Лао Лю?
Поразмыслив несколько секунд своим оцепеневшим от страха разумом, Тань Нин вдруг вспомнил водителя катафалка с точно таким же именем.
— Вы водите катафалк? — спросил он.
Мужчина как раз вывозил из морга каталку с мешком для трупа. Услышав вопрос, он безразлично хмыкнул в ответ. Тань Нин поспешно нагнал его.
— Как замечательно, что я вас встретил, господин Лю! Мне нужно задать вам пару вопросов!
Лао Лю не удостоил его и взглядом. Холодный свет в коридоре падал на него, придавая облику такую безжизненность, что Тань Нину на миг почудилось, будто рядом движется ожившая мумия.
Он невольно замедлил шаг и вновь покосился на тень Лао Лю. Убедившись, что тень на месте, Тань Нин поднял голову и встретился с направленным на него немигающим взором.
Лао Лю, продолжая катить тележку, повернул голову и, не глядя вперёд, в упор смотрел на Тань Нина. От этого взгляда у того мороз пробежал по коже.
— В-вы вчера болели? — запинаясь, выдавил он.
— Да.
Тань Нин заметил, что Лао Лю почти дошёл до лифта. Он опасался, что тот, не отрывая от него глаз, промахнётся мимо, но с облегчением выдохнул, когда каталка чётко остановилась у дверей.
— Так о чём ты хотел спросить? — не сводя пронзительного взгляда, осведомился Лао Лю.
Тань Нина слегка пугал этот суровый, нелюдимый тип. Он всегда робел перед такими неприветливыми, замкнутыми людьми.
— Мы с другом… вчера разыскивали вас. Он долго стучал к вам в дверь, но вы не открыли. — Тань Нин невольно перешёл на "почтительное" обращение.
— Я принял лекарство и уснул. Не слышал стука, — равнодушно отозвался Лао Лю.
Двери лифта распахнулись. Лао Лю закатил в кабину каталку, а следом, словно привязанный, проскользнул и Тань Нин.
— Вот оно что. Вам уже лучше?
Цифры на табло неумолимо сменяли друг друга. В тесном, замкнутом пространстве Тань Нин чувствовал себя крайне неуютно. Лао Лю на вид было около шестидесяти. Его старческие пигментные пятна в тусклом освещении невольно напоминали трупные. Мрачно взглянув на Тань Нина, он процедил:
— О чём конкретно ты хотел спросить?
Сглотнув, Тань Нин нервно выпалил:
— Позавчера в полночь вы подвозили кого-нибудь на катафалке?
Мутные глаза Лао Лю, казалось, готовы были выскочить из орбит. Его лицо исказила гримаса гнева.
— Понятия не имею, о чём ты! — резко вскричал он.
Ошеломлённый внезапной вспышкой ярости, Тань Нин отпрянул и прижался спиной к холодной стенке лифта, осознав, что отступать некуда.
В этот момент створки разъехались. Лао Лю, не удостоив Тань Нина и взглядом, вывез каталку прочь. Поколебавшись, тот всё же увязался за ним, осторожно следуя позади. Вдруг Лао Лю резко обернулся и испепелил его взглядом.
— Если не хочешь умереть – не ходи за мной.
В этот миг Тань Нин понял, почему так страшится глаз Лао Лю. Призрачный ребенок смотрел на него точно так же. Холодно. Безжалостно.
Оцепенев, Тань Нин провожал взглядом удаляющуюся фигуру Лао Лю с каталкой.
Лишь когда тот полностью скрылся из виду, к Тань Нину вернулась способность двигаться. Более не желая задерживаться в больнице, он стремительно покинул здание. Только очутившись под палящим солнцем, он слегка пришёл в себя.
Глубоко вздохнув, Тань Нин достал из кармана телефон Лу Инсина. Экран пересекала явная трещина. То ли мобильный разбился, то ли разрядился – попытка включить его не увенчалась успехом.
Тань Нин направился в ближайшую мастерскую по ремонту телефонов. Владелец сообщил, что на починку уйдёт около полутора часов. Оставив аппарат, Тань Нин решил съездить в крематорий и расспросить тамошних сотрудников о Лао Лю.
Лао Лю определённо что-то известно. Это единственная зацепка, которую пока удалось найти Тань Нину. Он не хотел сдаваться так просто.
«Система, с кем встречался Лу Инсин в похоронном бюро в прошлый раз?»
[С директором Линем.]
