Готовый перевод Outwardly United, Inwardly Apart / Видимость близости: Глава 20. А можно мне отказаться

Наказание в виде стояния в углу закончилось для Цзяо Синя лишь к ужину.

Он был искренне благодарен судьбе, что пришёл поздно: иначе бы ноги точно отказали.

В столовой блюда уже были расставлены.

У Бо проверил сервировку и подачу, после чего тихо удалился.

— Приятного аппетита.

…

Длинный тёмный обеденный стол.
Вэнь Чанжун сидел во главе, Шэнь Циньлань — на первом месте слева, Цзяо Синь — на втором справа.

На столе стояло несколько блюд — не чрезмерно много, но достаточно, чтобы производить впечатление продуманного изобилия. Ароматы были тонкими, выверенными: видно было, что старались.

Вот только при всей этой продуманности не нашлось ни одного блюда, которое Цзяо Синь действительно любил.

Он обожал острое. Обожал мясное. Обожал жирное и пряное.

А здесь — сливочные бульоны, светлые овощи, белое мясо. Ни одного перца. Ни намёка.

Зато Шэнь Циньлань всегда ел пресное. Даже гадать не приходилось — почти наверняка всё это готовилось под его вкус.

Глядя на весь этот стол, Цзяо Синь мгновенно потерял аппетит. Он без особого интереса ковырял рис, лишь бы дотянуть до конца ужина.

В конце концов, Вэнь Чанжун всегда придерживался правила «за едой и в спальне не болтать», а значит, то ради чего его сегодня вообще пригласили в дом, явно должно было начаться уже после ужина.

…

Ужин прошёл сравнительно тихо, хотя строгая привычка Вэнь Чанжуна не разговаривать за едой сегодня дала трещину: он то и дело подкладывал Шэнь Циньланю еду, вполголоса убеждал его съесть ещё немного.

Там, по ту сторону стола, между ними шёл естественный, спокойный обмен жестами — близость без показного усилия, словно так было всегда.

Цзяо Синь окончательно превратился в предмет интерьера — молчал на протяжении всего ужина, опустив голову и аккуратно доел белый рис в своей пиале до последнего зёрнышка.

Допив последнюю ложку супа, он уже собирался поднять взгляд и посмотреть, как обстоят дела у двух господ, когда в гостиной зазвонил телефон.

Вэнь Чанжун ел — следовательно, трубку взял У Бо.

Прошло всего несколько минут, и У Бо вернулся в столовую, остановившись рядом с Вэнь Чанжуном.

— Старший господин, ваш брат, возвращается в следующем месяце.

— Понял, — коротко отозвался Вэнь Чанжун.

У Бо кивнул и снова вышел.

К этому времени Шэнь Циньлань тоже допил свой суп. Вэнь Чанжун взял салфетку, собственноручно вытер уголок его губ от масляного блеска, затем вскользь взглянул на пустую чашу Цзяо Синя — и только после этого поднялся.

— Пойдём. Обсудим дело в гостиной.

…

В гостиной на столе лежала толстая стопка бракоразводных бумаг, а рядом стоял адвокат — неизвестно, сколько времени ожидавший.

Увидев всё это, Цзяо Синь даже не удивился. Только подумал, что семейным юристам семьи Вэнь, наверное, платят за сверхурочные литрами обезболивающего: иначе как они успевают в такие сроки сколачивать подобные пачки документов?

Адвокат коротко поприветствовал Вэнь Чанжуна и Шэнь Циньланя, после чего перевёл взгляд на Цзяо Синя.

— Господин Цзяо.

— Добрый вечер.

— Моя фамилия — Чэнь.

— Адвокат Чэнь.

Они сели. Вэнь Чанжун и Шэнь Циньлань расположились на диване сбоку, оставаясь слушателями разговора.

— Это черновой вариант бракоразводного соглашения, — адвокат придвинул к Цзяо Синю увесистую стопку документов. — Мы уже согласовали содержание с господином Вэнем. Скажу честно: условия крайне щедрые, и о вас позаботились по‑настоящему. Посмотрите.

— Хорошо.

Цзяо Синь раскрыл первую страницу. И сразу же на самой верхней строке увидел:

«После подписания настоящего соглашения сторона Б (Цзяо Синь) обязана завершить все процедуры развода и вывезти личные вещи из особняка Вэнь по адресу XXXXXXX не позднее 31 августа. В противном случае…»*

Ну надо же. Торопятся.

Он стремительно перелистнул несколько страниц с ненужной болтовнёй и сразу перешёл к разделу о разделе имущества — туда, где всё самое интересное.

Если быть честным, Вэнь Чанжун действительно обошёлся с ним не так уж плохо.

Да, доли и акции, которыми он владел, здесь не фигурировали, зато банковские счета и прочие денежные активы были расписаны чётко — половина отходила Цзяо Синю. Несколько объектов недвижимости тоже переходили к нему.

Более того… отдельным пунктом значились ежемесячные выплаты после развода — весьма солидная сумма.

Ниже тянулись ещё какие-то пункты: доходы от компаний, акции, фонды…

Целая россыпь формулировок — половины слов Цзяо Синь даже не понимал.

— Вообще-то, такие вещи, как алименты, — адвокат говорил спокойно и по-деловому, — при отсутствии детей и с учётом того, что вы взрослый, работающий мужчина, господин Вэнь формально выплачивать не обязан. Равно как и долю в некоторых зарубежных фондах…

— Угу.

— Но за все эти годы господин Вэнь видел ваши старания, поэтому условия действительно чрезвычайно щедрые.

— Мм.

Цифры, термины, проценты — всё это так давило на глаза, что Цзяо Синь почувствовал, как начинает ныть голова. Он перевернул страницу, потом ещё одну — и увидел, что дальше идёт десятка два листов с подробными расшифровками.

Он не стал в них утопать. Просто захлопнул папку и откинулся на спинку кресла.

Адвокат заморгал, слегка опешив, и поспешно спросил:

— Господин Цзяо, как вы находите условия?

— Эм… — Цзяо Синь не спешил с ответом.

В этот момент взгляд Шэнь Циньланя метнулся к нему — острый, словно клинок что подрагивает у горла.

Адвокат же выпрямился, собрался и снова задал вопрос:

— Господин Цзяо, вам нужно ещё время на раздумья? Или вас не устраивают какие-то пункты раздела имущества?

Говоря это, он пристально смотрел на Цзяо Синя, словно не желая упустить ни малейшего движения на его лице.

Неудивительно, ведь свадьба Вэнь Чанжуна и Цзяо Синя состоялась тогда поспешно, импульсивно — большей частью из-за всплеска эмоций самого Вэнь Чанжуна. В тот период он находился в крайне нестабильном эмоциональном состоянии, из-за чего брачный контракт и нотариальное оформление добрачного имущества так и не были сделаны.

Если бы Цзяо Синь решил цепляться за деньги, он мог бы нанять толкового адвоката и развязать такую войну, что последствия долго бы разносились эхом по округе.

Но…

— Господин, — вдруг сказал Цзяо Синь, посмотрев на Вэнь Чанжуна, который всё это время сидел, опустив глаза.

— Всё это имущество… я могу от него отказаться? От всего отказаться.

http://bllate.org/book/15008/1354025