Глава 8 – Пожалованный брак
Сердце Фу Шена бешено колотилось, громким беспорядочным стуком отдавая в ушах. Эта стрела словно вернула его в ту кошмарную ночь, в то безнадежное сражение, когда камни падали с неба. Его искалеченные ноги, казалось, обладали своей собственной памятью, передавая по нервам острую боль от переломанных костей, от которой он тогда потерял сознание.
Он съежился и резко выгнул спину, словно пытаясь защититься от чего-то. Крупные капли пота выступили у него на лбу и заскользили вниз по его худым щекам, скатываясь к шее. Его сухожилия под бледной кожей так напряглись, что, казалось, вот-вот вырвутся наружу.
Его руки судорожно сжались и солидная деревянная шкатулка, не выдержав давления, с громким хрустом треснула. Острая щепка выскочила из образовавшейся трещины и вонзилась ему в ладонь.
Эта резкая боль от небольшого укола была подобна боли от акупунктурной иглы, она мгновенно пронзила разум Фу Шена и проняла его до самых костей. Боль, слой за слоем, расколола окружившую его тьму и снова соединила его рассыпающуюся душу воедино. Его потерявший ориентир разум был приведен в чувство и, наконец, вырвался из сотрясающего землю кошмара, словно унесенный порывом ветра.
Фу Шен поднял голову, мокрую от холодного пота. И хотя он не плакал, его глаза покраснели, а белки были покрыты красными сосудами. Теперь взгляд Фу Шена из-под густых, похожих на перья ресниц, больше походил на взгляд загнанного в угол дикого зверя.
Фу Шен снова посмотрел на расколотую шкатулку и обнаружил, что из трещины выглядывает край бумажного листа, оказывается, там было потайное отделение.
Он осторожно извлек сложенный листок.
Примерно через час Сяо Сюнь, который стоял на страже у двери, услышал, как Фу Шен зовет его изнутри комнаты. Сяо Сюнь толчком открыл дверь, вошел и сразу нахмурился, почувствовав запах дыма от горелой бумаги.
«Маркиз.»
Фу Шен сидел за столом с таким отстраненным видом, словно ничего особенного не произошло, лишь выражение на его лице казалось чуть холоднее, чем обычно. В руках он вертел какую-то продолговатую деревянную коробку, запачканную кровью, но пореза на ладони он, видимо, не замечал. «Кто из слуг резиденции в последние три дня заходил в кабинет?» - спросил он обыденным тоном, - «Позови их сюда.»
Сяо Сюнь вначале хотел перевязать руку Фу Шена, но тот даже не поднял взгляда. Не смея спорить, Сяо Сюнь быстро поклонился, выражая согласия. Но едва он двинулся к выходу, как Фу Шен неожиданно окликнул его: «Подожди.»
«Пожалуйста, приказывайте,» - ответил Сяо Сюнь.
И через мгновение услышал: «Позови моих телохранителей.»
После катастрофы на Перевале Лазурных Песков Фу Шен первым делом приказал найти стрелу, которая вонзилась в камень, предполагая при этом, что поиски не принесут результатов. Он решил, что стрела была погребена под упадшими камнями, но к его удивлению, кто-то оказался на шаг впереди. Попытка убийства была настолько хорошо замаскирована, что если бы не сегодняшнее происшествие, его люди так бы и метались в поисках, как кучка безголовых мух.
Но кто мог преподнести ему в подарок эту ключевую улику, при этом сохраняя весь инцидент в секрете?
…Завеса тайны была приоткрыта, но каковы их истинные намерения?
Вскоре перед Фу Шеном выстроились слуги разного роста и всех возрастов. Они стояли сгорбившись, низко склонив головы, и каждый из них мечтал слиться с грязью под ногами, чтобы не привлекать к себе внимания. Снаружи комнаты стояла группа солдат из Железной Кавалерии Северного Яна, которые по виду больше смахивали на безжалостных убийц. Взгляды этих людей напоминали острые ножи, казалось, они готовы разрубить любого по первому приказу.
Фу Шен небрежно швырнул шкатулку на большой стол из красного сандалового дерева и задал простой вопрос: «Кто видел эту коробку, когда она появилась в кабинете и кто ее туда положил?» Его слегка хриплый голос звучал на удивление подавленно.
Первый вошедший в комнату слуга подошел к столу и стал разглядывать шкатулку, затем подошел второй, и так все по очереди рассмотрели указанный предмет. Слуги качали головами и говорили, что видят шкатулку в первый раз. Так продолжалось до тех пор, пока не подошел черед тех, кто этим утром протирал пыль в кабинете. Эти слуги сказали, что видели коробку на столе, когда вошли в комнату утром, но они не посмели трогать ее, полагая, что эту вещь принес сам хозяин.
Затем все взгляды сошлись на мальчике-слуге, который за день до этого должен был доставить в кабинет вазу с цветами.
Это был мальчишка лет четырнадцати в пыльной рабочей одежде. Его родители не так давно умерли, поэтому он был отправлен на попечение к своему деду и стал работать в резиденции маркиза. Обычно мальчишка прятался на кухне и редко показывался на глаза. Он еще никогда не сталкивался с подобным допросом, и под ледяным взглядом Фу Шена сразу же запаниковал, плюхнулся на колени и начал кланяться, всхлипывая и повторяя: «Пощадите, господин.»
Фу Шен растер переносицу. От этих причитаний у него разболелась голова. «Заткнись,» - холодно сказал он.
Его голос был тихим, но, возможно, из-за того, что он привык отдавать приказы, каждое слово в его устах казалось настолько тяжелым, что могло пробить дыру в земле. Мальчик тут же замолк, но его тело задрожало еще сильнее.
«Это ты положил коробку на стол?»
«Н-Н-Нет…»
«Тогда кто это сделал?»
«Этот …ничтожный не знает…»
«Я не настолько терпелив, чтобы ждать, когда ты справишься с дрожью,» - мрачно сказал Фу Шен, - «Чем быстрее ты все расскажешь, тем быстрее все закончится. У тебя только один шанс, подумай еще раз.»
Мальчишка-слуга прикусил нижнюю губу, обе его руки безостановочно теребили подол рубашки. Он был не в состоянии вынести давления Фу Шена и наконец прошептал правду: «Этот… этот ничтожный, правда, не совсем уверен, но это может быть Ван Гоу-эр…»
Фу Шен никак не мог понять, о ком идет речь: «Ван Гоу-эр – кто это?»
«Это парнишка семьи Ван из Тополиной Бухты, что к востоку от города, он часто приходит в резиденцию со своим отцом, чтобы доставить продукты. Прошлым вечером дедушка Фу велел мне отнести вазу в кабинет, а Ван Гоу-эр сказал, что тоже хочет пойти и посмотреть… посмотреть, как выглядит кабинет в доме богатого человека. Я подумал, что маркиз вряд ли придет, поэтому просто взял его с собой…»
«Сяо Сюнь,» - произнес Фу Шен.
«Этот подчиненный понимает,» - ответил Сяо Сюнь.
Посторонний проник в кабинет маркиза. В кабинете не было ничего секретного, но все же это была серьезная оплошность охранников резиденции. Сяо Сюнь взял с собой несколько телохранителей, чтобы немедленно выследить этого «Ван Гоу-эра». Фу Шен медленно осмотрел разношерстную толпу слуг, стоящую перед ним, а затем слегка усмехнулся. От этой усмешки веяло холодом.
«Видимо, я слишком пренебрегал обязанностями хозяина, понадеявшись, что даже такой «задний двор» лучше, чем ничего, и никто не станет создавать мне проблем. Кто же мог предположить, что пока мы днем и ночью охраняли резиденцию от внешних врагов, предатель затаился внутри. Как защититься от такого? Оказалось, дыр в защите больше, чем в решете. Сегодняшняя ситуация – урок для меня и для всех вас. Дядюшка Фу…»
Старый слуга вышел вперед, дрожа от нехорошего предчувствия: «Пожалуйста, маркиз, приказывайте.»
«В течении десяти дней уволить всех слуг в резиденции, пусть они возвращаются туда, откуда пришли. Отныне в этом доме будет располагаться армия Северного Яна, и никакие посторонние люди не могут оставаться здесь. Выполняйте приказ.»
Послышался повторяющийся глухой звук, слуги в комнате стали падать на колени.
«Маркиз! Пожалуйста, смилуйтесь, маркиз… не лишайте нас средств к существованию!»
«Не заставляйте меня повторяться,» - Фу Шен махнул рукой, - «Сяо Дин, отправляйся к командиру.»
Охранник, имя которого было названо, вышел вперед, схватил старого слугу за шиворот и вынес его вон. Поскольку все уже было решено, оставшиеся слуги, словно стайка перепелов, связанных одной веревкой, втянули головы в плечи и последовали один за другим на выход из кабинета вслед за охранником.
Фу Шен разобрался с этим ужасающе запутанным делом быстро и беспощадно, как меч разрубает запутанный узел. И все же ярость, пылающая у него в груди, совсем не уменьшилась. Он чувствовал себя измотанным физически и духовно, и к тому же испытывал такое сильное раздражение, что просто не мог спокойно вытянуть ноги и закрыть глаза. Он даже не успел додумать эту мысль до конца, когда в дверь настойчиво застучали: «Маркиз, снаружи командир Императорской стражи. Он говорит, что кто-то приказал ему доставить сообщение.»
Фу Шен, который все еще находился под впечатлением от появления деревянной шкатулки, был необычайно чувствителен к словам «Императорская стража». «Позволь ему войти,» - немедленно ответил он.
Вей Сюйчжоу чувствовал на себе взгляды все время, пока шел до кабинета. Все охранники в резиденции маркиза были солдатами, побывавшими на поле боя, и смотреть на этого царственного генерала Императорской стражи было для них невыносимо. Увидев сидящего в инвалидном кресле Фу Шена, Вей Сюйчжоу неожиданно почувствовал себя так, словно давно знал этого человека. «Этот ничтожный чиновник из войск левого Божественного Столпа, верховный генерал Вей Сюйчжоу, приветствует вас, маркиз.»
Фу Шен пребывал в таком состоянии, когда все вокруг кажутся подозрительными, но по отношению к Императорским стражам Северного Ведомства под командованием Ян Сяоханя он не испытывал особой подозрительности. Это могло показаться странным, и хотя его принципы сильно отличались от принципов Ян Сяоханя, как белое отличается от черного, между ними возникло глубокое взаимопонимание. Фу Шен ощущал какое-то необъяснимое доверие к этому придворному лакею с плохой репутацией, и поэтому он вполне мирно приветствовал Вей Сюйчжоу: «Не нужно столько церемоний. Пожалуйста, садитесь, генерал Вей. Я налью вам чай.»
Вей Сюйчжоу не осмелился быть слишком фамильярным, опасаясь, что кое-кто может его неправильно понять, поэтом он просто перешел к делу: «Не нужно утруждать себя заботой обо мне, маркиз. Я уйду сразу, как только передам вам сообщение. Наш Главный Императорский Инспектор был вызван Его Величеством. И перед тем, как отправиться во дворец, он приказал мне передать вам эти слова: последнее время по дворам благородных семейств столицы гуляет слух… что вы предпочитаете мужчин. Это серьезное дело, с которым нужно разобраться как можно скорее, маркиз.»
От этой новости Фу Шен почувствовал себя так, словно его ударило пять молний среди бела дня при безоблачном небе. Онемев от макушки до пят, он переспросил: «Что ты сказал?!»
«Он также велел передать… что бы ни произошло, пожалуйста, проявите сдержанность и избегайте поспешных решений любой ценой,» - продолжил Вей Сюйчжоу.
«Хах?»
Вей Сюйчжоу невинно взглянул в ответ: «Это все, что он сказал. Больше ничего.»
Случилось слишком много всего, одна проблема громоздилась поверх другой, словно камни, падающие на голову при обвале в горах, Фу Шен едва мог дышать.
Что бы ни произошло, избегать поспешных решений.
Железная стрела, спрятанная в деревянную шкатулку, лист бумаги в потайном отделении, «Ван Гоу-эр», который проник в кабинет… речь идет об этих вещах, или во тьме вокруг него плетутся еще какие-то интриги, на которые он даже не обратил внимания?
Ян Сяохань предугадал это или знал заранее?!
«Маркиз! Маркиз!»
Пока Фу Шен пребывал в задумчивости, запыхавшийся старый слуга вбежал в кабинет, таким образом прервав мечущиеся мысли хозяина, которые едва не привели к искажению Ци. Фу Шен был вынужден оставить своих внутренних демонов в покое, внезапно осознав, что в своих размышлениях зашел слишком далеко.
«Что случилось?»
Дядюшка Фу начал оживленно помогать себе жестами, чтобы объяснить: «Императорский указ! В наш дом доставили императорский указ! Евнух говорит, что вы должны выйти и получить его!»
Вей Сюйчжоу многозначительно посмотрел на Фу Шена. Услышав сообщение, он тут же встал: «Поскольку у вас появились дела, маркиз, этот ничтожный чиновник удалятся.»
Фу Шен, заметивший его взгляд, понимающе кивнул: «Дядюшка Фу, проводи джентльмена. Я собираюсь переодеться в свою официальную одежду, прежде чем встречусь с императорским посланником.»
. . . .
В это время в Зале Духовной Культивации.
«Менгуй.»
Император Юаньтай внезапно окликнул его по имени после того, как Наследный Принц удалился. Ян Сяохань замер от неожиданности, но тут же почтительно ответил: «Ваше Величество.»
«Мы стали часто просыпаться по ночам,» - сказал император. - «Совершенно очевидно, что в Нашей спальне больше никого нет, но всегда возникает такое чувство, словно постель стала тесной и рядом спит кто-то еще. Скажи Нам, что это может означать?»
Хотя Ян Сяохань был военным офицером, к счастью, он успел прочитать несколько книг. Едва услышав эти слова, он тут же покрылся холодным потом.
Мозг заработал на полную мощность, и ответ пришел на удивление быстро. Ян Сяохань не стал ничего опровергать и тут же опустился на колени, чтобы молить о прощении: «Ваше Величество является Истинным Драконом и Сыном Неба, и на Вас не осмелятся покуситься темные существа. Должно быть, какой-то предатель за Вашей спиной хочет ввести Вас в заблуждение и подстроить все так, чтобы Вы подумали на призраков и духов. Обязанность этого слуги - обеспечивать вашу охрану по ночам, но я не приложил достаточных усилий, из-за чего мир во дворце был нарушен, и Вы не можете хорошо отдохнуть. За свое преступление я заслуживаю множества смертей!»
Он очень ловко изображал раскаяние. И это действительно было совсем не то, чего добивался Император Юаньтай, который никак не мог понять, то ли Ян Сяохань действительно настолько глуп, то ли он умело притворяется. Поэтому император решил выразиться немного поточнее: «Если взять всех пехотинцев столичной армии, Императорских стражей Южного и Северного Ведомств, остальные войска Императорского города и пять главных военных лагерей, то в сумме получится армия из трехсот тысяч. И все же, когда Наш взгляд движется дальше городских стен и оглядывает окрестные земли, что простираются безгранично, Нам начинает казаться, что тигры и волки только и ждут своего часа, чтобы напасть. Иногда у Нас даже возникают сомнения. Правда ли, что земли Великой Династии Чжоу, земли Моей семьи Сунь действительно находятся в Нашей власти, или они находятся в руках постороннего?»
Все эти слова означали, что оружие уже вынуто из ножен и готово разить. Ян Сяохань действительно больше не мог притворяться тугодумом: «Пожалуйста, поясните, Ваше Величество.»
«Помнишь, что Мы сказали тогда, когда сделали исключение и предложили тебя, как лучшую кандидатуру на должность Главного Инспектора Императорской стражи Летающих Драконов?» - спросил император.
Гвардия раньше называлась «Конюшня Императорского Летающего Дракона», поскольку вначале в этом месте во дворце занимались выращиванием лошадей, и дело это было поручено придворным евнухам. Во времена третьего поколения императоров Великой Династии Чжоу, когда у власти находился Император Чунхуа, правительственные чиновники предыдущей династии обладали слишком большими полномочиями. Они даже могли управлять Императорской Стражей, что было серьезной угрозой для власти императора. Чтобы переломить ситуацию, Император Чунхуа превратил конюшни в армию Стражей Летающих Драконов и использовал навыки евнухов, чтобы захватить контроль над Императорскими войсками Северного Ведомства. Стражи стали надежными союзниками правящего императора, они обладали огромным влиянием, и только доверенные люди самого императора могли присоединиться к ним. С тех пор Императорские Стражи Северного Ведомства находились под управлением евнухов. Так продолжалось до двадцатого года правления Императора Юаньтай, когда Главный Императорский Инспектор, Дуань Линлун скончался. И только тогда Император Юаньтай неожиданно нарушил устоявшиеся правила, повысив генерала Левого Божественного Столпа и назначив его на место Главного Инспектора.
Причины этого назначения оставались загадкой до сего дня, но нельзя отрицать, что Император Юаньтай действительно сильно на него полагался. Ян Сяохань делал свою работу по-настоящему хорошо, особенно учитывая тот факт, что связей при дворе у него не было. Под его руководством Стражи стали самым острым клинком в руках императора.
«Твое нынешнее звание Главного Императорского Инспектора означает, что ты проводишь проверки там, где Мы скажем, и контролируешь все департаменты от Нашего имени. Все что видят твои глаза, слышат твои уши, куда идут твои ноги и куда направлен твой меч – все это должно быть сделано так, как если бы Я сам сделал это.»
«Высокие ожидания Вашего Величества вырезаны в сердце этого слуги,» - ответил Ян Сяохань. - «Я не осмелюсь забыть их до самой своей смерти.»
«Мы не зря оказывали высокое доверие тебе все эти годы,» - император говорил строгим тоном, восседая на троне с прямой спиной. - «Мы желаем, чтобы ты сделал еще одну вещь. Выполнение этого задания может занять два или три года, возможно больше. Но если ты преуспеешь, Мы будем избавлены от всех волнений.»
«Мы пожалуем тебе брак между тобой и Фу Шеном.»
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется
http://bllate.org/book/14590/1294263
