Они позавтракали почти в одиннадцать утра, солнце взошло задолго до того, как они проснулись. Сунь Фан зевал всю дорогу, пока шёл по длинному коридору в обеденный зал (большинство коридоров в этом здании были чрезмерно длинными).
«Спасибо», – кивнул Сунь Фан слуге, который поставил перед ним на стол еду. Он взял стакан с молоком и отхлебнул из него. Мгновение спустя на сиденье рядом с ним опустился и Мяньмянь.
«Доброе утро», – зевнул Мяньмянь с выступающими в уголках его глаз слезинками.
Сунь Фан улыбнулся: «Доброе утро, я надеюсь, ты хорошо выспался», – говоря это, он оглядел омегу, проверяя, не было ли с ним чего-нибудь явного не так. Но нет. От того даже пахло так, словно он был в хорошем настроении. Улыбаясь всё шире, Сунь Фан вернулся к своему завтраку и продолжил есть.
Операция была назначена на завтра.
Мяньмянь должен был уехать в больницу сегодня вечером, так что у него будет достаточно времени, чтобы освоиться и устроиться поудобнее. Однако до этого они должны были провести день у бассейна и расслабиться в тёплой водичке. В этом поместье даже был свой собственный крытый бассейн, так что не было необходимости наряжаться, чтобы пойти куда-то ещё.
Когда они закончили, Сунь Фан встал первым и подошёл к Мяньмяню, протягивая руку и многозначительно приподнимая бровь. Мяньмянь рассмеялся, но схватился за руку, и Сунь Фан поднял мужчину со стула.
«В бассейн?» – спросил Сунь Фан, и его сердце заплясало от волнения, когда они покидали обеденный зал. Уходя, он бросил быстрый взгляд через плечо и нахмурился, нигде не увидев Айви. Он снова повернул голову вперёд, ничего не сказав.
Мяньмянь кивнул и огляделся вокруг, явно ища то, что искал Сунь Фан: «Что-то не так?» – спросил он.
«Нет, просто–, – ухмыльнулся Сунь Фан, – а я уже говорил тебе, что у моего дворецкого теперь есть имя? Он сам его выбрал!»
«Миленько, – сказал Мяньмянь, – и какое же?»
«Айви, – приосанился Сунь Фан, до неприличия счастливый возможностью поделиться этими новостями. Он выпрямил спину.
Мяньмянь сказал: «Это замечательное имя», – и это не прозвучало так, будто он лгал. Ну, очевидно, он бы и не стал. Это было потрясающее имя, которое Айви самостоятельно для себя выбрал. Откровенно говоря, это было имя, превосходящее все остальные – за исключением того, каким Мяньмянь назовёт своего ребёнка.
Когда они пришли, бассейн уже был подготовлен. Сунь Фан отпустил Мяньмяня и подошёл к краю, заглядывая в голубые глубины. Всё помещение пропахло хлоркой, приторный запах перекрывал все остальные. Он постоял там мгновение, просто уставившись, прежде чем повернулся и направился в угол, где с потолка свисали шторки, за которыми можно было переодеться тем, кто стеснялся.
Сунь Фан не относился к подобной категории людей.
Кто-то уже положил туда его плавки. Он не стал беспокоиться о ниспадающих красных шторках, и стянул с себя одежду, легко натянув плавки.
Сунь Фан быстро переоделся и вышел с пушистым банным полотенцем в руках. Он прошёлся по кафельному полу к краю бассейна с опущенной лестницей и положил полотенце рядом. Затем проверил, чтобы убедиться, что находится не на мелком конце бассейна. Оглянувшись на Мяньмяна, который скрылся за своей собственной занавеской, Сунь Фан прыгнул в бассейн.
За ним последовал всплеск. Он быстро поднялся со дна и сделал глубокий вдох, как только вынырнул на поверхность. Потерев ладонями глаза, он поморщился от рези в них.
Мяньмянь же спустился по ступенькам на мелководье бассейна. Сунь Фан перевернулся на спину, плавно переместившись, чтобы встать на ноги, когда оказался рядом с другим омегой: «Приветик», – сказал он, сияя.
Мяньмянь ухмыльнулся ему в ответ, практически светясь: «Привет, – протянул он, подыгрывая играм Сунь Фана, – часто сюда приходишь?» – спросил он, многозначительно подмигнув.
«Не так часто, как следовало бы, с такой-то хорошенькой штучкой, как ты», – Сунь Фан сделал чрезмерно печальное лицо, нахмурившись, словно бы от боли. Он лишился чувств, упал на спину и снова поплыл по воде. Вновь овладев собой, он продолжил: «Ах, моей душе больно осознавать, что я пропустил что-то столь великолепное, как ты – больно! Ты не можешь себе представить, какая же это агония!»
П/п: Ты точно сейчас играешь, Сунь Фан? ┬┴┬┴┤(･_├┬┴┬┴
Мяньмянь не потрудился сдержать смех, звук эхом разнёсся по большому помещению с высоким потолком. Сунь Фан нахмурился, его глаза заблестели: «Не смейся надо мной, тёмный злодей! Ибо я отомщу… когда-нибудь!»
«Мстить бесполезно, – сказал Мяньмянь, хихикая через каждое второе слово, – ты не можешь победить свою собственную природу; ты всегда будешь проигрывать красоте!»
Сунь Фан фыркнул, прежде чем его затрясло от смеха. Он зажал рот рукой, вынужденный встать на ноги, прежде чем он бы утонул, и засмеялся. Его тело сотрясалось, веселье заставляло его глаза сиять: «Мяньмянь, – прохрипел он сквозь хихиханье, – не будь так жесток к моему сердцу».
П/п: (；′⌒`)
Мяньмянь наигранно серьёзно похлопал его по спине. Когда Сунь Фан, наконец, смог сдержать смех и ему больше не казалось, что он проглотит целый литр воды, если попытается поплыть, он вернулся к плаванию на спине. Мяньмянь присоединился к нему, и они целых двадцать минут вместе плавали по всему бассейну.
Сунь Фан провёл ещё полчаса или около того, нарезая круги, и напряжение мышц его странно успокаивало. Он предположил, что в последнее время проводил много времени за плаванием, определённо гораздо больше, чем когда-либо раньше за такой короткий промежуток времени. Возможно, его тело начинало к этому привыкать.
Как бы то ни было, плавание кругами было отупляющим упражнением, которое помогло ему расслабиться, его разум тёк свободно, как и вода вокруг него. К тому времени, как они вышли из бассейна, разум Сунь Фана стал намного яснее, а его тело – гораздо более морщинистым.
П/п: Ну, понятно, что сердцу не прикажешь, но от этой эмоциональной запутанности этих неразрешённых отношений, с моей точки зрения, не веет для Сунь Фана ничем хорошим. ( ͡ಠ ʖ̯ ͡ಠ)
Пожалуйста, не забывайте ставить лайки и «Спасибо». Переводчику очень приятно. <(＿ ＿)>
http://bllate.org/book/14854/1321514
