В оригинальном сюжете уже было нечто подобное.
Когда Лу Жэнь, пролежав несколько лет в коме, вернулся на Восточный континент, он обнаружил, что все изменилось до неузнаваемости.
Огромная семья Лу прекратила свое существование. Проходя сюжетную ветку в первый раз, Лу Жэнь растерялся, даже не зная, с какой стороны подступиться к поискам врагов.
Позже, словно гром среди ясного неба, появился Цзи Сяо и приютил его. Лу Жэнь всегда считал, что тот поступил так из старой школьной дружбы. Поскольку Цзи Сяо был немногословен, это недопонимание длилось годами.
В то время Лу Жэнь пытался найти хоть какие-то зацепки, но узнал лишь, что в один прекрасный день семья Лу просто покинула Восточный континент. Даже Цзи Сяо не ведал, куда они направились.
А потом на пороге возник Му Цинтун.
Лу Жэнь до сих пор отчетливо помнил тот день: дождливое утро, Цзи Сяо только что ушел, и в дверь постучали.
Несмотря на статус могущественного мастера, Цзи Сяо не любил посторонних в доме. Кроме него самого, там жил только Лу Жэнь на правах гостя.
Лу Жэнь, валявшийся в постели, поначалу не хотел открывать, но звонок трезвонил без умолку, и ему пришлось заставить себя подняться.
Распахнув дверь, он увидел лицо - одновременно знакомое и чужое.
Это был Му Цинтун, с которым они росли вместе в детстве, но потом связь прервалась.
Лу Жэнь даже обрадовался, увидев старого друга. Но не успел он и слова вымолвить, как Му Цинтун отшатнулся на несколько шагов назад, прикрыв рот рукой с видом глубоко оскорбленного человека. Стоило Лу Жэню позвать его по имени, как тот бросился прочь под проливной дождь.
С того дня все пошло наперекосяк.
Лу Жэня словно взяла под контроль какая-то таинственная сила, заставляя совершать запредельно глупые поступки.
Он не испытывал к Цзи Сяо ничего, кроме благодарности, но стоило ему увидеть того рядом с Му Цинтуном, как он начинал творить безумства: то строил из себя стерву, издеваясь над Му Цинтуном, то как настоящий интриган, пытался рассорить его с Цзи Сяо.
А тайна гибели семьи Лу отошла на второй план и перестала иметь значение.
Само существование Лу Жэня, казалось, сводилось лишь к тому, чтобы изводить Му Цинтуна и обманывать Цзи Сяо, играя неблаговидную, но незаменимую роль в их отношениях.
Человек вроде Цзи Сяо - холодный и практически бесчувственный, без "самоубийственной помощи" со стороны Лу Жэня, тот вероятно, так никогда и не осознал бы свои чувства к Му Цинтуну.
Идеальный инструмент, не иначе.
Когда главные герои, пройдя через тернии, наконец признавались друг другу в любви, миссия Лу Жэня как персонажа-инструмента подходила к концу.
Разумеется, достойная пешка даже собственной смертью обязана подталкивать развитие отношений основной пары. Лу Жэнь не стал исключением. Его гибель была ключевым моментом, окончательно скрепляющим их союз.
В том сюжете Лу Жэнь сам напросился на гибель, убежав в глушь в попытке заставить Цзи Сяо сделать выбор.
И в это же время Цзи Сяо узнает о всех кознях, которые Лу Жэнь строил против Му Цинтуна. Лишившись оков благодарности, Цзи Сяо, раньше сомневавшийся в своих чувствах, решительно и бесповоротно выбрал Му Цинтуна.
Этот сценарий повторялся снова и снова.
Лу Жэнь обрел самосознание в девяносто девятый раз, умирая в пасти мутировавшего существа. Среди острой боли он почувствовал: что-то здесь не так.
Приходя в себя в начале каждого цикла, он больше всего хотел выяснить правду о крахе своей семьи. Почему же в итоге он всякий раз сворачивал на нелепый путь борьбы с Му Цинтуном за мужчину?
Он не успел это понять, как погрузился во тьму, а вскоре снова очнулся.
В тот раз он стал другом детства Шэн Цзина, с которым только что обручился. Именно тогда Лу Жэнь осознал всю "неправильность" окружающего мира.
Люди походили на марионеток на ниточках. Все они вращались вокруг человека по имени Му Цинтун: сходили с ума, безумствовали ради его внимания.
Лу Жэнь пытался сопротивляться, но безрезультатно. В конце концов он даже начал думать, что неведение - это блаженство.
