Десять минут спустя все гости получили три сообщения.
«Первая звезда была захвачена. Место захвата: центральная сцена. Захватчик: Фу Яньле»
«Вторая звезда была захвачена. Место захвата: каменный павильон. Захватчик: Фу Яньле»
«Третья звезда была захвачена. Место захвата: магазин молочного чая. Захватчик: Мен Синьцю».
- Кто-то нашел еще одну звезду, - вздохнул Тан Ванбай. – А я просто впустую трачу время. Я не видел даже ее тени.
- Вот! – Фу Яньле достал из кармана одну звезду и протянул ее.
- А? – недоверчиво моргнул Тан Ванбай. – Ты отдаешь ее мне?
- Конечно, нет, - сказал Фу Яньле. – Я просто позволяю тебе прикоснуться к ней на удачу.
- Черт! – лицо Тан Ванбая сморщилось, однако он все же протянул руку, чтобы взять звезду. Он положил ее на ладонь и начал тихо молиться. – Ах, звезда, звезда, помоги мне найти твоих спутниц, пожалуйста, пожалуйста!
- Какой смысл искать их? – спросил Ань Шигоу. – Даже если мы найдем их, это вовсе не значит, что сможем получить.
Тан Ванбай:
- Но у нас есть Яньле! Он прирожденный ловец звезд!
- Ты что, забыл? – тихо спросил его Ань Шигоу. – Он же из другой команды.
В атмосфере повисла тишина на три секунды, после чего Тан Ванбай торжественно вернул звезду Фу Яньле:
- Яньле, я ненавижу тебя! Я собираюсь надеть царские одеяния и яростно улыбаться со слезами на глазах. Я почернел!
- Все в порядке, я отплачу тебе добродетелью. Даже если съемочная команда обидела тебя, я все рано тебя люблю, - Фу Яньле протянул руку и поймал Тан Ванбая в объятия. – У танцующих тетушек и здесь были звезды, так что одна вполне может быть в том месте, где полно детей. Также одна была найдена в магазине молочного чая, так что стоит проверить закусочные и киоски с сувенирами ручной работы.
Уши Тан Ванбая слегка покраснели, и он вдохнул аромат, исходящий от шеи Фу Яньле, а затем слегка приподнял глаза. – Яньле…
Он тихо сглотнул:
- Ты так хорошо пахнешь.
Уши Ань Шигоу вспыхнули алым, когда он услышал эти слова, просто потому, что в глубине души он и правда чувствовал, что тело Фу Яньле пахнет невероятно хорошо.
- Каким бы ароматным я ни был, меня все равно нельзя съесть, - Фу Яньле сказал серьезным тоном. – Если ты нарушишь закон, поедая человеческую плоть, то тебя обязательно накажут, понимаешь?
Тан Ванбай внезапно утратил все свои мирские желания и, бросив сердитое: «Я тебя ненавижу», быстро убежал.
Учитывая скорость и темп его бега, казалось, он был готов протоптать землю насквозь.
- Ого! – Фу Яньле восхитился этим. – Этот парень действительно крутой.
- Я тоже ухожу. Если я буду оставаться с тобой, то так и не получу звезду, - Ань Шигоу похлопал Фу Яньле по плечу и быстро поспешил к одному из мест, о которых раньше упоминалось в разговоре.
- О, так ты думаешь, что обязательно получишь звезду, если расстанешься со мной? – Фу Яньле чувствовал, что Ань Шигоу не правильно оценивает свою бесполезность, однако сейчас он мог только разочарованно вздохнуть и уйти, заложив руки за спину.
Желтые листья падали на тропинку, и можно было услышать приглушенный шелест, когда наступаешь на них. Как только дул ветер, листья сразу же перелетали с места на место, и снова опадали.
Фу Яньле неторопливо шел, достав свой телефон и фотографируя белые цветы, растущие рядом с дорожкой. Он не знал, что это были за цветы, однако они показались ему очень красивыми из-за их чисто белого цвета. Они были невероятно милыми.
Как бы это ни было странно, глядя на них, он подумал об Ю Цзинчене.
Об Ю Цзинчене, который был одновременно и красивым, и милым, но никто не знал об этом.
Цветы и растения в общественных местах срывать нельзя, так что Фу Яньле решил купить букет, когда будет ехать по дороге домой, и подарить его Ю Цзинченю по возвращению.
В конце концов, Ю Цзинчень уже дарил ему цветы, так что для его имело смысл сделать ответный подарок.
Линь Цинтун, наконец, нашел местоположение звезды.
Она была на белом танцевальном костюме маленькой девочки. В этот момент девочка рисовала, и выглядела неуместно рядом со множеством других шумных и бегающих детей.
Линь Цинтун вздохнул с облегчением и шагнул вперед, начав разговор с тихой маленькой девочкой:
- Здравствуй, ты можешь дать мне эту радужную звезду?
Девочка посмотрела на Линь Цинтуна:
- Нет.
Сказав это, она снова опустила голову и продолжила рисовать.
Линь Цинтун знал, что съемочная команда обязательно должна была дать девочке несколько указаний, так что он сел рядом с ней и указал на человечка, нарисованного на бумаге:
- Это ты?
Маленькая девочка ответила:
- Да.
- Это действительно хорошая картинка, - тихо спросил Линь Цинтун. – Но почему ты рисуешь здесь в танцевальном костюме?
- Я не хочу танцевать, так что я решила немного порисовать, - маленькая девочка с раздражением посмотрела на Линь Цинтуна. – Я не люблю танцевать!
Какое это имеет отношение ко мне?
Хотя Линь Цинтун думал именно так, выражение его лица ни капли не изменилось, и он лишь сказал:
- Если тебе не нравится делать это, то не танцуй.
Маленькая девочка опустила голову:
- Нет.
Чего она вообще хочет?
Линь Цинтун чувствовал, что хотя эта маленькая девочка и выглядит спокойной и милой, она все еще доставит ему множество хлопот.
Однако он подавил свое нетерпением и сказал:
- Тогда продолжай учиться танцевать. Может быть, через несколько уроков тебе это понравится. Когда ты будешь хорошо танцевать, твои родители будут аплодировать тебе из зрительного зала.
Маленькая девочка перевернула карандаш и прижала его к бумаге, а затем сказала:
- Дядя, пожалуйста, не мешай мне рисовать.
- Ты…
- Брат Цинтун, - Гу Цзимин вышел из толпы детей. – В чем дело?
Линь Цинтун подавил свой гнев и нетерпение, и беспомощным тоном сказал:
- Я болтаю с маленькой девочкой, но, похоже, только беспокою ее.
- Оказывается, вот что, - Гу Цзимин подошел к маленькой девочке и присел перед ней на корточки. – Детка, ты не могла бы уделить мне минутку?
- Ты – Гу Цзимин, - сказала маленькая девочка. – Я видела, как ты танцуешь. Ты очень хорош. Ты нравишься многим ученикам из моего класса.
Оказывается, есть и такое!
Гу Цзимин слегка улыбнулся:
- Тогда ты можешь отдать мне звезду?
- Ооо…. Нет, - маленькая девочка покачала головой. – Звезда принадлежит мне, а не кому-либо другому.
Ох, как безжалостно!
Гу Цзимин никогда в жизни не уговаривал ребенка. Так что услышав безразличный ответ девочки, он на миг почувствовал, что его сердце было разбито.
Мен Синьцю уже получил одну звезду, а брат Яньле – две. С точки зрения брата Цинтуна, он проиграл Мен Синьцю, а с точки зрения брата Яньле, он проиграл самому брату Яньле!
Он настоящий неудачник!
Как раз в тот момент, когда Гу Цзимин размышлял о тщетности своей жизни, раздался голос.
- Что это за маленький лебедь?
Фу Яньле сделал шаг вперед и оттолкнул Гу Цзимина. Совершенно не обращая внимания на упавшего Гу Цзимина, он присел на корточки и улыбнулся маленькой девочке, протягивая руку.
- Маленький лебедь, могу ли я иметь честь пригласить тебя на танец?
http://bllate.org/book/14581/1293127
Готово:
