Когда Чжоу Шэн вернулся, его лицо было искажено от ярости.
– Выиграл? – спросил Фу Лицюнь.
– Проиграл! – раздраженно ответил Чжоу Шэн, а затем резко переложил вину на Юй Хао. – Почему ты не пришёл болеть за меня? Из-за этого я и проиграл!
Юй Хао почувствовал себя так, словно его окатили ледяной водой.
– В полуфинал-то хоть прошёл? – спросил Фу Лицюнь.
– Прошёл, – ответил Чжоу Шэн, всё ещё пребывая в плохом настроении.
Юй Хао едва сдержался, чтобы не ударить Чжоу Шэна:
– Может, перестанешь преувеличивать?! Ты сам сказал, что сегодня проблем не будет! И попросил меня записать для тебя лекции! Мы обязательно придем на финал!
Чжоу Шэн усмехнулся, быстро снял спортивную майку и бросил её Юй Хао. Затем схватил полотенце и направился в ванную, чтобы принять душ. Юй Хао встал, подобрал брошенные на пол носки и пошёл замачивать его одежду. Через мгновение Чжоу Шэн вышел из ванной и передал Юй Хао свои штаны и нижнее бельё, их движения были идеально синхронизированы.
Фу Лицюнь пристально посмотрел на Юй Хао, и губы его дрогнули.
– Ты его слишком балуешь, – произнёс он наконец.
– Разве я не стираю и твою одежду? – Юй Хао смог выдавить из себя эти слова и подумал, что ему нужно быть более сдержанным, когда они находятся вне общежития. Он гей, а Чжоу Шэн – нет, так что будет неприятно, если он скомпрометирует Чжоу Шэна. Ведь, тот вел себя довольно-таки грубо так со всеми: кошками, собаками, деревьями, однокурсниками и даже с Фу Лицюнем.
Но только не с Юй Хао...
Юй Хао вдруг осознал, в чём суть проблемы. В последнее время Чжоу Шэн каждый день ходил с ним на занятия. Раньше он сидел где-то сзади, а теперь всё ближе и ближе к передним рядам — вплоть до первых трёх парт. Более того, он внимательно слушал лекции и даже не засыпал на них. Но что бросалось в глаза сильнее всего: Чжоу Шэн всегда смеялся и шутил с посторонними, но с Юй Хао всегда был предельно серьёзен.
У Чжоу Шэна, похоже, существовало два режима. Режим А – бунтаря, который он использовал в общении с посторонними и который подразумевал одинаковое отношение ко всем, будь то преподаватели или однокурсники. Режим Б – серьёзный, который включался только в общении с Юй Хао. Независимо от того, учил ли Юй Хао его английскому или они просто разговаривали, Чжоу Шэн редко озорно улыбался или флиртовал с ним.
Более того, когда они проводили время вместе, всё их внимание было сосредоточено на другом человеке. Для Юй Хао это было само собой разумеющимся, пока Чжоу Шэн был рядом, именно он был единственным человеком в глазах Юй Хао. Чжоу Шэн, в свою очередь, всегда оставался внимательным и наблюдательным, стоило только Юй Хао сделать хоть какое-то движение, как он тут же поворачивался к нему. Это напоминало широкую сеть, центром которой был Юй Хао.
Юй Хао не хотел создавать неприятности Чжоу Шэну. Если о них начнут сплетничать, они точно будут чувствовать себя неловко друг с другом. Со временем им стоит немного отдалиться, перестать проводить всё время вместе, и тогда всё наладится. У Фу Лицюня раньше была девушка, поэтому, даже если Юй Хао начнет проводить с ним больше времени, другие, скорее всего, не будут сплетничать о них...
«Что со мной не так?» – Юй Хао невольно усмехнулся про себя. Он столько лет провёл в одиночестве, а теперь не может жить без чьей-либо компании?
Как раз в этот момент к ним в комнату постучала секретарь студенческого коммунистического союза молодежи. Она пришла, чтобы собрать деньги на весеннюю экскурсию, которую планировали на середину марта. Раньше Юй Хао, скорее всего, и не поехал бы, но в этом семестре у него появились деньги, так что он мог себе это позволить.
– О, – произнесла секретарь, взглянув на Юй Хао. – Стираешь нижнее бельё Чжоу Шэна?
Юй Хао замер, не зная, что ответить.
– Ух ты! Серьёзно?! – крикнул из ванной Чжоу Шэн. – Ты даже знаешь, какое нижнее бельё я ношу? Как же это извращенно!
Фу Лицюнь едва сдерживался от смеха, а Юй Хао мысленно показал Чжоу Шэну большой палец вверх. Когда секретарь увидела спортивную одежду, выстиранную Юй Хао, она хотела в шутку сказать что-нибудь еще, но Чжоу Шэн резко оборвал ее. Так что ей ничего не оставалось, как только признать поражение и достать телефон. Фу Лицюнь взглянул на Юй Хао и жестом предложил ему заплатить.
Юй Хао перевёл деньги секретарю и сказал:
– За нас троих.
Внезапно Юй Хао кое-что понял. Он взглянул на Фу Лицюня, но тот смотрел видео в наушниках. Получив деньги, секретарь ушла.
Фу Лицюнь никогда не позволял другим платить за него и не занимал ни у кого деньги, кроме сегодняшнего дня. Юй Хао невольно подметил эту странность. Изначально, когда он доставал телефон, он собирался сказать: «За меня и Чжоу Шэна». Но поскольку Фу Лицюнь попросил его заплатить, вышло, что он заплатил за всю комнату.
Пока Юй Хао размышлял над смыслом этого, Фу Лицюнь снял наушники и сказал:
– Сколько? Я переведу тебе.
Он тут же перевел деньги Юй Хао. Юй Хао понял: его опасения не были беспочвенны. Это укрепило его решимость: сплетни – мощная сила. И даже если он сам их не боялся, ему нужно было подумать о благе Чжоу Шэна.
***
Во время поездки на автобусе Чэнь Екай, одетый в спортивную форму, пытался развлечь две группы студентов. При этом он сам выглядел как один из них.
– В прошлом семестре мы все немного познакомились, но я заметил, что многие заперлись в своих комнатах и не выходят на улицу, Ведете себя совсем как избалованные девушки из богатых семей… – его слова вызвали взрыв смеха в автобусе.
– Это не так! – студенты с факультета спорта начали отнекиваться. – Мы же каждый день занимаемся спортом!
– Наши тела постоянно сталкиваются друг с другом! – крикнул кто-то, и снова раздался громкий смех.
Чэнь Екай на мгновение замолчал, а затем продолжил:
– Итак, на этот раз всем следует больше общаться, отвлекитесь наконец от своих мобильных телефонов. Если вам понравится какая-то девушка, не стесняйтесь, подойдите и познакомьтесь!
Автобус взорвался ликующими возгласами, за которыми последовали восторженные аплодисменты в адрес Чэнь Екая.
Сделав паузу, Чэнь Екай добавил:
– Не тратьте впустую эти четыре года!
Смех почти заглушил его голос. Юй Хао улыбнулся ему, и по какой-то причине в этот самый момент Чэнь Екай, тоже улыбаясь, невольно взглянул на Юй Хао. Их взгляды встретились, и Чэнь Екай быстро отвёл глаза.
Чжоу Шэн тем временем продолжал сидеть в наушниках. Раздражённый шумом, он просто смотрел в окно.
– Конечно, девушки тоже могут признаваться в своих симпатиях к парням! – продолжил Чэнь Екай.
Бывший сосед Юй Хао по комнате вдруг сказал:
– А как насчёт того, чтобы парни признавались в симпатии к парням?
Раздался очередной взрыв смеха.
– Главное, чтобы это было от чистого сердца. Всё в порядке, если вам человек действительно нравится, – спокойно ответил Чэнь Екай.
Несколько девушек в первом ряду, которых Юй Хао не знал, обернулись и посмотрели на него и Чжоу Шэна. Юй Хао почувствовал себя немного неловко. В конце концов Чэнь Екай сказал:
– Если у вас возникнут трудности или вам понадобится помощь, вы можете обратиться к своему гэгэ Кай-Каю.
Тогда одна из девушек закричала:
– Чэнь-лаоши! Я хочу признаться вам в любви!
Весь автобус затрясся от смеха, и почти сразу же какой-то парень крикнул:
– Кай-Кай! Я тоже хочу признаться вам в любви!
Чэнь Екай махнул рукой, сел и положил микрофон. Но студенты не хотели так просто успокаиваться и продолжали шуметь.
– Лаоши! Помогите мне признаться в любви Чэнь Екаю!
– У лаоши есть человек, который ему нравится, – Чэнь Екаю не оставалось ничего другого, как снова взять микрофон.
– О-о-о… – вздох разочарования прокатился по автобусу.
– Парень или девушка? – снова спросил кто-то, мгновенно накалив обстановку.
На это Чэнь Екай ничего не ответил. Сердце Юй Хао ёкнуло. Он чувствовал, что Чэнь Екай в последнее время был не в духе, а теперь, возможно, ему стало ещё хуже.
– Может, кто-нибудь споет?
– Юй Хао! Юй Хао!
Поездка на автобусе была невероятно скучной, и у Юй Хао не было никакого желания петь.
– Неужели вы хотите заставить его петь в такой ужасный микрофон? Может быть, в другой раз? – встал на защиту Юй Хао Чэнь Екай.
Только после этого студенты отстали о Юй Хао.
«Слава богу», – подумал про себя Юй Хао и заметил, что ровно в этот момент Чжоу Шэн повернулся и с лёгкой улыбкой посмотрел на него. Юй Хао не понял, что так развеселило его. Затем Чжоу Шэн погладил Юй Хао по голове. Юй Хао было скучно, и он наклонился и вытащил один наушник, чтобы тоже послушать музыку, но Чжоу Шэн тут же подцепил его пальцем и вернул на место.
Юй Хао всё время казалось, что сегодняшняя атмосфера немного странная. Он достал телефон, немного поразмыслил и отправил Чэнь Екаю сообщение в WeChat.
[Как у тебя дела?]
[Если хочешь поговорить, подойди к передней части автобуса], – ответил Чэнь Екай.
Автобус как раз выехал на скоростную автомагистраль, и студенты либо спали, либо играли в игры. Юй Хао решил, что во время этой экскурсии ему не стоит слишком приближаться к Чжоу Шэну, и им нужно держаться на расстоянии. Поэтому он подал знак Фу Лицюню и жестом пригласил его сесть рядом с Чжоу Шэном. Сам же он прошёл в первый ряд и сел рядом с Чэнь Екаем.
Когда он уходил, Чжоу Шэн странно посмотрел на него.
Взгляд Чэнь Екая был немного пустым, и он тоже, надев наушники, смотрел в окно. Когда он взглянул на Юй Хао, в его взгляде читалась усталость. Чэнь Екай выглядел ещё более изможденным, чем в их последнюю встречу в больнице, а его губы были такими сухими, что покрылись трещинками.
Юй Хао беспокоился за него, поэтому спросил:
– Она очнулась?
Чэнь Екай покачал головой, но улыбнулся, показывая, что всё в порядке.
Юй Хао тоже не стал ничего говорить. Он вспомнил дни после смерти бабушки и то, что чувствовал тогда: в тот момент ему тоже не хотелось ни с кем разговаривать. Он остался совсем один, но ему нужно было заниматься организацией похорон, продажей дома и выплатой долгов. Когда с близким человеком случилась беда, ему был нужен кто-нибудь, кто бы был рядом. Не потому, что ему нужно было излить душу, а потому, что ему просто нужен был кто-то, кто находился бы рядом, и этого было бы более чем достаточно.
Если посмотреть на это с такой точки зрения, то можно сказать, что Лян Цзиньминь была для Чэнь Екая как член семьи. Поэтому сейчас ему не следовало ничего говорить, а просто нужно было побыть рядом.
Весеннее солнце ярко светило сквозь окна автобуса. Чэнь Екай смотрел наружу, погрузившись в свои мысли, в то время как Юй Хао тихо сидел рядом. Некоторое время спустя Чэнь Екай протянул ему один наушник.
Когда Юй Хао надел его, то услышал свой собственный голос.
– … – Юй Хао замер.
Чэнь Екай снова улыбнулся, закрыл глаза и протянул ему пакет с закусками.
Ты действительно сохранил это?! – Юй Хао тут же захотелось удалить запись.
– Нашел аудиозапись, сделанную кем-то в тот вечер, – ответил Чэнь Екай. – Если хочешь, тоже можешь скачать ее в групповом чате.
В голове у Юй Хао всё перевернулось, кто-то поделился записью его выступления в групповом чате, а ему никто об этом не сказал?! Он некоторое время искал файл в телефоне, все никак не находя его. Это продолжалось до тех пор, пока Чэнь Екай не протянул палец и не помог ему прокрутить ленту выше. Оказалось, запись выложила секретарь.
Юй Хао захотел тот час написать ей с просьбой удалить файл, но в этот момент ему на телефон пришло сообщение от Чжоу Шэна: [О, собираешься признаться? Удачи!]
Юй Хао:
– !!!
Чэнь Екай:
– ...
В этот момент Юй Хао чувствовал себя взорвавшимся фейерверком, но Чэнь Екай спокойно смахнул уведомление из WeChat, чтобы оно не мешало, затем выбрал аудиофайл, позволяя Юй Хао загрузить его.
Юй Хао глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Чэнь Екай больше ничего не сказал, и они вдвоем просто продолжили сидеть на своих местах. Юй Хао включил запись, которая была сделана в тот день. И чем дольше слушал, тем сильнее ему хотелось провалиться сквозь землю. Наконец он попытался убедить себя забыть и о песне, и о сообщении Чжоу Шэна в WeChat. Вместо этого он открыл туристическую информацию о месте назначения – горе Тяньцин.
После обеда автобус прибыл к подножию горы, а Чжоу Шэн все еще выглядел так, будто не проснулся, хотя полдень уже миновал. Засунув руки в карманы, он пристально разглядывал взволнованного Юй Хао.
– Я был прямо рядом с ним! – процедил сквозь стиснутые зубы Юй Хао. – Он. Видел. Это.
– О, – Чжоу Шэн выглядел озадаченным. – Тогда, разве это не здорово?
– Он мне не нравится! – твёрдо сказал Юй Хао.
Чжоу Шэн насмешливо фыркнул:
– Я думал, что нравится. В этом случае, мы можем пойти и объяснить ему все. Не переживай слишком сильно по этому поводу.
Юй Хао промолчал, но внутри он был готов взорваться от ярости на Чжоу Шэна. Чэнь Екай пошел покупать билеты, и Чжоу Шэн уже собирался отойти, когда Юй Хао резко схватил его за руку:
– Прекрати дурачиться!
Чжоу Шэн усмехнулся, затем обнял Юй Хао за шею и заставил того идти вместе с ним. Юй Хао отчётливо ощутил запах Чжоу Шэна – ему стало неловко, и он попытался вырваться, повторяя
– Прекрати дурачиться, прекрати дурачиться…
Юй Хао чувствовал себя крайне раздосадованным. Ему было нелегко сдерживаться, и он боялся, что, если Чжоу Шэн снова начнёт его дразнить, он не сможет удержаться и прижмётся к нему. Он уже решил, что между ними должна быть приличная дистанция, поэтому им больше не следует вести себя слишком интимно на глазах у других.
Чэнь Екай свистнул, привлекая внимание, и объявил:
– Билеты у меня. До горного склона – час пути.
Он раздал студентам талоны на питание, входные билеты и билеты на канатную дорогу.
– Обед будет в формате шведского стола на склоне горы, — продолжил Чэнь Екай. – После – отдых полчаса, а затем подъём на вершину. Он займёт около четырёх часов. Спускаться будем на канатной дороге, встречаемся здесь же. Если почувствуете, что больше не можете идти пешком, спускайтесь и идите к автобусу, не перенапрягайтесь. От середины горы к вершине ведут четыре тропы, поэтому, пожалуйста, следите друг за другом
Получив билеты, студенты поспешно разбрелись в разные стороны. Группа студентов-спортсменов была в том возрасте, когда энергию некуда девать. Они рванули вперёд, словно стая взбудораженных собак, выпущенных на волю, и в мгновение ока исчезли из виду
Чжоу Шэн и Юй Хао шли в конце группы.
– Иди вперёд, – сказал Юй Хао
– Чэнь-лаоши! – крикнул Чжоу Шэн, не обращая на слова Юй Хао никакого внимания.
Чэнь Екай, который в этот момент разговаривал с группой девушек, обернулся, услышав оклик. Юй Хао мгновенно почувствовал: что-то тут не ладно:
– Юй Хао сказал, что ты...– снова закричал Чжоу Шэн
– !!! – Юй Хао замер. – Я ничего не говорил! – поспешно воскликнул он.
Чжоу Шэн быстро сменил тон:
– Он сказал, что ты не дал ему достаточно времени! Студенты-психологи не так физически подготовлены, как студенты-спортсмены. Он боится, что не сможет подняться на вершину!
Юй Хао схватился за лоб. Чэнь Екай заслонил лицо рукой и крикнул в ответ:
– Если не сможешь подниматься, просто спускайся к автобусу! Тщательно рассчитывай время. И прекрати фотографировать. Мы отправляемся в путь!
Чжоу Шэн улыбнулся, глядя на Юй Хао, тот явно выглядел расстроенным.
– Пойдём, пойдём! — поторопил его Чжоу Шэн.
Юй Хао был раздражён. Они с Чжоу Шэном продолжили идти в хвосте группы.
– Сегодня солнце такое отличное, – потянувшись, сказал Чжоу Шэн. Затем он оглянулся и увидел, что Юй Хао застыл на деревянном настиле, погрузившись в свои мысли после того, как сделал несколько фотографий, и поторопил его. – Пойдём.
– Я не могу, – ответил Юй Хао. – Я не спортсмен.
Чжоу Шэн жестом пригласил его подойти ближе, обнял за плечи и протянул руку с телефоном, чтобы сделать селфи. Но вокруг постоянно появлялись люди, мешая съёмке, и Чжоу Шэн не выдержал:
– Мы что, не можем даже сфотографироваться?!
– Забудь об этом, – отозвался Юй Хао. – Наверху, вид лучше. Пойдём туда и сфотографируемся.
Как только студенты ушли, у подножия горы снова воцарилась тишина. Гора Тяньцин была малопосещаемым живописным местом недалеко от города Ин. Обычно здесь было не так много туристов, но те кто приезжал сюда, стремились посетить скалы, где сохранились каменные надписи времён династии Мин. У входа в пещеру была выгравирована надпись: «Море горечи безбрежно, но покаяться, значит обрести берег». Под надписью была каменная скульптура, изображающая человека, борющегося в море страданий.
Юй Хао подумал, что эта каменная надпись действительно очень подходит для скульптуры, поэтому он остановился и сфотографировал ее. Чжоу Шэн прошёл немного вперёд, время от времени оглядываясь, чтобы подождать его.
– Пойдём, – позвал его Чжоу Шэн.
Юй Хао задумался, как заставить Чжоу Шэна идти быстрее, ему хотелось избежать лишних сплетен и не проводить с ним весь день. По крайней мере, сегодня они не должны были все время быть вместе, к сожалению он не знал, куда исчез Фу Лицюнь.
– Ты злишься? – вдруг спросил Чжоу Шэн, словно что-то почувствовав.
– Нет, – ответил Юй Хао, уже забыв свою шутку про Чэнь Екая. – Просто я не в лучшей форме. Подниматься в горы довольно утомительно.
– Я же говорил тебе есть больше, но ты никогда не слушаешь, – заметил Чжоу Шэн и замедлил шаг.
Вскоре они догнали Чэнь Екая и четырех девушек из одного из общежитий. Чэнь Екай, держа в руках чужой телефон, опустился на одно колено, чтобы сфотографировать их: так ноги девушек казались длиннее.
Они не знали, когда появился Фу Лицюнь, но он стоял в стороне и наблюдал, как Чэнь Екай фотографируют. Девушки были очень красивыми, а красивые девушки нравились всем.
Юй Хао сочувственно подумал, что Чэнь Екаю вовсе не хочется сейчас быть с ними, возможно, ему просто хотелось спокойно пройтись в одиночестве и подышать свежим воздухом.
– Они здесь, – сказал Чэнь Екай девушкам. – Идите.
– Забудь об этом, – сказала одна из девушек с факультета спорта, которая шла впереди. – Пусть они идут вместе, не разлучайте их.
– ??? – удивился Юй Хао
Чжоу Шэн промолчал.
– Я помогу вам сказать это, – обратился к девушкам Чэнь Екай. – Будьте смелее. Чжоу Шэн, подойди к нам!
– Чжоу Шэн! – позвала одна из девушек, которая выглядела очень мило. – Пойдём с нами.
Теперь уже Чжоу Шэн растерялся.
– Я не пойду! – резко ответил он.
– Он стесняется, простите его, – пояснил Фу Лицюнь
Девушки снова рассмеялись, и Чжоу Шэн почувствовал себя ещё более неловко. Он остался на месте, не решаясь двинуться вперёд.
– Иди, – на этот раз предложил Юй Хао. – Иди.
Юй Хао подумал, что это неплохая идея. В конце концов, Чжоу Шэн был натуралом и, естественно, немного стеснялся девушек. Учитывая его характер, его нужно было немного подтолкнуть.
Однако Чжоу Шэн разозлился и посмотрел на Юй Хао.
– Чжоу Шэн поведёт вас по тропе, – сказал Юй Хао и похлопал того по плечу.
– Тебе не нужно идти с нами! – по очереди сказали три остальные девушки. – Проводи только её!
Юй Хао серьёзно посмотрел на Чжоу Шэна, тот был явно раздражён. Юй Хао наклонился ближе и тихо произнёс:
– Я пойду за тобой.
Чжоу Шэн не сдвинулся с места, и девушки тоже не уходили. Та девушка всё ещё ждала Чжоу Шэна, и, когда Чэнь Екай увидел, что Чжоу Шэн попал в затруднительное положение, он решил помочь ему и сказал:
– А что, если мы пойдем все вместе?
– Тогда я подожду вас в ресторане, – наконец, согласился Чжоу Шэн..
В любом случае до ресторанчика, находящегося на полпути к вершине горы было всего полчаса ходьбы. Чжоу Шэн, всё ещё выглядевший недовольным, повёл девушку. Чэнь Екай уже собирался подать знак Юй Хао, когда Фу Лицюнь немного отстал от группы и обнял Юй Хао за плечи:
– Я пойду с тобой.
Они шли медленно, и, глядя на Фу Лицюня, можно было подумать, что тот хочет дождаться, пока Чэнь Екай и остальные не уйдут вперед. Только после этого он с Юй Хао медленно пошел за ними.
Чэнь Екай хотел воспользоваться шансом и избавиться от компании девушек, но не ожидал, что Юй Хао и Фу Лицюнь вообще не помогут ему выбраться из затруднительного положения. В конце концов ему пришлось продолжать фотографировать девушек, выбора у него просто не осталось.
http://bllate.org/book/15009/1608382