Позже Лу Жэнь впал в состояние "соленой рыбы": "Нужно тело? Забирай, сюжет, пользуйся". Сменив настрой, он получил больше времени для наблюдения за окружающими.
В целом, до появления Му Цинтуна все шло нормально. У людей были свои цели и мысли, они закаляли сердце воина в суровых тренировках. Но стоило Му Цинтуну возникнуть на горизонте, как стиль повествования делал резкий разворот на сто восемьдесят градусов, словно автора боевого сенэна внезапно сменил автор романтичного седзе-романа.
Абсурдно, смешно и безнадежно.
Всплеск!
- Кто здесь?! - Лу Жэнь мгновенно пришел в себя.
- Это я.
С берега донесся знакомый голос. Лу Жэню не нужно было оборачиваться, чтобы понять, кто это.
Цзи Сяо. Избранник судьбы, обладатель экстраординарного таланта, который через несколько лет станет великим мастером уровня Цзунши, охраняющим весь Восточный континент. И этот человек, согласно сюжету, после начала любовной линии с Му Цинтуном превратится во влюбленного дурака.
Сердце воина необъяснимым образом подменится сердцем влюбленного. Какая жалость.
- Тоже бедолага, - со вздохом едва слышно пробормотал Лу Жэнь.
Цзи Сяо: "?"
Лу Жэнь только сейчас понял, что допустил оплошность. С обостренными чувствами Цзи Сяо эта фраза, скорее всего, долетела до его ушей слово в слово.
Лу Жэнь перевернулся и поплыл к берегу. Он оперся на прибрежный камень и, глядя на Цзи Сяо, нашелся:
- Я говорю, Му Цинтун - настоящий бедолага. Так расплакался из-за этой Академии.
Цзи Сяо присел на берегу и произнес:
- Я пришел как раз по этому поводу. Слышал, ты ходил к ведущему преподавателю? Я не одобряю твою попытку заступиться за него. У Му Цинтуна слабый характер, он изначально не подходит для пути воина. Оставлять его в Академии с помощью обмана - дурная затея.
Лу Жэнь уставился на него, разинув рот:
- Ну и оценку ты ему дал...
Цзи Сяо не понял его реакции:
- Что не так?
Лу Жэнь хлопнул ладонью по камню и расхохотался:
- Да все так! Весьма метко.
Цзи Сяо не знал, почему Лу Жэнь смеется, но, глядя на его улыбку, почувствовал, что пришел не зря.
Он появился здесь не только что. Цзи Сяо пришел к реке еще десять минут назад и застал Лу Жэня в глубокой задумчивости. У того было странное выражение лица - казалось, он существует лишь на поверхности этого мира, абсолютно не вписываясь в окружающую действительность.
Цзи Сяо никогда не отличался чувствительностью к чужим эмоциям, да и в собственных разбирался плохо, но в тот миг он ясно осознал: Лу Жэнь не желал ничьего присутствия.
Он долго наблюдал со стороны, собираясь тихо уйти, чтобы не вторгаться в мир Лу Жэня в такой личный момент. Но неожиданно тот встал, скинул одежду и прыгнул в реку.
Цзи Сяо оцепенел. И не из-за самого поступка, а из-за раны на плече Лу Жэня.
Это оказался отчетливый след от зубов. Никакое насекомое не могло оставить подобный укус.
Эта рана, словно вспышка молнии, осветила хаотичные обрывки его памяти. Цзи Сяо замер на месте, и вдруг до него дошло. Лицо мгновенно залила краска. В панике он шагнул назад и наступил на сухую ветку.
Хруст всполошил Лу Жэня, и так начался этот разговор.
Лу Жэнь, видя, что Цзи Сяо задумался, и не стал его прерывать. Он просто поднял голову и принялся рассматривать висевшую в небе яркую круглую луну, кожей ощущая пульсацию пяти элементов в воздухе.
Настроение у него было прекрасным - настолько, что он даже решил поболтать.
- Я ходил к преподавателю вовсе не из-за Му Цинтуна.
- Угу.
- Я хотел вернуться домой, но неожиданно получил резкий отказ.
Услышав это, Цзи Сяо перевел взгляд с речной глади на Лу Жэня.
- Почему ты решил уехать?
- Слишком опасно, - отозвался Лу Жэнь. - Больше не хочу играть.
Цзи Сяо обычно презирал потомков мастеров боевых искусств, воспринимавших практику по как игру, но Лу Жэнь был исключением. После вчерашних событий он увидел другую сторону, скрытую под внешним видом избалованного молодого господина, и не стал судить так поверхностно.
- И что дальше?
Лу Жэнь немного удивился. Тон Цзи Сяо оставался чересчур спокойным. Согласно настройкам персонажа, тот должен заявить, что им не по пути.
Кто бы мог подумать, что он не только останется сидеть рядом, но и будет выглядеть настолько невозмутимым. Казалось, это просто спокойная беседа двух друзей.
Лу Жэнь вздрогнул от такой мысли - он вовсе не собирался заводить дружбу с Цзи Сяо. История с саламандрой льда и пламени наглядно показала: если хочешь чего-то добиться, лучше держаться от этого парня подальше.
Красавчик-персонаж, избранник Небес и прочее, такого нужно просто избегать, чтобы не попадать в неприятности.
Приняв решение, Лу Жэнь выбрался на берег, натянул одежду и похлопал Цзи Сяо по плечу.
- Знаешь, Цзи Сяо, я думаю, ты парень неплохой, - сказал Лу Жэнь. - Вот только профессия телохранителя тебе не очень подходит. Никогда не видел, чтобы работодателю приходилось помогать своему охраннику в драке, а потом еще и выхаживать его, пока тот в обмороке валяется.
Цзи Сяо уловил подтекст и возразил:
- Практика продлится еще неделю. Если ты меня уволишь, у меня не будет повода оставаться в одной палатке с Му Цинтуном и остальными.
"..."
- К тому же, в походе тебе придется самому заниматься всеми бытовыми вопросами.
Услышав это, Лу Жэнь проглотил заготовленную речь:
- А-ха-ха, я просто напомнил тебе, что ты пока не справляешься со своими обязанностями. Нужно усерднее тренироваться и не забивать голову чепухой. Сердце воина - вот истинная цель.
С этими словами он, заложив руки за спину, удалился.
Цзи Сяо долго хранил молчание. Внезапно он скинул верхнюю одежду и прыгнул в реку.
Его крепкое тело скрылось под водой. Спустя мгновение он вынырнул, ледяная вода помогла немного прояснить мысли.
И все же Цзи Сяо не понимал, почему его так задело намерение Лу Жэня его уволить. Но главное: почему там, в пещере, он так крепко обнимал его и не отпускал? И зачем укусил?
Он ведь всегда отличался брезгливостью и терпеть не мог прикосновений.
"Неужели все действительно так, как сказал Лу Жэнь, и никто не в силах устоять перед властью денег?"
Юный Цзи Сяо, чей разум был еще далеко не так тверд, как у великого мастера через несколько лет, погрузился в пучину самокопания.
***
В последующие дни Лу Жэнь вел себя как самый обычный школьник, прилежно участвуя во всех практических занятиях.
История с исчезновением молодого господина семьи Лу на целую ночь прошла незамеченной, будто ее и не было вовсе.
На протяжении всей практики Лу Жэнь так и не смог связаться ни с кем из семьи Лу.
Его первая практика по древним боевым искусствам завершилась - на удивление гладко и в то же время крайне странно.
Первый воздушный порт Восточного континента.
Автобус школы "Цилинь" уже ждал у входа. Лу Жэнь забрал багаж и направился в сторону частной парковки. Перед возвращением он позвонил водителю. Телефон, на удивление, ответил, и Лу Жэнь велел ждать его на месте.
Личным водителем Лу Жэня был отец Му Цинтуна. Его тон в разговоре остался прежним, он лишь попросил Лу Жэня захватить Му Цинтуна с собой.
- Му Цинтун, идем, нечего толкаться в школьном автобусе, - крикнул Лу Жэнь, махнув рукой.
Му Цинтун что-то сказал обступившим его одноклассникам и, волоча чемодан, поспешил к нему. По пути он столкнулся с Цзи Сяо и остановился поздороваться.
- Не хочешь поехать с нами?
Цзи Сяо собирался отказаться, но тут до него донесся заносчивый голос Лу Жэня:
- Му Цинтун, а ты мастер делать щедрые жесты за чужой счет. - Он сделал паузу. - Впрочем, ладно. Цзи Сяо, иди сюда и возьми вещи.
"..."
В толпе послышались перешептывания. Лицо Му Цинтуна залила густая краска, а Цзи Сяо, напротив, просто подошел.
Он молча забрал багаж из рук Лу Жэня:
- Пошли.
Лу Жэнь развернулся и зашагал прочь, больше не обращая внимания на Му Цинтуна.
Глядя на удаляющиеся спины этих двоих, идущих плечом к плечу, Му Цинтун почувствовал резкий укол тревоги. Он ускорил шаг и бросился вдогонку.
___________
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/15044/1417382
