Положив голову на ладонь, Суань задумчиво прикусил кончик кисти — дурная привычка, о которой он вспоминал, когда на него никто не смотрел. Его брови нахмурились, когда он пытался понять смысл документа в своих руках.
— Суань! — внезапно в дверях библиотеки появилась красная то ли от злости, то ли от смущения Юэ Юань. Первый ученик не хотел думать, что произошло на свидании с Цзиши. Однако её взгляд напрягал. Он как никто другой знал о крутом нраве своей шимэй, что та ни за что не будет терпеть неуважения к своей персоне и точно не оставит обидчика в покое.
Усмирив странные мысли, Синь Суань встал со своего места:
— Не кричи. Что случилось?
Губа Юэ Юань дернулась, а она сама крепко сжала кулаки. Её взгляд блуждал по лицу Дашисюна, будто сомневаясь в словах Лэ Гуаня. Да мало ли что он там мог наговорить?! Дурак он везде дурак.
Заметить чужое беспокойство не составило труда. Оно даже перескочило на Суаня с мыслями, что Цзиши сделал что-то глупое или плохое. Или наоборот, те стали ближе, а Юэ Юань боится признаться об этом, думая, что старший этого не примет?
Чтобы ногти не впились в ладонь, Дашисюн решает положить руку на плечо шимэй. Его голос был мягким и утешающим, как у любящего старшего брата. Он долго учился копировать тон с Дайлуня.
— А-Юань, сяошиди…
Хлоп! — Юэ Юань с силой бьёт Суаня по руке. В её глазах горит отвращение, губы кривятся, а лицо искажается в ненависти. Она делает шаг назад и смотрит на старшего с такой неприязнью, что у того скучивает живот.
— Это правда? — не теряя времени спрашивает она со вздохом.
— Что? А-Юань… — прижав покрасневшую и опухшую руку к себе, Синь Суань наклоняет голову, силясь понять, что он сделал не так.
Некогда изящные губы Второй ученицы сжимаются в тонкую линию.
— Ты спишь с учителем?
Первый ученик замирает, будто ему дали сильную отрезвляющую пощёчину. Его лицо бледнеет, а взгляд наполняется паникой, страхом и тревогой. Узел в животе затягивается так сильно, что хочется упасть на пол и завыть от боли. Повезло, что он сегодня ничего не съел, а то опять бы вырвало.
Пытаясь не смотреть на чужое выражение лица, Суань подаёт голос:
— А-Юань, — однако то уже был не ласковый тон Дашисюна, а хрип какого-то ублюдочного безнравственного проститута.
Вторая ученица сжалась, будто пытаясь укрыться от грязного взгляда и голоса.
— Т-так это правда… Ха-ха… — Юэ Юань тяжело задышала и замотала головой. Она больше не могла смотреть на старшего брата так же. — Не слишком ли ты переусердствуешь в нашей защите?
Брови Суаня дернулись.
Она сейчас намекнула… что ему нравится трахаться с учителем? Она думает, что он добровольно прыгнул в чужую кровать под видом защиты младших?
— А-Юань…
— Хватит! — вновь услышав своё имя, Вторая ученица вздрагивает и хватается за голову. — Не смей трогать меня! Ненавижу! Не хочу слышать твой голос! Не хочу даже видеть тебя!
Шёпот Первого ученика тихим ветром раздался сквозь крики и слезы.
— А-Юань…
— Всё из-за тебя! Всё снова из-за тебя! Почему во всех бедах виноват только ты?! Почему как только я надеюсь, что стану счастливой, ты возникаешь из неоткуда? Почему ты не умер вместо моего старшего брата?! — Юэ Юань тихо всхлипнула и закрыла глаза ладонями. — Если бы не ты, он был бы ещё жив. Если бы не ты, здесь бы не было ни меня, ни Дайлуня, ни Цзиши. Это всё из-за тебя!
Наступила удушающая тишина. Дашисюн молчал, не пытался оправдаться или извиниться. На самом деле он тоже думал, что если бы не встретил семью Юэ, то Дайлунь мог бы жить.
Юэ Юань бросает ненавистный взгляд и убегает, даже не обернувшись, а Синь Суань молча наблюдал, как та удаляется всё дальше и дальше.
Начав нервно разминать дрожащие руки, Первый ученик замечает на своих ладонях фантомную липкость. Такую же он чувствовал, когда учитель прикасался к нему.
Мерзко.
***
Следующим утром Первый ученик на силу разлепил глаза. Вчера из-за слов А-Юань он смог уснуть только поздней ночью, поэтому сейчас находился в очень подавленном состоянии. Какое-то время Суань пролежал на кровати, просто глядя в потолок и размышляя, что он вообще делает со своей жизнью.
Живот жалобно заурчал. Ожидаемо, вчера Юэ Юань не принесла ему поесть сначала из-за свидания, а после из-за ссоры. Самому идти в столовую нет смысла, повар предупредил что ещё одно его появление может закончиться пролитой кровью.
Заставив себя встать, Суань садится на край кровати, в этот раз подолгу разглядывая деревянный пол. Его руки лежали на коленях, а затуманенный взгляд на долгое время зацепился за причудливый узор переплетений темных и светлых полос.
Темный и светлый.
Светлый и тёмный.
А после шёл ураган деревянных узоров, закручивающихся в круг. Почему-то Суань повествовал некое родство с этим рисунком. Прямо сейчас у него в жизни не белая полоса и не чёрная, а настоящая буря, не дающая в полной мере насладиться счастьем или умереть от горя. Всё меняется слишком резко.
Шурх, — за пару движений Первый ученик ложится обратно под одеяло, закрывая глаза.
Сегодня он, пожалуй, просто отдохнёт.
Мир погружается во тьму. Не происходит ничего, Суань не видит, не слышит, не вспоминает. Не вспоминает ни слова А-Юань, ни действия учителя, от чего становится так хорошо.
— Дашисюн?
От резко раздавшегося голос тело Синь Суаня невольно вздрагивает.
— Дашисюн, ты спишь? — Цзиши за закрытой дверью повышает голос и, судя по звуку шагов, ходит по высокому крыльцу туда-сюда, не зная как подступиться. — Ты дома? Дашисюн, тебе плохо?! Ты не пришёл сегодня в библиотеку.
Ресницы Синь Суаня начинают трепетать от мысли, что Пятый ученик мог ждать его на их месте. Даже на душе становится как-то легче.
— Всё в порядке, просто отдыхал, — отвечает Первый ученик, сжав ладонь на одежде в районе сердца. Он привстаёт на кровати, упираясь взглядом в дверь, надеясь разглядеть за ней сяошиди. — Почему… Почему ты пришёл?
— А, ну… — Цзай Цзиши неловко смеётся. — Изначально я хотел пойти к шицзе Юэ, но у неё плохое настроение.
Краска пропадает с лица Суаня, а с его губ падает тихое «ах…». Одновременно вспоминается, что Цзиши влюблён в А-Юань, которая буквально несколько часов назад пожелала Дашисюну смерти.
Стараясь контролировать тон голоса, Суань интересуется:
— Вчера вечером… — его перебивает громкое урчание в желудке.
— Дашисюн.
— Заткнись!
— Может принести тебе покушать?
— Не надо!
— Что хочешь?
— Ничего не хочу!
— Только не грибы, да?
— Отвали!
Однако тот счастливой козой попрыгал по крыльцу в сторону столовой.
— Я понял! Погоди меня, я быстро, туда-обратно, ты даже не заметишь.
Прижав ладонь к кружащейся голове, Синь Суань попытался переубедить себя, что ему ничуть не нравится такое поведение Цзиши. Тот же всегда был таким смелым, упрямым и уверенным в себе.
Вздохнув, Дашисюн еле сполз с кровати и на подкашивающихся ногах поплёлся собираться, одеваться и проводить ежедневные процедуры. Он же не может предстать перед сяошиди в таком жалком непристойном виде!
Сев перед зеркалом, Синь Суань начинает медленно расчесывать волосы нефритовым гребнем и вместе с этим думать, что бы ему одеть, чтобы не сковывало движения и было удобно.
Однако, оказалось достаточно провести гребнем всего пару раз, чтобы целая прядь оказалась на каменных зубчиках.
Гребень выпадает из ослабленных рук, когда Первый ученик переносит взгляд на серебряное зеркало.
Он точно живой? Его кожа серая, с выпирающими голубыми венами. Глаза потускнели, казалось, пару лет назад они были черными, но теперь стали серыми, а выпавшие волосы обрели намек на седину.
Похоже, яд начал действовать на него, а не на учителя.
Моргнув, Синь Суань поднимает валяющийся на полу меч и выходит на крыльцо.
— У тебя ко мне какое-то дело? Шиди Лэ.
***
Добежав до столовой, но не давая себе времени на отдышку, Цзай Цзиши кричит прямо в дверях:
— Повар Фань! У вас есть что-нибудь вкусное и полезное? И чтобы было удобно есть?
Вынув трубку изо рта, мужчина приподнимает брови и выпускает серый пар.
— Это ты меня так оскорбляешь, Пятый?
— Что? Нет! Просто я хочу… Отнести покушать. Одному человеку. Что-нибудь питательное. Да.
Повар Фань затейливо хмыкнул. Его губы растянулись в насмешливой улыбке:
— «Одному человеку»? Ну да, ну да, как поживает Вторая? Она почему-то ходила вчера вся такая злая, ай-ай-яй, — мужчина досадливо покачал головой. — Не ты ли разозлил её своей глупостью? Этот старик бы не удивился. Иногда тебе стоит подумать, прежде чем говорить. Да и подумать прежде чем что-то сделать. В общем, тебе надо начать думать, понимаешь, Пятый? Ду-мать. Это просто, надо всего лишь попробовать. Глядишь и со Второй ученицей станет попроще, она же ого-го! — какой характер может показать, если её обидеть.
С завидным спокойствием выслушав всё это, Цзиши решил не поправлять повара, ибо кто знает что придётся выслушать, если он всё-таки узнает для кого это на самом деле.
Через пару минут мужчина поставил на стол резную коробку для переноса еды с заклинанием сохранения тепла.
— Здесь питательный суп с женьшенем, грушевая настойка и две маньтоу с бобами, — повар Фань выдохнул горький дым и постучал по крышке. — Передай Второй, чтобы пила настойку только перед тренировкой. Она согреет и придаст сил.
— Спасибо!
Радостно закивав, Цзай Цзиши схватил коробку и побежал к выходу, стараясь двигаться аккуратно, но быстро, чтобы Дашисюн смог побыстрее поесть.
— Ну и молодёжь пошла, — покачал головой повар и снова закурил трубку, смакуя вкус дымящихся листьев. И как их всех занесло в это проклятое место?
Вздохнув, он возвращается на кухню.
А Цзиши тем временем уже походил к домику Дашисюна. Он уже чувствовал, как их отношения становятся гораздо лучше! Может они даже смогут общаться как раньше, когда были всего лишь детьми. Ах, а потом они убьют учителя, вместе сбегут и начнут жить все вместе, а не по отдельности, как сейчас на другом склоне горы.
Однако его мечтательную идиллию разрушил металлический лязг меча об меч. Лицо Пятого ученика побледнело от ужасной мысли о происходящем с Дашисюном. Опять.
Уронив короб с едой на землю, Цзай Цзиши побежал к домику, совсем не ожидая увидеть, как Лэ Гуань сражается с Синь Суанем.
— Дашисюн!
Брови Первого ученика подпрыгивают, от ужаса он оборачивается на шиди, пропуская момент, когда кончик меча криво вспарывает нежную кожу на шее и рвёт белоснежный ворот, быстро окрашивающийся в темно-красный цвет.
Секунда.
Две.
Лэ Гуань испуганно ахает и роняет оружие из рук, а Синь Суань, покачнулась, прикрывает глаза и со струйкой красного цвета у рта, падает спиной на землю. Его тело охватывают судороги из-за бьющей фонтаном крови и неистового кашля с пеной.
— Дашисюн! Нет-нет-нет, только не умирай, — Цзай Цзиши прижимает ладони к шее, пытаясь остановить кровотечение, но его руки слишком быстро окрашиваются, они соскальзывают, а зрение размывают подступающие слезы. — Не оставляй меня снова, пожалуйста! Дашисюн!
Слабо моргнув, Синь Суань поднимает глаза и хрипит, после закрывая глаза.
«Прости».
Так же не забывайте оставлять комментарии, нажимать кнопочку "спасибо" и заходить на мой тг-канал t.me/LinaHongHu, там много интересного: арты, черновики, мысли, обсуждения, (спойлеры). Всем спасибо.
http://bllate.org/book/14785/1318633
