Весна. Полевые цветы, выложенные вдоль дорожек, цветут в полную силу, радуя глаз. Дедушки занимаются тайцзи на левой стороне площади, а бабушки танцуют на правой стороне площади. В парке было весьма оживленно.
Чи Лэ и Цзянь Чэн сидели на каменной скамье посередине, смиренно наблюдая, как дедушки занимаются тайцзи, а затем наблюдая, как бабушки танцуют, и никто из них не произнес ни слова.
Цзянь Чэн внезапно глубоко вздохнул.
Чи Лэ спросил: «Что случилось?»
Цзянь Чэн нахмурился: «Его семья заставляет его родить ребенка».
Этот «он» — это, естественно, Фан Юнянь. С тех пор, как их отношения были раскрыты, семья Фан Юняня всеми силами выступила против них. Как мы все знаем, пара Альфа + Альфа неспособна иметь детей. Теперь, когда семья Фан выставила такое требование, было очевидно, что они хотят, чтобы они расстались.
Чи Лэ повернулся, чтобы посмотреть на Цзянь Чэна, заинтересовано справшивая: «Вы двое, что, разыгрываете трагическую любовную связь?»
«Трагическая любовная связь, моя задница!» - Цзянь Чэн скрестил руки на груди, его тон был раздраженным: «Если он только посмеет согласиться, я немедленно с ним расстанусь!»
«А после?»
Цзянь Чэн фыркнул и сердито сказал: «Если он посмеет жениться на Омеге, я тоже это сделаю!»
Глаза Чи Лэ заблестели от предвкушения, когда он продолжил: «Итак, вы двое собираетесь пережить полноценную историю расставания, воссоединения и примирения?»
Цзянь Чэн в гневе ответил: «Если мы расстанемся, это будет полный разрыв. Он уже обосновался в семье, так что нет никаких шансов на примирение!»
«О», — ответил Чи Лэ, отводя взгляд.
Цзянь Чэн с сомнением поднял голову: «Почему я чувствую, что ты разочарован?»
Чи Лэ: «…Это так очевидно?»
Цзянь Чэн: «…» - !!!
Они молча смотрели друг на друга, и неловкую тишину нарушил звонок телефона.
Увидев, что это звонок Фан Юняня, Цзянь Чэн сердито поднял трубку и начал ругаться, как только их соединили.
Чи Лэ быстро выхватил телефон и подлил масла в огонь: «Цзянь Чэн сказал, что если у тебя будет ребенок с Омегой, то и он заведет ребенка с Омегой, еще более красивого и прекрасного, чем ты».
Он быстро закончил говорить и нажал отбой.
Цзянь Чэн посмотрел на телефон в чужой руке и ошеломленно выдавил: «Что ты делаешь?»
Чи Лэ хихикнул и снова показала на лице выражение предвкушения: «Пусть я не вижу трагической любовной интриги, но я действительно с нетерпением жду ревности, запирания в маленькой темной комнате и игры в тюремное заключение».
«…» - Цзянь Чэн показал неописуемое выражение лица: «…Что ты смотришь каждый день в последнее время?»
Чи Лэ тихо ответил: «Шэн Чжо только недавно принял на себя дела компании, и он очень занят каждый день. Мне скучно одному, поэтому я могу найти только несколько любовных романов, чтобы скоротать время».
Цзянь Чэн некоторое время молчал: «Ты не беспокоишься, что мы с Фан Юнянем действительно расстались?
«Вы двое ссоритесь несколько раз в год по самым разным причинам, но вы никогда по-настоящему не расстаетесь, так, о чем беспокоиться?» - Чи Лэ закатил глаза и пожаловался: «Я уже все понял. Все ваши ссоры без расставания — это просто демонстрация вашей любви! Я столько раз видел, как вы демонстрируете свою любовь, неужели я не могу немного побунтовать?»
Цзянь Чэн виновато кашлянул.
***
Пятнадцать минут спустя Фан Юнянь взволнованно примчался в парк. Цзянь Чэн не только ничего не объяснил, но и холодно отнесся к нему. Фан Юнянь был так взволнован, что его глаза покраснели, и они сразу же начали спорить.
Чи Лэ прикрыл глаза, ожидая, когда они разыграют кровавую драму. С тех пор, как эти двое встретились, не было ни дня без ссор, и с каждым разом становилось они шумели все больше.
Чем глубже отношения, тем более взрывными они будут.
Чи Лэ пришлось долго ждать, но в итоге пьеса с заключением не состоялась, зато сцена драки была поставлена почти идеально. Двое боролись от каменной скамьи до задней части рощи. Когда они в итоге появились, у Цзянь Чэна было множество следов от зубов на шее, а у Фан Юняня на запястьях.
Все дедушки и бабушки окружили их и смотрели на них с осуждением:
«В наши дни молодые люди слишком нетерпеливы»
«Это общественный парк, решайте свои проблемы дома. Устраивать здесь сцену нехорошо!»
«Если хочешь целоваться, иди целуйся дома!»
«…»
Цзянь Чэн и Фан Юнянь попытались спорить: «Мы не… Мы деремся!»
Все рассмеялись.
Старушка, шедшая впереди, бросила на них презрительный взгляд: «Все когда-то были молодыми, думаете мы ничего не понимаем?»
Фан Юнянь и Цзянь Чэн: «???»
Но вы и не понимаете!
Чи Лэ лукаво наблюдал за ними со стороны и от души смеялся, держа в руке горсть семян дыни.
Успокоив наконец пожилых людей, растрепанные Фан Юнянь и Цзянь Чэн подошли, бросая недовольные взгляды на спокойного Чи Лэ.
Чи Лэ взглянул на следы укусов на их телах и покачал головой: «Ваши ожерелье и браслеты весьма впечатляют. Прямо-таки инновационные технологии, с эффектом изменения цвета. Хотя сегодня они могут выглядеть красными, я уверен, что завтра они станут фиолетовыми».
Цзянь Чэн: «…»
Фан Юнянь: «…»
Откуда у них взялся такой друг!
***
«Зачем ты связался с ними? Фан Юнянь позвонил мне и слезно попросил поскорее забрать тебя» - Шэн Чжо пристегнул ремень безопасности Чи Лэ, в шутку ущипнув его за нос.
Чи Лэ потер кончик носа: «Очевидно, что они снова расстались. Я был настолько добр, что помог им. Кто же знал, что эти двое будут издеваться надо мной, когда помирятся, недовольные моим способом».
Шэн Чжо помахал Фан Юняню и Цзянь Чэну, стоявшим на обочине дороги, и завел машину, трогаясь: «Я думаю, ты сделал это намеренно».
Чи Лэ скривил губы и не стал отрицать: «Разве ты их еще не раскусил? Между ними нет конфликта, который нельзя было бы разрешить с помощью драки. Если они хорошенько подерутся, они могут сесть и поговорить, и больше не будет никаких проблем».
Шэн Чжо поднял брови: «О, ты их так хорошо знаешь, что я, пожалуй, мог бы начать завидовать».
Чи Лэ передразнил его странным тоном: «Ты намного лучше знаешь свою работу, мне тоже стоит завидовать?»
Шэн Чжо улыбнулся, воспользовался красным светом и растрепал ему волосы свободной рукой: «Ты сердишься, что я не был с тобой в последнее время, потому что слишком занят на работе?»
«Кто сердится?» - Чи Лэ оттолкнул его руку, пригладил волосы, смотря в зеркало заднего вида: «Я нет».
В глазах Шэн Чжо была улыбка: «Я только что принял компанию, и у меня много дел, но после этого месяца работы я не буду занят так много. Давай поедем за границу на несколько дней? Только мы вдвоем».
Чи Лэ отказалась, не задумываясь: «Нет, я не хочу расставаться с ребенком».
Их дочь родилась в снежный зимний день, прекрасная маленькая девочка, которая является сочетанием их лучших черт. Ей только что исполнилось шесть месяцев, и она не готова к длительным поездкам.
Думая о своей дочери, Чи Лэ не мог не скучать по ней и начал подгонять Шэн Чжо: «Езжай быстрее».
Губы Шэн Чжо дрогнули, когда он набрал скорость и пробормотал: «И все же это я должен ревновать, ревновать к нашей дочери».
Чи Лэ сделал вид, что не слышит его бормотание, наполовину открыл окно машины и удобно откинулся на спинку сиденья, наслаждаясь ветром.
Вернувшись домой, Чи Лэ поспешил в комнату к дочери, чтобы поиграть с ней.
Шэн Чжо вошел в детскую чуть позже с детской бутылочкой в руке.
Чи Лэ стоял возле детской кроватки, держа в руках мягкую игрушку и играя с ребенком. Ребенок хихикал и ворковал, заставляя его чувствовать себя вне себя от радости. Ему потребовалось некоторое время, чтобы заметить Шэн Чжо, стоящего неподалеку, с протянутой бутылочкой.
Шэн Чжо прислонился к двери, молча наблюдая за ними двумя.
Чи Лэ держал ребенка на руках и нежно укачивал его. Прядь волос нежно коснулась лица ребенка, от чего тот не мог перестать смеяться. Чи Лэ поднес бутылочку ближе, чтобы покормить ребенка, и в этот момент маленькая ручка крепко ухватила его за большой палец и требовательно потянула к своему рту.
Чи Лэ вытер рот ребенка.
«…»
Хотя Шэн Чжо было трудно это признавать, но… Чи Лэ даже не взглянул на него, когда он вошел!
Шэн Чжо поджал губы, линия его подбородка была напряжена: «Ребенок уже такой большой, разве ты не устал все время держать ее на руках?»
Чи Лэ закрыл уши дочери и прищурился: «Ты что, имеешь ввиду, что наш ребенок толстый?»
«Я этого не говорил», — Шэн Чжо кашлянул и быстро погладил маленькую головку дочери: «Она такая красавица, когда немного пухленькая».
Чи Лэ повернулся, держа дочь на руках, снова не обращая на него внимания.
Шэн Чжо устроил голову на его плече. Немного поддразнив дочь, он повернул голову, и, увидев улыбающиеся глаза своего супруга, его голос невольно смягчился: «Тебе правда так нравятся дети?»
Чи Лэ опустил ресницы, нежно держа маленькую ручку своей дочери, и нежная улыбка расцвела на его лице: «Конечно».
После этого Шэн Чжо перестал улыбаться, он посмотрел на Чи Лэ с ноткой обиды: «Раньше ты любил только меня».
Чи Лэ снова начал притворяться, что ничего не слышит.
Как этот вонючий Альфа может сравниться с его благоухающей и милой Омежкой?!
Шэн Чжо приподнял одну бровь и сказал полушутливо: «Муж мой, я ревную».
Чи Лэ проигнорировал его и осторожно положил спящую дочь обратно в кроватку.
Шэн Чжо нахмурился и повторил: «Я действительно завидую».
Чи Лэ поднял голову, беспомощно поцеловал уголок губ и тихо сказал: «Ты мне тоже нравишься, ладно?»
Шэн Чжо продолжал держать губы плотно сжатыми и воспользовался случаем, чтобы сказать: «Как насчет того, чтобы отправиться в путешествие? В следующем месяце у тебя день рождения, и я хочу отметить его с тобой наедине».
Чи Лэ нахмурился в нерешительности. И он, и Шэн Чжо обычно были заняты, и они не проводили много времени со своим ребенком. В основном о ней заботились родители и няня. Недавно Шэн Чжо только что принял компанию, а через два месяца Чи Лэ тоже официально приступит к работе. Он не хотел оставлять своего ребенка и отправляться в путешествие.
Но когда он поднял глаза и увидел обиженное выражение лица Шэн Чжо, он не мог не согласиться тихо: «...Хорошо».
Шэн Чжо тут же улыбнулась и крепко поцеловала его в губы, сказав: «Не волнуйся, нас не будет всего три дня. Мы очень быстро вернемся, а когда наш ребенок подрастет, мы сможем взять ее с собой».
Чи Лэ облегченно вздохнул и улыбнулся ему в ответ.
Кадык Шэн Чжо дернулся, и он поднял Чи Лэ на руки, говоря: «Знаешь, я правда ревную. Ты не хочешь мне это как-то компенсировать?»
Чи Лэ: «…» - он вспомнил, что Шэн Чжо был весьма хитрым!
Шэн Чжо отнес его в соседнюю спальню, закрыл дверь ногой, а затем прижал его к кровати, углубив их поцелуй. Чи Лэ подумал о том, как усердно Шэн Чжо работал в последнее время, и как долго они не были вместе, поэтому ответил на поцелуй, который очень быстро превратился в неудержимый и страстный.
***
После того, как все закончилось, Чи Лэ был настолько уставшим, что не мог даже пошевелить пальцами. Шэн Чжо отнес его в ванную, чтобы искупать, а затем уложил обратно в кровать. Он хотел вернуться и помыться сам, но Чи Лэ перекатился к нему на руки и уснул, не давая встать.
Глядя на его мирно спящее лицо, Шэн Чжо не хотел его будить, поэтому обнял его, поцеловал в макушку и закрыл глаза, засыпая.
В какой-то момент, сквозь сон Шэн Чжо услышал, как за соседней дверью плачет ребенок. Быстро, но аккуратно встав, он поспешил в детскую. Успокоив и уложив дочь спать, он забеспокоился, что она снова заплачет позже, поэтому решил отнести ее в маленькую кровать в их спальне.
Когда Чи Лэ проснулся и увидел ребенка возле кровати, он был слегка ошеломлен, ибо внезапно у него возникло острое чувство дежавю.
Он медленно сел на кровати, осмотрел обстановку в комнате и внезапно понял, почему она ему знакома: эта ситуация явно была такой же, как и та, что он видел во сне!
Чи Лэ откинулся на подушки и глубоко вдохнул феромоны на теле Шэн Чжо. Слабый аромат улуна смешивался со сладостью персиков.
… Так вот оно как… Оказывается, аромат Омеги действительно исходил от него!
Чи Лэ посмотрел на свою дочь, которая крепко спала рядом с ним, а затем на Альфу, который обнимал его за талию, слегка улыбнулся, закрыл глаза и снова уснул.
Омега так Омега, в любом случае, это все еще он. К тому же, хорошо быть Омегой, способным надрать зад Альфам.
Вся семья мирно погрузилась в сон, а у Чи Лэ он был необычайно сладок и продлился, пока на улице не рассвело.
Ребенка уже давно отнесли в ее комнату, снаружи послышался голос, похоже, это говорил Шэн Чжо по телефону. Чи Лэ прислушивался некоторое время и понял по разговору, что на другом конце провода находится Фан Юнянь.
Через некоторое время он перестал слушать. Он надел тапочки и пошел в ванную, чтобы умыться, затем переоделся и пошел в соседнюю комнату, чтобы увидеть ребенка.
Малышка только недавно проснулась, выглядя особенно оживлённой, размахивая своими маленькими кулачками. Всякий раз, когда Чи Лэ дразнил её, она хихикала сладким звуком. Её очаровательные маленькие глазки напоминали прекрасный полумесяц, как и у него самого.
Через некоторое время Шэн Чжо вошел, держа в руках телефон, выражение его лица было несколько серьезным.
Чи Лэ посмотрел на него и спросил: «Что случилось?»
«Фан Юнянь и Цзянь Чэн заявили, что хотят стать крестными родителями ребенка», — сказал Шэн Чжо.
Чи Лэ был ошеломлен: «…А?» - почему все еще находились люди, пытающиеся стать крестными родителями ребенка?
Шэн Чжо показал беспомощное выражение: «Он сказал, что его родители обещали ему, что пока мы согласны, что ребенок будет их крестницей, они не будут настаивать на том, чтобы он завел ребенка. Он упомянул, что его родители в основном обеспокоены тем, что, когда они вырастут, их некому будет навещать, поэтому они нацелились на нашу дочь».
Чи Лэ был удивлен, что Фан Юняню и Цзянь Чэну понадобилось всего полдня, чтобы родить эту гениальную идею!
Глядя на невежественное личико дочери, не знающей, что ее ждет, Чи Лэ погрузился в молчание.
Шэн Чжо спросил: «Почему ты молчишь?»
Чи Лэ наклонился и с сочувствием нежно коснулся мягких волос дочери: «Мне жаль, что у нашего ребенка появился еще один ненадежный крестный отец».
Шэн Чжо на мгновение замолчал и тоже нежно коснулся волос ребенка: «На самом деле, похоже, ее биологический отец тоже не такой уж надежный».
«…»
Чи Лэ поднял кулак.
Шэн Чжо понятливо закрыл рот. Осторожно отведя в сторону кулак и заключив его в объятия, он несколько секунд не сводил с него взгляда, а потом вдруг улыбнулся: «Ты действительно хотел меня ударить, когда впервые увидел?»
Чи Лэ кивнул без колебаний, показывая на лице выражение «чтобы ты знал»: «Разве ты не хотел сделать тоже самое?»
Шэн Чжо покачал головой: «Я не хотел».
Чи Лэ удивленно взглянул на него: «Тогда почему ты постоянно соперничал со мной?»
В глазах Шэн Чжо была улыбка.
Почему? Потому что каждый раз, когда он видел, как Чи Лэ избегает его, он чувствовал глухое раздражение. Он хотел, чтобы Чи Лэ смотрел на него, хотел задержаться в его мыслях еще хоть на мгновение, поэтому он не мог не пытаться спровоцировать его. Снова и снова.
Чи Лэ не стал дожидаться ответа, поэтому пробормотал себе под нос: «В любом случае, в такие моменты мне очень хотелось сразиться с тобой».
Шэн Чжо рассмеялся: «Чем я тебя тогда обидел?»
Он вспомнил их первую встречу и тихо произнес четыре слова: «Ты мне не понравился».
«А теперь?»
«А теперь…» — Чи Лэ ухмыльнулся, обнимая другого за шею: «Вот теперь ты мне действительно нравишься».
Сердце Шэн Чжо в волнении замерло, он крепче сжал Чи Лэ в своих объятиях и прижался к его лбу своим, после чего крепко поцеловал.
И в этот момент время словно замедляется, ветерок мягко колышет белые занавески, а запахи чая улун и персиков постепенно сливаются, становясь неразделимыми.
Семена, посеянные встречей двух подростков, уже пустили корни и проросли, принеся сладчайшие плоды.
Вот и подошла к концу эта работа, мой первый перевод. Планировала закончить еще в феврале, но дело оказалось сложнее, чем представлялось в начале. Спасибо всем, кто заинтересовался работой, ждал главы, ставил лайки, мне безумно приятно))) Новелла хоть и небольшая, но очень легкая и милая, изначально планировала переводить только для себя, но в итоге решила открыть ее для общего доступа. Надеюсь кого-то этим я порадовала ヾ ( ≧ ≦ *) o Следующая глава не содержит никакой информации, просто если вдруг у кого-то возникнет желание поблагодарить переводчика, оставляю такую возможность ♥️ Перевод полностью бесплатный, и таким и останется. В будущем будут вноситься мелкие правки, так что смело указывайте на ошибки, буду исправлять.
http://bllate.org/book/14565/1290306
