяо от изумления раскрыл рот в форме буквы “О”. Современные морские короли настолько богаты?! Чтобы завести CP, нужно отправлять такие щедрые красные конверты?
Гу Чжун несколько минут смотрел в телефон, но ответа так и не дождался. Ни подтверждения получения денег, ни сообщения. Он нахмурился. Вспомнив, сколько Ло Хуайяо обычно съедает, внезапно занервничал.
Неужели он отправил слишком мало? Вдруг на эти деньги ему даже на несколько приемов пищи не хватит?..
http://bllate.org/book/15130/1337150
Готово:
