От увиденного, Чжоу Сюй почти потерял сознание, когда откуда-то сбоку донёсся голос, который звучал еще хуже, чем его собственный.
– Фу...
Он повернул голову и увидел, что старушка, которая ела ребрышки, теперь держит в руках мусорное ведро, и ее сильно рвет.
Чжоу Сюй:
– ?
Пластиковый контейнер старухи упал на пол, и еда из него рассыпалась.
Каждое зернышко риса было отделено друг от друга, так как он был смешан с бульоном. Пропитавшись небольшим количеством соуса, рис имел насыщенный аромат, от которого у людей от голода подрагивали пальцы, но в то же время они чувствовали и легкое отвращение.
Фарш из свиных рёбрышек блестел от жира, а хрупкие косточки были белыми как снег. Фрикадельки несколько раз подпрыгнули, прежде чем покатиться по полу.
Вместе с фрикадельками покатилось и простое золотое кольцо.
Губы Ся Цяо побледнели, и он невольно отшатнулся назад.
Больше всего он боялся именно такого шума: грохота мраморных шариков или металлических предметов, падающих на пол и катящихся по нему, настолько отчетливого, что казалось, будто это происходит прямо у него на барабанных перепонках.
Он часто просыпался посреди ночи от испуга и слышал этот шум, доносившийся прямо у него над головой, как будто какой-то ребенок отказывался засыпать и вместо этого сидел наверху и играл. Но на втором этаже его дома были только пустые гостевые комнаты, так что там никто не мог находиться.
Кольцо сделало круг, прежде чем вернуться к ногам старухи. Словно нарочно, оно остановилось рядом с её черными тряпичными туфлями, издав тихий металлический звон. Старушка, не поднимая головы, вздрогнула, она всё ещё сжимала в руках мусорное ведро.
Остальные хотели отойти, держась как можно дальше от этого предмета, но Вэнь Ши присел на корточки и начал его рассматривать.
Видя, каким спокойным и собранным был Вэнь Ши, Чжоу Сюй тоже решил не сдаваться и подошёл поближе.
Кольцо было простым, без каких-либо узоров, но половина его была покрыта кровью. К тому же от него исходил слабый, немного резкий запах ржавчины.
Та половина кольца, которая не была покрыта кровью, ярко блестела. В свете потолочных ламп на нем смутно виднелись их фигуры. В кольце отражаться должны были только Вэнь Ши и Чжоу Сюй, но за двумя их размытыми фигурами виднелось ещё одно лицо, обрамленное волосами до плеч.
Лицо приблизилось, и его черты медленно увеличились. На расплывчатом бледном лице с длинными волосами отчетливо выделялись два глаза, похожих на темные провалы, из них все еще медленно текла кровь.
Чжоу Сюй в ужасе с криком рухнул на задницу.
А после резко обернулся…
Но там была только Чжан Билин, наклонившаяся прямо за его спиной.
– Блять, кто ты такая, черт возьми?! – в ужасе выкрикнул Чжоу Сюй.
– Я твоя мать, – обычно Чжан Билин говорила очень мягко и вежливо, но, похоже, она не могла быть такой доброй к своему непослушному сыну. – Тебе не терпится получить затрещину, да?
Чжоу Сюй был в ужасе от произошедшего и долго не мог прийти в себя. Он продолжал странно поглядывать на собственную мать, пока в спешке отползал назад и лихорадочно искал, к кому бы прижаться.
Некоторое время он дрожал, прежде чем, наконец, осознал, что держится за Ся Цяо.
Ся Цяо, дрожа вместе с ним, спросил:
– Почему ты кажешься ещё более трусливым, чем я?
– Ба! Это полная чушь! – выплюнул Чжоу Сюй и, выругавшись, отпустил Ся Цяо.
Чжан Билин указала на него пальцем:
– Попробуй произнести хоть ещё одно ругательство, и увидишь, что произойдет!
Чжоу Сюй выпрямился и ничего не сказал. Но каким бы упрямым он ни был, его лицо всё ещё было мертвенно-бледным, и было ясно, что он чем-то сильно напуган.
Пока они разговаривали, старушка наконец подняла голову.
Она схватилась за грудь и прислонилась к стене, тихо бормоча:
– Напугала меня до смерти, напугала до смерти… всё в порядке, всё в порядке... Должно быть, это был несчастный случай, случайность… Я должна... я должна забрать это и отнести вниз.
Эти слова всех немного озадачили.
Старушка что-то ещё пробормотала, прежде чем, наконец, открыла глаза и вытащила из кармана скомканный носовой платок. Она взглянула на кольцо так быстро, что едва ли успела его нормально разглядеть. Затем она отвернулась, пошарила у себя под ногами и подняла кольцо с помощью носового платка. Она плотно завернула его в ткань, как будто не могла смотреть на него больше ни секунды.
Старушка встала и взяла острый крюк, висевший у двери. Он загремел и заскрежетал по полу, когда она зашаркала прочь.
Конечно же, Вэнь Ши последовал за ней. Но, пройдя совсем немного, он услышал позади себя шаги. Он повернул голову и увидел, что все люди в клетке последовали за ним, даже те, кто был заперт здесь уже очень долго.
– Неужели вы больше не боитесь? – спросил он.
– Кажется, старушка не несёт никакой опасности, – сказал парень в клетчатой рубашке. – Похоже, она сама напугана до смерти, так что теперь она не такая уж страшная. И ещё...
И ещё, по какой-то причине, он почувствовал, что его вдруг переполняет любопытство, и ему очень захотелось последовать за этой пожилой дамой.
Старушка остановилась перед темным углом в стене.
Это был старомодный лифт. Она протянула руку, нажала на кнопку, и лифт с лязгом поехал.
В металлических дверях лифта отразились фигуры всех присутствующих. Все они были искривлены, перекошены и очень вытянуты, отчего казались совершенно чужими.
Ужас всё ещё пронзал все существо Чжоу Сюя. В результате все казались ему какими-то не такими, он не мог удержаться и постоянно оглядывался.
Хуже всего было, когда трусы собирались вместе.
Ся Цяо, поддавшись его влиянию, тоже стал чрезмерно подозрительным. Ему казалось, что глаза всех остальных стали безжизненными, пока они пристально смотрели на лифт.
Внезапно лифт издал звон, и его металлические двери медленно открылись. Изнутри донёсся застарелый запах разложения. Ся Цяо поморщился. Интуиция подсказывала, что заходить внутрь не очень хорошая идея. Внезапно кто-то толкнул его в плечо. Он повернул голову и увидел, что молодой человек в клетчатой рубашке и остальные направились прямо к лифту, собираясь войти внутрь вслед за пожилой женщиной.
Глаза Ся Цяо расширились, и прежде чем он успел отреагировать, он услышал чей-то вздох.
Человеком, который вздохнул, была Чжан Билин.
Ей уже приходилось бывать в нескольких клетках, поэтому, естественно, она знала, что сейчас произошло. На самом деле эти люди не хотели заходить в лифт, скорее, их «заталкивали» внутрь, потому что подсознание хозяина клетки хотело, чтобы все незнакомцы исчезли.
В этот момент поддался бы любой, но разница заключалась лишь в том, насколько сильно. Даже она поддалась на короткое время этому. К тому моменту, когда она пришла в себя, она уже сделала два шага вперед.
Человек, шедший впереди, уже стоял одной ногой в лифте. В этот момент, даже если бы она вытащила свои талисманы и швырнула их в остальных, было бы уже слишком поздно. В мгновение ока двери лифта закрылись бы, и люди оказались бы раздавлены ими.
«Если бы только здесь был кто-то более могущественный», – подумала Чжан Билин.
Она вспомнила, как однажды входила в клетку с Чжан Лань и тоже сталкивалась с подобной ситуацией. На Чжан Лань это подействовало меньше чем на две секунды, так что, конечно, они только испугались и ничего серьезного не произошло.
Если бы только она была здесь.
Чжан Билин всё равно поспешно потянулась за своими талисманами, хотя и понимала, что уже слишком поздно что-либо предпринимать.
Как только кончики её пальцев коснулись талисманов, она почувствовала, как нечто, сопровождаемое яростным свистом ветра, пролетело рядом с ней.
Подняв глаза, она увидела, что группа людей была связана несколькими нитями, которые расходились от одной тонкой нити. Затем кто-то оттащил их всех на шаг назад.
– Дзинь, – двери лифта с ужасающе громким металлическим скрежетом тяжело закрылись .
Люди, вздрогнув, пришли в себя и, потеряв дар речи, уставились на двери лифта перед собой.
Парень в клетчатой рубашке был впереди всех, так что двери лифта едва коснулись кончика его носа.
Вскоре после этого он почувствовал, как по носу потекла горячая жидкость, каплями падая на пол. Встревоженный, он опустил голову и заметил обмотанную вокруг них нить, а также кровь, падающую вниз.
Если бы человек, который связал их, был чуть медленнее, то, вероятно, на землю сейчас падала бы не кровь, а их конечности и головы.
– Ч-что происходит?!
– П-почему я стою перед лифтом?
У них в голове всё помутилось. К тому времени, как они пришли в себя, они уже лежали на полу, не в силах встать.
Чжан Билин схватила талисманы, которыми не смогла вовремя воспользоваться, а её взгляд снова скользнул по длинной нити. Первое, что она увидела, была пара рук. Руки были очень красивыми, с длинными и прямыми пальцами. Поскольку они были худыми, кости на тыльной стороне ладоней были отчетливо очерчены. Длинные, тонкие пальцы, обмотанные белой нитью, казалось, не будут дрожать, независимо от того, какой вес будут держать, излучая при этом холодную, напряженную и строгую ауру.
Эти руки были похожи на руки первоклассного кукловода.
Чжан Билин вспомнила описание, которое она однажды прочитала в одном из древних текстов семьи Чжан.
Затем она подняла глаза и увидела лицо Вэнь Ши.
– Ты... – тихо спросила Чжан Билин. – На тебя это никак не повлияло?
Вэнь Ши взглянул на неё и немного помолчав, спросил:
– Как это возможно?
– Тогда как тебе удалось вовремя их натянуть?
– Быстрые руки, – ответил Вэнь Ши.
Чжан Билин постепенно пришла в себя. На секунду она была готова заподозрить, что этот молодой человек необычайно искусен. Но потом она снова подумала об этом: Как кто-то с таким мастерством мог последовать за Шэнь Цяо? И при этом даже не попасть на картину с именами? Невозможно.
После того, как первоначальная волна замешательства прошла, она прокрутила в памяти момент, когда чуть не произошел несчастный случай, и ей показалось, что Вэнь Ши на самом деле не так уж быстро отреагировал.
Лифт, который только что чуть не разрезал людей пополам, загрохотал и медленно поехал вниз.
Люди, стоявшие перед дверями лифта, были либо парализованы, либо оглушены. Они довольно долго стояли неподвижно.
Вэнь Ши опустил руки и снова смотал нить, прежде чем повернул голову и увидел Се Вэня, стоящего у перил и смотрящего куда-то вниз.
Он уже собирался подойти, когда услышал хриплый, похожий на гусиный голос, спросивший:
– Ты кукловод?
Это снова был Чжоу Сюй, этот никчемный мальчишка.
– Нет, – решительно ответил Вэнь Ши.
Чжоу Сюй опешил.
– Нет? Тогда какой путь ты избрал?
– Путь кошачьей колыбели*, – презрительно ответил Вэнь Ши.
* по сути Вэнь Ши говорит, что он просто играл в верёвочку на пальцах. А «кошачья колыбель» более конкретное название для варианта игры, где нить передается между пальцами двух или более игроков, создавая различные узоры.
Чжоу Сюй:
– ...
«Настолько ядовитый?»
После этого у Чжоу Сюя пропало всякое любопытство, осталось только желание спорить:
– Ты можешь сделать каких-нибудь марионеток? Таких, которые были бы живыми.
«Не твое собачье дело», – Вэнь Ши не хотел обращать внимания на его слова.
Но Ся Цяо, этот дурак, не смог вынести, что другие люди смотрят на Вэнь Ши свысока, поэтому он подал голос:
– Конечно, он может.
Выражение глаз Чжоу Сюя изменилось, в них появилась легкая зависть, но он быстро вернулся к своему обычному презрительному отношению.
– Ты серьезно?
– Зачем мне лгать?
– Тогда сколькими марионетками он может одновременно управлять? – снова спросил Чжоу Сюй
Ся Цяо открыл и закрыл рот, прежде чем посмотреть на Вэнь Ши, потому что он не знал.
– Гэ, что это значит? Чем больше марионеток, тем ты сильнее?
– Не смешно! – каждый раз, когда Чжоу Сюй что-то говорил, он вел себя так, словно с гордостью хвастался. – У обычных кукловодов есть только по одной марионетке, и можно определить, сильны они или нет, исходя из того, как долго она существует. Марионетки, которых делают сильные кукловоды, могут прослужить десятилетие или даже несколько десятилетий. Только очень сильные могут создавать более двух человекоподобных марионеток одновременно. Мой дядя один из них, он может одновременно управлять шестью марионетками.
Вэнь Ши:
– ...
Ну вот, он снова начал хвастаться. Сначала была тетя, а теперь дядя. Какая жалость, что он не знал никого из них.
Изначально Чжоу Сюй надеялся, что, сказав это, он привлечет к себе несколько завистливых взглядов. К сожалению, эти двое, стоящие перед ним, ничего не поняли.
Ся Цяо некоторое время тупо смотрел на него, прежде чем, наконец, произнести:
– Ты говорил, что обычные кукловоды могут создать только одну марионетку, и что нужно быть супер-крутым, чтобы управлять двумя одновременно. И всё же ты спрашиваешь, сколькими может управлять мой гэ? Что ты хочешь этим сказать?
Чжоу Сюю удалось добиться некоторого превосходства от расспросов Ся Цяо. Он фыркнул и сказал:
– Я просто спрашиваю. Я не говорил, что мой дядя единственный, кто может это сделать. Насколько я знаю, кроме него, есть ещё несколько человек, которые также довольно сильны, но в настоящее время именно он может управлять таким большим количеством марионеток.
– Что ты имеешь в виду, говоря «в настоящее время»?
– Это значит среди живых людей.
– Выходит в прошлом кто-то мог контролировать ещё больше?
– Да, – Чжоу Сюй, вероятно, считал, что нет ничего зазорного в том, чтобы проиграть предку, поэтому он не стал ничего скрывать. – В книгах говорится, что самый сильный кукловод мог управлять двенадцатью марионетками одновременно.
На лице Ся Цяо проступило благоговение. На самом деле, он не совсем понял, но из слов Чжоу Сюя почувствовал, насколько невероятным должен был быть этот человек.
– Но всё это было давным-давно, и это искусство было утрачено на века. В наши дни это никому не под силу, – Чжоу Сюй снова тонко подчеркнул гениальность своего дяди.
Ся Цяо всё ещё был глубоко впечатлëн этим предком и спросил:
– Наверное, самый могущественный кукловод был достопочтенным основателем?
Услышав слова «достопочтенный основатель», Чжоу Сюй испытал немного странную реакцию, застряв где-то между страхом, почтением и нежеланием вообще слышать эти слова.
Он кивнул, а затем покачал головой:
– Есть ещё кое-кто из самой ранней группы его учеников, который также был легендой. Его звали Вэнь Ши.
– ...как??? – не смог сдержаться Ся Цяо.
Его голос дрогнул, и Вэнь Ши ударил его по затылку.
Чжоу Сюй бросил на него взгляд.
– Почему ты такой нервный? С тобой что-то не так?
Ся Цяо повернул голову к Вэнь Ши. Вэнь Ши указал на тех людей, которые чуть не расстались с жизнью.
– Если вам действительно так скучно, тогда отведите их обратно в тот магазинчик и оставайтесь там, – сказав это, он взглянул на Се Вэня.
Се Вэнь, казалось, был весьма заинтересован их шумным спором и уже некоторое время прислушивался к разговору. Он рассеянно слушал, погрузившись в свои мысли, но кто знает, где они сейчас блуждали.
Он быстро заметил пристальный взгляд Вэнь Ши, но промолчал и позволил ему некоторое время наблюдать за ним, прежде чем, наконец, заговорить:
– У тебя есть какая-то просьба, которую тебе очень трудно озвучить, и именно поэтому ты так пристально смотришь на меня?
Вэнь Ши:
– ...
Первоначально он действительно собирался заговорить, но после слов Се Вэня немедленно закрыл рот и повернулся, чтобы уйти.
В этот момент лифт достиг первого этажа. Со звоном его двери медленно открылись.
Опираясь на свой крюк, из него вышла старушка и неторопливо пошла вперед.
На аварийной лестнице торгового центра не было никакого освещения, только наверху зеленым горел знак аварийного выхода, от которого исходило очень тусклое свечение. Вэнь Ши толкнул дверь и вошëл внутрь, желая спуститься на первый этаж и посмотреть, что происходит.
Он не успел пройти слишком далеко, как услышал, что дверь снова хлопнула.
– Почему ты так быстро идёшь? – голос Се Вэня эхом разнёсся по тихой узкой лестнице, глубокий и низкий, он был очень приятен для слуха.
– Зачем ты идешь за мной? – схватившись за перила лестницы, Вэнь Ши остановился.
– Просто, – голос Се Вэня зазвучал ближе. – Здесь меньше людей, так что говорить будет удобнее.
Вэнь Ши наблюдал, как к нему приближается высокая и стройная фигура, остановившаяся, всего на одну ступеньку выше Вэнь Ши. Затем снова зазвучал тот же мягкий, глубокий голос:
– Ты вновь голоден?
http://bllate.org/book/14501/1283305
