Глава 7 – Саботаж
Он проскользнул бесшумно, будто ступал по мягким облакам. Его широкие рукава изящно развевались на ветру.
Пока Лян Фен с беспечным видом проплывал мимо, Ли Лан потел, как облитый из ведра. Все взгляды, которые до этого следовали за удаляющимся Лян Феном, теперь остановились на нем. Ван Вэнь наконец заметил Ли Лана, сгорбившегося в углу, словно увидел призрака. Он не обратил на него внимания раньше, потому что семья Ли совершенно ничем не выделялась. Ван Вэнь даже начал сомневаться, что эти двое были кузенами. Как получилось, что второй выглядел настолько убогим?! И что стояло за последними словами Лян Фена?
Ван Вэнь не напрасно считался хорошо образованным человеком, с нехорошим предчувствием, он ненадолго задумался, а затем, нахмурившись, спросил: «Господин Лян остановился в вашей резиденции?»
Ли Лан задрожал: «Да…»
«Как получилось, что он не знал о переносе ученого собрания?»
«Я, я боялся, что лишние волнения могут повредить его здоровью…»
Ван Вэнь махнул рукой, чтобы прервать его прерывистые объяснения, и спросил: «По какой причине умер этот парень, Ян Шен?»
«Он… украл у хозяина холодный порошок. Он, он слуга семьи Лян!» - и словно хватаясь за спасительную соломинку, Ли Лан вдруг выпалил, - «Его, его приказал избить палками Лян ЦзиСи…»
«Тихо!» - сказал Ван Вэнь. Хотя произнес он это негромко, Ли Лян буквально примерз к месту. Отвращение Ван Вэня только усилилось, когда он увидел столь неподобающее поведение. Жестом подозвав ближайшего слугу, он произнес: «Эта дворняга портит мое ученое собрание. Вышвырните его.»
«Проверяющий! Проверяющий, простите меня…» - прорыдал Ли Лан, напрочь забыв обо всех приличиях. Он совершенно не ожидал, что его просто вышвырнут вон. Слуги, не обращая внимания на вопли, грубо схватили его и выволокли из павильона.
Хотя эти два человека состояли в родстве, их характеры отличались, как север от юга. Возможно, Лян Фен заболел именно из-за семьи Ли. Ван Вэнь задумчиво постучал жезлом по своей ладони и вздохнул. Если бы Лян Фен принял участие в оценке, он бы точно получил «исключительный талант второго ранга». Какая жалость, что он так решительно отказался от экзамена. Хотя это было вполне объяснимо, человека вроде него вряд ли заинтересуют слава или выгода. Ван Вэнь решил воспользоваться связями и попытаться помочь Лян Фену сохранить титул.
На фоне человека такого превосходного калибра все остальные окончательно поблекли и лишь мозолили глаза. Ван Вэнь устало окинул взглядом остальных высокородных отпрысков, хмыкнул и нехотя продолжил оценку.
. . . .
«Хозяин!» - воскликнула Личжу. Увидев, как ее господин, пошатываясь, спускается по лестнице, она тут же кинулась к нему, чтобы поддержать.
«Не волнуйся, я в порядке,» - одежда Лян Фена промокла от холодного пота. Он только начал поправляться, его тело еще не окрепло. Эта прогулка по сотне ступеней сначала вверх, а потом вниз, в процессе которой ему пришлось сохранять ровную осанку, полностью вымотала его. Маленькая девочка, конечно же, не могла удержать взрослого мужчину, поэтому служанка и хозяин проковыляли вместе лишь несколько шагов, а затем Лян Фен позвал а-Ляна, чтобы тот помог ему взобраться в повозку. Как только занавес повозки опустился, Лян Фен, исчерпавший последние остатки сил, рухнул на подушки.
«Похоже, мое театральное представление окупилось с лихвой,» - подумал Лян Фен, все еще пытаясь отдышаться. Он ослабел настолько, что был даже не в состоянии поднять голову. Очень довольный собой, он позволили служанке снять с него верхнюю одежду и обтереть влажное от пота тело. Это было верное решение.
При Династии Цзинь особо ценились отчужденность и замкнутость. В эту эпоху, где бы ты ни находился, и в бамбуковом лесу, и в уединенных горах, чтобы тебя посчитали «прославленным ученым», непременно нужно было держаться как можно дальше от политической арены и всех этих грязных игрищ, что сопровождают борьбу за власть. И неважно, уединился ли ты по состоянию здоровья или из-за подлинной честности, пока ты придерживаешься верной стратегии, очки уважения будут только возрастать. Это безошибочная тактика. К тому же, половина историй в сборнике «Новое изложение рассказов, в свете ходящих» были объединены одной общей темой: «талантливые люди упрямы и своевольны!»
Именно поэтому в эпоху Династии Цзинь при встрече с аристократами из тех семей, которые особенно гордились своим хорошим образованием, умный человек мог вести себя как заблагорассудится, ведь людям с интеллектом все сходило с рук. Это срабатывало в десяти случаях из десяти. Лян Фен продемонстрировал удивительную раскованность, когда, едва встав с постели, явился с прощальным визитом, показав полное равнодушие к оценке. Отрывок из «Алмазной сутры» был лишь вишенкой на торте, которую он приготовил специально для Ван Вэня.
Честно говоря, Лян Фен мало знал о буддизме и совершенно им не интересовался. Он помнил «Алмазную сутру» наизусть только потому, что в детстве дедушка заставил его изучать каллиграфию в стиле Лю, а Ваджраччхедика-праджняпарамита-сутра была одной из самых знаменитых работ Лю Гунцюаня. Лян Фен копировал ее множество раз, вполне естественно, что она отпечаталась у него в памяти. Он даже знал, какие главы содержат самые важные отрывки. Строка «Фальшивое представление, капли росы или пузырь,» была самой значимой в гатха, и содержала в себе концепцию «пустоты тела», «пустоты ума», «пустоты сущности» и «пустоты Дхармы». Последнее было особенно важным.
Полный текст «Алмазной сутры» появится в Китае только во времена поздней Цинь, это произойдет через несколько десятилетий после падения Западной Цзинь. Можно лишь представить, насколько был заинтересован Ван Вэнь. Лян Фен неожиданно появился на собрании и сразу же взял ситуацию в свои руки, а чтобы закрепить успех, он предложил заранее подготовленный отрывок, и в результате ему удалось произвести нужное впечатление. А что до его последней фразы, адресованной Ли Лану - Лан Фен лишь усмехнулся. Если Ван Вэнь не полный идиот, Ли Лану придется не сладко.
Теплое полотенце коснулось его шеи. Личжу посмотрела на своего хозяина, который все еще ухмылялся, и не смогла удержаться от вопроса: «Господин, все ли будет в порядке? Вы действительно отказались от участия в ученом собрании? Следующая оценка будет проводиться только через три года…»
«Все в порядке,» - просто ответил Лян Фен.
Он не знал, как далеко зашел внутренний конфликт между членами клана Сыма, но при этом точно знал, что падение Западной Цзинь неизбежно. Она продержится, самое большее, еще несколько лет, пока ее столица, Лоян, не будет разрушена. Затем народ исчезнувшей Династии Цзинь начнет свой исход на юг. В такой ситуации какая польза от звания «официального чиновника»? Разве титул поможет ему выжить? Лян Фена совершено не заботили ни ученое собрание, ни эта стайка разряженных павлинов. Раз уж он застрял в этой эпохе, будет лучше прожить свою жизнь свободно, следуя велениям сердца.
Наконец-то избавившись от верхних и нижних слоев своего хорошо продуманного наряда, Лян Фен устало зарылся в парчовые одеяла: «Я отдохну. Не забудь приготовить побольше каши из бобов мунг. Когда мы вернемся, там будет врач…»
. . . .
«Что ты говоришь? Проверяющий Ван выгнал тебя с ученого собрания?!» - Лян Шу уставилась на своего растрепанного сына, который даже цитру потерял по дороге. В голове у нее было настолько пусто, что она чуть не села прямо на пол.
Она не ожидала, что Лян ЦзиСи окажется настолько хитрым. Он не только пробрался на ученое собрание, но еще и околдовал Проверяющего. Вопрос о том, сможет Ли Лан получить ранг «таланта» или ранг «выдающегося таланта» больше не имел смысла. После того, как Ван Вэнь отверг его, никто больше не проявит к нему уважения. Лян Фен разрушил будущее Ли Лана одним своим появлением на ученом собрании и, в добавок к этому, еще и затянул в омут всю семью Ли. Насколько же подлым он был!
У Лян Шу потемнело в глазах, она ухватилась за край стола и прошипела: «Лян Фен, как бы там ни было, я – твоя тетя. Как ты посмел предать семью и очернить имя моего сына! Ты, проклятый ублюдок! Неблагодарный негодяй!»
Она так яростно сыпала проклятиями, словно это не она совсем недавно пыталась отравить родного племянника и строила планы по присвоению его имущества. Выругавшись еще несколько раз, она посмотрела на своего младшего сына, который беспомощно застыл на земле. Гнев с новой силой разгорелся у нее в груди: «Нет! Я не позволю ему так просто уйти! Он наверняка догадался, что холодный порошок был отравлен. Если он сможет добиться расположения клана Ван из Тайюаня, тогда мой сын, вся семья Ли…»
Ли Лан дернулся, словно получив невидимую оплеуху, и недоверчиво выпалил: «Мама, вы хотите сказать, что мы должны… убить, убить...»
«Убить его и порезать на куски!» - Лян Шу закончила фразу за него, ее глаза зло блеснули. – «Чтобы добраться на воловьей повозке отсюда до резиденции Лян, понадобится три дня. Он нездоров, так что ехать они будут очень медленно. Если я договорюсь с бандитами или наемниками, и те устроят засаду в горах, когда он будет проезжать мимо, трагический конец неизбежен!»
«Но, но, если мы свяжемся с преступниками…» - посмотрев на свою злобную мать, Ли Лан задрожал.
«Ну и что с того? В наши дни почти у каждой состоятельной семьи есть своя личная охрана или маленькая армия. Некоторые даже грабят проезжающих торговцев и нападают на небольшие уездные города,» - Лан Шу была не из тех ограниченных женщин, которые только и знали, как сидеть дома, вышивать цветочки да попивать чай изо дня в день. Чтобы сохранить семью Ли, не смотря на бесполезного мужа и неспокойные времена, нужно быть сильной.
Она холодно рассмеялась: «К тому же, бандитские нападения – вполне обычное явление в префектуре Шангдан. Никто не удивится, если больного инвалида попытаются ограбить по дороге. Когда Лян Фен умрет, семья Лян окажется в моих руках. Тогда у нас появятся средства для маневров, и я позабочусь о твоем будущем. Мы сможем купить тебе должность, если ты захочешь заниматься политикой, или землю, если захочешь стать землевладельцем. Или станешь купцом. Семья Лян обладает титулом маркиза пятого ранга, и, хотя их поместье давно пришло в упадок, у них все еще есть земля и зерно. Если мы сможем этим правильно этим распорядиться, невзгоды нам будут не страшны. Иди, позови Фейляня!»
Фейлянь был доверенным лицом Лян Шу. Ли Лян пошатываясь встал, стиснул зубы и выбежал из комнаты. Загнанная в угол крыса тоже может стать опасной! Раз Лян ЦзиСи поступил с ним так бесчестно, не стоит винить его за ответную безжалостность!
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://bllate.org/book/14408/1273818
