Глава 73
В десять утра, ровно по часам, Сун Вэнь вместе с Лу Сыюем вошёл в зал заседаний Управления полиции Наньчэна. Был выходной, в отделе стояла тишина, но все причастные к делу пришли.
Сев, Сун Вэнь сразу взял совещание на себя:
— Сначала подведём итог по делу смерти Ся Вэйчжи. Можно ли уже установить причину смерти?
У Линь Сюжаня под глазами темнели круги. Ночь он не спал. Он вывел на экран снимок белых костей. По изображению было видно, что собранный остов всё ещё неполный.
— За ночь подъёма мы извлекли суммарно больше сотни костных фрагментов. Плюсневые кости, фаланги и прочие мелкие, лёгкие элементы, по оценке, частично утрачены. За восемнадцать лет тело полностью скелетировалось, причина смерти пока не установлена. Рано утром из трещины на стене коллектора мы нашли сломанный ноготь. Точка находки расположена довольно высоко, поэтому он сохранился лучше.
Пока говорил, Линь Сюжань достал несколько фотографий. На одной была стена коллектора, вся исполосованная царапинами от ногтей.
После подсветки и обработки снимки выглядели ещё страшнее, от них мороз шёл по коже. Та женщина когда-то испытала пытки в этом тёмном подземелье и в конце концов здесь же погибла.
— Кроме того, мы нашли небольшой нож-бабочку, предположительно орудие преступления. Однако очевидно, что этим оружием Ся Вэйчжи не убили. Вероятно, её столкнули в коллектор после потери сознания, — сказал Линь Сюжань, выводя на экран снимок ножа-бабочки.
— В целом картина такая. Примерно восемнадцать лет назад, ночью 12 сентября, жертву Ся Вэйчжи выманили к входу в коллектор. Ей могли ввести препарат или она получила тяжёлые травмы. Затем подозреваемый бросил её вниз. Там она пришла в себя, около полутора часов боролась и звала на помощь, а потом умерла. За это время её криков никто не услышал, и её не обнаружили. Этот участок оказался слепой зоной обзора камер дома престарелых, поэтому позже здесь поисков не проводили.
Показывая на снимок, Линь Сюжань сказал:
— Теперь о ногте. Вот место, где его нашли. Есть хорошая новость: точка расположена высоко и в нише, поэтому ил её не загрязнил. На ногте обнаружена капля крови, не принадлежащая жертве. Плохая новость в том, что кровь жертвы смешалась с кровью нападавшего, и выделить ДНК подозреваемого пока не удаётся. Судмедэксперты пытаются разделить образец, но больших надежд лучше не питать. Проба сильно загрязнена, при нынешних методах её может не получиться разделить. На данный момент мы можем лишь подтвердить, что подозреваемый, скорее всего, мужчина.
Иногда улики на месте преступления ведут себя загадочно. Даже спустя пятнадцать-двадцать лет, если сохранилось крошечное пятнышко крови, можно установить преступника или хотя бы вывести подозреваемого. Однако смешение крови и вызванная этим контаминация остаются серьёзной проблемой криминалистики. Особенно когда речь о крохотном, ценном образце на ногтевой пластине, установить, кто убийца, не удавалось.
Выслушав выводы судмедэкспертов, Фу Линьцзян потёр виски:
— Значит, те свидетели тогда соврали?
Сун Вэнь сказал:
— Эту версию не снимаем. Вполне возможно, что Ся Вэйчжи убил тот мужчина.
Чжу Сяо уже начал выходить на свидетелей того времени. Их трудно разыскать, а даже когда удаётся связаться, полезную информацию редко удаётся получить.
Судмедэксперт Сюй Яо вывела несколько снимков:
— Люки сейчас уже не те, что раньше. Прежде они были металлические и тяжёлые. А крышка у входа в коллектор дома престарелых «Ушань» маленькая, старого образца. С подходящими подручными средствами, вроде ломика или даже крепкой палки, взрослый может её поддеть. Справится и подросток покрепче.
Сун Вэнь опёрся о стол:
— По крайней мере, этот ноготь и нож-бабочка доказывают, что Ся Вэйчжи погибла от рук человека. Какие мысли по мотиву?
Данных слишком мало. Нужен мозговой штурм, придётся работать и на уровне предположений.
Фу Линьцзян сказал:
— Не исключаю, что её убрал сообщник, чтобы заткнуть ей рот.
Лао Цзя добавил:
— А может, Ся Вэйчжи вообще не убивала стариков, а на неё просто перевели стрелки?
Сун Вэнь покачал головой:
— Я доверяю выводам тогдашней полиции. По цепочке улик Ся Вэйчжи была как минимум осведомлённым участником и исполнителем. Это совпадает с показаниями Ду Жосинь, совсем невиновной она быть не могла.
Он помолчал и добавил:
— Нельзя исключать и такое: из-за полицейского расследования некоторые пожилые узнали, что их товарищей убили, и решили отомстить за погибших. В итоге они убили Ся Вэйчжи.
Как бывшие постояльцы пансионата, чьи жизни и жизни их близких были под угрозой, они имели самые веские мотивы для убийства и мести. Заявление пожилой женщины о том, что она видела, как Ся Вэйчжи спускалась вниз, стало тем заключительным свидетельством. Её муж тоже умер тут. Месть и возмездие. Если эти старики сговорились убить Ся Вэйчжи и столкнули её в коллектор, то часть тогдашних показаний могла бы быть признана непригодной. Сколько из тех, кто уже тогда доживал свой век, ещё живы сейчас?
Если убийца уже умер, дело усложнится.
Сун Вэнь собрался с мыслями и сказал:
— Как бы ни было тогда, и подозреваемый, и свидетель связаны с людьми, которые в то время находились в доме престарелых.
В этот момент дверь зала заседаний внезапно распахнулась. Сун Вэнь поднял взгляд и увидел в проёме комиссара Гу с серьёзным лицом. Лу Сыюй тоже остановил запись и посмотрел в ту сторону.
За комиссаром Гу стояли четверо-пятеро человек. Лицо у него было суровым. Как только он вошёл, Сун Вэнь машинально уступил место. Комиссар Гу встал перед всеми и низким голосом сказал:
— Сегодня с утра вы работаете сверхурочно. Это тяжело. У меня для вас две новости.
Он откашлялся и объявил:
— Во-первых, Бай Ложуй совершила самоубийство в изоляторе.
По залу прокатилась волна шока. Лао Цзя не сдержался:
— Как такое возможно?
Её вчера брали с таким трудом, и вот не прошли и сутки, уже случилось несчастье.
Чжу Сяо нахмурился:
— Невозможно. Когда я конвоировал её в изолятор, я уже провёл обыск, её переодели.
Линь Сюжань и Сун Вэнь переглянулись и слегка покачали головами. Очевидно, об этом они тоже не знали.
Комиссар Гу продолжил:
— Бай Ложуй сказала, что браслет носит слишком давно и снять его нельзя. В изолятор она прошла с браслетом. Внутри был спрятан яд, и прошлой ночью, когда никто не следил, она покончила с собой. Больница только что сообщила, что она умерла.
Услышав это, Сун Вэнь чуть нахмурился. Когда он задерживал Бай Ложуй, он обратил внимание на браслет. Казалось, его носили с детства. Кто бы мог подумать, что браслет открывается, и у Бай Ложуй в нём был тайник с ядом.
Сун Вэнь спросил:
— Допрашивали последнего, кто контактировал с Бай Ложуй? Возможность убийства исключать рано?
Комиссар Гу покачал головой:
— В изоляторе провели внутреннюю проверку, изъяли записи с камер. В момент её смерти рядом никого не было. Их вывод: подозреваемая покончила с собой.
В тот миг Сун Вэнь понял смысл её последних слов: «Если и мне суждено дожить до того дня, я сама поставлю чистую точку, никому не становясь обузой». С её гордостью и решимостью она, возможно, выбрала смерть, чтобы на этом всё оборвалось.
Выслушав сообщение комиссара Гу, Лу Сыюй прикусил кончик ручки, раз за разом покусывая пластик.
Только мёртвые молчат, и теперь вместе со смертью Бай Ложуй многие ответы превращались в тайну.
— Второе… Сегодня утром я доложил в провинциальное управление о подтверждённой смерти Ся Вэйчжи. Там решили выделить специальное расследование по делу дома престарелых «Ушань», под надзором Сюй Чанъина, командированного из провинции, — сказал комиссар Гу и указал на высокого худощавого мужчину позади себя.
Мужчина был на вид чуть за тридцать, осанка прямая, глаза острые, хищные. Он шагнул вперёд и громко поздоровался:
— Здравствуйте. Я Сюй Чанъин.
Комиссар Гу продолжил:
— Сун Вэнь, ваша группа внесла большой вклад в раскрытие, но пока возьмите паузу. Не перетягивайте струну. Позже передадите дело спецгруппе.
Он повернулся к Линь Сюжаню:
— Начальник Линь, плотно взаимодействуйте с капитаном Сюй Чанъином. С сегодняшнего дня капитан Сюй разворачивает в этой малой переговорной временный штаб и поработает с вами какое-то время. Обеспечьте условия и максимально сотрудничайте.
Вторая новость от комиссара Гу оглушила не меньше первой. Это означало, что группу Сун Вэня снимают с дела.
На минуту зал загудел.
Лао Цзя не удержался, тихо фыркнул:
— Пришёл пожинатель чужих плодов…
Дело Чжан Пэйцая всё это время вёл Сун Вэнь, а теперь, спустя столько лет, историю вытащили на свет, и выяснилось, что подозреваемая мертва…
Выходит, для кого-то сейчас истина уже не имела значения. Дело давностью больше десяти лет, а подозреваемая мертва, подберёшь убедительного виновного, и дело можно закрывать. Кто-то дотошный ещё станет разбираться, кто убил Ся Вэйчжи. Если внимательности поменьше, назовут пару умерших стариков, привяжут к основному фигуранту, и отчитаются о раскрытии.
У Лу Сыюя взгляд был совсем иной, не как у Лао Цзя. Он украдкой открыл карту на телефоне. До провинциального управления три часа езды, и было видно, что группа сорвалась в путь с утра, как только получила новости.
Имя Сюй Чанъин для Лу Сыюя не было новым. Капитан криминальной полиции провинциального управления, тридцати трёх лет, за плечами серия крупных раскрытий. Любимец комиссара Гу. По своим данным он подходил для расследования этого давнего дела. Раз уж его направило провинциальное управление, похоже, закрывать дело «стрелочником» здесь не собирались.
Лу Сыюй прикусил колпачок ручки, поднял голову и посмотрел на Сюй Чанъина. Почувствовав на себе его взгляд, тот быстро посмотрел в ответ. Взгляд у Сюй Чанъин абыл острый, как у охотника, от него становилось не по себе.
Услышав эту новость, Фу Линьцзян нахмурился, задумался. Возможно, наверху посчитали их группу слишком молодой и неопытной для дела дома престарелых «Ушань». В таких случаях обычно подключаются к спецгруппе и расследуют вместе. Теперь же комиссар Гу напрямую велел Сун Вэню передать дело, что выглядело не только необычно, но и неприятно, оставляя ощущение захода на чужую территорию.
Как только распоряжение прозвучало, все присутствующие задумались. Казалось, им уже не дадут продолжать это дело. Комиссар Гу представил ещё нескольких членов спецгруппы и распределил их работу. Затем он посмотрел на стоявшего в стороне Сун Вэня и позвал:
— Сун Вэнь, пойдём со мной.
Сун Вэнь понял, что комиссару Гу нужно что-то объяснить, и последовал за ним в кабинет начальника городского управления.
Как и ожидалось, едва они вошли, комиссар Гу сразу перешёл к делу:
— Смерть Бай Ложуй не на тебе. Это случилось уже после того, как её доставили в изолятор, так что не зацикливайся. Не добавляй себе давления.
Сун Вэнь ответил:
— Я не нашёл яд, так что от ответственности всё равно не уйти.
Комиссар Гу вздохнул:
— Не только ты не заметил. Я тоже. Сотрудники изолятора тоже. Дежурные не обратили внимания на её состояние. Ответственность на всех. Эту тему обсудим позже. По крайней мере Ду Жосинь и Вэй Хун остаются у нас, а дело Чжан Пэйцая постепенно проясним. С этим делом ты справился хорошо.
Сун Вэнь промолчал. Чем больше хвалил его комиссар Гу, тем яснее было, что это лишь прелюдия к разговору о передаче дела. Так он снимал возможное раздражение.
Отпив чаю, комиссар Гу продолжил:
— Что до дела дома престарелых «Ушань», резонанс слишком велик, задето много людей. В своё время У Цин, разбираясь с этим делом, сломал ногу. Хотя прошло больше десяти лет, риск остаётся. Я сегодня утром доложил в провинциальное управление, там решили взять дело на себя. Может, это и к лучшему, наконец избавимся от этой головной боли. С твоим пока небольшим опытом такая передача дел — обычная практика. Не думай об этом лишнего.
Сун Вэнь поднял голову и сказал:
— Понимаю. Буду действовать по распоряжению начальства. Если бы дело было у другого капитана, его, скорее всего, тоже забрали бы. В ближайшее время соберу с командой все материалы.
Комиссар Гу знал характер Сун Вэня. Обычно с ним легко найти общий язык, но временами в нём просыпался дух соперничества. Забирая у него дело при всех, комиссар Гу опасался его реакции. Однако вопреки ожиданиям, на этот раз Сун Вэнь охотно пошёл навстречу и без всякого сопротивления передал дело.
Откинувшись на спинку кресла, комиссар Гу сказал:
— Ты только что раскрыл дело и стал героем городского управления. После передачи дела возьми группу и отдохните пару дней. Праздник драконьих лодок ещё не закончился, не держи себя так в напряжении. Дела не закончатся никогда. Будет новое дело, я отдам его тебе.
Сун Вэнь кивнул и сказал:
— Хорошо, комиссар. Если больше ничего, я пойду.
— Ну… нет, ничего, — сказав это, комиссар Гу только сильнее озадачился. Однако, глядя на Сун Вэня, он не уловил ничего необычного. Ему оставалось лишь надеяться, что тот и вправду так же безразличен, как выглядит.
Сун Вэнь вышел из кабинета комиссара Гу и в неприметном углу коридора первого этажа набрал номер Ли Луаньфан. Как только она ответила, не дав ей сказать ни слова, он сказал:
— Мама, не думай, что я не знаю, кто за этим стоит.
Он не спорил с комиссаром Гу, потому что понимал ситуацию и знал характер Сун Чэна. Это вмешательство наверняка его рук дело. Без прямого распоряжения начальника провинциального управления комиссар Гу не стал бы так поступать. Будто специально прислали людей, чтобы выдернуть их группу из этого дела.
Согласился он так быстро по двум причинам. Во-первых, он понимал, что так распорядился Сун Чэн. Во-вторых, Лу Сыюй уделял этому делу слишком много внимания. Возможно, в каком-то смысле это было к лучшему.
http://bllate.org/book/14901/1433461
