Безумец продолжал биться головой о стену, словно не слышал слов Фан Сю.
Фан Сю оставался спокойным и продолжал:
– Ты следил за нами с самого первого дня. Ты тот, кто украл магическое оружие Май Цзы. Ты притворялся безумным, выжидая подходящего момента, а еще ты знал, что с нами Четвертый Мастер будет использовать не только тебя. Он даже сам сказал, что использование здравомыслящего человека полезнее, чем использование безумца, когда дело касается рискованных задач.
Выражение лица Четвертого Мастера потемнело, а Чэн Сунюнь чуть не подавилась консервами:
– Ч-что?
Бах, бах, бах. Безумец продолжал игнорировать их.
– Я не вру, – Фан Сю почесал голову. – В первую ночь я заметил, что кто-то шпионит за нами на складе. Если бы это был Четвертый Мастер, он бы начал делать это раньше, чтобы разузнать обстановку в святилище. И со шпионами Лао Фу, он не был бы заметен. Что касается украденного оружия... Если бы это сделал Четвертый Мастер, он бы оставил его при себе - он слишком ценит свою жизнь. А если бы это сделал Лао Фу, он бы забрал и меч. Его было не трудно вытащить. Кроме того, ты позволил Четвертому Мастеру схватить тебя, а это значит, что ты уверен в своем выживании. Так что я предполагаю, что ты сильнее его.
– Пытаешься обмануть меня... – прежде чем безумец успел отреагировать, Четвертый Мастер вышел из себя и пнул безумца в спину, но безумец без труда увернулся. Мужчина больше не притворялся сумасшедшим. Он выпрямил спину и сцепил руки за спиной, кровь от удара головой все еще капала с его лба.
– Немного субъективно, молодой человек. Лао Фу не всегда рационален. Почему ты был так уверен?
– Было 70% вероятности, что это ты, и 30%, что Лао Фу. Можно было и рискнуть.
Безумец издал долгое «О».
– Я действительно не обманывал тебя, – Фан Сю смущенно почесал лицо. – Я обманывал Четвертого Мастера. Этого было достаточно, чтобы заставить его усомниться в тебе.
Четвертый Мастер:
– …
Затем он дëрнул за цепь.
– Господин Фан, раз ты разоблачил его, на этот раз я тебя отпущу.
Безумец улыбнулся, сжал правый кулак и провел им по цепи. Связывающая души цепь мгновенно рассыпалась искрами, исчезая в его кулаке.
Четвертый мастер отступил на два шага в шоке. Чэн Сунюнь в недоумении уставилась на него, едва не выронив банку на пол. Фан Сю затаил дыхание, его спина снова напряглась.
– Довольно рискованно, молодой человек. Если бы вы ошиблись, меня бы просто так избили, - медленно произнес безумец.
– Этого бы не случилось, – Фан Сю быстро покачал головой. – У Лао Фу и тебя шансы быть виновными 30 на 70, но на 100% подозрителен только ты.
– Как так?
– Я не могу бесплатно сказать этого.
– Достаточно справедливо. Я обязательно спрошу позже.
Безумец подошёл к столу для подношений и оторвал кусок свиного уха.
– Я наполовину даос. Меня зовут Шань Хуньцзы.*
* имя 混子 (hùn zi) можно перевести как человек, недостойный своего звания, самозванец, шарлатан
Четвертый Мастер презрительно усмехнулся:
– Метафизике нет места среди жертвоприношений.
– Я же сказал, что я только наполовину даос. Я самоучка, а не профессионал, – ответил Шань Хуньцзы. – Я планировал немного подождать, прежде чем раскрывать себя, но так тоже пойдет…
Святилище оживилось.
Бай Шуанъин наблюдал с большим интересом, совершенно не заботясь о безумце. Этот опыт был захватывающим. На протяжении всего пути Четвертый Мастер все больше опасался Фан Сю. Но теперь его внимание было полностью сосредоточено на Шань Хуньцзы. Ситуация незаметно изменилась. Кто-то выбрал подходящий момент, чтобы разоблачить безумца, и Бай Шуанъин взглянул на Фан Сю.
Почувствовав взгляд своего призрака, Фан Сю повернулся и одними губами произнес слова: «Правда, весело?»
Тем временем Шань Хуньцзы улыбнулся, как будто ничего не произошло:
– Ритуал почти закончен. Нет смысла в препирательствах... Так что, есть какие-нибудь подсказки?
– Да, катись ты к черту! – Четвертый Мастер, потеряв свою цепь, все еще кипел от злости.
– Почему ты злишься? У тебя ничего не осталось, так почему бы тебе не поучиться у меня? – с ухмылкой Шань Хуньцзы покачал головой. – Потерпи немного трудностей в самом начале и сделай свой ход ближе к концу ритуала. К тому времени все бесполезные будут мертвы, и ты плавно узнаешь характер выживших, – глаза Четвертого Мастера налились кровью, когда он уставился на Шань Хуньцзы. Невозмутимый Шань Хуньцзы повернулся к Фан Сю. – Что ты думаешь? У тебя ум острее, чем у этого зверя.
– Говорите первым, старший. Я бы не хотел хвастаться, – вежливо ответил Фан Сю.
Шань Хуньцзы откусил кусок свиного уха:
– Хм, я думаю, что южное святилище самое опасное, а на западе, вероятно, нет святилища. Восточное и северное святилища находятся примерно на одинаковом расстоянии от настоящего святилища. Но на западе есть кладбище. Место, которое чтит своих богов, не будет строить святилище на кладбище.
– Я тоже думаю, что на западе нет святилища, – согласился Фан Сю.
– Но нам все равно нужно пойти и проверить. Нам нужно выяснить все подробности, чтобы понять, что на самом деле «Е».
– А двустишия из святилищ? – спросил Фан Сю.
– Я не выношу эту причудливую поэтическую чушь, – поморщившись, сказал Шань Хуньцзы. – Двустишия, конечно, что-то значат, но их, вероятно, написали жители деревни, а духи просто используют их для украшения. Не забывай, ритуал касается того, что происходит, а не того, что написано.
– Понял, – кивнул Фан Сю. – А третье табу?
– Это как-то связано с Богом Вэйшаня. Эти два тела похожи на статуи, но я не уверен, как его вызвать, – Шань Хуньцзы махнул рукой. – Твоя очередь.
– Я... я сегодня слишком устал. У меня в голове бардак, – вздохнул Фан Сю.
– Ладно, тогда для начала поспим, – зевнул Шань Хуньцзы.
Четвертый мастер тоже не возражал. Он был занят со своим персиковым мечом, возможно, вспоминая потерянную цепь.
Перед сном Фан Сю специально разыскал Чэн Сунюнь:
– Чэн-цзе, можешь помочь мне перевязать? Я сам не справлюсь, – Фан Сю показал ей свои раненые руки.
Чэн Сунюнь вздрогнула, увидев его обломанные ногти:
– О, боже, как это случилось? Иди сюда.
Она оторвала немного ткани, чтобы сделать бинты, осторожно промыла раны, прежде чем умело перевязать их.
Фан Сю на мгновение уставился на открытые раны на своей руке, затем посмотрел на Чэн Сунюнь:
– Бай Шуанъин, спрячь нас, – после этого он прошептал. – Чэн-цзе, ты мне доверяешь?
– Когда нас осталось всего двое, кому еще я могу доверять? – Чэн Сунюнь даже не подняла глаз.
– Хорошо. Пообещай мне две вещи, и я гарантирую, что ты выживешь, – Чэн Сунюнь удивленно подняла глаза, но ничего не сказала. – Во-первых, что бы ни случилось, следуй моим инструкциям. Во-вторых, если я не обращаюсь к тебе напрямую, не верь ничему, что я говорю, – Фан Сю усмехнулся. – Я знаю, это звучит странно…
– Нет проблем, – немного поколебавшись, ответила Чэн Сунюнь. – Ты так уверен в своей правоте?
– На 99%, – Фан Сю посмотрел прямо на нее. – А теперь на 100%. Бай Шуанъин, ты можешь это скрыть?
Чэн Сунюнь быстро поняла, что он имел в виду… Острая боль пронзила ее подмышку, а поясница ужасно ныла. Что-то прокололо ее кожу, вырастая, как ветви. Под нежным взглядом Фан Сю жжение распространилось к ее шее, медленно образуя твердый комок. Дрожа, Чэн Сунюнь потянулась к комку и почувствовала сморщенное человеческое лицо. Горячее и влажное дыхание человеческого лица коснулось ее пальцев.
Чэн Сунюнь хотела закричать, но Фан Сю закрыл ей рот:
– Тс-с, не волнуйся, просто притворись, что их нет, – спокойно сказал Фан Сю. – Бай Шуанъин отлично скрывает вещи. Никто другой не заметит. Чэн-цзе, не бойся. Ты сказала, что доверяешь мне.
Чэн Сунюнь в ужасе уставилась на Фан Сю, но в конце концов проглотила свой крик. В этот момент у нее не было выбора.
Перед рассветом все, включая Фан Сю, нашли себе уголок, чтобы поспать. Бай Шуанъин, которому не нужно было спать, сидел напротив него, продолжая свои наблюдения – во сне этот человек молчал, и это было самым приятным временем.
Храмовая ярмарка действительно была веселой, и только что показанное шоу тоже было очень интересным, поэтому Бай Шуанъин был в хорошем настроении. Но что еще лучше, так это то, что после восхода солнца будет еще более грандиозное шоу. Фан Сю выяснил правду, но держал ее при себе, явно что-то замышляя.
Бай Шуанъин с нетерпением ждал предстоящего зрелища. Он взял бумажный цветок и игриво прикрыл правый глаз Фан Сю. Когда Бай Шуанъин заслонил свет свечи, то в тени красный бумажный цветок стал выглядеть как кровавая дыра. Сначала глаз, затем горло и, наконец, сердце. Он поднес цветок к губам Фан Сю.
Этот рот действительно являлся источником всех неприятностей.
Бай Шуанъин надавил на нижнюю губу Фан Сю, и кончики его пальцев слегка скользнули между губ. Он все еще помнил ощущение, когда он в иллюзии просунул пальцы в рот Фан Сю. Он был мягкий, влажный и немного теплый – как вкус живой души.
Бай Шуанъин решил, что когда-нибудь попробует это снова. Может быть, когда Фан Сю будет на грани смерти? Но…
– Я еще не насытился храмовой ярмаркой, – Бай Шуанъин прикрепил цветок обратно на грудь. – Ты не можешь умереть, пока это представление не закончится.
Ресницы Фан Сю слегка дрогнули, поскольку он спал, то не мог слышать слов Бай Шуанъина.
***
Проспав около четырех часов, Фан Сю открыл глаза и тот час увидел лицо Бай Шуанъина.
Чудесно. Можно простить мир на десять секунд.
На завтрак было то же самое, что и до этого, к счастью, соблюдался баланс мяса и овощей. Опера напротив святилища играла всю ночь, повторяя одну и ту же сцену снова и снова, отчего у всех уже болели уши. Трупы на стульях разложились еще больше, в то время как живые оставались такими же неподвижными, как и мертвые.
– Похоже, даже если мы вернемся живыми, у всех еще несколько дней будут болеть спины, – сказал Фан Сю, жуя кусок курицы и глядя на сцену.
Четвертый Мастер усмехнулся, а Шань Хуньцзы расхохотался:
– А ты забавный парень. Теперь расскажи нам, что ты обнаружил.
Фан Сю кивнул.
– Помнишь строчку: «Бог спускается из Вэйшаня... гости прибывают с проливным дождем»?
– Я помню, – щелкнул языком Шань Хуньцзы.
– В этом месте всегда идет дождь, а после долгого периода дождей, естественно случаются наводнения. Многие молодые люди уезжают, чтобы заработать на жизнь, – Фан Сю пристально смотрел на Шань Хуньцзы, говоря смиренно и искренне. – Деревня Вэйшань тепло приветствовала своих «гостей» и давала им работу... Например, решать споры. Это та работа, которая лучше всего подходит для посторонних. «Придерживайся всех добродетелей, и дождь, напитает все сущее глубокой любовью и справедливостью». Следовательно, вчера вечером, жители деревни намеренно мучили людей. Через некоторое время гости неизбежно станут вялыми и медлительными. Деревенский староста просто придумал предлог, чтобы изгнать их, позволив им исчезнуть одному за другим. «Придерживайся всех добродетелей, и дождь, напитает все сущее глубокой любовью и справедливостью». «Мальчики и девочки деревни – его гости, внутри и снаружи святилища – почетные гости. Исчезнувшие молодые люди могли быть живыми жертвами Богу Вэйшаня.
Шань Хуньцзы бросил на Фан Сю многозначительный взгляд.
– Значит, по твоим словам, южное святилище соответствует стадии «жертвоприношения», и мы скоро сможем это проверить.
Теория Фан Сю подтвердилась вскоре после того, как они покинули святилище. Стоило только им направиться на юг, как группа духов преградила им путь. Они преувеличенно растянулись по ней, полностью перекрывая дорогу.
Перед ними в ряд лежало четыре гроба с широко открытыми крышками. Их дно было заполнено цветами, фруктами и тканями, что делало их довольно уютными.
– Это действительно похоже на живое жертвоприношение, – сказал Фан Сю с улыбкой, его взгляд скользнул по Шань Хуньцзы и Четвертому Мастеру.
Бай Шуанъин выглядел скучающим:
– Эта догадка скучна.
Различные культы, предлагающие живые жертвоприношения, не были чем-то новым. Картина была слишком знакомой. Фан Сю не ответил ему, но его улыбка стала шире.
Наблюдая за всем этим, Чэн Сунюнь почувствовала, как по ее спине пробежал холодок: «Если я не обращаюсь к тебе напрямую, не верь ничему, что я говорю».
С начала и до конца Фан Сю ни разу не взглянул на нее. Другими словами, так называемая гипотеза Фан Сю - полная ложь.
«Что бы ни случилось, следуй моим инструкциям».
Она понятия не имела, каковы истинные мотивы Фан Сю. И теперь она должна приступить к выполнению его первого указания.
____________________________________________________
Автор хочет что-то сказать:
Началось. Маленький лжец сделал свой ход. Интересно, кого-нибудь обманули (...
Фан Сю не позволил бы своему призраку смотреть скучное шоу: √
И Бай Шуанъин не будет просто наблюдателем. Учитывая его личность (?), он не будет сразу сотрудничать с людьми.
К концу этой арки молодая пара достигнет сотрудничества!
http://bllate.org/book/14500/1283255
