Сы Юэ пошевелил застывшими пальцами, и суставы хрустнули. Он повернул голову, пытаясь разглядеть, что его окружает.
Люди вокруг него превратились в белёсые, размытые силуэты, но их дыхание и сердцебиение звучали в ушах отчётливо и ясно. Сы Юэ мог разобрать слова, но не мог понять, кто именно говорит. Он даже слышал их сердца — биение было разным, то сильным, то слабым, то быстрым, то медленным.
Он повернул шею, поднял руку и схватил ледяной силуэт рядом с собой.
Он ничего не сделал.
Но шаги вокруг него в тот же миг стали беспорядочными.
— Чёрт, А-Юэ душит Бай Цзяня! — это был голос Чжоу Янъяна. Он закричал, потому что стоило ему это произнести, как когтистая рука Сы Юэ схватила его и швырнула на длинный стол. — Спасите! Помогите!
Чжоу Янъян всё ещё держал в руке кислородную трубку, которую собирался передать Сяо Аню. Лицо его побагровело от удушья, а глаза, казалось, вот-вот вылезут из орбит.
Бай Цзянь схватил разбушевавшегося юного русала за запястье и слегка вывернул его. Тот издал яростный рык и отпустил Чжоу Янъяна.
Чжоу Янъян рухнул на пол, сунул кислородную трубку в руку Сяо Аня и, кувыркаясь, бросился вон. Однако на полпути он остановился и вернулся. Тот, кто его душил, был не кем-то посторонним, а Сы Юэ, так что бежать было не нужно.
Ли Жэнь проверял состояние Сы Юэ. Показатели, ненадолго подскочив, снова опустились и стабилизировались в пределах нормы для жизненных функций русала. Но Сы Юэ был в ярости. Он влепил пощёчину Ли Жэню, который попытался подойти ближе. До работы в институте Ли Жэнь несколько лет был лечащим врачом и получал немало пощёчин, но такой сильной — никогда.
Сы Юэ вцепился в воротник Бай Цзяня и свернулся у него на груди. Жалобный стон, вырвавшийся из его горла, заставил Бай Цзяня нахмуриться.
Он опустил голову и, подхватив Сы Юэ на руки, сказал:
— Ему нужна вода. Я отнесу его наверх. Если что-то понадобится, я позову.
Ли Жэнь, придерживая распухшую половину лица, кивнул:
— Без проблем.
Когда Бай Цзянь выносил Сы Юэ из комнаты отдыха, тот поочерёдно прорычал на каждого оставшегося внутри русала.
— А-Юэ, — позвал его Бай Цзянь.
После их ухода в комнате снова воцарилась тишина. Ли Жэнь достал из аптечки флакон йодофора и начал сам себе обрабатывать рану перед зеркалом. Когти Сы Юэ, похоже, расцарапали ему лицо.
Впрочем, Сы Юэ не проявлял агрессии к людям. На приближение Сяо Аня он не отреагировал с особым отвращением или дискомфортом. А вот Чжоу Янъян, резко приблизившись, напугал его. Это была стрессовая реакция юного русала.
Чжоу Янъян с тревогой смотрел вслед ушедшим.
— Всё в порядке?
Сяо Ань, протирая оборудование и дезинфицируя комнату, ответил:
— Нужно будет понаблюдать за ним ещё несколько дней. Если в ближайшие дни ничего не случится, значит, всё будет в порядке и в будущем.
Чжоу Янъян кивнул и потёр всё ещё болевшую шею.
— Почему он меня душил?
— Даже люди-пациенты, находясь в бессознательном состоянии, часто нападают на других. Ты подошёл слишком близко, вот он и обратил на тебя внимание, — холодно ответил Сяо Ань.
— И то верно.
Ли Жэнь взглянул на 03 и протянул ему ватную палочку:
— Подойди, помоги обработать.
03, не отрываясь от своих дел, буркнул:
— Мы не настолько близки.
— Я заместитель руководителя группы.
— Но не моей группы.
03 и 01 были в группе Сяо Аня. В институте у каждой экспериментальной группы была своя лаборатория, своё общежитие и столовая. Группы редко пересекались, если только не было какого-то важного общего собрания или мероприятия.
Чжоу Янъян был отзывчивым парнем, к тому же, пощёчину Ли Жэню дал Сы Юэ, а раз так, то это всё равно что сделал он сам. Он поднялся с пола, взял у Ли Жэня ватную палочку и сказал:
— Я помогу.
Ли Жэнь вздрогнул от неожиданно приблизившегося лица.
Взгляд Сяо Аня был скрыт за защитными очками, но он всё же разглядел, как Чжоу Янъян чуть ли не навалился на Ли Жэня. Он холодно посмотрел на 03. Тот всё ещё оживлённо обсуждал с 01 превращение Сы Юэ и вдруг почувствовал, как по спине пробежал холодок. Он огляделся, но ничего не заметил.
Воду наверху уже давно полностью сменили.
Бай Цзянь опустился на одно колено у края бассейна и медленно опускал Сы Юэ в воду.
Когда его ступни коснулись воды, глаза Сы Юэ широко распахнулись. Он начал отчаянно вырываться, цепляясь за шею Бай Цзяня и не желая погружаться дальше.
— …
— А-Юэ, ты русал, — Бай Цзянь не собирался спускаться вместе с ним. У Сы Юэ сейчас было обострённое чувство территории. Стоило ему коснуться воды в этом бассейне, как инстинкты заставили бы его немедленно начать патрулирование. Обнаружив, что чужаков нет, он объявил бы это место своей собственностью. Хотя была вероятность, что он сразу примет Бай Цзяня, тот не хотел его злить. Вначале Сы Юэ наверняка бы рассердился.
Сы Юэ, не мигая, смотрел на Бай Цзяня своими инеисто-белыми глазами.
От этого взгляда у Бай Цзяня перехватило дыхание.
Сы Юэ медленно разжал руки, обнимавшие шею Бай Цзяня. Он наклонился и сам коснулся поверхности воды. Затем, словно испугавшись, резко отдёрнул руку, прижал к груди и с тревогой посмотрел на Бай Цзяня.
— Всё в порядке, попробуй ещё раз, — тихо уговаривал его Бай Цзянь.
Сознание Сы Юэ сейчас было затуманено. Ему нужна была вода, но он противился вторжению других русалов на свою территорию. Гнев мог лишить его разума и нарушить и без того нестабильный гормональный фон.
Словно ободрённый, Сы Юэ глубоко вздохнул и снова опустил руку в воду. Его перепончатые ладони были белоснежными, и такие же белоснежные чешуйки под светом ламп отсвечивали жемчужным блеском.
Давно забытое чувство комфорта от кончиков пальцев дошло до самого сердца.
Сы Юэ отпустил Бай Цзяня и нырнул под воду.
Брызги намочили брюки Бай Цзяня. Круги на воде через десять-пятнадцать секунд разошлись, и поверхность снова стала гладкой. В ней отражалась лишь одна лампа — то ослепительная, как палящее солнце, то нежная, как ясный месяц.
Бай Цзянь почувствовал, что его сердце остановилось. Дыхание, время, шум ветра и морских волн за окном — всё замерло в этом недолгом ожидании, готовое к перезапуску.
Из глубины метнулась белая тень. Белоснежный хвост, словно луч лунного света, словно несравненно прекрасное и таинственное создание из морских глубин, взметнулся над водой. Белый хвостовой плавник, похожий на драгоценный мягкий шёлк, увлёк за собой воду и тут же снова погрузился в неё.
Сы Юэ, словно маленькая ракета, проплыл два круга вдоль самого края бассейна.
Бай Цзянь услышал стук своего сердца.
И сердца Сы Юэ.
Он с облегчением выдохнул.
— Бай Цзянь!
Голос Сы Юэ раздался совсем рядом. Он вынырнул у самых ног Бай Цзяня, его хвост отлично помогал ему держаться на воде.
Бай Цзянь, так и оставшись стоять на одном колене, молча смотрел на него.
У Сы Юэ всегда были короткие волосы, либо седые, либо, как недавно, дважды становившиеся белоснежными.
Но сейчас всё было иначе.
Его длинные волосы спускались по спине и расстилались по поверхности воды, а их концы тонули в глубине, словно белые водоросли или кораллы. Белый цвет делал его лицо необыкновенно красивым и утончённым, ничуть не женственным. Два белых ушных плавника за ушами время от времени стряхивали капли воды.
Сы Юэ попытался нырнуть и обхватить свой хвост, но у него ничего не вышло — хвост двигался вместе с ним. Тогда он, немного неуклюже, высунул из-за спины хвостовой плавник и, подражая белой цапле, принялся легонько шлёпать им по воде.
— Красиво, да? Просто офигенно, — сказал Сы Юэ.
Он ждал похвалы от Бай Цзяня, хотя, как бы тот ни ответил, по мнению самого Сы Юэ, это было невероятно красиво.
Но Бай Цзянь вдруг заплакал.
Ушные плавники Сы Юэ тут же напряжённо встали торчком.
— Что с тобой? — спросил он.
Слёзы Бай Цзяня не были похожи на те, что Сы Юэ видел раньше.
В его глазах собралась всего одна слеза, которая сорвалась и упала в воду прямо перед Сы Юэ.
Сы Юэ опустил голову, глядя на маленькие круги, разошедшиеся от слезы Бай Цзяня. Помедлив, он поскрёб лапой по воде.
— Жемчужин нет.
— …
Бай Цзянь усмехнулся. Он редко так смеялся, и от этого смеха Сы Юэ показалось, что тот помолодел на сотню лет и даже обрёл ослепительную улыбку.
Бай Цзянь, стоя на коленях, наклонился и поцеловал Сы Юэ в лоб.
— А-Юэ, мы ведь ещё не сыграли свадьбу?
Для русалов, а точнее, для такого старомодного и консервативного старого русала, как Бай Цзянь, и свадьба, и похороны, и любые другие события были ритуалами огромной важности. Проводить свадьбу, когда Сы Юэ не испытывал к нему никаких чувств, было бы неуважением и к самому Сы Юэ, и к церемонии.
Сы Юэ увлёкся шлёпаньем хвостом по воде, наконец-то познав радость белой цапли. Он отвечал рассеянно, ударяя по воде всё сильнее и сильнее, пока брызги не долетели до потолочной лампы, издав отчётливый шлепок.
— Не было. Ты раньше говорил, что не нужно, — ответил Сы Юэ.
Бай Цзянь коснулся ушного плавника Сы Юэ, но не успел убрать руку, как тот его укусил. Не больно. Сы Юэ замер.
— Это рефлекс. Зачем ты меня трогаешь?
— Тогда давай летом сыграем свадьбу, хорошо? — Бай Цзянь убрал руку и с улыбкой посмотрел на два неглубоких следа от зубов на тыльной стороне ладони.
Сы Юэ не возражал. Он знал, что для Бай Цзяня ритуалы очень важны.
— Без проблем, — тут же согласился он.
— Ты сейчас где-нибудь чувствуешь дискомфорт? — спросил Бай Цзянь.
— Нет, только очень голоден.
— Я попрошу приготовить тебе еду и позову мать подняться к тебе, она очень волновалась. Если почувствуешь себя плохо, сразу зови меня. Я услышу, — Бай Цзянь не был многословен, но сейчас, глядя на Сы Юэ, он, казалось, не мог перестать давать наставления.
— Хорошо.
Последний слог слова «хорошо» потонул в воде. Не договорив, Сы Юэ нырнул.
Бай Цзянь, глядя на маленького белого русала под водой, поднялся. Колени от долгого стояния затекли. Он постоял несколько секунд и только потом развернулся и ушёл.
Сы Юэ смотрел на постепенно успокаивающуюся водную гладь и медленно поднёс руку к глазам. Перепончатые ладони Бай Цзяня отличались от его собственных. Ладони Бай Цзяня выглядели смертоносными и разрушительными. Впрочем, у людей было так же: у кого-то руки, словно созданные для забоя свиней, а у кого-то — для того, чтобы держать перо и писать.
Конечно, Сы Юэ не хотел сказать, что ладони Бай Цзяня походили на руки мясника.
Его собственные ладони были белоснежными, более мягкими и изящными. Пальцы стали длиннее на одну фалангу, отчего казались ещё более тонкими.
Он лежал в воде, хвост бессознательно шевелил воду, а хвостовой плавник, словно тончайшая вуаль, в самых тонких местах казался почти прозрачным.
Он был здоров — это было видно по цвету хвоста и блеску чешуи. Покрывавшие его белые чешуйки напоминали только что омытые морской водой раковины. Блики от воды играли на его хвосте, рассыпая по нему искорки света.
— А-Юэ?
Сы Юэ услышал голос Вэнь Хэ.
Он замер, а затем без малейших усилий подплыл к бортику.
Вэнь Хэ вздрогнула от неожиданно вынырнувшего Сы Юэ.
— Госпожа Вэнь, — сказал он, оперевшись на край бассейна.
Вэнь Хэ долго смотрела на Сы Юэ, прежде чем осознала, что это её сын.
Он стал ещё красивее. Черты лица не изменились, выражение тоже — всё тот же дерзкий, крутой вид. Но он стал намного изящнее, обрёл безупречную, бесподобную красоту.
Вэнь Хэ медленно опустилась на корточки рядом с Сы Юэ, коснулась его лица. В её взгляде смешались сложные чувства.
— Наконец-то твоё желание исполнилось?
Сы Юэ молчал, но его ушные плавники несколько раз дрогнули.
Вэнь Хэ не знала, что это значит, но по его выражению лица поняла, что он не знает, как ответить на её вопрос.
— Эх, я уже давно всё поняла. В любом случае, я умру раньше тебя. Став русалом, ты проживёшь на несколько сотен лет дольше, но тебе всё равно придётся позаботиться обо мне в старости, — в голосе Вэнь Хэ звучала нежность. — Кем бы ты ни стал, ты всегда будешь моим А-Юэ.
Сы Юэ терпеть не мог сантименты. Он смотрел на Вэнь Хэ, а его хвост лениво похлопывал по воде.
Вэнь Хэ с покрасневшими глазами посмотрела на его хвост.
— Покажи маме, какой он.
Чешуйки за ушами Сы Юэ тут же проступили наружу. Он спрятал хвост под водой.
— Нельзя.
— Ну что ты, я же твоя мама, чего стесняться? Давай, покажи мне, — Вэнь Хэ поняла, что Сы Юэ смущается. Она усердно изучала обычаи русалов, и хотя многое ещё не усвоила, знала, что хвост русала нельзя показывать кому попало. Но они же мать и сын, так ведь можно?
Сы Юэ словно вернулся в детство.
Никаких секретов.
Он протянул Вэнь Хэ свою ладонь.
— Смотри на это.
Она взяла его белую перепончатую ладонь. Чешуйки на ней были мокрыми, с них капала вода.
Вэнь Хэ озадаченно нахмурилась.
— А-Юэ, а вам, русалам, нужно стричь ногти? Мне кажется, у тебя они немного длинноваты.
Сы Юэ: «…»
Сы Юэ наелся и напился прямо в воде. Он бросал тарелку из-под фруктов, а потом, словно стрела, мчался, чтобы поймать её.
Повторив это раз десять, он, весь взмокший, лёг на спину и замер, словно мёртвый.
В коридоре послышались шаги Чжоу Янъяна.
Сы Юэ тут же перевернулся и ушёл под воду.
Такие вороватые шаги могли принадлежать только Чжоу Янъяну.
Чжоу Янъяну показалось, что здесь как-то пустынно.
Он постучал в дверь.
— А-Юэ? Сы Юэ! Я вхожу!
Сжимая в руке телефон, он вошёл в комнату и ступил на ковёр. После того как Сы Юэ испугался стеклянного пола, Бай Цзянь застелил коврами всю комнату.
Чжоу Янъян посмотрел на бассейн в углу, догадываясь, что Сы Юэ там.
Он осторожно подошёл к краю и, вытянув шею, позвал:
— Ты где?
Сы Юэ, находившийся у его ног, тихо высунул ладонь и коснулся лодыжки Чжоу Янъяна.
Тот от испуга отскочил.
Случай внизу, когда Сы Юэ его душил, оставил у него психологическую травму.
— Чжоу Янъян.
Ленивый голос Сы Юэ раздался за его спиной.
Чжоу Янъян замер и обернулся.
Он всё ещё не мог прийти в себя. Сы Юэ с длинными белоснежными волосами, рассыпавшимися по плечам, на фоне мерцающей воды за спиной выглядел как русалка из сказочного фильма, а не как русал, живущий с ними в одном мире.
