Лоу Мугэ сегодня снова украл курицу.
Причем курицу жирную, старую, наседку. Когда Лоу Мугэ схватил её за шею, та закричала так, будто ей наступили на гребень. Чтобы не привлекать внимания, он прикончил её одним ударом, а потом, рассевшись на берегу реки, принялся ощипывать перья.
Когда он только прибыл в город, то случайно услышал, как один мужчина рассказывал своему сыну историю, и, как назло, историю о нём самом.
Если вкратце, то речь шла о том, какой Повелитель Демонов подлый, бесчестный, творил всякие злодеяния, убивал ради забавы, и что его смерть от рук небожителей была вполне заслуженной. В общем, навешали всех собак, да так, что Лоу Мугэ, подслушивавший за углом, чуть не скривился от злости.
Так что в сердцах он три ночи подряд воровал кур именно у этого мужчины, доведя его жену до бешенства.
Чем больше Лоу Мугэ об этом думал, тем веселее ему становилось. Ощипав курицу, он заодно поймал в реке пару рыб, развёл костёр и принялся жарить добычу. Минут через десять пошёл аппетитный аромат.
Он набросился на рыбу, но, едва сделав пару укусов, почувствовал, как слёзы ручьём покатились по его лицу. Привычным движением он вытер их и принялся выплевывать кости.
Тело, которое сейчас занимал Лоу Мугэ, изначально принадлежало речному рыбьему демону; слабому, едва достигшему человеческой формы. Кто-то вырезал у него демонское ядро, и, когда тот ещё дышал, Лоу Мугэ им завладел.
Тело было слабовато, но в целом сносное. Вот только была одна проблема: стоило ему съесть рыбу, как слёзы начинали литься сами собой. А Лоу Мугэ, как на зло, обожал рыбу, поэтому каждый раз ел её, рыдая.
Впрочем, это не мешало ему дочиста обглодать обе рыбины и курицу. Потом он потрогал набитое брюхо, накрылся плащом, прислонился к дереву и моментально провалился в сон.
На следующий день он проснулся от холода.
В городе шёл снег. Лоу Мугэ стряхнул с плаща снежинки, поправил одежду, озарённую светом утренней зари, и направился за городские ворота.
Он был одет в белый верхний кафтан с широкими рукавами, вышитыми узорами алых облаков удачи. Поверх был накинут красный безрукавный жилет, с рукавами, воротом и подолом, отороченными белоснежным мехом. Из-под белой плиссированной юбки с вышитыми облачными мотивами выглядывали миниатюрные чёрные туфли с загнутыми носками, расшитые золотыми нитями.
Его лицо было гладким и фарфорово-белым, а чёлка, слегка растрёпанная, едва прикрывала брови. Под густыми, длинными ресницами прятались глаза, тёмные, как чёрный жемчуг, а алые губы будто оттенялись единственным ярким мазком. Чёрные волосы были заплетены в длинную косу, ниспадавшую на спину, а на её конце болталась ажурная колокольчиковая подвеска. Стоя посреди бескрайней снежной пустыни, он казался единственным ярким пятном во всём этом белом безмолвии.
Лоу Мугэ, однажды уже погибший, теперь всегда действовал с крайней осторожностью. На этот раз он показался на людях ради участия в Испытании Богов.
Этот обычный город находился на границе между миром людей и Царством Бессмертных. Если пройти через него и проделать путь в ещё десять ли, можно было увидеть гору, извивавшуюся, как гигантский дракон. Перебравшись через неё, путник оказывался у Врат Бессмертных.
Гора была невысокой, но невероятно широкой, будто ограждала путь вперёд, служа естественной границей между миром смертных и обителью небожителей. Здесь вечно лежал снег, и никакая трава не росла.
Но даже пройдя через Врата Бессмертных, нельзя было считать, что ты действительно попал в Небесные Земли. Пик Инь-Ян располагался на самой окраине мира Бессмертных. Нынешнее Испытание было столь масштабным, что охватывало все шесть миров, и среди участников царила неразбериха – демоны, духи, оборотни и прочая нечисть смешались в одну толпу. Чтобы никто не проник вглубь Небесных Земель без разрешения, небожители наверняка выставили строгий дозор.
Пик Инь-Ян находился на отшибе Царства Бессмертных. В прошлом, когда Лоу Мугэ ещё жил среди небожителей, он бывал там. Это были две горы, разительно отличавшиеся друг от друга: одна – усеянная острыми скалами, почти лишённая признаков жизни, другая – покрытая буйной растительностью, наполненная пением птиц и благоуханием цветов. Отсюда и название – пик Инь-Ян.
А та гора, где главенствовала энергия Инь, также называлась пиком Десяти Тысяч Мечей. Когда обитатели Высших Трёх Миров умирали или решали удалиться от мира, они запечатывали своё оружие на этом пике. Неодушевлённые клинки можно было просто взять и использовать, но те, что обладали сознанием, оставались запечатанными до тех пор, пока не находили достойного владельца.
Юноши, только вступающие на путь культивации в Высших Мирах, приходили сюда, чтобы выбрать себе подходящее оружие. Кому-то везло, и древние артефакты сами признавали их своими хозяевами.
Именно поэтому Лоу Мугэ и отправился на это Испытание.
До него дошли слухи, что его меч когда-то был запечатан на Пике Десяти Тысяч Мечей. За восемьсот лет никто так и не смог его отыскать. Теперь же он решил попытать счастья сам.
А почему лишь по слухам? Да потому что в прошлой жизни он пал в бою, сжимая клинок в руках, и понятия не имел, куда тот делся после его смерти.
Слабое тело Лоу Мугэ быстро уставало, и ему приходилось то и дело останавливаться для отдыха. Снег то прекращался, то вновь начинал идти. Через несколько дней он, в числе последних, добрался до горы и начал подъем.
За горой простиралась бескрайняя пустошь, окутанная белым туманом, скрывавшим всё вокруг. Казалось, будто это край света. Впереди идущие один за другим исчезали в молочной пелене.
Лоу Мугэ последовал за остальными и тоже шагнул в туман. Сделав около сотни шагов, он внезапно увидел золотистое сияние, сквозь которое проступали смутные очертания. Перед ним возникли исполинские ворота высотой в сотни чжанов*.
*1 чжан = 3,33 метра
Восточная колонна была обвита драконом, западная – фениксом. Они возвышались среди белой мглы, а тонкие золотые лучи, словно мириады крошечных дракончиков, обтекали ворота, заставляя людей у их подножия ощущать себя ничтожными перед этой грандиозной картиной. Некоторые простые смертные даже пали ниц, благоговейно молясь.
Лоу Мугэ сохранял невозмутимость. Пока другие застыли в изумлении, он направился к воротам. Однако, едва ступив между колонн, он внезапно наткнулся на невидимую преграду, сильно ударившись носом.
Совершенно не ожидая этого, он едва не сломал нос. От боли на глаза навернулись слезы. Прикрывая одной рукой лицо, другой он ощупал воздух перед собой: да, здесь действительно была невидимая стена.
Громкий стук привлёк внимание окружающих. Многие с любопытством уставились на него, а некоторые даже тихонько посмеивались. Потирая ушибленный нос, Лоу Мугэ вдруг вспомнил: эти врата обладали силой отбора.
Обычные смертные не могли пройти сквозь них. А поскольку он скрывал свою внутреннюю энергию, то ничем не отличался от простого человека.
Не успели окружающие открыто над ним посмеяться, как он высвободил скрытую силу.
Тело мгновенно стало легким, будто невесомым, а боль в носу исчезла без следа. Сделав шаг вперед, на этот раз он беспрепятственно прошел сквозь врата, к изумлению зевак.
За вратами бескрайняя пустошь обрела цвета.
Зеленые горы, прозрачные воды, благоухающие травы – настоящий контраст с зимней стужей за пределами врат. Рядом у входа стояли столы, за каждым из которых находился слуга бессмертных. На столах лежали толстые регистрационные книги; каждый входящий должен был назвать свое имя.
«Как я и предполагал, здесь строгий порядок», — подумал Лоу Мугэ.
— Девочка, иди сюда, — позвала его служанка с добродушной улыбкой.
Лоу Мугэ подошел.
Служанка открыла книгу на чистой странице:
— Назови свое имя и школу, к которой принадлежишь.
— Без школы, — ответил он. — Меня зовут Лоу Мугэ.
Женщина продолжала улыбаться:
— Ты уже семнадцатая «Лоу Мугэ» сегодня. Девочка, лучше назови настоящее имя. Ты же понимаешь, что это за имя? Если войдешь с ним, сразу попадешь под особый контроль небожителей.
Лоу Мугэ знал, что в Шести Мирах многие использовали его имя.
Некоторые называли себя его последователями, создавая целые организации, чтобы защитить его. Они намеренно бродили по мирам, принимая его имя и облик, чтобы сбить с толку небожителей и скрыть настоящего Лоу Мугэ.
Когда он впервые узнал об этом, то почувствовал теплоту… и вину.
Эти незнакомые люди добровольно взяли на себя его, казалось бы, безнадежно запятнанное имя. Их было так много, что он даже не знал, как выразить свою благодарность.
Лоу Мугэ задумался на мгновение, а затем спросил:
— А что насчет Нин Шаоси?
Бессмертная служанка лишь улыбнулась, ничуть не удивившись:
— Это имя сегодня уже записали триста тридцать шесть раз. Если уж выбирать между этими двумя, то лучше возьми Лоу Мугэ.
С этими словами она взмахнула рукой. В воздухе мелькнула белая вспышка, и в её ладони появился тонкая, почти прозрачная квадратная табличка размером с ладонь. На ней были выгравированы цифры: «657».
В углу красовался ещё одно слово: «человек».
— Возьми. Хоть какое-то подобие личности. Когда будешь участвовать в Испытании, тебя запишут под этим номером, — доброжелательно пояснила служанка.
— Не стоит, — Лоу Мугэ отклонил предложение. Быть записанным под номером было ещё хуже, чем использовать чужое имя. Не думал он, что когда-нибудь придётся соревноваться за собственное имя…
Служанка решила, что он передумал, и слегка подтолкнула книгу вперёд, указав на определённое место:
— Ну тогда давай, приложи сюда палец.
Лоу Мугэ послушно выполнил просьбу.
— Твоё имя? — снова спросила служанка.
— Лоу Шэншэн, — ответил он.
Как только слова слетели с его губ, под пальцем вспыхнул белый свет. Когда он поднял палец, в книге уже красовались слова: «Лоу Шэншэн». Служанка снова протянула ему табличку, но теперь на нём было выгравировано новое имя.
Лоу Мугэ принял ее, но не стал сразу же убирать. Пройдя некоторое расстояние, он оказался перед рядом бессмертных стражей. Предъявив табличку, он получил от стража камень на верёвочке и только после этого был пропущен. Пройдя проверку, он наконец спрятал табличку в свой колокольчик.
Бескрайняя пустошь простиралась перед ним, и лишь две вершины возвышались вдали. Одна – голая, окутанная белым туманом, другая – усыпанная цветами.
Здесь была строжайшая охрана; бессмертные стражи стояли буквально через каждые несколько десятков шагов, бдительно осматриваясь по сторонам, чтобы не допустить ни малейшего беспорядка.
Царство Бессмертных не было вечноцветущим раем.
Хотя... времена года здесь сменялись куда медленнее, чем в мире смертных. Но даже на этой окраине в воздухе витали слабые крупицы духовной энергии, что для смертных, идущих по пути культивации, это уже было бесценным сокровищем.
Лоу Мугэ окинул взглядом округу.
Повсюду толпились люди – не до тесноты, но достаточно многочисленно. Все они, должно быть, уже прошли первый этап Испытания. Он немного запоздал и теперь не мог позволить себе дальнейших промедлений. Быстро привязав камень к запястью, он увидел, как из него начали струиться белые лучи, формируя подобие врат.
Это был первый этам Испытания Богов.
Переступив порог, участники переносились в места, опустошаемые демонами в мире смертных. Кому-то могло повезти столкнуться с только что обретшим форму слабым духом, а кто-то мог нарваться на тысячелетнего древнего злобного демона.
Эти врата отсеивали бессчётное число претендентов.
Переступив порог, каждый сам нёс ответственность за свою жизнь.
Лоу Мугэ уже собирался шагнуть вперёд, когда…
Среди разношёрстного гула голосов он вдруг услышал чистый звон колокольчика.
Его уши едва заметно дрогнули. Он резко обернулся, но среди мельтешащей толпы не смог ничего разглядеть.
Минутное недоумение тут же рассеялось.
Он шагнул во врата, и белый свет мгновенно растворился в воздухе.
Среди людского моря стоял мужчина в просторном одеянии невзрачного цвета. Его взгляд был прикован к месту, где только что исчезли врата.
Его внешность не привлекала ни малейшего внимания.
В руке он сжимал веер из белой, словно нефрит, кости. На рукояти висела ажурная бронзовая подвеска с кисточкой чёрно-золотого шёлка. Она едва заметно качнулась, издав тот самый чистый звон, лишь на мгновение, прежде чем вновь замолкнуть.
Автору есть, что сказать:
Лоу Мугэ сам подстриг чёлку в стиле «холодный воздух»*, заплел косички, надел платьице и вышел к вам! Это не женский облик, а мужчина в женском образе.
*空气刘海 — популярный в Китае и Корее стиль чёлки: тонкие, слоистые пряди, слегка подвитые и неровно подрезанные, чтобы создать лёгкий, естественный и немного «растрёпанный» вид. Название связано с тем, что такая чёлка визуально добавляет свежести лицу, будто лёгкий ветерок.
http://bllate.org/book/14658/1301604
