Глава первая.
Женушка.
Темнота медленно расплывалась, оголяя странную, похожую на щупальца тень.
Бледный флуоресцентный свет мягко «обнимал» ледяные камеры больничного морга, отражая холодный металлический блеск. В оглушительной тишине Фан Синчжоу прекрасно слышал собственное усталое дыхание, смешанное с нервными сглатываниями персонала, работавшего неподалёку, и со странными звуками с верхних полок трупохранилища.
Тук.
Тук.
Тук.
Новенький практикант побледнел от страха… две минуты назад он в панике выбежал из морга и столкнулся с собиравшимся уходить Фан Синчжоу.
— Мертвец! — рухнув на пол, закричал бедняга, отчаянно обхватив ноги доктора. — Мертвец ожил!
И ровно через две минуты до смерти испуганный парень привёл за собой равнодушного Фан Синчжоу. Трясясь, как осиновый лист, новенький, крепко вцепившись в стул, не сводил взгляда с верхней холодильной камеры.
— Д-доктор, я не вру… — запинаясь, прохрипел практикант. — Правда… я видел своими глазами… нам… нам… мы… должны убраться отсюда!
Фан Синчжоу взглянул на часы.
Почти десять вечера.
Он только что закончил очень и очень долгую операцию и просто хотел поскорее вернуться домой, принять горячую ванну и хорошенько выспаться, а не торчать в морге, играя с богатым воображением «новобранцев».
— Завтра я попрошу коллегу прочитать тебе ещё пару-тройку лекций… — мужчина помог едва державшемуся на ногах юнцу и, надев перчатки, спокойно ответил.
Практикант: …
— После смерти в результате разложения в тканях и полостях тела накапливаются газы. По мере их накопления повышается внутритканевое давление, и при определённых условиях газы могут выходить наружу, вызывая непроизвольные сокращения мышц, подёргивания конечностей или смещение тела. Обычный посмертный процесс…
После смерти тело начинает разлагаться. Внутри него образуются газы - как в бутылке с газировкой. Когда этих газов становится много, они давят изнутри. Из-за этого тело может: слегка дёрнуться, шевельнуть рукой или ногой, издать звук, немного изменить положение. Это не значит, что человек ожил. Это просто газы выходят наружу. Обычный посмертный процесс.
— Но… но…
Мысли путались, хаотично метаясь из стороны в сторону, мешая нормально думать.
Он знал, что Фан Синчжоу был прав. За время дежурства в морге он насмотрелся на всякое… но почему-то сегодня холодный липкий страх объятиями смерти сжимал его в тиски… словно в полумраке парила пара невидимых глаз, молча прожигающих его взглядом.
Спотыкаясь на каждом шагу, собравшись с духом, он последовал за Фан Синчжоу, спокойно отрывавшим холодильную камеру. Оглушительную тишину пронзил щёлкающий звук. Вытянув шею, новенький с ужасом заглянул в кромешную тьму трупохранилища и застыл, чувствуя, как страх мерзким ядом скользил по кровотокам. По спине пробежал холодок, обнимая застывшего беднягу с застучавшими от ужаса зубами и мелкой дрожью. Испуганно посмотрев в самую бездну, новенький на дрожащих ногах ринулся прочь.
Фан Синчжоу: …
Нахмурившись и не обращая внимания на сбежавшего «коллегу», доктор посмотрел на без устали грохочущую морозильную камеру. В кромешной тьме лежал свежий труп, и в тот самый момент, когда Фан Синчжоу посмотрел на него, уголки застывшего рта мертвеца приподнялись в странной льстивой ухмылке. Свернувшаяся на кончиках пальцев трупа кровь оставила на грязной одежде пару каракуль, складывающихся в знакомые слова.
«Жду не дождусь тебя дома».
Мужчина насупился и закрыл глаза.
Тяжело вздохнув, Фан Синчжоу снова открыл очи и внимательней присмотрелся к телу… в кромешной тьме на него «смотрел» самый обычный мертвец… странная улыбка и надписи канули в небытие, словно жуткая сцена была всего лишь плодом его разыгравшегося воображения.
Во всём была виновата усталость.
Точно.
Усталость.
Убедившись, что с трупом был порядок, он выровнял слегка искривлённое тело, задвинул морозильную камеру на место и, сняв перчатки, вышел из морга, сталкиваясь лицом к лицу с опустошающим желудок новичком.
Фан Синчжоу молча набрал начальника смены и сообщил о том, что нужно организовать пересменку. До ужаса измученный, он устало пошёл на подземную парковку, на ходу доставая телефон, чтобы заказать еду на вынос.
В тот день он оперировал с восьми до девяти вечера, подкрепившись только двумя кусочками хлеба. Он был голоден… очень и очень голоден… гипогликемия ударила ему в голову настолько, что насмотревшись на мертвеца, есть хотелось только сильнее.
Заказав двойную порцию, он нашёл машину на тускло освещённой парковке и потянулся к двери, но внезапно угодил в тёплые объятия бесшумно появившегося из ниоткуда человека. Странный, неописуемый аромат ударил в нос Фан Синчжоу. Мужчина вздрогнул и отпустил крепко сжатый в кармане нож.
— Лу Цзяньчуань, — холодно, с долей неприкрытого раздражения, отчеканил он.
— Жёнушка, — манящий, полный нежности голос опалил уши доктора. — Почему ты так долго? Я чуть до смерти не замёрз.
Вырвавшись из объятий, Фан Синчжоу обернулся, разглядывая в тусклом свете знакомое осунувшееся лицо. Несмотря на то, что они были вместе вот уже десять лет, мужчине до сих пор казалось, что его возлюбленный — просто плод его богатого воображения, воплотившего в реальном мире идеал его мечтаний., бесшумно то появляясь, то исчезая, словно тень.
Короткая пауза повисла посреди тускло освещённой парковки, не умаляя обворожительного лика Лу Цзяньчуаня… прекрасного, словно картина художника, выходящего за рамки человеческих генов, обращавшегося в великолепие чувственной невинной красоты. В свете ламп янтарные глаза отливали прозрачным стеклянным блеском, не отводя глубокого, полного нежности и привязанности взгляда от Фан Синчжоу… словно обаятельный дьявол, соблазнявший невинные души и пожиравший их сердца.
Глаза… которым никто не в силах был отказать.
Кроме Фан Синчжоу.
В его глазах люди были не более чем кожа, натянутая на кости, купавшиеся в крови. Он любил Лу Цзяньчуаня… правда, любил. Но Фан Синчжоу любил Лу Цзяньчуаня не за его прекрасный лик, а за то, что он — это он.
Губы мужчины слегка дрогнули. Усталость, наслоившаяся на раздражение, в сочетании с подавленностью от расставания, вспыхнула болью, разрывая его грудную клетку и живот.
— Кажется, ты кое-что забыл? — сказал Фан Синчжоу. — Мы расстались. Три дня назад.
Свет в стеклянных бусинах глаз померк.
Лу Цзяньчуань натянуто улыбнулся и, воспользовавшись высоким ростом, легко обхватил доктора за плечи.
— Дорогой…
老婆 (lǎopó) - «женушка»
— Мы в больнице… — Фан Синчжоу вырвался из его объятий. — Называй меня «доктор Фан». Если тебе плохо — жду в понедельник на приём.
Лу Цзяньчуань: …
Мужчина сел в машину и с грохотом захлопнул за собой дверь, собираясь тронуться с места, но изящная рука вклинилась между приоткрытым окном пассажирского сиденья.
Фан Синчжоу нахмурился и, повернувшись, недовольно выглянул в окно.
Прижавшись почти вплотную к стеклу машины, Лу Цзяньчуань сквозь щель в окне не отрывал своего пронзительного взгляда от явно раздражённого возлюбленного.
— Дорогой, дай мне шанс! Я всё тебе объясню! — тревожно промолвил высокий мужчина. — Мой брак по договорённости с семьёй Ван — не то, о чём ты подумал!
От слов «брак по договорённости» у Фан Синчжоу дёрнулся глаз.
Душевная боль когтями разрывала его сердце. Медленно выдохнув, мужчина приоткрыл окно и терпеливо посмотрел на "бывшего возлюбленного".
— Да? Раз так, то завтра же расторги помолвку.
Лу Цзяньчуань застыл.
Фан Синчжоу заметил его секундное колебание, и волна разочарования нахлынула на него, подобно цунами. Милые, полные любви слова в один миг обратились в бессмысленный лживый бред. Мужчина глубоко посмотрел на замершего за окном красавца с решимостью, подобно острому скальпелю, пронзившей сердце Лу Цзяньчуаня.
«Бывший возлюбленный» застыл, не в силах пошевелиться, понимая, что Фан Синчжоу, похоже, не шутил.
— Прочь.
Лу Цзяньчуань отдёрнул руку, словно ударенный током, и непонимающе посмотрел на красивое лицо мужчины.
— Полмесяца. Дай мне ещё полмесяца, и я всё тебе объясню, — осторожно попросил Лу Цзяньчуань.
Но Фан Синчжоу закрыл окно машины и, нажав на педаль газа, выехал со стоянки.
Вернувшись домой к одиннадцати, Фан Синчжоу чуть не отправился к праотцам. Съев наугад заказанную еду на вынос, он быстро принял душ и обессиленно рухнул на кровать.
После расставания с Лу Цзяньчуанем он целых три дня подряд не выходил из больницы, отказываясь возвращаться туда, где каждый уголок напоминал ему о «бывшем возлюбленном», не в силах выкинуть вещи Лу Цзяньчуаня.
На прикроватной тумбочке всё ещё стояла их совместная фотография, сделанная в последний университетский день. С лёгкой улыбкой, застывшей на устах, облачённый в выпускную мантию, Фан Синчжоу смотрел прямо в камеру, стоя рядом с одетым в точно такую же форму, сжимавшим огромный букет ярко-красных роз Лу Цзяньчуанем, поблёкших на фоне очаровательно улыбающегося выпускника.
В восемнадцать лет они познакомились в университете, утопая в первой невинной влюблённости.
В свои двадцать восемь лет Фан Синчжоу думал, что они будут вместе до конца жизни, пока вести о свадьбе второго сына семьи Лу не ударили его, как гром среди ясного неба.
Даже в тот самый день, когда Фан Синчжоу узнал об их романе, Лу Цзяньчуань всё также трепетно обнимал его в постели, шепча странные, полные любви слова: «Дорогой, я тут подумал, а давай заведём ребёнка!»
Вспомнив о той самой ночи, мужчина стиснул зубы и зажмурился от боли. Усталость, играющая на пару с переутомлением, вскружила ему голову ужасным чувством, утягивая в лапы сна.
Кромешная тьма мягко окутала комнату, играя с тикающими часами.
Темнота медленно расплывалась, оголяя странную, похожую на щупальца тень. Бесшумно скользнув с пола на кровать, существо тоскливо обвилось вокруг мирно спавшего Фан Синчжоу, отказываясь отпускать.
Любой, кто бы увидел столь ужасную сцену, сошёл бы с ума от страха!
Но Фан Синчжоу крепко спал.
Ужасающие тени мягко коснулись его бледных губ и, тихо скользнув вниз, зарылись в одеяло, странно выпячиваясь и извиваясь.
Примечания переводчика:
Лу Цзяньчуань 陆见川 (Lù Jiànchuān):
陆 (Lù) – «суша», «земля», часто используется как фамилия.
见 (Jiàn) – «видеть», «увидеть», «наблюдать».
川 (Chuān) – «река», «поток».
«Тот, кто на прочной земле наблюдает поток жизни» или «мудрый, смотрящий на течение рек».
То есть это сочетание стабильности и спокойного созерцания перемен, образ человека вдумчивого, внимательного к миру и жизни, гармонично соединяющего устойчивость и гибкость.
Фан Синчжоу 方行舟 (Fāng Xíngzhōu):
方 (Fāng) – «квадрат», «прямой», также часто используется как фамилия.
行 (Xíng) – «идти», «двигаться», «путешествовать».
舟 (Zhōu) – «лодка», «судно».
«Лодка, плывущая прямым курсом» или «тот, кто уверенно идёт по течению жизни».
То есть это образ человека целеустремлённого, движущегося по своему пути, сочетание устойчивости (方) и гибкости движения по жизненному течению (行舟).
http://bllate.org/book/14959/1427586
