Готовый перевод Rogue / Бесстыдник: Глава 11

О свиданиях он даже не задумывался.

Если бы Ивон хоть немного воспринимал Чан Бома как объект романтического интереса, он бы сразу это понял. Однако, назначая дату встречи с Чан Бомом, Ивон чувствовал себя так, будто встречается с бывшим коллегой старшего брата Чонмина, который иногда звал его пообедать за свой счёт, или с соседским хёном.

Ивон тоже был в некотором шоке.

Первый раз в жизни пошёл на свидание, а мой партнёр — дядька-гангстер.

Теперь он понимал, что первое свидание — это вовсе не то волнующее событие, о котором рассказывали друзья. Даже не то чтобы у него были какие-то иллюзии, но всё было настолько непохоже на то, что он слышал, что он даже не осознавал, что это свидание.

Каждый погрузился в свои мысли, и в наступившей тишине чёрный внедорожник подъехал к дому Ивона.

Попрощавшись и выйдя из машины, Ивон увидел, что Чан Бом последовал за ним. Вид его, шагающего рядом, был таким, словно он собирался проследовать за ним прямо в дом, поэтому Ивон остановился у входа и повернулся к Чан Бому лицом.

Чан Бом был таким высоким, что, если не запрокинуть голову, его лица не было видно. Из-за этого Ивон, у которого затекла шея от того, что весь день приходилось держать голову поднятой, вместо того чтобы встретиться с Чан Бомом взглядом, уставился на его широкую, крепкую грудь.

Он простоял так некоторое время, как вдруг над его макушкой раздался низкий голос:

— Когда на следующей неделе встретимся?

Он уже нашёл новую работу — ночную смену в другом круглосуточном магазине. Господину Чхве, который владел компанией по специальной уборке, он тоже сказал, чтобы тот звонил, если появится работа в понедельник, когда мясной ресторан закрыт по графику.

В итоге время с 8 утра до 2 часов дня, кроме понедельника, было тем временем, когда Ивон мог поспать или дать матери немного отдохнуть, пока он присматривал за братом. Это было также единственное свободное время, чтобы втиснуть «свидание» с Чан Бомом.

— Может, в субботу сходим на утренний сеанс в кино?

Так или иначе, раз он понял, что Чан Бом ждёт свидания, Ивону тоже пришлось подумать о том, чем заняться. Он был настолько обязан Чан Бому, что должен был постараться, чтобы тот почувствовал себя как в романтических отношениях с мужчиной.

— Там рядом есть и ресторан, и игровой зал. Можем посмотреть кино, поиграть в игры, а потом пообедать.

Так это будет больше похоже на свидание, чем сегодня.

С невозмутимым выражением лица, по которому невозможно было понять, нравится ли ему импровизированный план Ивона, Чан Бом спросил:

— Какой фильм хочешь посмотреть?

— Я посмотрю расписание сеансов и забронирую билеты.

Рассеянно уставившись на огромные ботинки Чан Бома, больше похожие на линкоры*, чем на обувь, Ивон подумал, во сколько же это будет.

П.п.: 군함 [gunham] — Линкор — военный корабль большого размера, предназначенный для ведения боевых действий на море.

Ночная смена в магазине заканчивается в 8 утра. Ивон помнил, что первые сеансы обычно начинаются около 9, так что, если действовать быстро, можно успеть. После обеда будет около часа, и можно сразу выходить на работу в ресторан. Будет немного утомительно, но терпимо.

Пока он раскладывал в голове план на субботу, ботинки-линкоры поскребли по земле и стали на шаг ближе к его кроссовкам. Так же внезапно огромная ладонь схватила Ивона за подбородок.

Не осознавая, что происходит, Ивон почувствовал, как Чан Бом приподнял его голову и без лишних слов поцеловал.

Только тогда Ивон впервые понял, что когда человек очень шокирован и смущён, он забывает, как дышать.

Он застыл, с резким вдохом, а Чан Бом разомкнул губы, соприкоснувшиеся с его губами. Ивон инстинктивно зажмурился, чувствуя, как горячая плоть пытается раздвинуть его губы. Его собственные губы, сжавшиеся с непроизвольным усилием, закрылись, как ракушка.

Чан Бом оторвался только тогда, когда Ивон, до этого с силой сжимавший губы и задерживавший дыхание, начал тяжело и прерывисто дышать.

Затем, слегка нахмурив свои густые брови, он прикрыл свои собственные губы и подбородок большой ладонью. Ивон видел движение его челюсти под ладонью, когда он причмокнул губами, казалось, с сожалением.

Поскольку они оба были мужчинами, Ивон понимал, что Чан Бом не разочарован и не зол на его скованную реакцию.

Чан Бом был возбуждён. Обычно это было бы незаметно, но из-за его крупных размеров, что даже лёгкая эрекция без вариантов выдавала себя чётким контуром на передней части брюк. Это была естественная физиологическая реакция, если Ивон был в его вкусе.

Ивон перевёл дыхание и сказал:

— Можете продолжать.

Способы создать ощущение романтики не ограничивались одними свиданиями. Поцелуи и секс, сопровождающие отношения, были такими же атрибутами любви, как и свидания. В любом случае, для Ивона, которому по-прежнему не нравилась роль парня Чан Бома, особой разницы не было.

Поэтому, даже если ему было неприятно от внезапного поцелуя Чан Бома, он не придал этому большого значения. Он уже был готов и на большее.

Ивон взял руку Чан Бома, убрал её с его лица и приподнялся на носках.

Лицо Чан Бома медленно приблизилось.

— Можете продолжать, я не против.

— С таким выражением лица, как будто тебе совсем не хочется?

Чан Бом холодно посмотрел на Ивона, который оказался прямо перед его носом, затем сам схватил его за запястье и резко потянул вниз. Благодаря этому пятки Ивона глухо стукнули об пол.

Чан Бом пожаловался на то, что Ивон счёл несправедливым:

— Ты, блять, просто невыносим.

Он не понимал, что ещё от него нужно, чтобы быть «попроще».

Пока Ивон стоял в недоумении, Чан Бом развернулся и направился к своему внедорожнику. Ивон спустился в полуподвальное помещение дома с надувшимся лицом, после того как машина Чан Бома скрылась из виду.

***

Во вторник в два часа дня Ивон вышел на работу в ресторан.

Он, конечно же, думал, что работа начнётся с уборки последствий погрома, устроенного на прошлой неделе, но, придя, обнаружил, что по какой-то причине заведение было уже прибрано. Оказалось, что хозяин, который тогда даже провёл ночь в больнице, в одиночку подготовил всё для работы за последние несколько дней.

Ивону было так стыдно, что он скорчил плачущее лицо и проворчал:

— Надо было просто позвать меня.

— Чтобы заставлять работать парня с повреждённой рукой и прослыть плохим хозяином? Я тогда сказал тебе отдыхать и выходить с сегодняшнего дня как раз для этого. Ты же тоже, наверное, был в шоке.

Благодаря этому его травмированная рука быстро зажила.

Ивон осмотрел новые столы, стулья и кофемашину и нерешительно проговорил:

— …Много всего сломалось, да?

— Ага.

Хозяин ответил без колебаний. Ивон понимал, что должен извиниться и пообещать возместить ущерб, но слова с пустыми обещаниями, которые он не мог сдержать, не шли с языка, и он лишь опустил голову.

Тем временем хозяин неожиданно добавил весёлым тоном:

—Босс Чан Бом всё возместил, так что я смог заменить все старые и обшарпанные вещи на новые.

— Босс Чан Бом?

Ивону показалось странным, что хозяин говорит так, словно они с Чан Бомом давно знакомы, и он переспросил. Только потом он удивился тому, что Чан Бом оплатил весь ремонт в заведении.

— Но зачем он это сделал?

— Ну, это же он разнёс вдребезги все столы с плитами.

Хозяин ответил, как о само собой разумеющемся, и в его глазах заблестела проницательность опытного бизнесмена.

— Собственно говоря, те головорезы сломали только стулья и вентиляторы. Самая дорогая вещь из сломанных — это, наверное, кофемашина?

Похоже, даже посреди хаоса хозяин внимательно следил за тем, кто что ломает. Складывалось впечатление, что если бы Чан Бом не возместил ущерб, он подал бы в суд на всех, кто устроил беспорядки. Хозяин был действительно взрослым человеком.

Так или иначе, поскольку он был виновником этого инцидента, Ивон не мог сдержать стон сожаления. Хозяин, словно читая его мысли, отбросил шутливый тон и добавил:

— Даже если бы это было не так, я не стал бы заставлять тебя платить. Что ты такого сделал? Денежные вопросы — это дело взрослых, мы сами разобрались, так что не переживай об этом. — Хозяин похлопал Ивона по плечу. — Как-нибудь скажи Боссу Чан Бому, чтобы зашёл поесть. Выпьем по рюмочке.

Похоже, во время обсуждения вопросов компенсации хозяин довольно близко сошёлся с Чан Бомом. Он обращался с Чан Бомом, который для него был молодым человеком, как с равным, взрослым, с удивительной лёгкостью.

В любом случае, благодаря этому они смогли сразу начать нормальную работу.

Хотя, поскольку район маленький, и слухи о том, что банда головорезов устроила дебош, должны были широко разойтись, мясной ресторан, вновь открывшийся после недельного перерыва, был забит постоянными клиентами.

В самый разгар вечернего наплыва клиентов в заведение вошла знакомая Ивону постоянная посетительница и весело поздоровалась:

— Ивон-а! Давно не виделись.

— Хеджин-и нуна.

Хедин была женщиной лет тридцати с небольшим, работавшей более десяти лет в компании по соседству. По словам хозяина, она была завсегдатаем ещё с давних пор, а с тех пор, как Ивон начал там работать, она стала заходить каждую неделю.

Хеджин, которая каждый раз приводила с собой разных подруг, ткнула локтем девушку, стоявшую рядом с ней.

— Удивляешься? Я же говорила, что тут симпатичный работник?

Когда он повернул голову, он увидел, что спутница Хеджин, похожая на её младшую коллегу лет двадцати пяти, смотрела на него, широко раскрыв глаза и беззвучно шевеля губами. В ответ на восторженный кивок спутницы Ивон лишь неловко улыбнулся и провёл их к столику.

Пока он принимал заказ и накрывал на стол, две женщины, забыв о его существовании, погрузились в свою собственную беседу. Хеджин страстно убеждала свою младшую коллегу:

— Если мужчина красивый — это может быть объективным фактом. Милый? Как можно так о нём думать? Но когда мужчина, который объективно не милый, начинает казаться тебе милым, это любовь.

Ивон невольно навострил уши, слушая слова Хеджин.

http://bllate.org/book/15034/1329149