Прибыв в похоронное бюро, Тань Нин попросил охранника о встрече с директором. Спустя некоторое время перед ним вновь предстал добродушный на вид господин Линь.
— Такой прекрасный человек, и надо же было ему вот так внезапно уйти из жизни, — скорбно произнёс он. — Молодой человек, чем обязан вашему визиту?
— Я хотел бы узнать некоторые сведения о водителе катафалка, господине Лю. Благодарю вас, директор Линь, — стеснительно проговорил Тань Нин.
Общение давалось ему нелегко.
— Значит, интересуетесь господином Лю? Несчастный он человек, — с горечью вздохнул директор Линь. — Не случись трагедии с его женой, глядишь, и сын уже вырос бы, ровесник вам...
Он поведал, что Лао Лю отличается поразительной для их профессии отвагой. Среди коллег ему и вовсе нет равных в бесстрашии.
Лао Лю не верил в потусторонние силы и не боялся бродить в темноте. Просто выполнял свои обязанности. Когда ему исполнилось тридцать лет, жена забеременела. В те дни он пребывал в небывалом воодушевлении. Но затем произошло несчастье: принимая душ, супруга поскользнулась и, упав, погибла вместе с нерождённым ребёнком.
С тех пор Лао Лю изменился.
В своей комнате он хранит поминальные таблички жены и неродившегося малыша. Сделался крайне суеверным. Почти все средства тратит на всевозможных шарлатанов. Да и сам стал неразговорчивым.
— Шарлатанов? — встрепенулся Тань Нин, ухватившись за ключевое слово.
Система упоминала, что запечатать призрачного младенца способен лишь истинный мастер. Возможно, даосские мастера, к которым обращался Лао Лю, не просто морочили ему голову, а действительно обладали сокровенными знаниями.
Затаив дыхание, Тань Нин выпалил:
— А вы случайно не знаете, кто именно помогает господину Лю?!
— Даос Хао, обитель которого расположена недалеко от дома господина Лю, на Похоронной улице.
Попрощавшись с директором Линем, Тань Нин на такси отправился к жилому кварталу, где проживал Лао Лю.
Тань Нин много раз проезжал мимо этой улицы, но сегодня впервые ступил на неё. Вдоль дороги тянулись магазины с траурными венками, ритуальной одеждой и гробами. Тань Нин остановился у ничем не примечательной лавки похоронных костюмов.
— Простите, даос Хао здесь? — нервно спросил он.
Худощавый старичок приподнялся с шезлонга. Его седые волосы контрастировали с ярко-алым шёлковым костюмом в традиционном стиле. В любом другом месте его назвали бы удивительно бодрым для своих лет. Но в похоронной лавке этот наряд выглядел слегка зловеще.
— За саваном пришёл? — поинтересовался старик.
Тань Нин помотал головой. Он уже хотел сказать, что ищет даоса Хао, но старичок неторопливо произнёс:
— Скоро помирать собрался, а саван себе купить не желаешь?
У Тань Нина мурашки по спине побежали. Он оторопело уставился на тщедушного старика.
— Вы даос Хао?
– Можешь звать меня просто Лао Хао.
Авторитет старика в глазах Тань Нина мгновенно возрос до небес.
— Мастер! Ко мне прицепился призрак. Вы можете помочь мне запечатать его?!
— Расскажи подробно, что случилось, — невозмутимо велел Лао Хао.
Тань Нин поспешно выложил ему всё, что знал. Лао Хао покачал головой.
— Тебя преследует злобный дух младенца! Он пытается переродиться, используя твоё тело.
Вспомнив свои кошмары, Тань Нин невольно напрягся.
— Но... но я же мужчина!
— Ну и что с того? Я слышал, как вы, молодёжь, рассуждаете о "беременных отцах". Значит, по-твоему, мужчины не могут вынашивать детей?
Тань Нин оторопел от такого заявления.
— Нападения в ванной, подъезде и морге - это попытки духа обмануть твой разум, наведя морок. Но тебе пока везёт - каждый раз ты случайно разрушал эти иллюзии, — Лао Хао прищурился. — А вот гибель твоего друга - это нечто большее, чем просто видения. Если не разобраться с этим как следует и не усмирить его злобу, к тебе может прицепиться ещё один мстительный призрак.
— И что же мне делать, мастер? — растерянно спросил Тань Нин.
Лао Хао потёр пальцы. Видя замешательство на лице клиента, он скривился, будто разочарованный непонятливостью собеседника.
— Для начала приготовь оплату.
— Сколько? — торопливо переспросил Тань Нин.
— Усмирение призрака, в которого превратился твой друг, обойдётся в миллион юаней, а злобного младенца - в пять миллионов.
Лао Хао ошарашил его немыслимыми суммами.
«Система, сколько у меня на счету?»
[816 246 юаней 60 фэней.]
Тань Нин едва не расплакался.
— А подешевле никак? — жалобно протянул он.
Лао Хао снова развалился в шезлонге и закрыл глаза.
— Саван могу продать со скидкой.
У Тань Нина не оставалось выбора. Он вышел из лавки и набрал номер Мо Юньчу.
— Что-то случилось, Сяо Нин?
— Мо Юньчу, ты не мог бы одолжить мне денег? — Тань Нин впервые просил у кого-то в долг, лихорадочно придумывая благовидный предлог.
— Сколько тебе нужно, Сяо Нин? — ласково спросил Мо Юньчу. — Десяти миллионов хватит?
Тань Нин на миг лишился дара речи, но быстро опомнился.
— Не нужно так много. Пяти миллионов двухсот двадцати тысяч будет достаточно.
— Хорошо, — усмехнулся Мо Юньчу. — Извини, мне пора. Поговорим позже.
Едва Тань Нин повесил трубку, как пришли уведомления о двух переводах. Один на 5 200 000, а второй - на 13 140 000 000 юаней.
«Система, тебе не кажется, что Мо Юньчу вдруг стал ещё привлекательнее?» – с чувством спросил Тань Нин.
[......]
Тань Нин не стал сразу возвращать лишнее. Он решил пока придержать деньги и вернуть Мо Юньчу после того, как окончательно разберётся с призрачным младенцем. А потраченную сумму, увы, вряд ли удастся компенсировать. Разве что получится перевести реальные деньги в игру.
Вернувшись в похоронную лавку, Тань Нин передал даосскому священнику плату. Тот сразу расплылся в обходительной улыбке.
— Я вижу, у тебя широкий лоб, ясный взгляд, крепкий подбородок - всё это добрые признаки... Но есть одно упущение. Друг мой, в твоём "дворце жизни" тусклая энергия, а значит, над тобой нависла смертельная угроза. Хоть у тебя и есть могущественный покровитель, опасностей не избежать. Не справишься - тут и говорить не о чем. Но если выживешь - судьба будет к тебе благосклонна.
Тань Нин слушал, хлопая глазами и едва ли не светясь неоном с надписью "Простак с туго набитым кошельком".
— И что же мне делать, мастер?
— Для начала разберись с делами твоего друга Лу Инсина. Ты виновен в его безвременной кончине, так что его душа, должно быть, полна злобы. Когда его понесут хоронить, проводи его в последний путь. По дороге через каждые семь шагов оглядывайся. А после погребения возьми горсть земли с могилы и принеси домой. Утром и вечером кланяйся ей, через сорок девять дней всё уладится. Но впредь не забывай подносить дары по большим праздникам.
— Мастер, не могли бы вы повторить ещё раз? Я запишу, — дрожащим голосом проговорил Тань Нин, открывая в телефоне заметки.
Лао Хао повторил указания, после чего продолжил:
— Теперь насчёт призрачного младенца. Всегда носи с собой конфеты и напиток. Если снова начнёт докучать, угощай его. В конце концов, он всё же ребенок, не различает добро и зло. Будешь добр с ним - уже не навредит.
— Он и сам невольная жертва. Похоже, его насильно заточили в ту тряпичную куклу с обрубленными ногами. Сделай доброе дело - как будет возможность, пришей ей новые конечности. Тогда младенец сможет переродиться и сам оставит тебя.
Советы Лао Хао стали для Тань Нина бесценным кладом. Он рассыпался в благодарностях, то и дело восклицая:
— Мастер, теперь я понял!
Лао Хао кивнул. Он зевнул, и по его виду было заметно, что он сильно устал.
— Что ж, иди и действуй.
Напоследок он неожиданно окинул Тань Нина ещё одним взглядом и вдруг добавил:
— Друг мой, нижняя часть твоего лица омрачена зловещей тенью, вероятно, от козней какого-то подлеца. В ближайшие дни будь осторожен с окружающими.
Тань Нин осторожно уточнил:
— Мастер, не могли бы вы рассказать поподробнее?
— Остерегайся своих друзей, начальства, коллег, родственников и...
— И того, с кем делишь постель.
http://bllate.org/book/14673/1303901
Готово:
