Вновь уставившись на протоптанную тропу, Цзин Фаньшэ ошеломлённо пробормотал:
— Он поэтому согласился с её словами? А, нет! Тогда зачем она должна умереть? — почти воскликнул он, и один заклинатель из Цай Фу на него обернулся, нахмурив брови.
[Ради развития Главного Героя. Он должен ощутить отчаяние, чтобы получить дальнейшее развитие.]
Сжав руки в кулаки, Цзин Фаньшэ недобро оскалился:
— Ну нет уж! Чтобы Си Цзи... Пережил потерю дорогого человека? Это же первая любовь!
Он знал, насколько важна первая любовь, пусть никогда её не испытывал. Все вокруг рассказывали о своей первой любви. Наставник часто по пьяни бубнил, как встретился со своей ныне покойной супругой и полюбил её с первого взгляда и первого удара. В книгах, которые он иногда читал по вечерам, постоянно рассказывали о чувствах людей, впервые влюбившись.
Разве потеряв первую любовь, не потеряешь часть себя?
— Ему же будет больно, — со сжавшимся горлом пробормотал он.
[Но в этом и смысл,] — текст в окошке быстро сменился, будто бы система даже не задумывалась над ответом. — [Это самый быстрый способ получить развитие как персонажа. Так же Главный Герой получит поддержку и сочувствие читателей, что является важной неотъемлемой частью каждой книги.]
Уставившись на духа, Цзин Фаньшэ грубо выплюнул:
— Ты — бессердечная сука! Да как ты можешь так говорить? Хотя я давно заметил, что тебе нравиться играться с чужими жизнями.
[И что? Не забывайте, что у нас с вами договор.]
— К чёрту договор! — раздосадовано взмахнул рукой заклинатель, а потом тяжело вздохнул, чувствуя подступающую безысходность.
Некоторое время текст на окошке мигал и не менялся. Но вскоре система написала ответ.
[Так вы предпочтёте спасти её ценой воспоминаний о вас и Главном Герое?]
Цзин Фаньшэ замолк. Он не знал. Чу Лянь хорошая девушка, воспитанная, способная и красивая. Она не стала презрительно относиться к Фаньшэ из-за слухов и его ужасной репутации. Не было ничего удивительного в том, что Си Ван влюбился в неё.
— Она — первая любовь, а я... — заклинатель устало прикрыл глаза рукой, — я не знаю.
Очень не хотелось, чтобы Си Цзи испытывал боль, но с другой стороны... Так хотелось побыть эгоистом, настоящим паршивцем и не отдавать его. Но что делать, если он не принадлежит ему одному?
[Лучше вам этого не делать. К тому же, у Главного Героя ещё будут возлюбленные в будущем.]
Невесело хмыкнув, Цзин Фаньшэ вяло ответил:
— Это не меняет того, что сейчас он будет горевать.
Ответа не последовало.
Всё остальное время Фаньшэ напряженно молчал, дожидаясь возвращения Си Цзи и Чу Лянь.
— Закончили! — время в думах пролетело незаметно, и вскоре он услышал как восторженно воскликнула девушка, подчиненная Чу Лянь, с собранными в хвост чёрными волосами и приятными чертами лица. Они с другим заклинателем-исследователем собрали все свои листки и начали проводить неизвестные Цзин Фаньшэ манипуляции с гробницей. Нажали там, да сям, потрогали рисунки на стенах и колоннах, что-то произнесли и дёрнули за толстую дубовую дверь.
Та поддалась, и гробница отворилась.
— Наконец-то!
— Шицзе Мин, у нас получилось! — воскликнул юноша с собранными в пучок волосами, уставшими глазами и короткими бровями.
Кивнув, девушка ответила:
— Осталось дождаться сестрицу Чу и брата Си, — тут она обернулась и увидела Паршивца Цзин, из-за чего испуганно вздрогнула и вся стушевалась.
«Говорит так, будто Си Цзи — один из них» — пронеслось в голове у Фаньшэ, и его настроение ещё больше ухудшилось. Такая же ситуация произошла и в городе, когда Си Вана знали многие, и Цзин Фаньшэ невесело подумал, что пропустил очень важную часть его жизни.
Испуганная заклинательница Мин не поспособствовала улучшению настроения, и Цзин Фаньшэ, решив, что это не стоит его внимания — ведь после гробницы они больше не встретятся — отвернулся, продолжая выслеживать возвращение своего спутника и Чу Лянь.
Мысли о том, что они делают в городе, старательно спрятаны в глубокий дальний ящик.
Прошло ещё какое-то время, пока, наконец, не послышались ясные голоса:
— Брат Си очень образован. Этой недостойной стыдно со своей неосведомлённости.
— Не страшно. У меня большой опыт.
Две фигуры, женская и мужская, показались из-за деревьев. Цзин Фаньшэ из-под ресниц взглянул на них, особенно на лицо Си Вана, и попытался понять его эмоции. Но тот, как всегда, был спокоен и безмятежен, как будто бы не особо влюблён?
В руках они несли несколько факелов, чему Фаньшэ снова удивился. Всегда можно использовать огонь на ладони или, на худой конец, воспламеняющиеся талисманы.
— Вы уже отворили гробницу! — радостно воскликнула Чу Лянь с очаровательной улыбкой на губах и подошла к своей группе.
Встав со своего места, Цзин Фаньшэ неторопливо подошёл к остальным. Си Ван взглянул на него и молчаливо поинтересовался, все ли хорошо. Должно быть он уловил растерянность своего спутника, но тот только безмолвно покачал головой, а после опустил голову, чтобы Си Цзи не сверлил взглядом его темноту под капюшоном.
Вручив каждому по факелу, Чу Лянь неловко посмеялась:
— Надо бы вас всех представить, — в её тоне можно было услышать извинение и сожаление, что она раньше об этом не подумала. Госпожа Чу указала на девушку и парня, которые видели у стены, рассматривали рисунки и переводили древнюю рукопись. — Это сестра Мин Лан, а рядом с ней брат Хао Жань.
Поклонившись вместе с шицзе, Господин Хао дополнил:
— Мы исследователи. Знаем многие языки, в том числе и древние, но большой силой не обладаем, поэтому надеемся на защиту брата Си и Господина Цзин, — и он вновь сделал поклон к обоим спутникам.
Махнув в сторону хмурого и ворчливого юноши, который не прекращал злобно зыркать на Фаньшэ, Чу Лянь представила и его:
— Это брат Сян Юй.
Недовольно цыкнув, он поклонился одному Си Вану:
— Рад нашему знакомству. Я не лекарь и не исследователь, поэтому мы будем работать вместе.
Цзин Фаньшэ ничего не сказал, а только взглянул на этого выскочку. Пока он терпел, но для себя решил, что в любой момент готов избавить и его от кисти. Или от головы.
— Для серебряного ранга ты слишком много о себе думаешь, — Си Вана однако эта ситуация не устроила. Его голос угрожающе похолодел, а глаза опасно сверкнули, не предполагая ничего хорошего.
Наглец Сян Юй побледнел и попятился назад, что-то неразборчиво лепеча:
— А... Я... Н-ну...
Рот Цзин Фаньшэ приоткрылся, а его спина покрылась мурашками. Аура Си Цзи как будто взбушевалась и диким зверем набросилась на Сян Юя, собираясь разорвать его на мелкие кусочки, а после проглотить без остатка. Хрупкое, как оказалось, спокойствие за секунду оказалось разрушено мёртвой яростью.
Стоящие поблизости побледнели и замолкли, не решаясь вмешиваться. Они почувствовали опасность, исходящую от Си Вана.
— Цай Фу преподносит себя как недоступный для обычных людей орден. Но так ли он хорош, если его адептов не учат банальной вежливости? Должен ли я научить тебя? — тяжёлая, но изящная рука, облачённая в чёрный рукав, медленно потянулась к лицу Сян Юя, из-за чего воображение Фаньшэ подкидывало ему самые разнообразные сцены расплаты.
— Мне очень жаль! — испуганно закричал тот и низко, практически до земли, поклонился Цзин Фаньшэ, пока тот находился в глубоком шоке. — Надеюсь на вас, Уважаемый Господин Цзин!
И побежал внутрь гробницы, будто за ним мчится тигр или целая толпа демонов. Пылающая аура Си Вана успокаивается, и наступает неловкая тишина, сопровождаемая только далёким щебетанием птиц. Три широко открытых пар глаз боязливо пялятся то на Цзин Фаньшэ, то на его спутника.
— Эй! Не уходи в одиночку! — воскликнула первая очнувшаяся Чу Лянь. Как главная в своей группе, она берёт ситуацию в свои дрожащие руки и зажигает факел, направляясь внутрь.
Исследователи, хранившее молчание, последовали за предводительницей, а Си Ван, так же, не говоря и слова, передал своему спутнику зажжённый факел.
Решая не задавать вопросов по поводу произошедшего, Цзин Фаньшэ принял пламенник и тихо посмеялся:
— Это было неожиданно, Си Цзи.
— Почему?
Пожав плечами, показывая отсутствие ответа, Фаньшэ вместе с Си Ваном начали спускаться по лестнице внутрь гробницы.
Затхлый воздух сразу ударил по носу, из-за чего Цзин Фаньшэ пришлось прижать руку к маске. Он попытался разглядеть что либо впереди, но увидел только несколько огоньков от факелов и грязные ступени. Стена оказалась скучной, белой и без рисунков, но испачканной в грязи, копоти и пыли. В углах расположилась порванная паутина, по которой бегали недовольные паучки.
Нужно было отдать должное Сян Юю, он хорошо расчистил им путь.
— А что за ранги? — шёпотом спросил Цзин Фаньшэ, но закрытое пространство в несколько раз усилило его голос и все услышали его вопрос. Однако не подали виду.
Си Ван спокойно ответил:
— В Цай Фу есть три ранга, которые используются для обозначения статуса и силы. Серебро — самый низкий, потом идут золото и нефрит. Гравировка тоже может решать.
Приподняв брови, Фаньшэ вспомнил и повернулся к Си Цзи, чуть повысив свой голос:
— Заколки и подвески! Хотя я не думал, что они серебро используют, как самый низкий. Чаще всего это деревяшки или... Бронза?
— Цай Фу не берёт к себе кого попало. Даже серебряный ранг может сражаться с пятью обычными заклинателями. К тому же бронза слишком дешёвая для их ордена.
Фыркнув, Цзин Фаньшэ хмуро махнул факелом:
— Ну да. На их Главе всегда так много золота, что смотреть больно. От поблёскивания этих побрякушек глаза болят, — пробубнил Фаньшэ, клацнув зубами. Повернувшись к Си Цзи, он произнёс с лёгким укором, — А ты много о Цай Фу знаешь.
Но эхо сыграло с ним плохую шутку, сделав его тон голоса обиженным и расстроенным. Даже слишком. Удивившись от самого себя, Цзин Фаньшэ чуть не падает с лестницы, запнувшись о край ступеньки, но к счастью ему удаётся избежать этого с очень своевременной помощью Си Цзи.
Взглянув на сконфуженного Фаньшэ, Си Ван покачал головой, не собираясь отпускать чужой локоть:
— Меня приглашали в Цай Фу пару раз.
— Приглашали... — задумчиво пробормотал Цзин Фаньшэ.
Но Си Ван не успевает ответить, только кивнуть, потому что группа наконец добралась до конца лестницы.
— Наконец-то... — устало пробубнил кто-то.
Средь потёмок послышался осуждающий голос Чу Лянь:
— Шиди Сян, а если бы ты убежал и что-то случилось? — тот словно язык проглотил и только бешено покрутил головой. Вздохнув, Лекарь Чу добавила, — просто не убегай один в следующий раз.
Пока они разговаривали, Цзин Фаньшэ прошёл вперёд и осматривал развернувшееся перед ними пространство. Прямо перед лестницей оказалось несколько проходов: слева, спереди и справа. Стены внутри, также как и снаружи, были украшены фресками и узорами. На потолке расположилась луна, вокруг которой были выгравированы четыре человека: две женщины и двое мужчин. Но Фаньшэ так и не смог их детально разглядеть из-за времени, уничтожившего некоторые детали и ограниченного света.
Задумчиво промычав, он повернул голову к Си Вану:
— И куда дальше?
Тот безмятежно ответил:
— Фань-гэ слышал полную легенду о Первом Лунном Принце?
Группа Чу Лянь переглянулась. Особенно исследователи выглядели задумчивыми.
— Брат Си, что за «полная легенда»?
— Разве обычная не... Обычная? — пробубнил исследователь Хао Жань, в ответ ему девушка недоумевающе пожала плечами.
Сложив руки на груди, Цзин Фаньшэ задумался. Его снова терзали сомнения о чрезмерной осведомлённости бывшего ученика, ведь он ничего из этого не рассказывал, а самостоятельно получить доступ к какой-либо секретной информации — невероятно трудно. Даже Фаньшэ лишь однажды удосужился чести побывать в большой библиотеке в Нефритовой Столице. «Полная легенда», хах.
Тем не менее, он верил Си Вану, поэтому ровным голосом рассказал всё, что знал:
— Первый Принц — сын Небесного Императора, который остановил луну, когда она хотела упасть на людское царство. Но потом, как оказалось, её послал его отец. За то, что Принц испортил план небесного императора, его сослали на землю и обрекли на вечные страдания. Однако сердца людей тронул его поступок. Поэтому когда вскоре Принц погиб, возвели ему несколько статуй и тайную гробницу, — закончив, Фаньшэ пожал плечами, показывая, что может где-то и ошибаться.
Утвердительно кивнув, Мин Лан подтвердила и дополнила:
— Всё верно. На данный момент сохранилось всего две статуи того времени: у Монумента Вечной Памяти и в Нефритовой Столице.
За ней подхватил Хао Жань:
— Я ещё читал, что раньше гробница Первого Лунного Принца была открыта для всех желающих...
— В знак того, что все должны увидеть милосердие и понять сострадание Принца.
— Люди преподносили дары и молились за благополучие.
— Но после пары попыток украсть золото и драгоценности из гробницы, приняли решение закрыть её и спрятать.
— Но в заклинание произошла ошибка, поэтому примерно каждые пятьдесят лет она где-то появляется вновь.
— Так что у нас примерно неделя, чтобы её изучить и уйти.
Вздохнув, исследователь Хао покачал головой:
— Надеюсь, мы найдём что-то новое.
Глядя на сложенный рассказ Мин Лан и Хао Жаня, Цзин Фаньшэ с восхищением присвистнул:
— А вы прямо одно целое, — в его словах не было двойного или тайного смысла, но парень с девушкой восприняли это по-своему, густо покраснев. Не обратив внимания на их реакцию, Фаньшэ уточнил. — Хотя я не пойму, почему ваш орден не даст вам какие-либо подсказки, чтобы вам было легче исследовать.
Всё ещё смущённая девушка мельком взглянула на три прохода и кратко пробубнила:
— Это что-то вроде экзамена. Нам просто дают наводку, а дальше мы должны сами понять, что именно мы исследуем. И если мы справимся, ещё и найдём что-то новое, то сможем получить ранг выше. Как и говорил брат Си.
На поясе у Мин Лан и Хао Жаня висели серебряные подвески с изображением дракона. И хотя те горели глазами в предвкушении и верили, что скоро повысят свой ранг, Цзин Фаньшэ слабо верил, что у них это получится. Если брать информацию, которую он знает, то «нефритовых» всего пятеро — Глава Цай Фу, трое старейшин и их любимая избалованная наследница. А «золотых» может штук двести, не больше. И конкуренция на золотой ранг невероятно большая. Цай Фу не возьмёт кого попало.
Взглянув на золотую подвеску Чу Лянь, Цзин Фаньшэ нахмурил брови, а после перевёл взгляд на Си Вана. Ему должно быть тоже присвоят золотой ранг, не ниже.
Вздохнув, Фаньшэ махнул рукой и обратился к Си Цзи:
— Так что за полная легенда?
Уловив его взгляд, спрятанный под маской, Си Ван оторвался от препирания стены и подошёл ближе к Цзин Фаньшэ:
— Когда Первый Принц прознал, что на смертных уронят луну, то направился к четырём великим небожителям: сначала к Западному Генералу, после к Богине Искусства и двум другим. Он планировал заручиться их помощью, дабы спасти людей. Но они не хотели нарваться на гнев Небесного Императора, — Голос Си Цзи понизился и только Фаньшэ обратил на это внимание. Он хорошо понимал своего бывшего ученика, поэтому знал, как тот говорил тяжело даваемые вещи, хотя и не представлял, что могло его так огорчить. — Первый Принц отрёкся от будущего престола и остановил луну, вернув её на место. Перед изгнанием четыре небожителя... Нет, это не важно.
Вспомнив о гравировке на потолке, Цзин Фаньшэ поднял голову. Генерала он узнал сразу — в руках у него был длинный меч, указывающий на левую дверь. Вторым мужчиной оказался Звёздный Создатель, о котором он уже давно наслышан, поэтому прознав, что это небожители, то без проблем догадался о его личности. Понять, кто из женщин Богиня Искусства, он не смог. Обе красивы, в богато украшенных платьях и без дополнений, указывающих на их род деятельности. Только руки одной были обращены к небу, а второй к земле.
Нахмурив брови, Сян Юй пробубнил:
— Это история бесполезна.
Но исследователи быстро смекнули что к чему. Они приободрились и подошли к левому проходу, радостно улыбаясь.
— Западный Генерал!
— Значит, идём на запад.
Не глядя на них, Си Ван только кивнул, а Фаньшэ, от которого не отрывали взгляд, обескураженно повернулся к нужному проходу.
Выбор был сделан верный, поэтому ничего не сломалось, не взорвалось, ни открылось, только вспыхнули факелы по стенам, освещая огромное длинное помещение, по периметру которого были расположены разные вещи и предметы.
Фарфоровые вазы, широкие картины, которые не выцвели от солнца, столы с разнообразными украшениями, шёлковые, талантливо расшитые ткани, тяжёлые слитки яркого золота и разнообразные артефакты. В конце зала расположились копья, щиты, тяжёлые доспехи из чёрного металла, статуя высокого хорошо сложенного мужчины верхом на коне. Позади статуи висела картина с тремя изысканными иероглифами: сила, величие и дух.
Со всех сторон посыпались восхищённые вздохи, а исследователи, не желая тратить время, прошли вперёд, изучая каждую вещь.
— Фань-гэ, ты говорил, что раньше был в гробницах, — произнёс Си Ван, когда увидел, что сокровища не произвели особого эффекта на спутника.
— Ну да, — ответил Цзин Фаньшэ, безразлично пожав плечами.
Стоящая рядом Чу Лянь опешила и вздохнула с восхищением:
— Ого... Я слышала слухи, что вы с самого детства со старейшиной Жунъи были в разных опасных местах, но не думала, что это правда.
Кивнув, Фаньшэ подтвердил:
— Это правда. Старик просто обожает гробницы.
— О, — на лице Господи Чу появилась улыбка, — и чем вы там занимаетесь?
Она наивно предполагала, что Цзин Фаньшэ вместе с Жунъи Сяохуа занимаются изучением древних построек, которые недоступны большинству заклинателей, или так же, как сейчас, защищают исследователей.
Но тот опять пожал плечами и ухмыльнулся, оглядывая груды драгоценностей и артефактов:
— Расхищением.
http://bllate.org/book/14784/1318574
