– Забудь об этом, забудь, я просто перезвоню этому господину Се или как там его, – в один момент Ся Цяо называет этого человека своим спасителем, а в следующий – забывает, как его зовут. Затем он пробормотал, обращаясь к Вэнь Ши. – Осматривать дом на рассвете – это что-то из области фантастики. Кроме того, нам в 6:45 ещё нужно сопроводить на гору урну с прахом дедушки. Если арендатор придёт в это время, я буду должен поставить урну и показать ему дом, или мне придётся тащить его с собой на кладбище и объяснять там? Разве это правильно, гэ?.. – Гэ? – В середине своей речи он понял, что предок не слушал ни слова из того, что он говорил. Вэнь Ши нахмурился, погрузившись в свои мысли. – Вэнь-гэ? Гэ-гэ?
Ответом было только молчание
– Отец!
Вэнь Ши наконец пришел в себя благодаря «Отцу».
– Что?
Ся Цяо:
– ...
«Будь проклят мой рот».
– Ничего особенного, мне просто было очень любопытно, о чём ты думаешь, – чётко произнес Ся Цяо. – Об арендаторе?
– Нет.
Мозг этого арендатора работал довольно странно, но Вэнь Ши был сосредоточен на другом: в тот момент, когда луч фонарика скользнул по этим трём монстрам, он смутно уловил какой-то запах. Люди запоминают запахи лучше, чем что-либо другое. Ему было очень трудно описать его в деталях, но он чувствовал, что запах был очень знакомым. Настолько знакомым, что он ощущал его как часть себя.
Вэнь Ши внезапно встал, взяв со стола несколько кусочков жёлтой рисовой бумаги, а затем, небрежно вытащив две длинные нити из края белой льняной траурной ткани, сказал:
– Я ненадолго.
Затем он вышел за дверь.
Ся Цяо:
– ???
Он две секунды лежал, растянувшись на диване, а после резко вскочил и отчаянно погнался за Вэнь Ши:
– Вэнь-гэ, подожди меня!
– Разве ты не боишься по ночам выходить на улицу? – Вэнь Ши даже не замедлил шаг.
Он огляделся по сторонам, прежде чем направиться прямиком в восточную часть района.
Ся Цяо был невысокого роста с короткими ногами, ему пришлось практически бежать, чтобы не отстать от Вэнь Ши.
– После того, что я только что увидел, я бы сошёл с ума, если бы остался дома один. Я должен идти за тобой, мне страшно.
В этом районе жило не так много людей, зато деревьев было довольно-таки много. Вокруг них мелькали тени, и казалось, что они что-то скрывают. Проходя мимо полузасохшего дерева, Вэнь Ши отломил сухую ветку длиной с ладонь. Его пальцы быстро затанцевали, складывая кусочки жёлтой бумаги в разные фигуры, которые он затем нанизал на ветку. На первый взгляд это был простой бумажный зверь. Он на несколько раз обернул две белые льняные нитки вокруг концов ветки и места ее развилки, а другие концы веревок намотал себе на пальцы.
– Что это, черт возьми?!
Глаза Ся Цяо ещё не пришли в норму, и, используя своё нынешнее зрение, он увидел, как бумажный зверь ожил после приземления на землю! Вокруг его тела были намотаны ржавые цепи, в центре лба виднелась капелька крови, а зрачки были полностью белыми.
Вэнь Ши поднял пальцы, перевязанные льняной верёвкой, и бумажный зверь переступил передними ногами и фыркнул.
– Оригами, – ответил он.
– Я что, слепой?
– Разве нет? – сказав это, Вэнь Ши вспомнил, что временно раскрыл Ся Цяо глаза. – О. В таком случае, это искусство создания марионеток. Шэнь Цяо тоже мог так делать.
Все его ученики и ученики учеников могли создавать марионеток. Конечно, у него был учитель, у которого он учился. Самым искусным в создании марионеток, естественно, был почтенный основатель – Чэнь Будао.
Держась за льняную верёвку, Вэнь Ши натянул её, а затем ослабил. Бумажный зверь устремился прочь, и от столкновения извивающихся цепей полетели искры!
В одно мгновение налетел свирепый ветер!
Искры вспыхнули, и Ся Цяо почувствовал, как его глаза больно обожгло. Он охнул и, согнувшись пополам, крепко закрыл их руками, а по его лицу потекли слёзы. В этот момент он подумал, почему до сих пор не пришла охрана, хотя они подняли такой шум?! Но когда боль прошла, и он поднял голову, защищаясь от обжигающего ветра, то обнаружил, что тени от деревьев не сдвинулись ни на волосок, несмотря на свирепый ураган, бушующий вокруг.
Издалека донёсся слабый вой зверя, резко контрастирующий с кромешной тьмой и мёртвой тишиной окрестностей.
Вэнь Ши дёрнул левой рукой, и белая льняная верёвка резко натянулась. Вой зверя стал ближе, как будто кто-то потянул его назад: в мгновение ока он оказался прямо перед ними. Зверь фыркнул и выплюнул на землю то, что было зажато у него в пасти. Тяжёлый запах крови распространился вокруг, и тёмный комок дёрнулся один раз, прежде чем полностью перестать двигаться.
Ся Цяо присмотрелся и, к своему удивлению, обнаружил, что это был один из тех трёх монстров. Его человеческое лицо выглядело как мгновенно увядшее растение, безвольно поникшее на полу, а кожа была смертельно белой, как комок ваты. Это было невероятно жутко.
Ся Цяо пришлось отступить на несколько шагов, прежде чем он смог перевести дух.
– Он... он мёртв?
Угу, – произнес Вэнь Ши.
– Вэнь-гэ, ты неплохо справился! – Ся Цяо внезапно обрёл уверенность. – Но почему ты не убил их сразу, когда они были в доме? Тебе даже пришлось за ними гнаться?
Вэнь Ши не обратил внимания на его лесть и прямо ответил:
– Если они будут втроём, то, тем, кто будет лежать на земле, окажешься ты.
Ся Цяо снова сдулся.
– Кроме того… – Вэнь Ши снял нить, обёрнутую вокруг его пальцев. – Я голоден, и не могу продержаться даже несколько минут.
В тот момент, когда он отбросил нить, у лап бумажного зверя внезапно вспыхнул огонь. Мгновение спустя от него остались лишь пепел и обгоревшая чёрная ветка.
Вэнь Ши присел на корточки перед мёртвым монстром и осторожно принюхался.
Ся Цяо не понимал, что происходит, и тоже подошёл ближе. Чёрный туман всё ещё клубился над телом монстра, и он не осмеливался прикоснуться к нему, поэтому просто остановился на расстоянии и сморщил нос.
– Что ты ищешь? – с сомнением спросил он.
– Аромат духовного облика, – ответил Вэнь Ши.
– Чьего духовного облика?
– Моего.
Ся Цяо выглядел шокированным.
– Разве он не исчез? – после этих слов его осенило: неудивительно, что Вэнь Ши внезапно погнался за ними. Оказалось, что в теле этого монстра была частичка духовного облика Вэнь Ши. – Что это вообще такое? Почему от него пахнет твоим духовным обликом?
– Хуэйгу,* – сказал Вэнь Ши, – это нечто, выползающее из земли. Некоторые люди их разводят.
*惠姑 (huì gū) – похоже, это тоже вымышленное автором существо, хотя это и омоним слова «цикада».
– Они что, с ума сошли? Какой смысл делать это?
– Чтобы красть вещи.
Если это было не очень удобно делать лично, люди могли отправить на поиски вместо себя этих мерзких тварей. Хуэйгу по своей природе были злобными и больше всего любили поглощать духовные облики и духовные предметы, включая удачу, долголетие и счастье.
Вэнь Ши снова принюхался, но ему не удалось уловить знакомый запах, как будто это был недолговечный цветок, распускающийся только на одну ночь в году.
Хотя этого и следовало ожидать, он всё равно в раздражении пнул монстра ногой, а после спросил у Ся Цяо:
– В доме есть бутылка?
– Какая бутылка?
– Любая, главное, чтобы она могла хоть что-то вместить.
Ся Цяо хотел сказать, что не осмеливается идти один. Но, увидев недовольное лицо Вэнь Ши, он всё равно послушно поплелся в дом.
Он со всех ног бросился к дому, схватил термос и так же быстро помчался обратно. Вернувшись, он увидел, как Вэнь Ши прижал пальцы к шее хуэйгу. Чёрный туман тут же начал клубиться возле них. Вэнь Ши взял термос и дважды постучал по его краю подушечками пальцев. Чёрный туман, как вода, потек внутрь, моментально заполняя термос.
– Для чего это? – Ся Цяо держал наполненный термос так, словно это была бомба замедленного действия.
Тонкие губы Вэнь Ши приоткрылись, и из них вырвалось одно слово:
– Есть.
Ся Цяо чуть с ума не сошел прямо там.
«Что, черт возьми, ты собрался есть?»
Но в итоге Вэнь Ши действительно заставил его принести в дом эту бомбу замедленного действия.
– Ты правда собираешься это съесть? – не удержался от вопроса Ся Цяо, наблюдая, как Вэнь Ши садится на диван и отвинчивает крышку термоса.
– М-м-м, – Вэнь Ши, казалось, делал это уже не в первый раз. Он зачерпнул немного пепла от благовоний из курильницы, прежде чем погрузить пальцы в чёрный туман. Вскоре после этого плотный чёрный туман, медленно, по капле, стал втягиваться из термоса в его тело.
Ся Цяо вдруг почувствовал аромат чего-то очень приятного, но в то же время и трудно поддающегося описанию. Он долго размышлял об этом, прежде чем внезапно вспомнил старый дом, в котором жил, когда был младше. Шэнь Цяо посадил неподалёку от него множество белых сливовых деревьев. Было непонятно, откуда он взял семена, но деревья, казалось, выросли за одну ночь.
Иногда Ся Цяо проскальзывал в рощу и бегал там. Когда дождь падал на белые цветы сливовых деревьев, кажется, они источали именно этот запах.
Сразу после этого он понял, что похожий аромат исходит и от тела Вэнь Ши.
Однако к тому времени, как Вэнь Ши впитал в себя весь чёрный туман, этот запах снова исчез. Цвет лица Вэнь Ши стал намного лучше, чем был до этого. Хотя его кожа всё ещё была чрезвычайно бледной, а глаза – невероятно чёрными, он стал больше походить на живого человека.
Но если говорить на чистоту, этот процесс был немного пугающим, как будто он был демоном Раскрашенная кожа.*
* отсылка к демону из рассказа китайского писателя Пу Сунлина 聊斋志异 [Liáozhāi zhìyì] в русском переводе «Описание чудесного из кабинета Ляо». Короткое описание: демон надел человеческую кожу и попытался соблазнить человека
Несколько секунд Ся Цяо не решался ни заговорить с Вэнь Ши, ни посмотреть на него. Только когда в комнату внезапно ворвался порыв ветра, он вздрогнул, приходя в себя.
– Э-э-э, Вэнь-гэ.
– Говори, – Вэнь Ши взял салфетку и вытер совершенно чистые пальцы, прежде чем поставить пустой термос на кофейный столик.
Пытаясь найти тему для разговора, Ся Цяо спросил:
– Ты сказал, что кто-то натравил этих хуэйгу, чтобы они воровали вещи, но почему они пришли в наш дом?
Они уже были полностью разорены…
– Наверное, что-то приглянулось, кто знает, – сказал Вэнь Ши.
– А остальных двоих… ты просто так отпустишь?
– У меня есть кое-что, что следует за ними.
Следы его духовного облика были на этих трёх хуэйгу, как он мог не погнаться за ними? По крайней мере, он должен был выяснить, кто их вырастил, и откуда они взялись.
После всего этого хаоса они чувствовали себя немного уставшими, поэтому вскоре оба заснули на диване.
В это время года солнце встает немного раньше, чем в середине зимы..
Когда Вэнь Ши был «жив», он всегда спал очень чутко, и теперь он открыл глаза, услышав тихое щебетание птиц. Спать на диване было не слишком удобно. Он встал, потянулся и посмотрел на часы, висевшие на стене в гостиной. Часовая стрелка приближалась к пяти. Внезапно из окна донёсся звук хлопающих крыльев. Он подошёл, и на его руку опустилась птичка, сложенная из жёлтой бумаги.
Запах благовоний из дома Шэней пропитал бумагу: это была та самая птица, которую он выпустил прошлой ночью, велев ей следовать за хуэйгу. Он сжал птицу в руке, нашёл палочку благовоний и поджег ее от красной свечи. Затем он зажал бумажную птицу между пальцами и начал водить ею вперёд-назад над кончиком палочки.
Именно эту сцену увидел Ся Цяо, когда проснулся и сел, почесывая птичье гнездо на голове. К утру его глаза полностью пришли в норму. И всё, на что он смотрел, казалось ему полным жизни, больше не излучая ту смертельную ауру, которую он видел накануне вечером. Его настроение сразу же немного улучшилось.
Он включил верхний свет и зевнул, спросив у Вэнь Ши, что он жжёт. Вэнь Ши не ответил, потому что на бумажной птице, которую он окурил дымом ароматических палочек, появилось название: «Сад Сипин».
«Что это за место?»
Вэнь Ши нахмурился, когда Ся Цяо неожиданно удивлённо спросил:
– «Сад Сипин?»
– Что? Ты знаешь его?
– Э-э... не совсем, – ответил Ся Цяо. – Я только слышал, как дедушка упоминал об этом месте, это магазин старомодных кукол. Главное, что история происхождения этого места немного запутанная.
– Насколько запутанная?
– Ты же знаешь, что на этой картине с именами изображена семья Чжан? Говорят, что это очень большой клан с множеством ответвлений.
– Я в курсе, – сказал Вэнь Ши.
Самый ранний предок семьи Чжан был всего лишь одним из непрямых учеников почтенного основателя и не отличался особыми способностями. Но теперь это стала самая почитаемая семья из всех. Благодаря тому, что они охотно принимали учеников, численность их клана значительно возросла.
– Вокруг этой семьи ходит много слухов, я часто слышал, как дедушка рассказывал о них. Он говорил, что в этом поколении у боковой ветви семьи Чжан появился довольно неприятный человек. У него была тяжёлая судьба, и он навредил своему отцу и матери, а также многим другим. Не знаю, правда это или нет, но это довольно загадочно, – обрывки воспоминаний стали всплывать в голове Ся Цяо. – В любом случае, никто в семье Чжан не осмелился принять его, и все остальные семьи тоже предпочли держаться от него подальше.
– И что из этого?
– Что?.. «Сад Сипин» – это его магазин, – сказал Ся Цяо. – Почему «Сад Сипин» написан на этой бумаге?
– Результат вчерашней ночной погони, – сказал Вэнь Ши.
Глаза Ся Цяо расширились:
– Значит, эти три отвратительные штуки были оттуда?
Вэнь Ши не дал однозначного ответа.
– Возможно, – сказал он и ненадолго замолчал, прежде чем подойти к картине с именами. Почти все люди, которых с этой картины он знал, были уже мертвы, а с теми, кто был ещё жив, он был знаком лишь поверхностно. – О ком из них ты говорил? – произнес он, рассматривая картину.
Ся Цяо, бормоча себе под нос, подошёл ближе:
– Не знаю, от этой картины у меня кружится голова, и обычно я не смотрю на нее. Я просто помню, как дедушка говорил, что он всё ещё жив, но его имя вычеркнули.
Вэнь Ши проследил за различными ветвями семьи Чжан от начала и до конца и, наконец, увидел на одной из ветвей вычеркнутое имя. Как только он прочитал его, они с Ся Цяо застыли на месте. Потому что там было написано: Се Вэнь.
За долю секунды атмосфера в гостиной стала очень напряжённой. Спустя долгое время Ся Цяо выругался:
– Чёрт возьми! Это не может быть простым совпадением! Кто такой этот Се Вэнь?
Пока он говорил, его телефон завибрировал. Ся Цяо сглотнул и вытащил его, чтобы увидеть, что ему пришло новое сообщение.
Отправитель: Се Вэнь.
Содержание: Дом 5, верно? Я стою за дверью.
– Он здесь… – тихо сказал Ся Цяо. – Прямо снаружи.
Вэнь Ши почти мгновенно повернул голову. Сквозь большие стеклянные двери он увидел человека, стоявшего на узкой тропинке снаружи. Этот человек был очень высоким, на нём была рубашка и брюки, из-за чего его фигура казалась подтянутой и красивой. Это придавало ему опрятный и достойный вид. Гармонию нарушали только семь или восемь нитей бус, обвитых вокруг его запястья и сделанных из неизвестного материала. Он стоял рядом с полузасохшим деревом, наклонившись и рассматривая что-то на нем.
Мгновение спустя он, казалось, почувствовал на себе взгляд из дома, поэтому выпрямился, повернулся и посмотрел в их сторону. В этот момент на его губах ещё оставалась тень улыбки, но в следующую секунду он склонил голову набок и начал кашлять. Его губы были такими бледными и почти не выделялись на лице, что добавляло его виду еще большей болезненности.
Вэнь Ши не понимал, что такого забавного было в этом засохшем дереве. Он только знал, что подсознательно закрыл глаза, когда увидел этого человека, а потому, он смог ясно разглядеть его духовный облик. Две золотые линии, похожие на санскритские письмена, тянулись вниз по его левой щеке от мочки уха до шеи, затем спускались к ключицам и, наконец, уходили в сторону сердца.
Бусины на его запястье превратились в тёмно-изумрудные птичьи перья, нанизанные на красную нить, которая дважды обвивала его запястье, свободными концами свисая рядом с его ладонью.
Его кожа была бледной, как бумага, но всё его тело окутывал клубящийся чёрный туман, словно бесчисленные цепи, переплетённые между собой, или словно злые духи, тянущиеся из его духовного облика.
Вэнь Ши никогда раньше не видел духовный облик, так тесно переплетённый с чёрным туманом. Это был… кармический долг.
http://bllate.org/book/14501/1283287