Чжоу Янъян лёг на ковёр у края бассейна, его глаза сияли от восторга.
— Блин, как же это круто!
Ушные плавники Сы Юэ пару раз шевельнулись.
— Ну, так себе.
Заметив на шее Чжоу Янъяна тёмно-лиловый след, Сы Юэ нахмурился.
— Что у тебя с шеей?
— А, это ты меня чуть не придушил, когда с ума сходил.
— …Прости.
— Да ладно, — Чжоу Янъян опустил руку в воду и начал играть с волосами Сы Юэ. — Мы же братья, а между братьями такого не бывает. Ты же не нарочно.
Чжоу Янъян и сам понимал, что ему вечно не везёт. Сначала его укусил Цзян Шии, теперь душил Сы Юэ. Интересно, какой сюрприз ему приготовит Чжэн Сюйюй?
— Русалы не лысеют, — внезапно сказал Сы Юэ.
Чжоу Янъян замер.
— Повтори-ка?
— Русалы не лысеют, — повторил Сы Юэ, нанося Чжоу Янъяну сокрушительный удар.
— Не лысеют?! — взвизгнул тот. — Я тоже хочу стать русалом, А-Юэ, сделай меня русалом!
Современная молодёжь часто страдает от выпадения волос, независимо от богатства, красоты или уродства. Конечно, есть и избранные, которых эта участь миновала, но Чжоу Янъян, увы, к ним не относился. Укус Цзян Шии и удушение от Сы Юэ это только подтверждали.
Сы Юэ нахмурился, когда тот потянул его за волосы, но ничего не сказал.
— Это слишком сложно.
Сы Юэ вспомнил всё, что ему пришлось пережить. Хотя прошло меньше трёх месяцев, это казалось ему долгим и полным трудностей сном. За такой короткий срок с ним приключилась целая куча всего. Вспоминая, как несколько месяцев назад он дерзко стоял на лестнице своего дома и говорил Сы Цзянъюаню и Вэнь Хэ: «Подумаешь, брак по договорённости. Я согласен», он чувствовал, будто это было в далёком прошлом.
К тому же, сложность и низкий процент успеха превращения — это одно, но где Чжоу Янъяну найти русала, который любил бы его так же сильно, как Бай Цзянь, и был готов отдать за него жизнь?
Превращение — это испытание не только для физической выносливости человека, но и для самого русала. Возможно, нашлись бы люди, готовые рискнуть, и русалы, не прочь поделиться своей жизнью с партнёром, но, судя по всему, вероятность встречи таких двух людей была меньше одной миллионной.
Такова была реальность, и с любовью то же самое. Вероятность того, что дурак встретит такого же дурака, ничтожно мала, а вот нарваться на хитрого, как чёрт, партнёра — выше, чем вероятность облысеть.
Если бы не брак по договорённости, если бы он не встретил Бай Цзяня, Сы Юэ не считал бы себя таким вот дураком в любви. Он знал свой круг — там почти все ставили выгоду превыше всего.
Но он встретил Бай Цзяня, а Бай Цзянь тоже был дураком.
Поэтому у них всё получилось.
Выслушав рассуждения Сы Юэ, Чжоу Янъян вздохнул. Сы Юэ подумал, что он вздыхает из-за рухнувшей надежды стать русалом, но тот сказал:
— И то верно. У русалов член слишком большой, мне такое не светит.
Сказав это, он, не дожидаясь ответа Сы Юэ, вдруг оживился.
— А-Юэ, покажи мне свой хвост. И это… своё хозяйство. Оно правда такое большое? Да ладно, мы же вместе в бане парились, что ты тут делишь на своё и моё?
После долгих препирательств Чжоу Янъян, промокший до нитки, так и не добился своего.
Он сидел, скрестив ноги, на краю бассейна и смотрел на Сы Юэ в воде. На его лице виднелось несколько красных царапин — раньше он не мог побить Сы Юэ, а теперь и подавно.
Чжоу Янъян сменил тему, в его голосе слышалась зависть.
— Ты сегодня потерял сознание где-то после восьми утра и до самой полуночи. Бай Цзянь ни разу не моргнул, даже позы не сменил, всё время сидел рядом с тобой. Словно статуя, даже больше, чем статуя. Он сегодня не ел, не пил, ни на шаг не отходил, — Чжоу Янъян подбирал с пола рассыпанные орехи, чистил их и, словно кормя золотую рыбку, бросал Сы Юэ. Тот бросил на него сердитый взгляд, и Чжоу Янъян тут же отправил орех себе в рот. — Раньше я видел его на приёмах, куда ходил со старшим братом. Он был в центре внимания, такой крутой, совсем не как дома. На людях он держится так, что все хотят к нему подольститься, но он создаёт ощущение дистанции. Отец даже велел мне не ссориться с тобой, чтобы попытаться выбить у Бай Цзяня пару контрактов.
Это Сы Юэ давно знал. Родители Чжоу Янъяна были корыстными, да и его старший брат с невесткой не отставали.
— Поэтому, когда я увидел, как Бай Цзянь за тобой ухаживает, я был удивлён. Очень удивлён, правда, — Чжоу Янъян продолжал чистить орехи. — В основном потому, что в нашем кругу я таких, как Бай Цзянь, не встречал.
Даже русалы, которые якобы были безмерно преданы своим партнёрам, за столько лет многие уже отошли от этих традиций. Хотя они по-прежнему использовали это как приманку для привлечения общественного внимания, на самом деле за спиной вели себя очень распутно.
Сы Юэ, оперевшись на край бассейна, молчал.
Перед тем как прийти в себя, в последние мгновения бессознательности, он слышал молитву Бай Цзяня.
Она доносилась издалека, но он чувствовал сердцебиение и дыхание Бай Цзяня — такие же медленные, как и его собственные, почти замершие.
Их кровь текла с одинаковой скоростью, температура тела была одинаковой. Они зависели друг от друга, жили и умирали вместе.
Поэтому он мог слышать молитву Бай Цзяня, слышать стон морского зверя из глубин.
— Сяо Байлу сказал, что если бы ты сегодня умер, Бай Цзянь умер бы вместе с тобой. А-Юэ, вы с Бай Цзянем должны жить долго и счастливо, — Чжоу Янъян кое-что знал о том, что русалы разделяют жизнь со своим партнёром, но это случалось только со старым поколением, которое строго следовало природным законам русалов. Он не ожидал, что Бай Цзянь тоже такой консервативный.
Так что, будь то Сы Юэ или Бай Цзянь, Чжоу Янъян желал им обоим долгой и мирной жизни. Пока один из них был здоров, другой тоже будет жить.
Они проболтали в комнате больше получаса и совсем не хотели спать. Чжоу Янъян уже выспался заранее, а Сы Юэ долго был без сознания, что тоже можно было считать отдыхом. Русалы были полны энергии, а Сы Юэ, будучи молодым, недавно достигшим совершеннолетия русалом, и вовсе кипел ею.
В коридоре послышались быстрые, торопливые шаги.
Сы Юэ и Чжоу Янъян одновременно посмотрели в сторону двери.
Это был дядя Чэнь.
В его глазах читалась тревога.
— Молодой господин А-Юэ, у господина Бай Цзяня жар.
— Что случилось? — Сы Юэ выбрался из воды. Хвост сам собой втянулся. Если бы он этого не сделал, Сы Юэ не знал бы, как это сделать, и ему пришлось бы изображать бьющегося на суше русала перед Чжоу Янъяном и дядей Чэнем.
Он был весь мокрый, в той же пижаме, что и утром. Схватив из шкафа первую попавшуюся сухую одежду, он переоделся и пошёл за дядей Чэнем вниз. Чжоу Янъян последовал за ними.
— Наверное, за последнее время навалилось слишком много дел, господин Бай Цзянь был очень напряжён. А сегодня из-за вашего превращения он целый день ничего не ел и не пил. Когда ваше превращение успешно завершилось и всё позади, у него внезапно поднялся жар, — объяснял дядя Чэнь на ходу.
Сы Юэ помнил, что русалы обычно не болеют, а если заболевают, то это может стоить им полжизни.
Наверное, это и есть та самая общая жизнь партнёров. Сы Юэ пошатнулся и схватился за перила. Чжоу Янъян поддержал его.
— Ты в порядке?
Сы Юэ указал на грудь.
— У меня сердце болит.
На одно мгновение сердце пронзила острая боль.
http://bllate.org/book/14657/1301571
Готово:
