«По правде говоря, я всегда мечтал о ком-то, кто во время бесчисленных восходов солнца будет стоять рядом со мной. Кто будет снова и снова находить меня…»
«К сожалению, сны – это всего лишь сны, и они могут оставаться только снами. Когда взойдет солнце, нам придется попрощаться. С сегодняшнего дня живи хорошей жизнью. Ты постепенно забудешь меня».
Понимание, точно молния, поразило сознание Юй Хао. Однако он ни капельки не удивился, как будто этот ответ давно был известен ему.
«Генерал» – это Чжоу Шэн? Юй Хао обдумал последствия этого открытия. Он не осмеливался верить в это, но другого выбора у него не оставалось, потому что это было самое разумное объяснение. Когда Ши Ни открылась ему, Юй Хао неосознанно обернулся, желая узнать правду лично от Чжоу Шэна. Но когда он увидел того, купающегося в лучах заходящего солнца, Юй Хао передумал.
Тысячи мыслей теснились в его голове, для начала ему нужно было самому разобраться в этом.
Человек, являвшийся ему во снах, был Чжоу Шэном? Знал ли Чжоу Шэн о своих способностях? Был ли он человеком со сверхспособностями? Юй Хао находил это абсурдным. Один вывод вёл к другому, а затем к бесчисленному множеству других выводов. В конце концов, Юй Хао даже начал сомневаться в реальности окружающего мира.
– Что случилось? – Чжоу Шэн бросил подозрительный взгляд на Юй Хао.
– Ничего, – Юй Хао со странным выражением на лице внимательно посмотрел на Чжоу Шэна, решая на время подавить возникшие у него мысли о том, что Чжоу Шэн – это Генерал.
В последний день перед зимними каникулами в городе Ин наступила самая холодная пора. Юй Хао встретился с соседом по комнате Чжоу Шэна, и они вместе пошли подавать заявление о смене комнат. По дороге Юй Хао неожиданно обнаружил, что теперь знаменит. У всех, кто видел его, было одно и то же выражение на лицах: «О, это ты!»
Заявление было легко одобрено. Юй Хао отсчитал 800 юаней и передал их студенту-спортсмену по имени Чжуан Вэймин, он даже купил ему две пачки сигарет. Начиная со следующего семестра, Юй Хао придется отдавать раз в семестр по 1600 юаней за проживание в общежитии.
Его студенческий кредит также был одобрен, и он будет получать по 6000 каждый год. Хотя этого все равно было недостаточно для оплаты обучения, на данный момент ему нужно было внести еще 8500 юаней, это все равно значительно облегчало финансовое бремя, легшее на плечи Юй Хао. С учётом денег, заработанных на подработке, у него набиралось около 7000 юаней. После зимних каникул он сможет полностью оплатить обучение за первый год.
– Я собирался подать заявку на получение тобой стипендии, – сказал Чэнь Екай. – Но ты не набрал больше 85 баллов по высшей математике, что снизило общий балл. Продолжай усердно учиться в следующем семестре. Даже Чжоу Шэн показал себя довольно хорошо, набрав более 90 баллов. Видишь, если усердно учиться, то обязательно добьёшься успеха.
Юй Хао и так был чрезвычайно доволен, на стипендию он даже не смел надеяться. Но в тот момент, когда на его лице появилось выражение счастья, Чэнь Екай отругал его, наказав заниматься во время зимних каникул и пообещав прийти и проконтролировать его.
– Разве лаоши не поедет домой отмечать Праздник весны? – неуверенно спросил Юй Хао.
– Поеду на три дня, – ответил Чэнь Екай. – А ты не ленись.
После завершения всех формальностей Юй Хао начал обустраиваться в своей новой комнате. Поначалу он активно сопротивлялся идее перевезти свои немногочисленные вещи из одного общежития в другое. В этот момент демонстрация всему миру его старой одежды, подушки, одеяла, устаревших канцелярских принадлежностей и поношенной обуви, стала бы окончательным свидетельством его бедности.
Но Чжоу Шэн заранее приготовил две полиэтиленовые сумки и, даже не особо присматриваясь, принялся запихивать в них вещи Юй Хао. Одну сумку он нес на спине, а другую держал в руке. Юй Хао только и оставалось, что с пустыми руками следовать за ним через двор, разделяющий общежития. Вокруг было много студентов, возвращающихся домой на Праздник весны. Многие заметили их, а кое-кто даже поприветствовал Юй Хао.
– Чему ты, как идиот, улыбаешься? – Чжоу Шэн оглядел Юй Хао с ног до головы.
Юй Хао тут же сделал свое обычное выражение лица и ответил:
– Ничему.
Он действительно с нетерпением ждал переезда в общежитие Чжоу Шэна. После того, как полиэтиленовые сумки были занесены внутрь, он оглядел комнату и сказал:
– Спасибо. Остальное я сделаю сам!
После этого Чжоу Шэн принялся собирать свой багаж. Но, не упаковав даже половины, он вдруг сел на кровать и произнес:
– После того, как я уеду на каникулы домой, ты можешь носить любую из моих вещей. Звони мне в любое время, если что-нибудь случится.
– Ничего не случится, – ответил Юй Хао.
– Может, через несколько дней сводить тебя за покупками? – спросил Чжоу Шэн.
– Я и сам могу сходить.
Юй Хао был очень доволен своей новой комнатой. Она была намного просторнее, теперь ему не придется тесниться. Кровати были двухъярусные: сверху располагалось спальное место, а внизу – рабочий стол. Комната была наполнена сильным мужским запахом Чжоу Шэна.
Юй Хао сначала застелил свою постель, а уже после принялся мыть пол и окна. Чжоу Шэн, не двигаясь, лежал с закрытыми глазами на своей кровати, слушая музыку, словно Юй Хао, выполняющий работу по дому, был чем-то само собой разумеющимся.
Проснувшись, Чжоу Шэн обнаружил, что комната преобразилась. Не только общая зона, но и стол Чжоу Шэна, а также пространство под ним были прибраны, даже одежда, валяющаяся в шкафу без особой системы, теперь была аккуратно сложена.
– Пойдём покидаем мяч, – предложил Чжоу Шэн.
– Иди один, – ответил Юй Хао. – Хочу сегодня закончить браслет.
Юй Хао отправил Чжоу Шэна одного идти играть в баскетбол. В эти дни все его мысли были заняты Генералом. Теперь же, размышляя, он сидел и плел браслет.
Во-первых, существует ли Генерал в реальном мире? Плетя браслет, Юй Хао пришел к выводу, что его появление во снах могло произойти только в том случае, если они встречались в реальности.
Рассуждая логически, он пришел к следующему заключению, если бы Генерал приснился только Юй Хао, то он бы мог быть плодом его воображение. Однако впечатления Ши Ни о нем убедительно подтвердили гипотезу Юй Хао. Поскольку их опыт пережитого за день частично совпадал, то Генерал не мог быть просто иллюзией, придуманной одновременно двумя людьми.
Следующими вопросами было: действительно ли Генерал – это Чжоу Шэн. Знает ли Чжоу Шэн, что может появляться в сновидениях других людей? Делал ли он это сознательно или бессознательно? Забывает ли он все, когда просыпается?
Судя по тому, что Генерал, пребывая в облике Царя Обезьян, сказал Ши Ни: «Это ты призвала меня сюда». Юй Хао был уверен, что Чжоу Шэн, должно быть, знал об этом и все осознавал. Когда он в тот день в конференц-зале ударил Ши Ляна, это не было опрометчивым поступком… а скорее способом Чжоу Шэна произвести глубокое впечатление на Ши Ни!
С точки зрения психологического воздействия, Чжоу Шэн все просчитал: он избил отца Ши Ни, которого та боялась и не смела сопротивляться. Это привело к тому, что глубоко укоренившееся желание Ши Ни, чтобы ее спас герой вроде Сунь Укуна, наложилось на образ Чжоу Шэна, избивающего ее отца.
Следующий вопрос: обладает ли Чжоу Шэн сверхспособностью, позволяющей ему проникать в чужие сны? Это, очевидно, противоречило всем правилам материализма! Мировоззрение Юй Хао было готово рухнуть при одной мысли об этом. Если бы Генерал не был человеком из реального мира, тогда все можно было бы списать на какое-нибудь паранормальное явление, или даже связать с инопланетянами или теорией радиоволн, подобным тем, что описываются в «Десяти величайших чудесах света.
Но теперь, когда все произошло на самом деле, Юй Хао ощутил сильнейшее чувство нереальности всего происходящего. Был только один человек, который мог бы дать ответы на все его вопросы. Но ответит ли он серьезно? Даже если бы Юй Хао спросил, то не смог бы понять, говорит ли Чжоу Шэн правду или обманывает. Да что там говорить, даже если сам Юй Хао считал все эти объяснения притянутыми за уши, то…
Внезапно дверь распахнулась, и в комнату вошел Фу Лицюнь. Он удивленно вскрикнул, увидев Юй Хао.
– Ты с кем-то встречаешься? – удивленно спросил Фу Лицюнь, увидев, что Юй Хао плетет браслет. – Кому из девушек ты хочешь его подарить?
– Это для Чжоу Шэна.
Фу Лицюнь застыл на месте и молча посмотрел на Юй Хао. Юй Хао тоже молчал, смотря на Фу Лицюня в ответ.
– Не то, чтобы я хотел это говорить… но ты действительно похож на молодую жену.
– Заткнись! – сердито ответил Юй Хао.
Фу Лицюнь и Чжоу Шэн жили в соседних городах, только один на востоке, а другой на западе от города Ин. Они уже купили билеты на поезда, которые отбывали сегодня в одиннадцать вечера. Обеспокоенный тем, что Юй Хао в общежитии будет одинок, Фу Лицюнь даже позвонил своей бывшей девушке, которая жила в этом же городе, и попросил её во время новогодних праздников хоть изредка навещать Юй Хао.
Это очень смутило Юй Хао, и он поспешно сказал:
– Нет, нет, не нужно этого делать.
– Не хочу показаться занудой, но в последнее время ты ведешь себя очень странно, – ответил Фу Лицюнь и спросил. – Тебя что-то беспокоит? Не бойся, просто расскажи мне все.
– Что? – в последнее время Юй Хао действительно был немного рассеян, его мысли были заняты словами Ши Ни. Однако он быстро ответил. – Ничего меня не беспокоит, я просто немного задумался.
Фу Лицюнь пододвинул стул, затем он сел напротив Юй Хао и стал наблюдать, как тот плетёт браслет для Чжоу Шэна.
– У тебя неплохо получается, – похвалил его Фу Лицюнь. – И о чем ты задумался? Сплети и мне такой же, если у тебя будет время?
– Конечно, после того, как закончу этот, сплету и тебе, – ответил Юй Хао. – Просто задумался о прошлом, – затем Юй Хао поднял глаза и улыбнулся Фу Лицюню. Вместо ответа тот протянул руку, чтобы коснуться его ресниц, на что Юй Хао быстро произнес. – Не мешай.
Фу Лицюнь лишь улыбнулся ему в ответ.
– О прошлом? – впрочем, вскоре опять заговорил Фу Лицюнь, наблюдая, как Юй Хао ловко перебирает пальцами.
– В тот день, когда я был на заднем склоне горы... – Юй Хао задумался на некоторое время, этот вопрос уже долгое время не давал ему покоя. – Это Чжоу Шэн сказал тебе?
– Почему ты все время думаешь об этом? – вопросом на вопрос ответил Фу Лицюнь.
Юй Хао немного помедлил, затем жестом попросил Фу Лицюня протянуть руку. Его запястье было примерно таким же, как у Чжоу Шэна, поэтому Юй Хао хотел убедиться, что такой длины браслета будет достаточно.
– Так это он сделал? – мягко спросил Юй Хао, и приподнял бровь.
– Да, – не стал скрывать этого Фу Лицюнь. – Он сказал, что видел, как ты покупал уголь и керосин, и что у тебя с собой есть зажигалка, хотя ты и не куришь. Он подумал, что это немного странно, и попросил меня пойти на твои поиски.
Сердце Юй Хао бешено заколотилось, когда он спросил:
– А сам он куда пошел?
– Тоже искать тебя, – пожал плечами Фу Лицюнь. – Мы разделились, чтобы как можно быстрее найти тебя. Чжоу Шэн отвечал за территорию за спортивной площадкой. Я первым нашел тебя, а потом позвонил ему. Юй Хао, не думай больше об этом.
– Хорошо, – кивнул Юй Хао. – Знаю. Потом... потом ты тоже ему звонил?
– Нет, я забыл, – ответил Фу Лицюнь. – Он же все равно потом сам явился в медпункт. Тебя это беспокоит?
Юй Хао покачал головой.
Фу Лицюнь улыбнулся, затем встал и ненадолго вышел. Вернувшись, он увидел, как Чжоу Шэн, только что принявший душ, сидит скрестив ноги и вытянув вперед левую руку. Юй Хао как раз завязывал на его запястье красный браслет. Браслет оказался идеальной длины. А с золотым кольцом, похожим на циферблат, он и вовсе походил на часы.
Фу Лицюнь замер от увиденного.
– На что ты так пристально смотришь? – спросил у него Чжоу Шэн.
– Фу Лицюнь, ты слишком много думаешь! Я слышу твои мысли! – поддержал его Юй Хао.
Фу Лицюнь быстро махнул рукой. После того, как они втроем поужинали, Юй Хао спросил о четвертом соседе по комнате, которого он еще не встречал.
– Он из третьей группы, спортивного факультета, – небрежно отмахнулся от вопроса Чжоу Шэн. – Он завалил слишком много предметов, поэтому, скорее всего, его отчислят. Прямо сейчас он готовится к поездке за границу, так что тебе не нужно о нем беспокоиться.
– Юй Хао, тебя что-то беспокоит? – Фу Лицюнь с подозрением посмотрел на Юй Хао.
В последние несколько дней казалось, что Юй Хао действительно чем-то озабочен: в один момент он был в приподнятом настроении, но уже в следующий мог глубоко задуматься.
– Нет, нет, всю нормально, – тут же возразил Юй Хао.
В тот вечер он провожал их обоих до автобусной остановки, расположенной возле ворот университета. Чжоу Шэн свистнул ему и жестом показал «телефон», давая понять, что он может звонить ему в любое время. А после Фу Лицюнь и Чжоу Шэн сели в автобус.
Юй Хао в одиночестве вернулся в свою новую комнату. Он чувствовал себя легким, как перышко, когда забирался на второй ярус кровати. Лежа в своей новой постели, он испытывал смешанные чувства: с одной стороны легкое беспокойство, а с другой – умиротворение. Он взял телефон и принялся просматривать профили своих друзей в QQ.
– Генерал... – пробормотал Юй Хао. – Ты действительно хочешь, чтобы я тебя нашел?
Прокрутив несколько раз страницу, он увидел, что Чэнь Екай приглашает его поиграть в «King of Glory», поэтому он вошел в игру и с удивлением увидел там Чжоу Шэна и Фу Лицюня, которые уже должны были сесть в поезд.
[Юй Хао, иди к нам], – напечатал Чжоу Шэн, как только увидел, что Юй Хао онлайн.
Юй Хао выбрал Чжуан Чжоу. Он был озадачен, почему они оказались по разные стороны? Он был на одной стороне с Чэнь Екаем, в то время как Хуан Тин, Чжоу Шэн и Фу Лицюнь были на другой стороне.
[Прекрати нести чушь, давайте начнем], – ответил Чэнь Екай.
[Что происходит…] – Юй Хао даже не успел закончить печатать, как началась игра!
[Юй Хао! Тебе конец!] – угрожающе напечатал Чжоу Шэн.
[Просто приготовь свои баффы, не бойся его], – успокоил Юй Хао Чэнь Екай.
Битва была крайне хаотичной. Пока Чэнь Екай убивал остальных троих, Чжоу Шэн охотился за ним. Всякий раз, когда Чэнь Екай умирал, Юй Хао быстро прятался в траву. Чжоу Шэн, как обычно, выбрал Сунь Укуна. Он видел, как Чжоу Шэн ходил вокруг в поисках его, но не осмелился напасть исподтишка. Когда подходил Чэнь Екай, между ними на центральной линии вновь завязывалась хаотичная битва, и Чэнь Екай снова умирал.
Когда же Юй Хао вышел поддержать Чэнь Екая, Сунь Укун дважды обошел его, но не стал убивать. Однако стоило только Юй Хао броситься бежать, как Сунь Укун устремился за ним в погоню.
[Задержи его, я иду захватывать башню], – поспешно напечатал Чэнь Екай.
Сунь Укун загнал Чжуан Чжоу в угол, после чего оба остановились. Хуан Тин, увидев, как долго точка его союзника и вражеская точка находятся вместе, пришел в ярость: [Вы встречаетесь что ли?! Убей его!]
Юй Хао как раз собирался спросить Чжоу Шэна об этом же, как вражеская башня была разрушена. Они выиграли.
В этот момент Чжоу Шэн отправил Юй Хао сообщение в QQ: [Кай-Кай только что играл 1 против 3].
Юй Хао уже собирался объясниться, когда Чжоу Шэн прислал еще одно сообщение: [Скажи честно, ты ночевал в квартире Кай-Кая накануне суда? Я купил завтрак и пошел в твою комнату, но тебя там не было.]
Юй Хао внезапно почувствовал, что его поймали с поличным. Он знал, что не сможет скрыть это от Чжоу Шэна, поэтому собрался с духом и ответил: [Это не то, о чем ты думаешь!]
[О, и о чем я думаю?] – Чжоу Шэн отправил знак вопроса. – [Почему бы тебе не сказать мне этого? Разве я не могу просто спросить?]
Юй Хао хотел выбросить свой телефон. Чжоу Шэн, этот ублюдок! Он уже успел обо всем догадаться!
[Когда праздники закончатся, мне нужно будет кое о чем с тобой поговорить].
Юй Хао отправил сообщение Чжоу Шэну, но ответа не последовало. Юй Хао с тревогой ждал до полуночи, но Чжоу Шэн так ничего и не написал. Чэнь Екай поболтал с ним немного, но Юй Хао был немного рассеян, а вскоре и вовсе уснул.
Ответ Чжоу Шэна пришел только в два часа ночи.
[В туннеле не было сигнала. О чем ты хочешь поговорить? Мы можем прямо сейчас поговорить об этом].
[Спишь? Тогда я тоже пойду спать. Спокойной ночи.]
Юй Хао, всё ещё находясь в полусне, взглянул на сообщения Чжоу Шэна, зевнул и снова уснул. На следующий день он привел себя в порядок и приступил к новому циклу подработок.
Его целью было до двадцать восьмого числа последнего месяца лунного года заработать как минимум 3000 юаней. После Праздника весны он хотел купить какую-нибудь одежду, вкусно поесть, оплатить учебу и, возможно, даже приобрести в комнату сушилку для белья. Перед празднованием Лунного Нового года повсюду было оживленно. Средняя зарплата в городе Ин была низкой, но стоимость жизни была настолько высока, что могла соперничать со стоимостью жизни в Нью-Йорке.
Юй Хао увидел, что кафе «Цветочный домик» набирает персонал, и решил попытать счастья. Неожиданно его действительно наняли. Рабочее время было с 10 утра до 10 вечера, по двенадцать часов в день, было необходимо стоять поочередно то на кассе, то за кофейным прилавком. Зато оплата была по 200 юаней за смену. Юй Хао был практически на седьмом небе от счастья, ведь во время новогодних праздников было очень легко заработать.
Но, простояв целый день на ногах, он понял, что даже эти 200 юаней даются не так-то просто. От долгого стояния у Юй Хао отваливалась спина. Он мог отдохнуть не более десяти минут каждые два часа, этого времени едва хватало на поход в туалет. В кафе не хватало персонала – официантов было всего два, оно было битком набито людьми, поэтому заказы поступали без перерыва. А владелец еще и проводил акцию «купи один – получи второй бесплатно», поэтому очередь казалась бесконечной.
– Ванильный! Я заказал четыре ванильных маккиата! – клиент сердито закричал на Юй Хао. – Что ты делаешь? Я повторил это уже трижды!
– Простите, простите, – Юй Хао хотел превратиться в морского монстра с десятками щупалец, которые могли бы нажимать сразу на несколько кнопок на панели управления кофемашиной. К семи часам вечера он был голоден и раздражен, и ему казалось, что он вот-вот взорвется. Все его тело стало мокрым от пота.
– Простите! – шум от толпы был невыносим, от него у Юй Хао кружилась голова. – Я переделаю! – крикнул он, и очередь мгновенно замолчала. – Я сейчас же все переделаю.
Юй Хао попросил другого официанта подойти и продолжить принимать заказы, а сам надел фартук и пошел готовить кофе для клиента. Клиент уже пил карамельный макиато, ожидая, пока Юй Хао приготовит четыре порции ванильного. Клиент воспользовался акцией «купи одну чашку кофе – получи вторую бесплатно», то есть восемь чашек, и Юй Хао, естественно, должен был заплатить за четыре чашки из своего кармана. Одна чашка стоила 35 юаней, таким образом, в общей сложности он должен был выложить 140 юаней. Его сегодняшняя работа была практически бесплатной.
Клиент трижды менял свой заказ. Сначала он заказал два ванильных и два карамельных маккиато. После этого он заказал один ванильный, один карамельный и два горячих мокко. Шоколада для мокко в наличии не было, поэтому, наконец, клиент заказал четыре карамельных маккиато. Юй Хао был абсолютно уверен, что клиент имел в виду ванильный маккиато, но сказал карамельный, он просто неверно произнес.
Но спорить с клиентами было бессмысленно, мало кто признает свои ошибки, в результате спор и вовсе может привести к жалобе на Юй Хао. Нормальный человек в худшем случае сказал бы «пусть остается карамельный», но было видно, что этот клиент был очень измотан, вероятно, ему просто нужно было на кого-то выплеснуть свое раздражение.
Когда Юй Хао закончил варить кофе и начал упаковывать его в картонный держатель, он, взглянув на клиента, выдавил улыбку и сказал:
– Тогда эти четыре чашки за мой счёт.
Эти его слова по какой-то причине невероятно разозлили клиента, и тот неожиданно кинул в него стаканчиком с недопитым кофе.
– Ты чего орешь на меня? Какого черта ты на меня орешь?! Мне твой сраный кофе больше не нужен! – сердито кричал мужчина.
Юй Хао, облитый кофе, на мгновение в замешательстве застыл на месте. Когда посетители в очереди увидели, что началось что-то интересное, они принялись дружно доставать телефоны и снимать все на фото и видео.
На вид этому вздорному клиенту было лет сорок, и он все продолжал орать на Юй Хао:
– Кем ты себя возомнил? Ты просто кусок дерьма! Как ты посмел кричать на меня?
– Довольно, – кто-то попытался вмешаться.
Перед глазами у Юй Хао все поплыло, когда он увидел разлитый по стойке кофе. Он как раз устанавливал его в держатель, когда бумажный стаканчик прилетел ему прямо в голову, поэтому его рука дрогнула, и весь кофе разлился по стойке и полу.
http://bllate.org/book/15009/1368305
